Прапорщики по адмиралтейству

Владимир Поселягин
Прапорщики по адмиралтейству

Что ещё? Оружие есть, это хорошо. Нужны патроны для пистолетов, уже потрачен и так небольшой запас. Я, кстати, не покупал боеприпас в Питере: не хотел давать и намёка, что у меня есть подобное оружие. И браунинг покупать не стал, чтобы замаскировать закупку патронов для двух других стволов. В общем, нужны патроны для браунинга и взрывчатка, подойдёт обычный динамит.

Также нужно скорострельное оружие. Из подобного я тут могу найти разве что изделие совсем даже не товарища Максима. Датские ручные пулемёты «Мадсен» уже производятся и принимаются на вооружение, но найти их тут сложно. Пулемёт «Виккерс», конечно, неплох будет лет через двадцать, когда его до ума доведут, но сейчас, на лёгком пушечном лафете, это такая кракозябра, что связываться с ней не хочется. И всё же такая полеплевалка может пригодиться. Ладно, подумаю насчёт пулемёта и где его взять, если надумаю.

К вечеру оба близнеца выспались: сначала одному семь часов дал, потом второму. Покушали припасами, бывшими в чересседельных сумках солдат, и я пошёл на дело. Этой ночью я планировал только разведку, сбор информации по местам проживания интересующих меня людей, добычу боеприпасов и динамита. Причём работать желательно так, чтобы не всполошить лондонцев. То есть трупы свидетелей, которых возьму в качестве «языков», прятать, да так, чтобы хотя бы пару суток не нашли. Дальше уже не важно, буду плотно работать по зачистке.

Всё получилось на удивление чисто. За ночь я ликвидировал всего семерых, да и то четверо были полицейскими. Они неплохие источники информации, особенно если их разговорить.

Пятым был охранник в оружейном магазине, где я добыл нужное количество боеприпасов для револьверов и пистолетов. Даже наганы нашёл, взял четыре штуки и патроны к ним. Вы удивитесь, но на стойке смотровых образцов стоял и пулемёт «Мадсен», отмеченный как оригинальный охотничий карабин, калибра 8,58 миллиметра. Я побегал по магазину, но пулемёт был только один, с тремя двадцатипатронными магазинами секторного типа. Зато патронов нашёл под две тысячи. Прежде чем сжечь здание, я всё вынес, а угнанная карета помогла мне всё вывезти. Вот кучера не убивал, просто вырубил.

Ну и ещё двое были: один – сторож склада, где я забирал динамит, а другой – просто свидетель. Неудачно получилось: из-за погрузки Бета весь в поту был и стянул балаклаву, вытирая лицо, а тут этот. Так что пришлось его ликвидировать, да и сторожа заодно.

И вот следующей ночью я ударил. Сначала проник в дом одной очень богатой семьи банкиров, у которых даже российский император просил кредиты. Ликвидировал всех, кто находился в доме. Потом навестил квартиры других их родственников. В итоге остались в живых только те, кто отсутствовал в столице. Ну и заодно ещё три банкирских семьи на тот свет спровадил, тоже из тех, что любят спонсировать войны; захвату земель в Африке они поспособствовали, выселяя буров.

День после акции я отдыхал в том же заброшенном доме, хотя было заметно, что улицы заполнились солдатами. Однако это не помешало мне следующей ночью нанести новый удар.

В этот раз не по банкирам, которых уже охраняли армейские части, а по лордам, чего явно не ожидали. Навестил семнадцать мест, работал в основном ножами, редко используя огнестрельное оружие. Стрелять старался только в тех местах, где меня не услышат снаружи, либо используя подушку в качестве глушителя. Помогало, никто особо не всполошился.

С рассветом я ушёл из города. Ушёл Темзой, спустившись ниже по течению, где разгрузил лодку и отправил её в путешествие по волнам пролива. А сам, загруженный до предела, двинул прочь. Большую часть патронов к пулемёту я спрятал в городе, как и пару винтовок с боезапасом: всё за раз мне не унести.

После этого я ночами двигался по Британии, захватив пролётку какого-то эсквайра с противным характером. Противным он был, пока я не вытащил нож из его тела и не спрятал его тело вместе с кучером.

Первым городом, который я посетил, был Пембрук-док, город и одноименная военно-морская верфь. Я заминировал и после ухода подорвал склады с военным имуществом. Взорвал также и строившийся на верфи корабль, и стапели тоже, что заняло изрядно времени. Корабль был почти готов, явно ожидал скорого спуска на воду, но теперь эту изувеченную конструкцию так просто не починить. Судя по виду, строили броненосный крейсер.

Такую махину так просто не уничтожить, запаса динамита, что был при мне, было явно недостаточно, но помогли склады рядом с верфью, там взрывчатки хватало. Я провозился всю ночь. Шестерых сторожей ликвидировал за ночь, поджёг шнуры и рванул на пролётке прочь. Рвануло, когда я уже в нескольких километрах был, зарево долго виднелось.

После этого я направился в Ливерпуль, где взорвал стоявший на якоре броненосец. Проник на борт, добрался до порохового погреба и подорвал динамит; для инициирования хватило. Ушёл вплавь. Рвануло, когда я был метрах в шестистах от корабля, и всё равно тряхнуло. Это был единственный крупный корабль там, он сразу на дно лёг. Бета в это время поджёг военные склады, складывая небольшие пачки динамита, чтобы устроить побольше разрушений и уничтожить снаряжение – сгоревшее не вернёшь.

Потом был Шеффилд, за ним Плимут. Там я узнал, что судно моё уже отпустили, продержав три недели и конфисковав все берданки. Поэтому я сжёг их вместе со складом, да не одним, а всеми, до которых дотянулись руки. Красиво горели. Жаль, не было того крейсера, который арестовал моё судно. Но я всё компенсирую заключительным налётом на Лондон.

Плохо то, что сейчас всего лишь середина июля, а Бета вот уже неделя как серьёзно ранен. Случайная пуля в грудь, аккуратный выход под лопаткой; повезло, что пуля редкая была, остроконечная. Я хорошо обработал и перевязал рану, и Бета был вполне транспортабелен. Случилось это в Шеффилде, так что в Плимуте Альфа уже работал один, а Бета был на охране лагеря в лесу. Но по сути, именно из-за этого ранения я и притормозил работу в Англии, в Плимуте был скорее завершающий аккорд. Я решил, что с местью пора завязывать.

Аккуратно, стараясь не растрясти Бету, три ночи ехали до Лондона. Прежде чем брать банк (я уже выбрал какой), нужно было продумать пути отступления и найти средство эвакуации. Необходимо скоростное судно с такой дальностью хода, чтобы хватило до Франции, то есть не меньше шестидесяти морских миль. Для этого вполне подойдут минные катера.

И стоит отметить, что недалеко от Лондона была станция с такими катерами. Дальность хода у них, конечно, невелика, но до Франции точно хватит, да и скорость приличная – у некоторых выше тридцати узлов. Однако, проведя разведку, я был вынужден констатировать, что тут ничего не выйдет. Нет катеров, а те два, что вытащены на берег, мне не подходят: они проходили плановый ремонт и обслуживание. Похоже, британцы, после того что случилось, всё побережье закрыли.

Банки все были под охраной, видимо по той же причине. Я в других городах поджигал банки, а для британцев удар по их кошельку что острый нож в сердце. В разное время и в разных городах двадцать шесть банков пылали как свечи. Я делал бутылки с зажигательной смесью, для этого мне несколько раз приходилось взламывать аптеки, чтобы добыть там бензин на это дело.

Не зная, где будет нанесён очередной удар, банкиры наняли дополнительную охрану. Ликвидировать я её смогу, но не бесшумно, без Беты тут и ловить нечего. Ладно, Лондон трогать не буду, лишь бы уйти тихо.

А компенсацию за арест судна я уже получил. Я ведь не все банки жёг сразу, в некоторых предварительно по хранилищам пошустрил, так что в чемодане лежали два миллиона пиндосских долларов банкнотами, а в обоих саквояжах – сто тысяч рублей Российской империи золотом. Их я взял в хранилище одного из ливерпульских банков перед тем как сжёг его, как и ещё шесть других в городе. Фунтов тоже хватало, взял тысяч пятьдесят, но больше не связывался: отследить могут; это доллары поди отследи, их пиндосы много печатают.

Как видите, не зря столица серьёзно сторожилась от такой напасти. А вообще, я читал местные газеты. Моя уловка сработала, и все британцы считали, что это работают ирландцы, ИРА: мол, политические убийства банкиров и лордов, ограбления банков, деньги нужны для нападений и вербовки, сжигали банки, чтобы ударить по самому сокровенному. Отлично, мне это только на руку.

Причём в газетах были описаны ещё пять нападений, слегка меня удививших. Как раз банки грабили, убитые были и со стороны нападающих, и со стороны полицейских и солдат. Вот тут я уже ни при чём. Похоже, это уже настоящие повстанцы головы подняли, ну или местные кадры под шумок банки ломали. Из пяти нападений три были удачны, из банков всё вывезли. Что касается двух других, то в одном только частично смогли вывезти, а во время последнего нападения все погибли: здание было окружено, при прорыве и легли ребята, жаль их.

Британию я покинул, угнав в районе Дувра небольшой парусный рыбачий баркас. Рыбаки как раз на ночной промысел собирались. Всех троих – за борт, сам я под рыбака переоделся, и ушли в ночь. Баркас и нас с Бетой, и наши трофеи спокойно вывез. Ночка была тёмная, пару раз на горизонте мелькали какие-то суда. Один раз британский бронепалубный крейсер пробежал не так далеко, но нас не заметил, а мне хорошо его было видно, даже ночью.

До континента я смог добраться только на второй день: в первый ветер сменился и погнал нас в Северное море. Я потому паруса и не любил, от капризов природы зависишь. Так и качались на волнах целые световые сутки, завалив мачту. Бета отлёживался, я менял ему повязки, но видно было, что молодой организм справляется, на поправку идёт.

Нас снесло, и высадились мы в Германии. Но главное, мы на берегу. Баркас я отправил под парусом скакать по воле волн – глядишь, кто поймает этот летучий голландец. Оставив Бету при вещах (тут скалы на берегу, есть место для укрытия), я в теле Альфы направился на поиски транспорта. Желательно его купить, но можно и украсть. Возница не нужен: лишний свидетель; в таких случаях их не оставляют, поэтому лучше всё самому сделать.

 

Я примерно прикинул, куда нас снесло, и, когда опознался на местности, понял, что не так уж сильно ошибся. А ведь на глаз вычислял, штурманских инструментов-то нет, как и карты. Высадились мы, оказывается, в районе городка Гретзиль. Там я и купил рессорную повозку. Постарался сделать помягче ложе для Беты, после чего мы покатили в сторону Берлина. Добравшись до ближайшей железной дороги, мы избавились от повозки, и без пересадок прибыли в столицу Второго рейха.

Потом была снята комната у частников и найден умеющий держать язык за зубами опытный врач для Беты. Я прокатился до Цюриха, где положил деньги в банк под проценты: один миллион долларов на Альфу, второй – на Бету. Сто тысяч русских рублей положил в арендованный Альфой сейф: золото есть золото, пусть хранится.

В ожидании, пока Бета встанет на ноги, я нанял учителя немецкого языка. Нахождение в языковой среде сильно помогало мне с его освоением. Фактически за этот месяц я освоил то, что полгода учил бы у себя на родине.

Домой мы с Бетой вернулись за пару дней до начала уроков, успокоив волновавшуюся Анну Васильевну. Документы по практике нам оформили, так что мы продолжили учёбу. Бета, всё ещё бледный и слабый, говорил всем, что не до конца оправился от тяжёлого двухстороннего воспаления лёгких. Ну а я учился да помогал Бете. Так время и шло. Полностью Бета восстановился только через полгода, я начал постепенно давать ему нагрузки, восстанавливая тело.

Летом мы закончили учиться, сдали экзамены и получили патенты шкиперов и штурманов международного образца, а также звания прапорщиков по адмиралтейству. Нас внесли в реестр и сразу отправили в запас, выдав офицерские патенты. Они всем офицерам выдаются, даже таким, как мы.

Окончание учебы мы сперва шумно отметили в ресторане, а потом и в тихом семейном кругу. Отдыхали всего три дня, а дальше нас ждало долгое и увлекательное путешествие на другой край России – на Дальний Восток. А конкретнее – в Порт-Артур. Билеты были куплены заранее.

К поезду был присоединён грузовой вагон, туда загрузили и три больших ящика, оформленные на Альфу, я оплатил доставку груза. А мы ехали в мягких вагонах второго класса. Из-за плотной учёбы спали мало, так что я воспользовался возможностью, дав близнецам отлично выспаться в дороге.

Правда, телам не хватало нагрузки, поэтому во время стоянок, когда бункеры пополнялись углём и водой, мы занимались гимнастикой, боролись друг с другом, отрабатывая разные приёмы, чтобы взбодриться. Некоторые из пассажиров, среди которых были и офицеры, присоединялись к нам. Хотя особо с ними я не сошёлся, а всё потому, что вёл здоровый образ жизни. Для этих вояк кто пьёт – тот друг и брат. А не пьёшь, даже внимания не обращают: неполноценный, считай.

К сожалению, прямого железнодорожного сообщения с Дальним Востоком не было. Дорога шла до Байкала, там пересаживались на судно. Мы отлично накупались в озере, после чего на судне прибыли на другой берег. Там снова погрузились на поезд, и дорога продолжалась.

Среди пассажиров, ехавших с нами, были и местные. Они рассказывали, как раньше поезда попадали под обстрелы местных бандитов – хунхузов. Рассказывали, что многие купцы во Владивостоке платили им дань, кто-то даже тысячами рублей. Иначе – похищение и выкуп, а может, и пытки, и убийство, чтобы другим неповадно было. Разбой и крышевание тут процветали. Но сейчас было тихо, охранная стража КВЖД серьёзно проредила бандитов. Нам повезло, проехали спокойно и вполне благополучно добрались до Порт-Артура.

На станцию Порт-Артура мы прибыли днём, часа в три по местному времени, двадцать девятого июля тысяча девятьсот третьего года. Бета забрал наши личные вещи и направился искать место, где можно остановиться, организовать помывку, что было необходимо после такой долгой дороги, и стирку одежды.

Альфа же остался на станции, чтобы проследить, как выгружают ящики, и оплатить для них место на складе сроком на год. Грузчиками были два десятка китайцев. Они с огромным трудом смогли вытащить ящики по доскам и погрузить их на усиленные повозки. Ну да, каждый ящик – почти полтонны весом, что есть, то есть.

В ящиках находились ружья-пулемёты «Мадсен» под русский патрон. К каждому амуниция с чехлами под магазины и четыре тридцатизарядных магазина. Сложены они были не в оружейные ящики, как полагается, а фактически кучей, для прослойки между ними была набита солома. Зато так они меньше места занимают – в ящике по тридцать пулемётов.

Это оружие, ровно сто штук, я через третьих лиц заказал в Дании, после чего оно разными путями было доставлено в Ригу, а из Риги железной дорогой в Питер. До нашего отъезда на Дальний Восток оно хранилось на том же складе, что и берданки, которые я продолжал возить в Африку.

Кстати, в Африку я отправил и пять «мадсенов» с солидным запасом патронов. Арабы, мигом распробовав это оружие, запросили ещё. Так что был сделан заказ ещё на пятьсот единиц пулемётов, которые, также через третьих лиц, отправлялись в Африку; было отгружено уже больше двухсот единиц. Схема отлажена, будут доставлены и остальные.

Как мне удалось узнать, почти все пулемёты были выкуплены колонистами из Южной Африки. Да, бурами. Они же заказали в России целое судно патронов к ним. Ну и вроде вышли на оружейный завод в Дании, где изготавливают это оружие, заказали себе под уже привычный патрон ещё таких пулемётов. Точно не знаю, что дальше было, но грузовое судно из Одессы уже ушло в Африку с грузом патронов, по остальному пока неизвестно.

Ещё пять пулемётов были среди баулов наших личных вещей, я старался сделать их непохожими на оружейные кофры. Там же на пять пулемётов – тысяча патронов. Маловато, но хоть это. Весят они солидно, Бете пришлось телегу нанимать, чтобы все наши вещи отвезти на место постоя.

Ещё в поезде мы узнали, что с жильём в городе настоящая беда. Даже офицеры жили вдвоём, втроём в одной комнате. А уж семейным было совсем плохо. На этот случай я успел подготовиться, обдумав проблему с разных сторон. Поэтому убедившись, что нормального жилья нет, а в общежитии я жить не хочу, сразу приступил к пункту «Б» (пункт «А» подразумевал жильё в городе).

Бета стал искать суда в продаже. А что, всё равно покупать, так чего тянуть? К сожалению, суда, удовлетворяющие меня по всем параметрам, в Порт-Артуре не продавались. Был крупный двухмачтовый бриг водоизмещением в тысячу двести тонн, без паровой машины, что сейчас большая редкость. Да и сам бриг уже старик: разменял три десятка лет. Были два парусно-паровых судна, одно из них – рыболовная шхуна, самая молодая среди продаваемых судов, всего восемь лет.

Нормального судна, пусть даже небольшого тоннажа, но с паровой машиной, в продаже просто не было. Может, во Владике что будет? Не знаю, но я собираюсь побывать и в Японии, и в Китае, чтобы поискать там что-нибудь подходящее.

Пока же Бета купил банальную джонку. Небольшую, но в виде яхты, с роскошными каютами, небольшим камбузом и столовой. Для жилья лучше нет. Всего тонн сто водоизмещением, большой баркас, по сути, но для двоих очень даже неплохо. И не зависим ни от кого. Купили и лодочку, чтобы до якорной стоянки судна добираться.

Оформление в администрации порта не требовалось, тут таких джонок тысячи, ну или сотни. Просто получили выписку с подписями двух свидетелей, хозяев других джонок, о том, что судно теперь принадлежит Бете. Бета передал деньги, двести десять рублей, получил расписку на указанную сумму, и всё. Бывший хозяин отбыл, а Бета начал устраиваться на борту.

Когда я на пролётке подкатил к берегу, Бета уже плыл ко мне на лодке, работая вёслами. Он успел найти китайских прачек, передал одежду в стирку и на палубе готовил всё к помывке. Ею мы и занялись, не особо смущаясь, прямо на палубе. Потом, расстелив матрасы, отдыхали на корме, греясь под лучами жаркого солнца и изучая стоявшие на рейде боевые корабли. Кстати, и «Варяг» был тут же.

Мы сделали заказ китайскому лодочнику, и тот доставил нам продукты. Даже готовые китайские пельмени были: отвари и употреби. Вкусные, мне понравились. Утром лапша будет.

Потом Бета делами занялся: доставал пулемёты и другое оружие, проверял и чистил их после долгой дороги. Из оружия у нас были две британских винтовки «Ли-Энфилд» с запасом патронов «дум-дум» (по пятьдесят на ствол), четыре пистолета-карабина Маузера, два браунинга, официально купленные в питерском оружейном магазине, и два нагана. К оружию – кобуры, ремни, даже наплечные, запас патронов, тоже солидный. Был даже ящик динамита, но его убрали глубоко в крохотный трюм, чтобы глаза не мозолил.

Пока Бета оставался на охране, Альфа отправился на берег, Бета его отвёз. Для начала я хотел узнать, как тут с женщинами. После долгой дороги оба близнеца уже в охотничью стойку становятся. Мне ещё в поезде посоветовали салон мадам Коко. Местные старожилы знали, что советовать: дорого, зато без проблем.

Ну и насчёт местного пароходства КВЖД узнать хотел. Пока планы были такие. Альфа покупает судно на паровом ходу, большое не нужно, хватит тысячи тонн водоизмещения; по сути, местный каботажник, изучать местные воды самое то. А вот Бету стоит пристроить в местное пароходство; с кадрами тут постоянные проблемы, так что думаю, быстро на какое-нибудь судно устроится.

Это всё нужно для расширения зоны охвата будущих военных действий. Мне нужно тщательно изучать местные воды. Да, со мной есть навигационные карты, которые я скопировал у первого своего учителя-штурмана, но изучать своими глазами тоже дорогого стоит.

Именно в салоне мадам Коко я и решил свои проблемы. Уже когда стемнело, и я, довольный и выкачанный до самого дна, спустился вниз, то в курительной комнате подошёл познакомиться со шкипером парохода КВЖД (приметил его форму), который, как оказалось, работал на регулярных рейсах в Японию, заходил и в Сасебо. Он мне посоветовал покупать судно у японцев: в последнее время они строят судна очень высокого качества, не как раньше. Особенно небольшого тоннажа. И комфорт на борту теперь тоже на уровне.

Сам он ходил на пароходе именно японской постройки, в две с половиной тысячи тонн водоизмещением. Сейчас судно стояло у причала, на разгрузке. Причём, что за груз, он не скрывал: в Японию зерно возит, обратно – рис. Оттуда же и пшеница прибывает. Что-то флот выкупает для себя, но большая часть уходит вагонами в центральную Россию.

Я поинтересовался: почему в Китае не покупают? Шкипер пояснил, что там два других судна работают. Тут объём морских грузоперевозок невелик, нескольких судов хватало, чтобы обеспечить работу железной дороге и поставки флоту, который дислоцировался в Порт-Артуре. Местное население кормилось за счёт поставок самих китайцев, использовавших для этого джонки.

Ну и главное. Проблемы с моряками тут действительно были. У шкипера на борту всего два судоводителя, он сам и старший помощник, и всего один штурман. Большая часть моряков – русские, но были и несколько корейцев, которые научились балакать на русском. Заиметь ещё одного судоводителя он был очень даже не прочь. Даже начальство бомбардировал письмами, на что ему отвечали, что мало выпускников мореходки из Владивостока сюда едут, а из центральной России так вообще никого.

Я был доволен, что пристроил Бету на судно вторым помощником капитана. Завтра оформим договор на год, и он приступит к работе. Причём судно через два дня уходит в Японию, и я с ними пойду, в качестве пассажира. Буду искать себе судно. Пусть оно у меня недолго пробудет, так как с началом войны я, скорее всего, буду призван, но я его потом куда-нибудь пристрою. Там видно будет.

Вот нехватка специалистов-моряков меня напрягла. Нет, обычных моряков нанять можно: когда у военных моряков заканчивается срок службы, они охотно нанимаются на гражданские суда, потому что там и сытнее, и денежнее, можно заработать на дорогу обратно домой, на подарки родным. Но вот с навигаторами и помощниками капитана может быть фигово.

Я даже задумался: стоит ли отдавать Бету? Однако плюсы работы на разных судах всё же перевесили. Ничего, и один справлюсь. И за капитана буду, и за штурмана, всё опыт. Шкипер также посоветовал, где можно найти бывших военных моряков, которые ещё не отбыли домой.

Я вернулся на берег. Бета, подогнавший лодку, поспешил в салон мадам Коко, а я, довольный, как мартовский кот (девочки у мадам очень даже неплохи, завтра повторю), взялся за вёсла и направил лодку к джонке.

Утром близнецы посетили штаб флота, где встали на учёт как прапорщики запаса. Точнее, это был штаб эскадры, которая тут дислоцировалась. После этого Бета посетил здание, где располагались службы пароходства КВЖД. Его зарегистрировали как сотрудника, сроком на год, и направили на борт судна «Магдалена», где капитаном был уже знакомый мне шкипер.

Кстати, через Бету я после узнал, что острого дефицита в штурманах или шкиперах нет, мореходка Владивостока вполне удовлетворяет потребности пароходств, работающих здесь, просто у капитана «Магдалены» излишне высокие требования к работникам. Ужиться он смог только со старпомом, а штурман – его родной брат, младший.

 

Непросто Бете будет. Ему, как выпускнику столичного учебного заведения, никак нельзя упасть лицом в грязь. Ничего, опыт у нас есть, не то что у других. Ведь в большинстве своём студенты мореходных классов не учились, а отбывали повинность. Во всяком случае, если посмотреть со стороны, казалось, что им нужны только дипломы. Не зря их в газетах хаяли, называя не студентами, а сбродом.

На нашем курсе реально учились всего шесть человек. Эти шестеро и получили наивысшие оценки. Преподаватели же тоже видят, кто реально учится, а кому это неинтересно. Семеро вовсе не сдали экзамены, на пересдачу пошли. Сдали экзамены по двум специальностям, основной и дополнительной, шкипера и штурмана второго разряда, всего трое: близнецы и ещё один паренёк из потомственных моряков. Остальные были низшего, четвёртого, разряда.

Бета, забрав вещи, с помощью наёмного лодочника из корейцев перебрался на борт судна, которое, закончив загрузку зерном, уже отошло от пирса и встало на якорь. Он заказал себе пошив флотского костюма уставленного образца со знаками различия судоводителя, обещали, что сегодня будет готов. Портного ему посоветовал капитан «Магдалены». Альфа себе тоже заказал. Чуть позже он присоединился к Бете и заселился в пассажирской каюте. Все вещи с джонки я перевёз с собой. В каюте их было не разместить, поэтому выделили место в кладовке.

Джонку продавать я не хотел. Один поручик-артиллерист из береговой охраны, тучный такой, мучился с поиском жилья. Мы с ним на одном поезде прибыли, он с двумя слугами был, хотя их наличие и порицается. Вот ему я и предложил джонку в аренду, чему тот очень обрадовался. То небольшое неудобство, что жить придётся на воде, поручика не смутило. Роскошью каюты его удовлетворили, причём настолько, что он триста рублей золотом предложил.

Я согласился. А деньги положил на недавно открытый счёт Русско-восточного банка, имевшего представительство в городе.

Бете устроили на борту экзамен по профпригодности, а Альфа отправился на берег набирать команду для своего будущего судна. Место для неё на борту было. Для начала хватит двадцати, дальше наберу по надобности. Главное, нескольких кондукторов найти, пару в рубку и в машинное отделение.

* * *

Сейчас я находился в порту Токио. Сюда пришлось добираться на другом судне. «Магдалена» с Бетой на борту, высадив меня с моей командой в Хиросиме, загрузилась и отбыла обратно. А капитан-то мне врал: рис можно купить и в других местах. Среди груза были какие-то ящики и сталь разных марок в чушках. Просто класс, сами же продаём японцам бронесталь для постройки их боевых кораблей.

В Токио был неплохой рынок разных судов на паровом ходу. Однако ничего мне не подходило. Но было одно новенькое судно, без пробега, заказчик не смог его выкупить (проще говоря, бежал из Японии), и верфь выставила судно на продажу как арестованное имущество.

Судно было грузопассажирское, имело двенадцать пассажирских кают, из которых две – улучшенной планировки, одноместных. Были также каюта капитана, три каюты для помощников и штурмана, матросский кубрик, приличный камбуз, столовая. Судно даёт ход в восемнадцать с половиной узлов на пределе, или пятнадцать, если особо не нагружать машины, а это очень прилично. Имеется радиорубка с радиостанцией «Телефункер», надстройки рубки управления находятся ближе к корме.

Всё хорошо, только одна беда. Или две, тут как посмотреть. Судно слишком большое, две тысячи триста зарегистрированных тонн водоизмещения. Многовато для меня. С другой стороны, отличное судно, свой судовой кран, три трюма, два перед надстройками, третий за надстройками, между ними и кормой. Вторая причина моих колебаний – цена. Что-то больно её загнули. Вон, флотские интенданты поглядывали на судно, но пока не приобретали.

Со мной было двадцать пять человек. Для небольшого судна – полная команда, для этого – едва две трети. Зато все командные должности я закрыл. Есть старший механик, у него два помощника на вахты, семь кочегаров, два бывших кондуктора на мостик, в качестве вахтенных, четверо рулевых, боцман и восемь палубных матросов. Радиста не было, я как-то не рассчитывал, что судно будет радиофицировано.

В общем, нужно брать. Оплата в иенах, но если перевести в рубли, то просят за судно двадцать пять тысяч. Такое судно больше двадцати трёх не стоит, но японцы стоят на своём. Хм, я уже как-то брал судно с переплатой, и не пожалел, быстро отбил средства. «Бегущая по волнам» и сейчас работала на рейсах по доставке овощей и фруктов, они хорошо расходятся, особенно зимой.

Кстати, как была решена проблема с доставкой грузов в Питер. Компании по морским перевозкам Анны Васильевны дозволили арендовать время от времени флотский ледокол, который и прокладывал путь до столицы. Дальше разгружали прямо в сани со специальным коробом, чтобы груз не поморозить, и развозили по клиентам. Всё давно налажено и отлично работает.

На борту этого японца, стоявшего на якоре в порту Токио, я был не один, а с двумя кондукторами и боцманом, остальные ждали на берегу. Мы вчетвером всё изучили, и, выслушав вердикт подчинённых, я молча кинул. Судно однозначно берём, плохих слов я о нём не услышал. Да и новое всё. В общем, я оплатил покупку и получил документы на судно, регистрировать буду в Порт-Артуре.

Моряки мои уже устраивались в матросском кубрике, старпом и второй помощник, а также механики – в каютах для команды. Поддали парку в котлы (их тут было два). Бункера, как и кладовые, были пусты, так что начались закупки. В основном грузили рис в кладовку и рыбу в холодильник при камбузе (о да, тут и холодильник был, десятикубовый). Потом оснащение для матросского кубрика: постельное там и остальное, что нужно в каютах. Свои вещи я разместил по шкафам в своей каюте. Потом встали к причалу у угольных куч на бункеровку, тут больше японцы работали, загружая бункера, я доплатил.

После этого, покинув порт, мы вышли из залива и направились к Порт-Артуру. Пустые – ни груза, ни пассажиров. Я не имел права их брать: не было у меня разрешения на это.

Я решил назвать судно «Хитрый лис». В пути мы пробовали его в разных режимах, даже успели попасть под шквал, который судно выдержало с честью. Право на вход в радиорубку был только у меня, и, разобравшись как использовать станцию, я иногда мониторил эфир, однако шли лишь обычные многочисленные морзянки на разных волнах.

С судном и командой всё было хорошо, недостающих людей доберу в Порт-Артуре. Вот кока на борту не было, не нашёл я его среди моряков, даже помощников кока не нашлось. Пришлось нанять в Токио семейную пару, они и готовили. Нанял я их только до Артура, так как не очень им доверял, тем более при скорой войне.

Бета сейчас в Артуре, его судно стоит на якоре. Команде неделю дали отдохнуть, а он, как самый молодой, остался на борту за старшего. А вообще, прописка прошла, и Бету признали за своего. Шкипер пробурчал, что, похоже, в столице научились готовить молодых специалистов, выразив таким образом как своё удивление подобным фактом, так и уважение к Бете как моряку.

Учили Бету все трое: старпом, сам шкипер и штурман, учили хорошо, делясь знаниями и опытом, а это и нужно было нам обоим. Ведь я, по сути, учился на собственных ошибках, что мне не нравилось, и получаемый Бетой опыт давал мне возможность не совершать этих ошибок. Тут, на востоке, были свои традиции и свои правила.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21 
Рейтинг@Mail.ru