Виталий Прядеин Однажды в Джерси

Шёл 2011-й год – то время, когда трава была зеленее, небо – голубее, доллар стоил 30 рублей, а мне было всего 20 лет. Я – студент второго курса Тюменской государственной академии мировой экономики, управления и права (ТГАМЭУиП), молодой, полный энергии и надежд на светлое будущее. В то время еще не было кризисов и пандемий. Отношения между странами были достаточно доброжелательными. С высоты прошедших лет всё это кажется совершенно розово-зефирным временем. Тогда в обществе витала идея международного сотрудничества и глобализации, а среди соотечественников гуляла мысль обязательно куда-то уехать. Именно в это время я принял решение участвовать в студенческой программе обмена, которая позволяет провести в США целое лето.

Должен сказать, я застал ещё классическую Америку, ещё до её толерантно-радужного безумия, хотя кое-какие зачатки этого начинались уже тогда. Сегодня, конечно, отношение к Америке у меня радикально изменилось, учитывая все перемены в мире, однако стоит признать её влияние не только на мировые процессы, но и на сознание людей в целом, особенно постсоветских молодёжи. Фактически, мы выросли на американских мечтах – в виде голливудских фильмов, книг, игр, комиксов, песен и массовой культуры. Я не был исключением и, как все, болел этой страной.

– Там знаешь, всё как в кино, всё эти кафешки, официантки в розовых фартуках, с кофейниками, – говорила моя одноклассница-неформалка в школе. Ей довелось побывать в США с отцом. Я сидел и слушал, разинув рот, и мечтал, чтобы когда-нибудь тоже прогуляться по Манхэттену или где они там гуляют.

Всё это сбылось летом 2011 года. Забегая вперёд, отмечу, что в реальности всё, конечно, не так, как показывают в кино – по крайней мере, визуально. Также нужно учитывать, что эта книга пишется к 15-летию поездки, а мне давно уже за 20, и все впечатления пропущены через призму зрелого восприятия. Сегодня этот период выглядит и воспринимается совершенно иначе. Почему я не написал книгу тогда? Да, потому что я в тот момент ещё не писал книги вообще. Дебютный роман вышел только в 2019 году, спустя 8 лет, и он был посвящён службе в армии, а поездка в Америку постепенно исчезла где-то далеко позади. Теперь я – взрослый человек, который, оглядываясь назад, ясно понимает: таких ярких и значимых моментов в жизни у среднестатистического человека не так уж много. Всё-таки, поездка в Америку – это событие, как показала потом дальнейшая жизнь. Не всем повезло побывать там, уж тем более – пожить. Что тут говорить – у 70% населения России вообще нет загранпаспортов. Большое же видится только на расстоянии. Грубо говоря, есть о чем писать и есть что вспомнить, и этот период жизни явно заслуживает рассказа.

Я считаю правильным, что взялся за эту книгу в сознанном возрасте. Если бы писал тогда, она вышла бы гораздо более восторженной, чем нужно.

Сейчас кажется, что попасть в США почти невозможно (или очень сложно) из-за возросшей напряжённости отношений с Россией, но поверьте: даже тогда это было далеко не легко, и у меня заняло почти целый год. Идею поехать в США на лето поддержали мои родители и сказали: «Занимайся, тема серьёзная, мы согласны». Я им очень благодарен – они всегда стремились расширять мой кругозор. У отца тогда шли дела в его фирме, деньги были, и мы могли позволить себе такие поездки. В школе я ездил по Европе – был в Чехии, Англии, Франции, Германии, Италии, Польше. Большая часть этих стран – галопом, автобусными туры, но даже так это было интересно, пусть и физически тяжело. И вот дело дошло до Америки. Отец сначала сомневался, но мама настояла: «Пусть пока студент едет, потому что больше возможностей может и не быть». И этот момент – ключевой. Если есть шанс что-то осуществить в жизни, что-то изменить, – нужно использовать его, иначе потом может уже не представиться. Жизнь пролетает мгновенно, особенно после тридцати.

Я быстро узнал все детали у агентства студенческого обмена. Милая девушка предоставила мне полный план всей американской эпопеи. Для участников программы была организована «ярмарка вакансий», которая проходила зимой в Екатеринбурге.

– Там приедут представители работодателей из разных штатов и предложат вакансии, – объясняла менеджер. – Вы выбираете штат и вакансию, но это платная процедура. По сути, вы оплачиваете себе работу.

– А сколько это стоит? – спросил я.

– 12 тысяч рублей, – ответила.

Конечно, участие в ярмарке – дело добровольное, и я мог найти работу сам, написать работодателю и договориться, но такой способ казался рискованным. Меня предупредили, что можно попасть на мошенничество.

– Без опыта в поиске работы за границей можно попасть в неприятную ситуацию, – предостерегла менеджер. – Делайте выбор аккуратно: лучше воспользоваться предложенными вариантами, где есть гарантия. Там указывается, что вам предоставят работу и жильё, – как правило, с оплатой.

– А как насчёт платы за жильё? – поинтересовался я.

– Работодатель вычитает её из зарплаты. Вы получите чек с учетом налогов и расходов. Очень удобная система – ничего не нужно искать самостоятельно, хотя, если жильё вам не понравится, его всегда можно сменить на месте, обсудив это с работодателем.

– Звучит обнадеживающе.

– И намного безопаснее, чем ехать наобум на другой конец света.

Я согласился с этим вариантом. А в январе, до ярмарки, я собирал все документы: справки о недвижимости, отсутствии долгов, судимостях, справки с работы родителей, подтверждение, что я студент, – всё необходимое для получения американской визы. Тогда я особо ничем больше не занимался. Также интересно было то, что я, планируя поехать один, встретил там не только попутчика, но и друга.

Ярмарка вакансий проходила в Екатеринбурге, куда мы с отцом поехали на машине. Само мероприятие должно было занять всего несколько часов, но обратно ехать в тот же день папа не собирался – для него это было достаточно тяжело, поэтому мы сняли там квартиру на сутки. Приехали, позавтракали, заплатили хозяину и сразу направились на место назначения. Папа остался ждать в машине, а я, зайдя в здание и поднявшись на третий этаж, увидел длиннющий коридор, по которому сновали студенты – я так понимаю, участники мероприятия. Как и все, я записался в журнале, получил бейдж и направился в аудиторию, куда постепенно стекался поток молодых людей. Пока ждал выступления организаторов, присматривался к будущим участникам программы. Ничего необычного: молодые девчонки и парни, жаждущие увидеть Америку. В их глазах чувствовалось волнение, да и в моих, наверное, тоже. Среди прочих я заметил сидящего в углу крепкого парня, лицо которого показалось мне очень знакомым. Когда мы встретились взглядами, я заметил, что он улыбается и кивает мне в знак приветствия. Видимо, тоже узнал. Немного подумав, я вспомнил, где его видел. Когда-то достаточно давно мы с ним сдавали экзамен по английскому в Еврошколе – там и познакомились. Позже я еще раз видел его в магазине у своего дома, где мы перекинулись парой фраз. Вот и вся история нашего знакомства: фактически, я совершенно его не знал и даже имени не вспомнил.

– Здорова, – подошел я к нему. – Узнал?

– Конечно, – пожал он мне руку. – Еврошкола, экзамен. Я тебя помню.

Рукопожатие крепкое, сухое – парень явно спортивный.

– А я думал: блин, лицо знакомое, – подсел я рядом. – Ты тоже в США собираешься?

– Как видишь, решил съездить, глянуть Америку, – сказал он.

Не знаю почему, но он вызывал доверие. Видно, что добрый, надежный парень, с которым многие бы пошли в разведку или поехали бы в Америку. У нас сразу как-то легко завязался разговор, и тут я предложил ему поехать вместе. Я до этого ездил за границу, но либо в составе организованных групп, либо с друзьями со двора. Сейчас же мне предстояло поехать на другой край света – не на неделю, а работать, да еще и на целое лето. Сегодня, может быть, я и рискнул бы поехать один, но тогда, в двадцать лет, было боязно. Мало ли что могло случиться, так что попутчик явно не помешает, особенно толковый.

– Ну, поехали, – без особых раздумий согласился он.

В студенческие годы с людьми сходишься очень быстро и легко, почти без напряжения. Не зря же друзьями на всю жизнь остаются те, с кем сошелся волею случая – во дворе, в школе или в институте. Так случилось и здесь. Мы воспринимали эту поездку как приключение.

– Напомни, как тебя зовут-то, а то у меня память дырявая? – спросил я его.

– Илья, – улыбнулся он.

Когда все собрались, в аудиторию зашла организатор – молодая девушка в белой блузке и очках. Она включила проектор, и на экране отобразилась карта США с отмеченными на ней штатами.

– Приветствую участников программы международного обмена! – торжественно объявила она, и все зааплодировали.

Она выдержала паузу и начала рассказывать о программе и сути ярмарки вакансий.

– Мы собрали для вас впечатляющие вакансии практически со всей территории США. После презентации вы пройдете в зал, где будут стоять столы с представителями разных штатов. Выбираете штат, где хотите провести лето в Америке, а затем вам предложат доступные вакансии. После выбора представитель перепишет ваши данные и передаст их будущим работодателям, а те, в свою очередь, по приезду встретят вас. У большинства работодателей решен вопрос с проживанием работников, за что они удерживают из вашей зарплаты часть аренды, – объясняла она. – В прошлые годы была возможность поехать с ярмарки в крупные города – Нью-Йорк, Чикаго, Лос-Анджелес – но после череды несчастных случаев, произошедших со студентами, от этой затеи отказались. Большие города могут быть весьма опасны для приезжих, поэтому в этом году мы сделали акцент на небольших населенных пунктах, пригородах и туристических центрах, где ваше пребывание будет гораздо безопаснее и, вероятно, веселее.

Я смотрел на карту США и прикидывал, куда бы поехать. Хотелось сразу увидеть все, но нужно было выбрать что-то одно. Может, Калифорнию? Или Техас? Хотя зачем нам жариться в пустыне?

– Куда поедем? – спросил Илья. – Давай на Аляску?

– Тебе наших холодов не хватает? – усмехнулся я. – Нет, нужно куда-то, где есть что посмотреть, где интересно.

– Ой, мне вообще пофигу, я там ни разу не был, – отмахнулся Илья.

– Давай в Нью-Джерси?

– А что там? Почему?

– Ну, во-первых, океан, – говорю я. – И совсем рядом Нью-Йорк – я очень хотел бы его увидеть. Небоскребы же!

Илья задумался, скривил физиономию.

– Ну, давай в Нью-Джерси, – согласился он. – В принципе, все равно. Всё равно Америка.

После презентации мы пошли на ярмарку, где среди столов с табличками, на которых были написаны названия штатов, отыскали Нью-Джерси. Там сидел худой парень в очках. Мы подошли к нему.

– Значит, что я могу вам предложить, – разложил он перед нами файлы с вакансиями. – Продавцы в магазин спортивных товаров? Зарплата 8,69 долларов в час, пятидневка.

Мы задумались.

– Там нужно с клиентами разговаривать, – засомневался Илья. – Товары знать, разбираться. Не знаю, сможем ли мы на таком уровне общаться.

– Да, – согласился я. – Сложно, что еще есть?

Парень перевернул пару файлов. Некоторые убрал в сторону, видимо, понял, с кем имеет дело.

– Housekeeper (горничная) – предложил он. – Если коротко, это уборщики в отеле. Работа в основном для девчонок, но берут и парней. Зарплата 5 долларов в час, но иногда хорошие чаевые от постояльцев.

Мы переглянулись.

– Это всякие уборки, мытье за другими, драить туалеты, – спросил я Илью.

– Не очень, – ответил он, – и попросил парня поискать что-то еще.

– Работа ride operator – оператор аттракционов в парке развлечений? Зарплата 7 долларов в час, плавающий график, проживание на территории у работодателя.

Вот это предложение уже стало интересным. Опыт полезный, общаться с людьми не обязательно, зарплата хорошая, да еще и по выходным можно бесплатно кататься на аттракционах.

– Годится! – почти хором произнесли мы.

– Отлично! – улыбнулся парень. – Парк находится в небольшом туристическом городке Ocean City. Полетите до Нью-Йорка, оттуда – несколько часов на автобусе, и вы на месте. Ваши данные я передам работодателю, а он свяжется с вами по электронной почте. Теперь прошу вас заполнить эти документы – анкеты и согласия на обработку персональных данных.

Мы заполнили все необходимые формы, оставили контакты и вышли.

– Ну что? – спросил я Илью. – Теперь только у консула увидимся?

– Запиши мой телефон, – сказал Илья. – Созвонимся в Тюмени. Перед поездкой, наверное, еще не раз встретимся, потому что вся эта история долгая.

Мы обменялись телефонами и разошлись. Следующий визит в Екатеринбург должен был состояться лишь весной – там нас ждала встреча с американским консулом.

Наверное, все участники программ международного обмена единодушно согласятся, что встреча с консулом Соединённых Штатов – самый волнительный и непредсказуемый момент. Несмотря на то, что отношения между РФ и США тогда ещё были достаточно тёплыми, нас всё равно пугали тем, что любое неправильно сказанное слово может оказаться фатальным и поставить крест на мечте увидеть Америку. Нас настолько закошмарили, что мы буквально готовились к этому событию как к едва ли не главному экзамену в жизни. Нельзя было показывать, что очень хорошо знаешь английский, потому что консул мог решить, что вы собираетесь эмигрировать, и в то же время нежелательно было прикидываться полным профаном и делать вид, что ничего не понимаешь, потому что это тоже могло негативно повлиять на его решение пускать вас или нет. Здесь необходимо было соблюсти тонкий баланс, но в чём он состоял, никому доподлинно неизвестно. Консул мог задать абсолютно любой вопрос. Перед встречей нам рассказывали истории о том, как из-за манеры поведения отказывали людям, и пропускали тех, кто даже двух слов связать не мог. Бывали случаи, когда даже приятная и тёплая беседа с консулом, после которой кандидат на визу был полон уверенности в её получении, внезапно заканчивалась отказом. В целом, советовали держаться спокойно, отвечать только на заданные вопросы и не болтать ничего лишнего. Ближайшее американское консульство также располагалось в Екатеринбурге, куда я уже привычно поехал с отцом, только на этот раз – весной. Само консульство – это чисто американский островок на территории России. У входа – звездно-полосатые флаги и караул из морских пехотинцев. Внутри – рамки металлоискателей, зал ожидания и звенящая тишина. Пока я ждал своей очереди, нас по одному приглашали в соседнее помещение, где с помощью специальных приборов снимали отпечатки пальцев. Прошло около часа, и вот меня пригласили на долгожданную и очень волнительную встречу. Я прошёл в небольшую кабинку, где за стеклом напротив меня сидел полный пожилой мужчина в очках, абсолютно седой. На вид – добрый дедушка, одет неброско, в клечатую рубашку и бежевые брюки с подтяжками. Никогда бы не подумал, что этот неприметный мужичок – американский консул. Больше он был похож на редактора какого-нибудь научного советского журнала. Он внимательно меня осмотрел и, выдержав многозначительную паузу, нажал на кнопку микрофона.

– Did you read this book? (Вы читали эту книгу?) – вопросительно прозвучал его искажённый динамиком голос.

Он указал пальцем на стоявшую за стеклом с его стороны брошюру с изображённым на ней американским флагом. Имелся в виду свод правил поведения для иностранцев на территории Соединённых Штатов или что-то вроде того. Я, честно признаюсь, впервые в жизни увидел эту книжку.

– Yes (Да) – сказал я на свой страх и риск.

Внутри у меня всё похолодело. Первый же вопрос – и я уже соврал. Сейчас начнёт спрашивать про неё, что там написано, и я сразу посыплюсь. С другой стороны, ответь я отрицательно, скорее всего, мне бы сразу отказали, поэтому решил рискнуть, так как на визу уже особо не надеялся.

– Do you know where you will work in the USA? Or where you will live? (Вы знаете, где будете работать в США? Где будете проживать?) – спросил он, не отрывая от меня своего оценивающего взгляда.

Слава Богу, содержание книги его не интересует – значит, есть шанс.

– Yes, I will work at an amusement park in Ocean City, NJ, and I will live in a house owned by the park. (Да, в парке аттракционов в Ocean City, NJ, жить буду в доме, который принадлежит парку.) – на удивление без запинки произнёс я, хотя голос у меня дрожал.

– I see (Ясно) – кивнул консул.

Он ещё немного помолчал, о чём-то задумался, побарабанил пальцами по столу. Было видно, что в данный момент принимается решение, касающееся меня. Поразительно, как от этого незнакомого мне человека зависит моя поездка, к которой я готовился почти год, а мечтал, наверное, всю жизнь.

– What’s your favourite sport? (Какой у вас любимый спорт?) – спросил он и слегка улыбнулся.

Этот вопрос, с одной стороны, застал меня врасплох, а с другой – сильно разрядил обстановку. Я ожидал, что будет что-то более сложное.

– Oh, football (О, футбол) – выдохнул я с облегчением.

На самом деле, я не особенно люблю спорт; это просто первое, что пришло мне в голову, и я хоть что-то в нём понимаю, скажем, мог импровизировать. Кроме того, для иностранца это более понятный вид спорта. Наверное, было бы странно, если бы я сказал, что люблю водное поло – тогда последовали бы дополнительные ненужные вопросы.

– Okay (Окей) – улыбнулся консул. – You will receive your visa in a couple of weeks. (Вы получите визу через пару недель.)

Я даже не сразу понял, что он сказал, но по виду догадался, что дело в шляпе. До последнего мне не верилось, что заветную визу всё-таки дадут. Но консул не обманул – и через пару недель меня действительно пригласили в агентство, где вручили загранпаспорт с наклеенной внутри синее-красной бумажкой. Всё – виза есть, работа есть, значит, пора покупать билеты. Америка, жди меня.

Билеты: Тюмень – Москва – Нью-Йорк, Нью-Йорк – Москва – Тюмень стоили мне всего 32 тысячи рублей. Сегодня такие цены даже в самом сладком сне не приснятся. В целом вся поездка в Америку обошлась чуть более чем в 120 тысяч рублей. Понимаете, какая была жизнь? Сколько бы это стоило сейчас, даже представлять не хочу – думаю, немалые деньги.

Я закрыл летнюю сессию заранее. Большинство преподавателей, узнав, что собираюсь в Америку, пошли мне навстречу и не стали сильно препятствовать. Небольшие трудности возникли только с физкультурой: пришлось попыхтеть на стадионе, чтобы получить зачет, но я справился.

За день до вылета мы с Ильей отправились в гипермаркет за покупками: пляжные плавки, кое-какую одежду, бытовые нужности – зубную пасту, пену для бритья. Попутно заехали в аптеку и накупили медикаментов «первой необходимости»: от головной боли, поноса, простуды. Также взяли бинты, пластыри, вату и йод.

Еще заранее заехал на ликероводочный завод «Бенат», где приобрел в подарок нашему будущему работодателю бутылку водки в красивой коробке с изображением ТюмГАСУ (Строительного университета).

На обратном пути, когда Илья уже вез меня домой, он захватил своего товарища, которого я увидел впервые.

– Знакомься, – представил он меня – это мой американский дружище!

– Хэллоу! – кивнул тот.

Я засмеялся.

– Э! Ты что его хайлом назвал?! – в шутку наехал на него Илья.

Достигнув дома, я кивнул Илье, мол, до завтра, и пошел паковать чемодан.

– Первый ты у нас, – сказал мне папа, – кто в Америку едет. Давай там аккуратнее, сын, всё-таки другой край земли, помочь не сможем. Только деньжат чуть подбросим. Карту ты тут оформил?

– Да ладно, пап, – улыбнулся я. – Всё будет хорошо, оформил, конечно.

В этом и есть он – он всегда был, есть и, надеюсь, всегда будет. Мама помогла упаковать всё, как положено: трусы, носки, джинсы, футболки, пару свитеров и даже ветровку, на всякий случай.

– Смотри, не останься там, в Америке, – сказала она, – будем скучать.

– Да ладно, не на фронт провожаешь! – отрезал отец. Он никогда не любил нежности.

Он достал конверт и вынул из него плотную пачку долларов.

– Я обменял их тут, должно, на первое время хватит, – сказал он. – До зарплаты, так сказать.

В пачке было около четырехсот новых, свежих банкнот.

– Спасибо, – поблагодарил я.

Ночью не мог уснуть, ворочался с боку на бок, волновался. Какая же она – эта Америка? Такая, какой её показывают в кино? Или совсем другая? Перед дальней дорогой мучает тревога и возникают ошибочные представления о том, что тебя там ждет. Не помню, смог ли тогда уснуть или просто находился в состоянии забвения до утра, – но как только показалось солнце, я уже стоял у входа со собранными вещами.

– Да не спеши ты, без тебя не улетят, – успокаивала мама. – Давай присядем на дорожку.

Мне очень нравится эта традиция. Мы посидели и отправились всей семьёй в аэропорт «Рощино». У табло вылета встретились с семьёй Ильи: мамой и сестрой. Постояли, перекинулись шутками. Илья заметно нервничал – я понимаю его.

– Ну, давайте, ребятки, – сказала моя мама. – Берегите друг друга.

Все обнялись, попрощались, и мы с Ильей, взяв свои сумки, отправились в зал ожидания. Где-то через час мы вылетели в Москву. В «Шереметьево» всё прошло без заминок. Мы прибыли, прошли регистрацию на рейс до Нью-Йорка, сдали багаж. Аэропорт действительно огромный, можно заблудиться: мы забежали в Duty Free, посмотреть, что можно купить с собой.

– Ну что, возьмем? – Илья взял в руки плоскую бутылку виски «Red Label». – Отметим?

– Давай, – согласился я.

В зале ожидания, сидя возле своих гейтов, мы познакомились с молодой девочкой, летевшей по той же визе, что и мы. Наша виза называлась J1 – это не миграционная виза для участников программ обмена, которая дает право на работу в США и выдается на полгода. Она ехала в Atlantic City работать горничной в отеле. Мы практически до самого вылета общались с ней.

По прилету договорились coоперироваться и вместе поехать на такси в город. Перелет Москва – Нью-Йорк длился 9 часов 30 минут – это был первый долгий перелет в моей жизни. Я даже не подозревал, что он окажется настолько утомительным. Уснуть в самолете было практически невозможно – очень неудобно, я ворочался, даже украдкой попробовал виски, купленный в Duty Free, чтобы расслабиться. Но это не помогло. Единственной радостью в этом страдания был маленький телевизор, встроенный в спинку кресла напротив. Там были голливудские и советские фильмы. Я выбрал самые длинные – трилогию «Властелин колец», чтобы убить как можно больше времени. Первая часть понравилась, а вот на вторую стал засыпать. Несмотря на неудобство, к середине фильма я всё-таки отключился.

В аэропорт имени Кеннеди прилетели часов в 6 вечера по местному времени. Замаялись, шутка ли дело – почти десять часов в самолёте, но я всё равно ощущал бодрость от предвкушения чего-то нового и неизведанного. Воздух мне показался каким-то необычным, душноватым и липким.

– Так не разбегайтесь, – сказал Илья, – надо позвонить домой, сказать, что долетели.

Нас предупреждали, что в Америке лучше всего купить местную сим-карту, потому что междугородний звонок моментально сожрёт весь баланс. Сейчас переговоры в интернет-мессенджерах полностью решили эту проблему, и можно болтать хоть 24/7, а тогда в 2011 году всё это только начиналось, и далеко не все привыкли говорить не по телефону.

– Нужно до вокзала, – сказала наша московская попутчица, – вам ведь тоже?

– Да, – кивнул я.

– Тогда давайте вместе возьмём такси до вокзала на троих, одну сторону, – предложила она.

Никто не возражал, каждый доллар был на счету. Собрали пожитки, направились к выходу. Аэропорт гигантский, но после Москвы сложно чем-то удивить. У самого выхода к нам подошёл пожилой мужчина в очках.

– На вокзал едете? – спросил он по-русски с лёгким акцентом. Потом я понял, что у него есть акцент; сперва я даже не услышал его.