Крыс. Война миров

Владимир Поселягин
Крыс. Война миров

После топлива была закупка обстановки пассажирского отсека челнока представительского класса со всем необходимым оборудованием и, наконец, закупка медоборудования. Брал третьего поколения. По цене и качеству оно меня устраивало. Взял одну лечебную капсулу и один реаниматор. Перед покупкой внимательно их проверил. Износ минимальный, недолго работали, а мне прослужат приличное время. К обеим капсулам я закупил картриджи, ремкомплекты и другие расходники. Взял с десяток пищевых синтезаторов и картриджи к ним. Запас карман не тянет, я собрался по одному синтезатору установить на каждом судне, можно сказать, это будет мое ноу-хау на Земле. Еще взял два компа для челноков. На этом все, деньги закончились. В основном я их на медоборудование потратил. Нужная вещь.

Почти сразу, при свете дня, я полетел к порталу: нужно вернуться в свой родной мир. В принципе, в королевстве я планировал пробыть несколько дней. Тут и время, чтобы заработать на запчасти и оборудование, ну и обратная дорога, но вышло несколько быстрее. Удачно мне та идея пришла в голову, позаимствовать одну машину у немцев, и еще больше повезло, что «Хорьх» попался.

Добравшись до заповедника, я осмотрелся. Тут еще царил световой день, но я решил не задерживаться. Поэтому прямо днем активировал портал и перебрался в ночь соседнего мира. Там долетел до Житомира и вернулся в свой родной мир. Первым делом связался с дронами охраны ангара, к счастью, там все было хорошо, на мое имущество еще не вышли, это не могло не радовать. Путь к ангару тоже не вызвал у меня нареканий.

По прибытии я сразу активировал ремонтный комплекс, и тот продолжил оснащать челнок, то, чего не хватало, я привез, остались последние штрихи. Вот этими последними штрихами я и занимался последующие сутки, лишь однажды прервавшись на сон. Однако дело было сделано, челнок сиял, покрытый свежей краской, которую я также привез из королевства. Сперва корпус покрыли специальной жаропрочной грунтовкой, потом и краской. Все как и положено. Вот теперь настал тот момент, к которому я так готовился, сначала пробный вылет, полное тестирование всех систем челнока, а потом уже демонстрация.

В самом ангаре было практически пусто, все, что можно, я вывез еще перед полетом в королевство. Пришлось подумать, где найти еще одну тайную базу. Причем так, чтобы не светить свое лицо. Даже думать долго не пришлось. Заброшенных воинских частей в Подмосковье хватало, вот и занял одну, уже никому не нужную. В ремонтных боксах поместил оборудование и имущество, два дрона их охраняли, один остался в ангаре. Так что тут на аэродроме остался один мусор.

Сложнее всего было дождаться наступления темноты. Судовая система маскировки второго поколения, купленная в королевстве, конечно, для Земли неплоха, но глаза у людей не пропали – днем увидят, вот и ждал ночи. Наконец та наступила, дроиды открыли ворота настежь, наверное, впервые с момента аренды ангара, после чего я поднялся на маневровых над бетонным полом и вывел судно наружу. Пока неплохо, все действует. Если что вылезало, комп реагировал и убирал проблему. На бреющем я отлетел от аэродрома и столичных огней километров на тридцать и стал спиралью подниматься, продолжая тестировать челнок в атмосферном полете. Проблемы вылезали – три уже были, их дроиды комплекса стабильно решали. Наконец орбита, я на орбите. Атмосфера на борту была. Однако это не означало, что я сидел в рубке без защиты. На мне был технический скаф четвертого поколения. Отличная вещь, тем более что пробоину на одной из перчаток он зарастил. Система жизнеобеспечения работала стабильно, гравитация не скакала, выдавала стандартную тяжесть. Я даже синтезатор проверил, все работает, пища горячая и съедобная.

Отлетев от Земли к Луне и уйдя за спутник, я почти два часа напрягал все системы суденышка, выискивая разные неполадки. Так крутил челнок, что удивительно, как он не рассыпался, поэтому я радовался: нагрузки тот выдержал. Хорошее судно, крепкое. Так-то неполадки, конечно же, выскакивали, все же судно сыровато, однако я мгновенно реагировал на все проблемы, используя комплекс. По истечении второго часа количество поломок сошло на нет. Одно я теперь знал точно – хотя бы одного дроида-техника на борту иметь желательно, чтобы комп челнока, используя его, решал возникающие проблемы.

Топлива после моих активных маневров осталось две трети, движок я собрал экономичный, поэтому решил схулиганить и направился к МКС. А что, если уж делать пиар, так с помощью космонавтов! Подлетев к станции – ох и чудо-юдо! – я стал медленно крутиться вокруг нее. Сразу понял, что меня заметили – в обзорных иллюминаторах сверкали вспышки фотоаппаратов, а на планету уходил радиосигнал – я его не глушил. Судя по усилившимся на Земле радиопередачам, там началась паника. Вот она, встреча с внеземным разумом. Пришлось обломать фанатиков-уфологов за пультами управления МКС. Выйдя на ту же волну, я спросил:

– Эй, русские на борту имеются?

Передача была узконаправленная, значит, на планете меня не слышали.

– Кхм, кто говорит? – осторожно поинтересовались с той стороны.

– Вас чему учили, если встретите инопланетян? Представиться и войти в контакт. Я почти инопланетянин, а после литра водки еще и негуманоидом становлюсь. Девки наутро так и говорили.

– Земеля, что ли? – искренне удивились с той стороны.

– Ага, из Москвы. Вот, собрал чудо-аппарат, тестирую. Земля русская, как всем известно, славится своими изобретателями и последователями Кулибина. Я – и то и другое.

– А уж скромный какой! – едва слышно хмыкнул тот же собеседник.

– Тоже верно, – поддакнул я ему. – Как насчет того, чтобы на борт подняться? У меня тут и вино имеется, и закуски. Отметим удачный вылет?

– Кого можно брать?

– Да всех бери, челнок большой, два десятка человек без проблем вместит, даже три десятка, только треть стоять будет. Да и это… у меня тут гравитация действует, а вы давно в пустоте висите. Проблем не будет?

– Вполне могут быть, нам на адаптацию время нужно.

– Тогда я понижу до половины, чтобы и вам комфортно было, и мне. Ну все, давайте стыковаться.

– Получится?

– Шлюзы у нас разные, у вас нестандарт, – согласился я. – Однако я об этом подумал, у меня есть еще и переходный шлюз. Сейчас дроиды наведут его, и сможете перейти. На то, что стенки мягкие и качаются, не обращайте внимания, шлюз крепкий.

– Ждем.

Пока я проводил стыковку, станция держала постоянную связь с наземными службами, им уже все было известно, даже запись наших переговоров имелась. Космонавты на станции с интересом наблюдали за ползающими по обшивке челнока дроидами – как те наводили гофрированный шлюз. Когда я дал добро, пройдя шлюзование в двух шлюзовых, на борт поднялся первый космонавт – на разведку. Это был тот же парень, что вел со мной переговоры.

– Волков, – протянул он мне ладонь, прошел из шлюзовой на борт челнока и, удивленно осмотревшись, притопнул ногой и пробормотал: – Действительно гравитация!

– А то! – пожимая ему ладонь, самодовольно сказал я. – Роман Брайт, исследователь, корабел и человек, находящийся во всероссийском розыске. Сейчас экскурсию начнем или остальных подождем?

– Подождем остальных, – ответил космонавт и тут же спросил: – Ты не будешь против, если мы будем вести съемку?

– Да ради бога.

Дождавшись, когда на борт пройдут четыре космонавта, – шестой остался на МКС, с Земли приказали, – я поздоровался со всеми и начал экскурсию. Среди гостей оказалось еще два земляка. Больше всего космонавтов заинтересовал душ, я бы даже сказал, очень сильно заинтересовал.

– Работает? – уточнил Волков.

– А то!

– А проверить?

– Да пожалуйста, – пропустил я того в кабину и показал, как им пользоваться. Тут немного по-другому по сравнению со стандартами Земли.

Скинув свой скафандр (а все гости были в них), первый испытатель прошел в шлюзовую и начал принимать душ.

– Кстати, – обратился я к остальным, – душем еще никто не пользовался, так что ваш коллега не только испытатель, но и подопытный. Надеюсь, с ним будет все в порядке.

К счастью, Волков вышел из душа довольный, и его место занял шустрый японец. Пока я проводил экскурсию, уже все гости успели обзавестись бокалами, испробовали немецкое вино, трофеи из сорок третьего, закуски из пищевого синтезатора и сияли от удовольствия. Наконец с осмотром было покончено, и начались расспросы. Спрашивали все, но переводили мне земляки – кроме русского и немецкого других языков я не знал.

– Скажите, вы будете передавать технологии представителям государств Земли? – спросил штатовец.

– Нет, – коротко ответил я. – Контакт будет только с Россией, но и государству, в котором вырос, я не буду передавать технологии, слишком опасна утечка. Вот передавать в лизинг готовые аппараты и помогать с обучением пилотов и техников – это возможно. Опять-таки только России, сотрудничество с другими странами я не рассматриваю.

Все это я говорил, конечно же, не космонавтам, а тем, кто нас в прямом эфире слушал внизу. Первый контакт, можно сказать. Кто имеет нужную информацию, тот поймет.

– Вы сами построили этот космический корабль? – спросил японец.

– Это не корабль, а гражданское судно, челнок класса атмосфера-космос. Дальности полета вполне хватит, чтобы облететь часть системы, а с дополнительными баками – так всю.

– Почему вы один строили это судно? – допытывался тот же японец.

– Я предлагал сотрудничество правительству Российской Федерации. Оно было отвергнуто. В первый раз я посетил администрацию президента, где меня даже слушать не стали, а отправили в психиатрическую больницу на исследование. Думали, что я сумасшедший. После этого мне удалось прорваться на прием к президенту – это тот еще подвиг, уж поверьте мне. Он выслушал меня и ответил категорично. Россия в этом проекте участвовать не будет. Запись нашего с ним разговора у меня имеется, для меня это юридический документ, подтверждающий, что никаких прав Россия на мое судно и идеи не имеет. Упустили они возможность встать рядом со мной при создании первого многоцелевого судна планетарного базирования.

 

– Вы можете описать свою биографию, если она, конечно, не секретна? – поинтересовался космонавт из Европы.

За пару минут я рассказал свою не сильно длинную биографию, естественно, никак не упоминая о порталах. Правда, о похищении работорговцев и побеге обратно на Землю я тоже не рассказывал, эта утка для президента, тут такое озвучивать не стоит. Гений – и все тут.

Вопросы так и сыпались. Мы устроились в пассажирском салоне на мягких креслах и так вот общались. Почти два часа на них убил. Под конец, когда я сообщил, что пора завязывать с этим, ко мне подошел Волков.

– С Земли передали, что готовы к встрече и переговорам.

– Поверь мне, они еще не готовы, – хмыкнул я, и быстро стрельнув глазами в сторону других космонавтов международной космической станции, передал Волкову пакет. Тот заглянул в него и расплылся в улыбке. Я знал, что им надо. В пакете был десяток бутылок свежего пива и столько же вяленой тараньки. Пиво, правда, с газом, вроде космонавтам его нельзя, но раз Волков не отказался, то можно.

– Это презент.

После того, как космонавты перешли на борт станции, я отстыковался и, пока дроиды снимали переходный шлюз и убирали его в трюм, направился к планете, опуская судно на Россию. Правил я точно на Москву. Спускался без особой спешки, отчего рядом стали крутиться новейшие российские истребители. Были попытки выйти на связь, но я их блокировал. Сам я был серьезно занят – помимо пилотирования, обзванивал самые крупные телеканалы и, сообщая свои данные, приглашал подняться на орбиту на борт моего судна. Большинство секретарей на телефоне просто послали меня куда подальше, до них информация пока не дошла. Да и вообще общественность еще ничего не знала.

Некоторые каналы получили требуемую информацию, видимо, через подкупленных сотрудников Роскомоса. Нормально, с ними договорился, где их буду ждать, сколько людей от каждого канала. С трех телеканалов и двух газет набралось шестнадцать человек. Тут не только ведущие и корреспонденты, но и операторы, звукари, даже режиссеры были. Хороший такой табор. Именно этим и обуславливалась моя неспешность. Координаты я сообщил всем одни – это перекресток на трассе на выезде из города, там я собирался забрать приглашенную прессу. Гости прибыли даже быстрее меня, так торопились.

Убедившись, что машин прессы тут хватает, я сделал небольшой круг и пошел на посадку. Сел прямо на обочину, опоры ушли в землю, и челнок плюхнулся на брюхо, но замер ровно, не заваливаясь. Тут же из-под шлюзовой выдвинулась аппарель, а я, пройдя шлюзование, вышел наружу. Защита у меня была – мало ли, попытаются отобрать судно, поэтому два дрона при мне было.

Когда журналисты собрались у аппарели, пришлось немного подождать, пока операторы установят камеры, и я начал свою речь. Коротко дал биографию, сообщил, что занимаюсь исследованиями в области космонавтики, именно так и построил в одиночку свое первое судно. Тестирование оно прошло отлично, мне даже удалось пообщаться с космонавтами с борта МКС и пригласить их к себе на экскурсию. Показал общие фото. Все тогда фотографировали. После этого я предложил тем журналистам и сотрудникам телекомпании, с которыми у меня была договоренность, пройти на борт, сообщив, что они со мной отправляются на Луну, причем с посадкой и выходом в скафандрах на поверхность. Отказавшихся не было. Вокруг уже собралась толпа в полтысячи человек, тут и правоохранительные органы были, – вот с ними я общаться не стал, а дроны их ко мне не подпустили, – тщательно проверяли, кто проходит на борт. Один из дроидов комплекса выполнял роль стюарда, рассаживал гостей – кого у иллюминатора, кого в проходе.

Лица гостей совпадали с фото на сайтах телеканалов, то есть на борт поднялись именно те, кого я приглашал. Я поднялся последним, после шлюзования. Дроид в это время обслуживал гостей, вино растекалось по бокалам, одуряюще пахло съестным. Пройдя в рубку, я стал поднимать челнок на орбиту. Один оператор встал у рубки и снимал с моего разрешения, как я это делаю. Все равно без сети никто это повторить не сможет. После поднятия на орбиту, что вызвало у корреспондентов вопли радости и поток тостов, мы полетели к Луне. Добрались быстро, минут за сорок, да и то потому, что я не особо торопился. Сели с той стороны, где видно Землю. А она реально красивая, все гости на нее любовались, не забывая фотографировать. После того как я отключил гравитацию на борту – это было уже после посадки на спутник Земли, – все почувствовали, насколько слаба гравитация Луны.

Всего на борту было три запасных скафандра, взятых мной с борта фрегата, я выдавал их по очереди гостям и выпускал тех наружу. Как малые дети, только бы попрыгать под объективами камер и фотоаппаратов да камней-сувениров натаскать на борт судна! Одна девчушка-журналист притащила двадцатикилограммовый камень, сказала, что его поставят в холле телекомпании с табличкой, откуда и кто его привез. Это вызвало повальный сбор камней. Многие просто на память набирали, другие с корыстными мотивами, у каждого они были свои.

Пока очередная тройка резвилась снаружи, я общался с теми, кто находился на борту. Мне пришлось выкладывать планы на будущее, что собирался делать и что хочу. Более того, эти зубры перекрестного допроса вытянули из меня то, что я еще и в создании медицинского оборудования продвинулся далеко вперед. Это они так думали, на самом деле я бы и сам рассказал, а если тут во время разговора вытягивают эту информацию, почему бы не поддержать? То, что я УЖЕ создал два действующих образца – реанимационную капсулу и лечебную, которые еще проходили тестирование, – вызывало град вопросов. Пришлось отвечать, чего я ожидаю от этого оборудования. Мол, отращивания утраченных органов и конечностей, восстановления любых ран и повреждений, скромно признавшись, что первым добровольцем был я сам. Мол, несколько лет назад меня подстрелил в спину снайпер, был поврежден позвоночник, но благодаря реаниматору от ранения не осталось и следа. Я снова хожу и радуюсь жизни. Для подтверждения журналисты могут обратиться к профессору, который меня оперировал. Тот осматривал меня до операции и после излечения.

В общем, лапши я навешал журналистам качественно, от всей души. Что ж, дело сделано, с этого дня на планете не было ни одной семьи, которая бы обо мне не слышала. Большая часть передач шла либо в прямом эфире, либо в повторе. Я предоставил связь журналистам и корреспондентам со своими телеканалами и изданиями – причем закрытыми от прослушивания, комп их контролировал, и те имели постоянную связь со своим руководством. Так что за те восемь часов, что мы пробыли на Луне, информация обо мне растеклась по всей планете. Все, что хотел, я сделал, на памятник или бюст не претендую, но уповаю.

Вернувшись на планету, я высадил всех гостей на том же месте, и они стали разъезжаться на ожидающих машинах. Порядок выхода они знали, шлюз больше пяти человек за раз не принимал, а шлюзование – это обязательная процедура. Я даже выходить не стал. Сразу, как борт покинул последний гость, поднял челнок и включил систему маскировки, пропав с экранов всех радаров. Сделав несколько кругов, я незаметно вернулся к ангару, а когда дроид открыл ворота, залетел внутрь. Хорошо, что вернулись со спутника мы ночью.

Оставив обоих дронов охранять ангар, – кроме челнока тут ничего ценного не было, а платформу и ремонтный комплекс нужно было забрать, – я немедленно вылетел к порталу, оттуда уже ко второму, что находился между Киевом и Житомиром. Когда я перешел на планету Хипс, тут был день. Немедленно проверив почту, я довольно хмыкнул и отправил вызов на номер «домового» – это от него пришло несколько сообщений.

– В чем дело, мы же договорились, что вы постоянно будете на связи, – сразу же выставил тот мне претензии.

– Дела. В том месте, где я был, связь не действует. Однако сейчас я на Хипсе, поэтому и проверил непринятые сообщения.

– Да, я отправил несколько. Наместника интересуют несколько образцов техники. Отправляю их фото. За какое время вы сможете их доставить?

– Некоторые образцы быстро, других у меня не имеется, придется отправлять сообщение наемникам, с которыми я работал в диком мире. Они все доставят.

– Как долго ждать?

– Они на территории королевства. Так что быстро, в течение суток, максимум двух.

– Хорошо. Оплата за каждую единицу та же, десять тысяч. Состояние должно быть идеальным.

– Эм-м, тут на одном фото за спиной позирующего немецкого мотоциклиста стоит на обочине сломанный тяжелый советский танк «КВ-Два», именно он помечен как товар. У меня его нет, но я попытаюсь достать у наемников. Тот не в самом лучшем состоянии, но вроде рабочий.

– Мы ждем.

– Первые образцы товара будут доставлены в течение нескольких часов.

– Хорошо.

Разъединившись, я осмотрелся – солнце сверху так и парило – и перешел в мир сорок третьего года. Забравшись в кабину платформы, я поднял ее над лесом и направился к Киеву. Бедные немцы, грабят их и грабят.

Что меня полностью устраивало, в Киеве были мощные ремонтные цеха по восстановлению техники. К счастью, «КВ», как раз «двойка», там нашелся, причем на ходу. Этот танк использовали для демонстраций и обучения немецких танкистов. Учили куда стрелять, чтобы подбить и тому подобное. Сам танк был во вполне приличном состоянии, так что с помощью манипулятора я поднял его на борт – у меня грузоподъемность сто сорок тонн, у манипулятора чуть меньше, – и полетел дальше. До наступления утра в гараже комиссариата «Украины» я набрал с десяток лимузинов, несколько мотоциклов, даже нашел и велосипеды – видимо, посыльных. После того как платформа вся была заставлена техникой, я почистил казармы «СС», забрав из арсенала все оружие и всю униформу солдат. Это типа бонуса за приобретение товара. Почти две сотни комплектов формы и обуви, включая оружие.

До портала я добраться затемно не успел, рассвело раньше, но это не помешало мне активировать портал и перегнать платформу на ту сторону. Сканер поиска биологических объектов показывал, что рядом никого, значит, свидетелей не было. После этого я взял курс на поместье наместника. По пути связался с «домовым» и сообщил о своем прибытии, отправив список доставленного имущества.

Через семь часов я взял из рук «домового» свой чип, куда тот перевел ни много ни мало, а сто семьдесят тысяч кредитов, подсчитав общую стоимость доставленного товара. Причем «домовой» намекнул, что если возникнет желание сменить гражданство, то проблем не будет – наместник поможет. Похоже, купленные у меня подарки для короля и его свиты изрядно подняли его авторитет, вот он и сыпал благодарностями. Сам я не все заказы доставил, поэтому отправился обратно. Чтобы не летать порожняком, я свернул в сторону столицы – крюк неслабый, но необходимый. Там я на всю сумму закупил медоборудования на целый госпиталь, одних капсул четвертого поколения десять штук. Остальные третьего, сорок две капсулы. Поверьте, скоро и этого будет мало. Брал все: диагносты, операционные, лечебные, учебные, реаниматоры, даже смог достать оборудование для синтезирования препаратов. Очень дорогое и сложное в покупке. С помощью этой мини-лаборатории можно гнать наркотик, поэтому все покупки отслеживались. Я же погрузил все оборудование, включая все расходники на платформу, и полетел к порталу. Следующими платежами я куплю себе базы врача. Уже нужно: одной базой «Боевая медицина» управлять всеми этими капсулами я не смогу, знаний не хватит, придется учиться.

Несколько проверок показали, что мой путь не отслеживается. Пока я мало кому был интересен. Да и на платформах, включая груз, маяков пока не было. На планете Хипс я провел полдня, за это время в соседнем мире прошел световой день, так что, перейдя туда, полетел к Житомиру. Перешел в свой родной мир и направился к воинской части, связываясь со всеми своими охранниками. Основная укрытая база была в норме, не обнаружили, а вот ангар находился в плотном кольце окружения. Выследили-таки. Судя по повреждениям обшивки ангара, попытки штурма были, но неудачные, дроны сообщили, что нейтрализовали порядка двухсот пятидесяти единиц противника, не убив, а просто оглушив ошеломителями, и дали возможность эвакуировать тела. После этого установилось перемирие, штурмов больше не было. А вот попытки выйти на связь не прекращались – видимо, местная власть думала, что я в ангаре.

Сгрузив все медоборудование, я задумался и полетел в столицу: пора начинать переговоры, московские власти на это тонко намекали.

Поменяв на базе платформу на «хонду», я направился в столицу. Саму платформу я светить не хотел. Штука такая, которая сразу всем понадобится, причем срочно, а я жуткий собственник. Пролетев по трассе до окраины столицы и отметив, что на посту ДПС что-то стало много полицейских, усиленных спецназом, – видимо, ждут волнений или чего-то подобного, – я погнал дальше. Пришлось объезжать две улицы, там были шествия. Энтузиасты собрали в марш победы несколько тысяч людей и шли к Красной площади. Чего они хотели, я не понял. Спрашивал у подвыпившего мужичка, толкая мотоцикл через толпу на другую сторону улицы. Тот сам не знал точно, то ли праздновали, то ли шли требовать у правительства. Но что требовать, тот стеснялся сказать, не знал.

 

Добравшись до Красной площади, – народу тут хватало, под два десятка тысяч было, – я поехал прямо к дверям въезда на территорию Кремля. Конечно, охрана у входа насторожилась, но, подъехав, я поднял шлем и велел одному из охранников вызвать старшего. Через неприметную дверцу почти сразу вышел крепкий мужчина, сообщив:

– Покиньте площадь, тут запрещено продвигаться на частной технике.

– Да это понятно, только до вас никак больше не доберешься. Мне бы с президентом поговорить.

– Есть о чем поговорить?

– О космосе, например, – сделал я заброс.

Офицер внимательно осмотрел меня, и в его глазах мелькнуло узнавание. Мое фото крутили по всем телеканалам, да и интервью я давал, понятное дело, начали узнавать.

– Подождите минуту, я сообщу о вас.

Офицер вернулся буквально через минуту, сообщив, что меня ждут.

– Мотоцикл вы можете оставить на внутреннем дворике сразу за въездом. Дальше будет другая машина.

Одну створку ворот открыли, и я стал толкать мотоцикл через арку башни, его пришлось оставить сразу за углом, где меня ждал внедорожник. Офицер проследил, как я в него сяду, передав меня двум мордоворотам в костюмах, и вернулся на свой пост. Дальше меня привезли к одному из зданий и сопроводили внутрь.

– Оружие? – коротко бросил встретивший меня начальник охраны президента.

Вздохнув, я достал «ТТ» и положил его на столик, вопросительно посмотрев на охранника. Тот поиграл бровями. Снова вздохнув, я достал «лимонку», положил ее рядом с пистолетом и замер. Охранник никак не отреагировал и продолжал пристально меня изучать. Вздохнув в третий раз, я достал два вальтера, станер, игольник и бластер, положив все это на столик. А рядом запасные магазины и зарядные модули.

– Да все! – возмутился я, когда начальник охраны опять вопросительно посмотрел на меня. – И так ограбили.

– Проверь, – скомандовал тот подчиненному.

Когда меня принялись сканировать ручным металлодетектором, я только хмыкнул.

– Знал бы, игольники и бластер не доставал, ваша финтифлюшка на них бы не среагировала.

– Так любишь оружие?

– Скорее, ценю свою безопасность.

– Чисто, – сообщил охранник, проверявший меня.

– Закончили? – поинтересовался я, закатывая рукава комбеза. – Ну что ж, моя очередь вас обыскивать. Как говорится, око за око. Все должно быть последовательно.

– Да?.. – отвлекся в это время начальник охраны, прижав палец к гарнитуре в ухе, после чего посмотрел на меня и сказал: – Проходите.

Дверь открыли, и я прошел в достаточно большое помещение с великолепной отделкой и минимумом мебели. Что там диванчик, пара кресел и столик? Мелочь. Кстати, на столике стояли посуда и серебряный чайник, из носика которого поднимался ароматный парок. В помещении было пусто, двери за моей спиной закрылись. Я прошел к мебели, сел за столик и, прикинув, сколько может стоить чай с президентом, достал стопку банкнот и, отсчитав пару тысяч, бросил их на столик. После чего сам налил себе чаю, взял печеньку из вазочки и, откинувшись на спинку, шумно отхлебнул. Вот так я сидел и попивал чай. Кстати, вполне себе отличный, даже не ожидал, да и печенье просто великолепное.

Когда дверь открылась, я лишь покосился. Это был не тот вход, через который прошел я. Вообще в эту комнату вело три двери, только с одной стороны было большое обзорное окно.

– Доброй ночи, господин президент, – привстал я, выказывая дань уважения, поздоровался и плюхнулся обратно, снова с шумом отхлебнув чаю. Горячий. – Это в этой комнате вы с Меркель общались? Я плохо ту встречу помню, грибы тогда солил и закатывал, так, краем глаза косился на новостной канал. Про вашу тогдашнюю встречу ничего не помню, а комната запомнилась. Она?

– Минометный обстрел карьера твоих рук дело? – устроившись напротив, поинтересовался президент.

– Вот честно, не понимаю, что вы ко мне с этим карьером все пристали? Ну моя работа, пострелять захотелось, посмотреть, как себя роботы будут вести при дистанционном управлении. Мне понравилось, ни одного сбоя или ошибки.

– Про нашу прошлую встречу вспоминать не будем, хотя я еще тогда понял, что ты меня играешь, хотя в чем смысл, я узнал только недавно. Концы обрубал, так?

– В точку, – согласился я. – Я думал, что вы меня еще там просчитаете, но повезло, вам не до меня было. Торопились вы куда-то.

– Хорошо. Спрошу прямо: сколько ты хочешь за свои идеи и за сам корабль?

– Это челнок. Не боевой корабль, соответственно его нужно называть судном. А так – почти ничего не хочу. Я готов передать его вам в аренду, за отчисления на этот счет.

– Что за счет? Твой? – спросил президент, изучая набор цифр, собственноручно выведенных мной на бумажке.

– Нет, детдома, где я вырос.

– Хм, деньги, значит, не интересуют?

– Почему же, я вполне себе нормальный потребитель, и деньги мне нужны. С другой стороны, я не совсем морально опустился, и о своей семье, где вырос, помню. Поэтому раз в месяц за аренду челнока вы будете отправлять на этот счет сто тысяч рублей.

– Небольшая сумма.

– Так это же за один челнок, а скоро у вас их будет не один и не два, больше. Тем более еще будет плата за обслуживание, но она фиксированная и не высокая. Для вас мелочь. Это уже идет мне.

– Не понимаю, зачем нужно было устраивать весь этот цирк?

– Были причины. Главное, что для России космонавтика – это что-то ненужное и далекое. Нужен был тот толчок, что даст новые силы для развития освоения космоса. Как вы думаете, за эти пару дней я его дал?

– Более чем, – задумчиво кивнул президент. – С судном разобрались, по остальным вопросам переговоры будут вести мои помощники. Теперь по постройкам других судов. Ты сможешь повторить то, что сделал?

– Без проблем. Деталей хватит собрать за неделю еще два судна. Специализацию обоих выберете сами. Даже могу сообщить, что в будущем собираюсь построить малый боевой корабль среднего радиуса действия. На челноках бороздить Солнечную систему пока не стоит, а корвет, который я собираюсь построить, куда лучше освоит систему, изучив все планеты. На борт кроме экипажа могут пройти и исследователи. Этот корабль может совершать посадки на планеты, именно поэтому малый корабль. Средние корабли такой возможности будут лишены, чистые пустотники.

– Средние тоже возможно построить? – уточнил президент.

– Не в ближайшее время.

– К постройке могут быть допущены наши люди?

– Исключено. Вы будете получать только готовые суда. Обслуживание также будет проводиться моими силами. На вас только чистая эксплуатация. В ближайшие пару лет я кроме корвета и уже построенного челнока собираюсь построить еще десять челноков разных типов и специализаций, от грузовых и ремонтных до пассажирских. Думаю заработать копеечку, возя туристов на Луну или на Марс в бюджет России, это очень неплохо.

– Судно может долететь до Марса? – удивился президент.

– На одной заправке десять раз туда и обратно, не считая маневры в атмосфере и возможные посадки на поверхность планеты.

– Наши российские космонавты должны первыми ступить на Марс, – достаточно жестко сказал президент.

– Да хоть сегодня. Туда лететь часа три. Кстати, сами не хотите слетать? Я и пилотом могу выступить, все равно кроме меня с челноком никто не сможет управиться.

– Это так, – согласился президент. – Летчики видели запись пилотирования и не уверены, что смогут справиться с управлением.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru