Эволюция. Книга 1

Виктор Иванович Свешников
Эволюция. Книга 1

Глава 4

Но отдохнуть ему не пришлось: тихий стук в дверь прервал дремоту. Он поднялся, взглянул на монитор: перед дверью стояла учёная.

– Входи, любовь моя! – улыбаясь, оживлённо крикнул Бор. В каюту, с радостной улыбкой, впорхнула уже не учёная, а девушка с очень привлекательной внешностью. Она не блистала изысканной красотой, но черты лица были само совершенство. Влюблённая подбежала к своему избраннику, обняла его и прижалась к груди. В ответ, он также заключил её в объятия и пожевал губами ухо. Она начала, по-детски, заливисто смеяться и крутить головой, пытаясь освободиться. Затем, они прижались щеками и застыли, испытывая блаженство от присутствия друг друга.

Спустя время, капитан оторвался от своего обожания и, держа её лицо в руках, смотря в широко раскрытые глаза, прошептал: – Лидия, ты не представляешь, как я обожаю тебя! Но как сложится наша дальнейшая жизнь?

Девушка, почувствовав в словах возлюбленного некую угрозу для своего счастья. Она мягко отстранилась от него и, с дрожью в голосе, спросила: – Бор, я не понимаю твои слова. Ты для меня тоже самое дорогое существо! Я просто не мыслю дальнейшую жизнь без тебя! И мы оба счастливы. Что же мешает нам соединиться и быть всегда вместе?

– Нет, Лидия! Ты не до конца осознаёшь серьёзности ситуации, в которую мы попали. Любимая, вскоре нам всем предстоит умереть в этих телах. А это значит, что мы опять вернёмся в детство. Какая уж тут женитьба!?

Лидия вскрикнула и оттолкнула любимого.

– Что ты говоришь, Бор? Скажи, что шутишь!

Она впилась взглядом в лицо избранника, пытаясь рассмотреть на нём хотя бы одну чёрточку смешинки или плутоватую искорку в глазах. Но ничего этого не было. Напротив, она разглядела на нём печать безысходности и глубокую тоску во взгляде. Лидия затрясла его: – Бор, милый, неужели ничего нельзя сделать?

Ненаглядный, со слезами, молча, покачал головой.

– Но как, же так? На борту корабля отличные специалисты! Сколько пролетали, с честью выходили из самых, казалось бы, отчаянных ситуаций! А что же теперь, Бор?

Капитан привлёк к себе родную женщину, склонился к её щеке.

– Нет, положение плачевное! Это безвыходная ситуация! Скоро наши тела превратятся в пар вместе с машиной. И сгорим мы от нестерпимого жара ещё на подлёте к звезде. Ты же, моя любимая, избежишь этой участи: улетишь с колонистами на четвёртую планету и поможешь им в размещении на ней. Это твоя работа и долг перед Сообществом. Наша разлука спасёт тебя.

Лидия, в отрешённом состоянии села на диван, закрыла руками лицо.

– Это ты так решил? – спросила она.

– Направление событий подсказывают сложившиеся обстоятельства. И дальше нам предстоит длительная разлука. Ты будешь какое-то время на чужой планете, а я в ребячестве и, возможно, даже и не вспомню о тебе. Потом, когда ты исполнишь свой долг и вернёшься, я уже, наверное, стану взрослым и в чужой плоти, незнакомой для тебя, а ты только войдёшь в детство и на весь этот период, быть может, тоже забудешь меня. Я не смогу быть в то время рядом с тобой – ребёнком, так как уже буду летать. А когда станешь взрослой и, также в отличном от настоящего теле, вспомнишь меня, то к тому времени неизвестно, что станет со мной, и где окажусь? Ты поняла меня, любимая?

Бор сел рядом со своим обожанием и попытался заглянуть ему в глаза.

– Я уяснила твой трагичный расклад, – сказала Лидия и возразила решительным голосом, – но всё будет не так, как сказал ты! Мы не расстанемся с тобой и поженимся в следующей жизни. Как только я размещу переселенцев на планете, я сразу же вернусь домой, без тела. И период детства мы проведём в одно время. Вместе повзрослеем и опять будем рядом. Вот тогда мы и поженимся, любимый.

Бор едва дослушал её. Его охватил бурный восторг, и он едва сдержался от его открытого проявления. Он только взял её руки в свои, и барышня ощутила в них крупную дрожь.

– Лидия, ты из-за меня хочешь раньше времени оборвать свою жизнь? Ты же молода и тебе ещё долго жить.

– Я не хочу существовать без тебя! А потом – где? На чужой планете? В отличной от нашей природе? Среди обезьян?

– Но, родная, ты будешь не одна с ними: тебя будут защищать наши мужчины-охранники. С вами будут гипнологи….

– Нет! – оборвала его возлюбленная, – только ты! Я давно это решила. А может я тебе надоела, дорогой? – она пытливо посмотрела на своего избранника. Бор обнял любимую, прижался к щеке. Затем отстранил от себя и легонько хлопнул по попе.

– Ты для меня вся жизнь: страсть всех моих существований, настоящих и будущих! – тихо прошептал он ей на ухо.

Девушка блаженно закрыла глаза, расслабилась в его объятиях. Через минуту Лидия взглянула на любимого и приникла к нему: – Милый, хочешь познать любовь со мной? – прошептала она, смущённо спрятав у него на шее лицо.

"Жених" вздрогнул: – Ты хочешь нарушить канон? Забыла, что бывает за незаконную страсть? Нас с тобой осудят публично и накажут.

– Милый, мы здесь одни. Да и наши тела не вернутся домой. И я хочу доказать, что ради тебя пойду на всё. К тому же, скоро умру так и не узнав, как это проявляется между любящими мужчиной и женщиной?

Бор отнял её от себя, вгляделся в лицо. Он не мог оторвать взгляд от обожаемой. Как она хороша! Возбуждённая, раскрасневшаяся и смущённо отворачивается. Он осознал, что одержим ею – она его жизнь и дыхание! Влюблённый ощутил, что вопреки закону, он вожделеет её. И сказал ей об этом.

– Лидия, ты, наверное, чувствуешь, что и я хочу тебя. Но ты не пожалеешь об этом в дальнейшем? Неизвестно, как ещё сложится твоя жизнь?

В их обществе неукоснительно соблюдался закон единобрачия. Репродуктивного возраста женщина должна иметь всего лишь одного мужчину и рожать детей только от него. В случае, например, трагической потери супруга, она могла жить со вторым, но категорически запрещалось иметь от него ребят. Этим условием достигалась чистота рода женщины, соответственно и расы, её устойчивое физическое и психологическое состояние.

Примечание:

"Подобный канон, под названием "Закон Рита", будет дан свыше и человечеству, ещё на заре его становления и долгое время будет строго соблюдаться. Но потом, вожделение, плотские утехи возьмут власть над человеком, и запрет будет забыт. От него останется лишь одно свойство – девственность девушек, которые не понимают сейчас, зачем это у них? И каждая трактует это по-своему".

– …Я тебе всё сказала! – Лидия, готовая заплакать, сморщила лицо. – Мне никто не нужен – только ты. Я знаю, что будет дальше и хочу, чтобы сейчас ты любил меня. Бор, ну, что же ты? Я – женщина и уговариваю тебя. Ты не больной, милый?

"Жених", едва сдерживаясь, осторожничал. Ему так не хотелось, чтобы в дальнейшем, из-за него у девушки не было неприятностей: он-то скоро покинет этот мир, а она ещё будет жить.

– Любимая, всё-таки есть некие правила….

Желанная, в нетерпении, прижалась к его щеке и громко крикнула прямо в ухо: – Нарушь их!

…Скоро их тела стали одним – слились сердца, соединились души!

…Счастливые и умиротворённые отдыхали они на диване, когда в каюте раздался голос АД-1: – Командир, вас ждут в кают-компании.

Бор встал, поднял Лидию: – Пошли, радость моя, у нас нет времени.

Любовники оделись. Девушка привела себя в порядок, поправила причёску, и они двинулись к выходу.

Когда вышли из каюты, коридоры уже были пусты. Члены экипажа, в полном составе, расположились в кают-компании и с нетерпением ожидали появления главных руководителей экспедиции.

В зале стоял разноголосый гвалт. Астролётчики высказывали меж собой различные догадки и предположения: не все знали истинную причину собрания. Старший навигатор, бортинженер и начальник силовой команды уже сидели на возвышении, когда в зале появились командир и учёная. Они прошли к двум свободным креслам. Лидия села, а капитан остался стоять. Окинув взглядом присутствующих, он заговорил спокойным голосом: – Друзья! Братья и сёстры! У нас мало времени, и я скажу коротко: мы попали в ужасное положение – вышли из субсветового перехода в недопустимой близости от звезды и попали в поле её тяготения. Ошибка произошла при вводе расчётов в ЭВМ. В результате чего, при выходе из него, оказались не в нужной точке. Исходя из введённых неправильных данных, электронные системы произвели неверные действия и выполнили незапланированное торможение вблизи светила. Вдобавок ко всему, когда мы были в состоянии анабиоза, торпеда гаров повредила два из трёх двигателей. Итог: работает лишь одна силовая установка и её мощности недостаточно для преодоления тяготения светила. Положение сейчас трагично: наши молодые и красивые тела сгорят вместе с машиной. Мы же возвратимся домой без них. Думаю, это ясно всем.

Но… вселенский Совет возложил на нас ответственность, и мы приняли на себя этот долг, который обязаны выполнить любой ценой: доставить на четвёртую планету этой звёздной системы новую партию колонистов-полуобезьян. Проект по заселению этого космического тела проходит успешно. Следующая группа переселенцев, которую мы обязаны доставить, только усилит уже образовавшуюся коммуну аборигенов. По имеющимся сведениям, по истечении некоторого времени, начнутся эксперименты по созданию гибридов, которые должны прекрасно чувствовать себя в имеющихся условиях с очень благоприятной природой….

– Можно вопрос? – выкрикнули из зала.

– Конечно, пожалуйста! – остановился командир.

Недалеко от трибуны поднялся охранник по имени Кэл.

– А вы не скажете, как примерно, они будут выглядеть?

На лицах сидящих отразилось любопытство.

– Интересный вопрос, – похвалил командир, – но полный ответ на него дать не могу, так как я слышал только описание предполагаемых характеристик. Они должны быть ростом до двух метров. У них будут приятные лица и разный цвет волос и глаз, в отличие от нас. Слабый волосяной покров только в определённых местах. Их разум планируют быстро форсировать. Но самое главное достижение учёных должно состоять в том, чтобы помесь приобрела способность к размножению. Затем новая популяция начнёт самостоятельно развиваться и, конечно же, не без нашего участия. А чтобы это произошло быстрей, для численного увеличения колонистов, сюда и завозят новые партии переселенцев. Получили задание по доставке и мы, но попали в очень сложное положение. А возможность для выполнения нашего задания пока есть. Я говорю: "пока", так как через четыре часа не будет и её.

 

У нас есть пятнадцать процентов ядерного горючего и девяносто пять электрической энергии в двух кораблях-аккумуляторах. Мы должны, как можно скорей, загрузить их оставшимся топливом, разместить в них наших пассажиров и отправить на планету. При совместной работе электродвижителей и аварийных ядерных двигателей, перегруженные аккумуляторные блоки-корабли сумеют одолеть тяготение звезды и покинуть её пределы.

Эмигрантов уже выводят из состояния анабиоза и подвергают гипнотическому воздействию для удержания в послушании. Чтобы поместить такое количество, необходимо демонтировать все второстепенные системы и механизмы летательных аппаратов. Как только мы удалим всё лишнее из кораблей, перегрузим компоненты атомного топлива и необходимый провиант, энергоблоки сразу же стартуют. С переселенцами отправятся:

наша учёная, – капитан взглянул на Лидию – она опустила голову;

по три гипнолога и столько же охранников на аккумулятор. Больше нельзя – не позволяют условия, да и ни к чему это: думаю, всем ясно, что полетят они без надежды на возвращение. Кто их заберёт оттуда и когда? Сами же они смогут передвигаться на кораблях-блоках только вблизи небесного тела и при условии заправки их электрической энергией. Кажется, на планете это возможно, так как она обладает магнитным полем, а значит, должны быть и выходы токов на поверхность коры.

Друзья и товарищи по несчастью! Пришло время испытаний наших силы воли и твёрдости духа. Мы должны немедленно приступить к указанным работам. Топливо грузить всё: нам оно теперь не нужно. Как только корабли-аккумуляторы стартуют, мы начнём процедуру возвращения домой вне тела.

Из зала крикнули: – Командир, а кто вводил в ЭВМ данные о субсветовом переходе?

– Я не поднимал эту проблему, – ответил Бор. – А зачем и какая сейчас разница? Непоправимое уже произошло и теперь неважно по чьей вине. Хотя старший навигатор, наверное, может ответить вам.

Главный команды штурманов поискал глазами задавшего вопрос и, глядя на своего молодого подчинённого – Роба, сказал: – Ошибка случилась по вине ЭВМ. Из-за кратковременного залипания некой клавиши произошёл повторный ввод одного и того же символа, но на мониторе, наверное, это не отразилось. Поэтому оплошность осталась незамеченной. Капитан прав: не стоит теперь говорить об этом, когда все мы стоим на волосок от трагедии.

Глава 5

Роб, он же и навигатор второй категории, понял взгляд начальника и его речь. Подсознание угодливо предоставило ему картину ввода информации в ЭВМ и то, как находясь в состоянии эйфории от отношений со своей возлюбленной, он два раза нажал одну клавишу и затем кнопку отмены ввода повторного символа, но не посмотрел на монитор – убрался ли лишний знак или нет? Поленился, не проверил правильность отражаемой на нём вводимой информации. Он вспомнил даже, каким пальцем он это сделал, ощутил холодок поверхности нажимаемой им клавиши. Память услужливо вывела ему все подробности о произошедшем, казалось бы, незаметном и мало запоминаемом событии. Парня бросило в пот, затем в дрожь. У него отвисла челюсть, и помутилось в голове. Он ясно ощутил вину в случившемся, и то, что гибель звездолёта и членов экипажа лежит на его совести.

Роб резко отбросил руку Кали, которую держал, вскочил и начал пробираться между рядами, к выходу. Следом за ним направилась и заподозрившая неладное его пассия. Выбравшись в проход, молодой штурман побежал к выходу. Когда девушка вышла из кают-компании, его уже не было в коридоре. Это говорило о том, что он свернул в сторону в ближайшем пересечении коридоров. Старший навигатор видел эту сцену. Кивком головы подозвал к себе двух подчинённых, сидевших в переднем ряду, и послал их присмотреть за Робом. Они выбежали в проход, когда Кали в растерянности стояла за дверью.

– Бежим в его каюту! – крикнул один из них, и троица помчалась по коридору.

Тем временем, капитан продолжал: – …В этом полёте возникнут свои трудности и осложнения. Он растянется по времени, так как колонисты и их сопровождающие будут не в состоянии анабиоза, а значит, не перенесут больших нагрузок. Разгон, полёт, и торможение продлятся по длительности. Мы уже не дождёмся сообщения о конечном результате предпринятой и очень рискованной экспедиции, так как звездолёт скоро прекратит движение и начнёт падать на звезду. Нам остаётся только надеяться на лучшее. Мне больше сказать нечего. А теперь за работу, друзья.

Помещение кают-компании освобождалось при абсолютной тишине. Сокрушённые трагическим известием о скорой добровольной смерти, которую они должны обязательно принять, члены экипажа расходились, опустив головы. Последними вышли руководители. Они тоже, видя удручённое состояние команды, не смотрели друг на друга. Только Лидия, предчувствуя разлуку с любимым, не сводила с него красных от слёз глаз, но, молча, шла рядом.

…Влюблённого навигатора, виновника их трагического положения, Кали и его товарищи нашли в каюте. С ним случилась истерика. Молодой специалист сидел на кровати, бился головой о стену и громко кричал, проклиная себя. Он был в невменяемом состоянии и не внимал никаким уговорам. Его стащили с постели, связали. Прибежавший врач сделал инъекцию и спустя некоторое время, тот заснул прямо на полу. Штурмана подняли, перенесли на кушетку. Кали осталась с ним, помощники ушли.

Возникла великая суматоха. Засновали электрокары, перевозя из хранилищ компоненты ядерного топлива. В блоках-аккумуляторах проверялось лётное оборудование: состояние навигационных приборов и электрических силовых установок движения. Начался демонтаж второстепенных устройств, перегородок помещений с целью уменьшения веса машин и освобождения добавочной площади для размещения как можно большего числа колонистов.

Перечислены предметы первой надобности, которые должны быть забраны сейчас, в том числе и оружие индивидуальной защиты. Многое невозможно было взять из опасения, что не хватит энергии на задуманное действие. В лаборатории меняли программы андроидам АД-1 и АД-2 для работы в качестве пилотов на кораблях-аккумуляторах. Здесь уже не было необходимости в их присутствии.

Лидия едва не падала от усталости, мотаясь от одного места к другому. В течение этого времени, везде и всюду, учёную сопровождал молодой гуманоид Фарс, назначенный на должность старшего охранника среди отлетающих. Необходимости в эскорте не было, но он, почему-то решил оберегать её. Но от кого? Наверное, от других мужчин, что летели с ней. Парень был взволнован и не сводил с девушки влюблённых глаз. По-видимому, имел некие виды на неё и уже тешил себя какими-то иллюзиями. Данные взгляды замечала и Лидия, но среди хлопот не придавала этому значения.

Переселенцы были недостаточно разумны и гипнологи с трудом удерживали их в рамках повиновения. То в одном месте, то в другом, с воплями, вспыхивали ссоры: кричали как дерущиеся, так и их окружение. Особи женского пола и другие члены кланов, громкими криками и верещаньем подбадривали в драках своего вожака – хозяина. Иногда, измученные непредвиденной задержкой, вынужденным обездвижением, самцы готовы были накинуться и на работающих с ними учёных, так как не понимали того, что с ними производят.

Один вожак восстал против специалиста, интуитивно почувствовав исходившую от него "опасность" для себя. Он делал яростные глаза, скалил жёлтые клыки, громко кричал и рыгал. Поднимал дыбом шерсть на загривке и стучал себя по хилой груди, пытаясь извлечь из неё угрожающие звуки, но кроме глухих ударов у него ничего не получалось. Иногда, он даже вылезал из своей капсулы и делал несколько шагов в сторону учёного, но всегда благоразумно останавливался на безопасном расстоянии от него: помнил электрический удар, который получил за агрессивное поведение. И эта память в отношении гипнолога ещё проявится негативно на чужой планете. В то же время и боязнь потерять своих самок – гарем, тоже не пускала его дальше: рядом были самцы и крупнее, чем он.

Вскоре появилась новая проблема: спонтанные опорожнения кишечника и мочевого пузыря колонистами, причём прямо в капсулах, где их держали под воздействием гипноза, пока аккумуляторные блоки готовили к полёту в качестве транспортных кораблей. По помещениям начали распространяться зловонные запахи. "Гипнотизёры" надели специальные маски, андроиды же просто не чувствовали их: у них не было функции обоняния. Они спокойно сновали между капсулами, раздавали еду и легонько били наиболее агрессивных, показывая тем самым, что они сильнее их. И это до поры, до времени, помогало.

Командиру начали поступать рапорта о завершении работ. Он же, слушая доклады о состоянии блоков, муссировал одну мысль: что у них с Лидией будет дальше? Если она не рискнёт прервать своё бытие искусственно, то им уже не быть вместе. Слишком велики будут в дальнейшем их возрастные различия. В то же время, она, как бы решительно настроена на бытие вместе с ним. Но как отразится на ней её дальнейшая деятельность на планете и сколько это займет времени? К тому же вместе с ней там будут и мужчины: учёные-гипнологи и охранники. Не забудет ли она его? Тем более что их объединяют общие интересы по назначенному им заданию. Воображение начинало рисовать ему жизнь Лидии без него, но он усилием воли обрывал чёрные картины. Эти эмоции будоражили его, не давали сосредоточиться на деле. При мысли, что он больше никогда не увидит любимую, ему хотелось бросить всё и бежать в отсек с переселенцами, где она находилась.

И сейчас, вполуха, слушая доклад старшего силовика об окончании погрузки компонентов ядерного топлива и готовности блоков к приёму колонизаторов, Бор никак не мог полностью сосредоточиться на нём: он звучал для него как бы в стороне. Его внутренний голос кричал ему: "Как ты будешь без Лидии? Она дыхание твоё, жизнь и судьба! Не будет у тебя без неё настоящего бытия!"

У несчастного навернулись слёзы. Он достал из карманчика на рукаве небольшое переговорное устройство. Нажал кнопку и поднял его на уровень лица. Засветился крохотный монитор, на котором появился такой желанный, дорогой для него образ.

– Да, милый, – она смотрела прямо в его глаза.

– Я люблю тебя больше жизни и мне плохо! – тихо произнёс Бор.

– Я знаю, обожаемый. Не бойся, мы всегда будем вместе!

– Начинайте погрузку переселенцев…, – у него судорожно сжалось горло: голос сорвался на шёпот. От мысли, что Лидия сейчас покинет его, он едва справлялся с собой.

Прозвучала команда о часовой готовности к старту. Появились и прошли в рубки управления перепрограммированные андроиды-пилоты. Вслед за ними вышла из помещений первая партия переселенцев. Они боязливо шли за своим вожаком, который, в свою очередь, ступал за гипнологом. Дух диких животных, да ещё смешанный с запахами мочи и кала, разнёсся по коридорам звездолёта. Пугливо озираясь по сторонам, второстепенные владельцы "гаремов", боясь потерять самок, ухали друг на друга, рычали, но шли за первым лидером.

По бокам великой толпы, шло несколько андроидов с излучателями пси-энергии, помогая учёным удерживать колонизаторов в необходимых рамках поведения. Корабли-аккумуляторы находились в ангарах далеко от помещений для анабиоза. Они были связаны с внутренними системами звездолёта через мощные контакты, способные коммутировать токи большой величины.

…Свободные помещения энергоблоков были загружены до отказа. Много места заняли резервуары со сжиженными газами для создания искусственной атмосферы. Пятидесяти особям гоминидов не хватило места, и они столпились перед входами в корабли, стремясь любыми путями соединиться с остальными. Их увели обратно в помещение для анабиоза: потом "усыпят".

Приборы отсчитывали время до критической точки, зависящей от увеличения массы кораблей–аккумуляторов и количества имеющейся в них энергии. Погрузка закончилась за полчаса до рокового мгновения. Это означало, что при старте позже указанного срока, количества топлива и электрической энергии уже не хватило бы на преодоление сил гравитации звезды и полёт к четвёртой планете. Выработав все ресурсы, они так же, как и звездолёт, постепенно потеряли бы скорость и упали в океан огня.

Прощание было скорым – поджимало время, и многое было не сказано. Капитан и учёная, со слезами на глазах, держась за руки, стояли друг против друга. Их переполняли настолько сильные эмоции, что они не находили нужных слов. К тому же были в окружении членов экипажа, которые тоже, каждый по-своему, старались подбодрить и успокоить отлетающих. И лишь Фарс, молча, с горящим взглядом, ревниво наблюдал за прощанием влюблённых. Бор вытащил из нарукавного кармана маленький пульт. Подал Лидии.

 

– Если придётся заставить робота осуществить то, чего он не захочет сделать, нажми кнопку. Он выполнит всё, что нужно.

– Спасибо, любимый. Помни сказанное мной: я скоро вернусь к тебе, милый. Мы всегда будем вместе и ещё станем счастливы! – прошептала девушка, не сводя глаз с милого обожания.

И он не выдержал напряжения: прижался к её щеке. Они закрыли глаза и замерли на несколько мгновений, слившись душами. Каждый старался навсегда запомнить эти волнующие секунды.

– Я буду ждать тебя, только ты не опаздывай! – прошептал Бор и раскрыл объятия. Лидия повернулась и вошла в корабль.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru