Полная версия:
Радомир Веснин Стук сердца
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Раздался стук в дверь.
Лина вздрогнула.
— Войдите.
Дверь открылась. На пороге стоял молодой лейтенант в форме ВВС. Тот самый оператор дрона, которого она видела днём на тренировке. Кайл Брэдфорд. У него было открытое, почти мальчишеское лицо и улыбка, которая не вязалась с обстановкой.
— Доктор Капур? — спросил он.
— Да.
— Лейтенант Брэдфорд. Мантис. Я буду вашим оператором БПЛА на этой миссии.
Лина кивнула.
— Я помню вас. Вы вели дрон сегодня.
Брэдфорд смутился.
— Да, было дело. Майор Митчелл остался недоволен.
— Мне показалось, он вообще редко бывает доволен.
— Не то слово, — лейтенант усмехнулся. — Но он лучший. Просто… немного старой школы.
— Это я заметила.
Брэдфорд замялся, переступил с ноги на ногу.
— Я, собственно, пришёл спросить… Можно мне взглянуть?
— На что?
— На систему. Ну, на «Стук сердца». Я много о ней слышал. Читал технические описания, видел презентации. Но живьём — никогда.
Лина на мгновение заколебалась. Потом кивнула.
— Проходите.
Она подошла к ящику, включила подсветку. Брэдфорд вошёл и остановился у края, как ребёнок перед витриной.
— Ничего себе, — выдохнул он. — Это та самая? Которая может слышать сердцебиение?
— Не совсем слышать. Она фиксирует магнитные колебания, которые возникают при электрической активности сердца. Потом алгоритм отсеивает фоновый шум и выделяет индивидуальную сигнатуру.
— И что это значит на практике?
— Это значит, что если человек жив и его сердце бьётся, система может найти его. Даже если он в пещере. Даже если он молчит. Даже если он не хочет, чтобы его нашли.
Брэдфорд покачал головой.
— Фантастика.
— Физика, — поправила Лина. — Квантовая магнитометрия. Сердце — это мышца, которая работает на слабых электрических импульсах. Каждый удар создаёт магнитное поле. Ничтожно малое, но измеримое. Нужен только достаточно чувствительный сенсор и достаточно мощный софт.
— И вы всё это придумали?
— Не всё. Я возглавляла группу. Нас было больше.
— Но «Стук сердца» — ваша идея?
Лина помолчала.
— Идея была простая. Что, если бы мы могли не просто находить людей, но и понимать их состояние? Страх, боль, надежду. Что, если бы мы могли слышать не только сердце, но и то, что за ним?
Брэдфорд смотрел на неё с восхищением.
— Это же… Это может изменить всё.
— Может.
Лина закрыла крышку. Ящик щёлкнул, возвращаясь в режим ожидания.
— Но сначала нужно выжить на этой миссии.
Брэдфорд кивнул.
— Вы справитесь, доктор. Майор Митчелл, конечно, тот ещё сухарь, но он своих не бросает.
— Я не своя. Я прикомандированная.
— Это пока. Вот увидите, через пару дней в горах он будет относиться к вам иначе.
Лина слабо улыбнулась.
— Будем надеяться.
Брэдфорд направился к двери, но остановился.
— Доктор Капур, а вы… вы уже слышали через систему чьё-то сердце? Ну, по-настоящему?
Лина посмотрела на него.
— Много раз.
— И каково это?
Она отвела взгляд.
— Сначала страшно. Потом привыкаешь. А потом… — Она запнулась. — Потом уже не можешь представить, как жить без этого.
Брэдфорд кивнул, будто понял.
— Спокойной ночи, доктор.
— Спокойной, лейтенант.
Дверь закрылась. Лина осталась одна.
Она снова села на койку. Взяла бутылку с водой. Руки уже не дрожали.
Она посмотрела на ящик.
Потом достала из рюкзака лёгкие наушники, подключила к планшету и запустила диагностику. Система мягко загудела, на экране побежали строки кода. Лина надела наушники.
Сначала был только шум. Широкий, плотный, многослойный — гул базы, электричество, работающие генераторы, вращающиеся антенны. Потом алгоритм начал отсеивать лишнее. Один слой, второй, третий. Шум отступал, расслаивался, таял.
И тогда она услышала.
Сердца.
Они звучали не как звук — скорее как ощущение. Как если бы кто-то провёл ладонью по твоей коже в темноте. Десятки, сотни ритмов, бьющихся одновременно. Быстрые, медленные, ровные, сбивчивые. Каждый — уникальный. Каждый — живой.
Лина прикрыла глаза.
Она знала, что это неправильно. Что подключаться к системе без разрешения, без протокола, просто чтобы послушать — нарушение всех инструкций. Но она не могла остановиться. Это было сильнее неё.
Где-то среди этих сотен ритмов был один, который она искала.
Ей потребовалось несколько секунд, чтобы найти его.
Ровный. Медленный. Тяжёлый, как удары молота по наковальне. Сердце человека, который не спит, но и не бодрствует. Человека, который привык ждать.
Она узнала его.
Майор Митчелл.
Лина открыла глаза. На экране пульсировала точка — где-то в дальнем конце базы, у ангара. Одинокая, на краю общего поля. Она смотрела на неё и чувствовала странное, почти запретное любопытство.
Что там, за этим ровным ритмом? Какие мысли? Какие страхи?
Она потянулась к настройкам, чтобы усилить эмоциональный контур…
И остановилась.
— Нет, — прошептала она. — Не сейчас.
Лина сняла наушники. Экран погас. Тишина вернулась.
Она откинулась на койку, уставилась в потолок. Где-то вдали прогрохотал транспортник. Война дышала совсем рядом.
Через сорок восемь часов она пойдёт в горы с людьми, которых не знает, и системой, которую знает слишком хорошо.
И впервые за долгое время ей было по-настоящему страшно.
Но не за себя.
За них.
За то, что она может услышать в их сердцах.
За то, что они могут услышать в её.
Лина закрыла глаза.
Сон пришёл не сразу.
Но когда пришёл, он был полон белых точек, пульсирующих в такт чему-то огромному, невидимому, абсолютно реальному.
[1] Ghost Murmur — реальная технология, упоминавшаяся в СМИ. Возможности системы в романе усилены художественно.
ГЛАВА 3. БРИФИНГ
База Аль-Удейд, Катар. Следующее утро.
Кейн пришёл за пятнадцать минут до начала.
Он всегда приходил раньше. Это была привычка, въевшаяся в подкорку ещё в учебке: если ты не управляешь временем, время управляет тобой. За пятнадцать минут можно успеть многое — осмотреться, проверить обстановку, изучить тех, кто входит в помещение. Война состоит из мелочей. Кто-то считает это паранойей. Кейн называл это профессионализмом.
Штабной отсек был уже освещён. На длинном столе лежали распечатанные карты, схемы, спутниковые снимки. У стены стоял большой экран, на котором медленно вращалась трёхмерная модель горного массива. Кто-то из аналитиков уже загрузил данные.
Кейн подошёл к столу, склонился над картой. Пальцы привычно нашли нужный квадрат — юго-западные отроги Загроса. Десять километров до иранской границы. Двадцать пять — до цели. Горы, ущелья, сухие русла рек. Местность, где легко спрятать армию. И легко умереть.
— Доброе утро, майор.
Он обернулся.
В дверях стояла Лина. Сегодня она выглядела иначе — не растерянной, а собранной. Волосы по-прежнему стянуты в пучок, очки на месте. На ней была лёгкая полевая форма без знаков различия, но с нашивкой технического специалиста. Выглядела она так, будто всю ночь не спала, но упорно пыталась это скрыть.
— Доктор, — кивнул Кейн.
— Я не опоздала?
— Нет. Но на будущее: на моих брифингах принято быть за десять минут.
— Я учту.
Она подошла к столу, положила планшет. Кейн заметил, что руки у неё больше не дрожат.
— Вы знали, что комплекс «Сетар-4» был построен ещё при шахе? — спросила она.
Кейн поднял бровь.
— Откуда вы это взяли?
— Читала файлы. В разведданных есть упоминание о довоенных подземных убежищах. Комплекс, возможно, не создавался как военный объект. Его могли позже переоборудовать.
— И что это меняет?
— Пока не знаю. Но это может объяснить, почему данные разведки такие противоречивые.
Кейн помолчал.
— Что именно противоречивого?
Лина провела пальцем по экрану планшета, развернула спутниковый снимок.
— Видите вот здесь? Тепловая сигнатура. Слишком слабая для подземной лаборатории такого масштаба. А здесь — признаки активности, но они непостоянны. То появляются, то исчезают. Если бы там работала серьёзная военная программа, фон был бы стабильнее.
— Может, они хорошо маскируются.
— Может. Но обычно маскируют не тепловой след, а сам факт существования объекта. Если комплекс заглублён на пятьдесят метров, зачем ему вообще давать тепловую утечку?
Кейн смотрел на снимок. Что-то в её словах было. Но он не собирался признавать это вслух.
— Разберёмся на месте, — сказал он.
Дверь распахнулась, и в отсек начали входить остальные.
Первым — Рико. Он выглядел свежим, как всегда. Кивнул Кейну, улыбнулся Лине.
— Доброе утро, доктор. Как спалось?
— Спасибо, нормально, — ответила она.
— А я вот не выспался. Хаос всю ночь ворочался и разговаривал во сне.
Следом вошёл и сам «Хаос» — коренастый, с рыжим ёжиком и вечно недовольным лицом. За ним — «Док», сухощавый снайпер с тихим голосом и внимательными глазами. Потом «Пиксель», самый молодой, связист и компьютерный гений группы. Последней появилась Сара Чейз — высокая, с коротко стриженными тёмными волосами и взглядом, который мог заморозить.
— Валькирия, — кивнул ей Кейн.
— Майор.
Она заняла место у стены, скрестив руки на груди. Лина почувствовала на себе её взгляд — оценивающий, холодный, без враждебности, но и без тепла.
Кейн обвёл группу взглядом.
— Все в сборе. Рассаживайтесь.
Бойцы расселись вокруг стола. Лина села с краю, стараясь занимать как можно меньше места.
Экран ожил. На нём появилось лицо полковника Стоуна — сегодня он был в полевой форме, на фоне карты Центрального командования.
— Доброе утро, — произнёс он. Голос звучал глухо, но чётко. — Перехожу к делу. Операция «Стук сердца» утверждена.
Кейн мысленно поморщился. Название операции совпадало с кодовым именем системы. Пафосно. Любит Стоун красивые слова.
— Цель — подземный комплекс «Сетар-4» в юго-западном Иране, — продолжал полковник. — По данным разведки, объект используется для разработки и испытания систем квантового противодействия. Если эти системы будут доведены до боевого применения, наше технологическое преимущество в регионе будет утрачено.
Стоун щёлкнул пультом. На экране появилась трёхмерная схема объекта.
— Комплекс состоит из трёх уровней. Верхний — технические помещения, входная группа. Средний — лабораторные блоки и хранилище данных. Нижний — энергоузлы и вентиляция. Точное расположение целевого оборудования неизвестно. Поэтому с группой идёт доктор Капур. Она определит, что именно необходимо уничтожить.
Кейн бросил быстрый взгляд на Лину. Она смотрела на экран, не мигая.
— Время на операцию — трое суток с момента высадки, — продолжил Стоун. — Далее — эвакуация через точку «Гамма». Если группа не выйдет на связь в назначенное время, она считается потерянной.
В комнате повисла тишина.
— Вопросы? — спросил Стоун.
— Полковник, — подал голос Кейн. — Каков уровень противодействия?
— Ожидаем патрули КСИР в радиусе пятидесяти километров от объекта. Плотность небольшая, но они знают местность. Плюс возможны автономные датчики движения на подходах.
— Средства ПВО?
— В районе цели не зафиксированы. Но в сорока километрах южнее есть мобильный комплекс. Если поднимете шум — успеют подтянуться.
— Поддержка с воздуха?
— Ограниченная. Два дрона наблюдения, один ударный в резерве. Плюс вертолёт эвакуации на точке «Гамма».
Кейн кивнул.
— Что с иранским детектором? Он уже активен?
Стоун помедлил.
— Неизвестно. Данные разведки противоречивы. Некоторые источники утверждают, что прототип уже испытан. Другие — что он ещё не выходил за пределы лаборатории.
— Задача — уничтожить в любом случае?
— Задача — лишить Иран возможности создать действующий образец. Оборудование, данные, носители — всё.
— Понял.
Стоун обвёл взглядом комнату.
— Доктор Капур, вы готовы?
Лина подняла голову.
— Да, полковник.
— Ваша система будет работать в горах?
— Если нет сильных магнитных аномалий — да. Но в горной местности возможны помехи. Мне нужно будет настраиваться на месте.
— Хорошо. У вас будет всё необходимое.
Стоун снова посмотрел на Кейна.
— Майор, подчеркну: доктор Капур — приоритетный специалист. Если возникнет угроза, её эвакуация — первая задача.
Кейн не пошевелился.
— Понял, полковник.
Лина почувствовала, как на неё снова посмотрела Сара Чейз. На этот раз во взгляде было что-то новое. Не враждебность. Скорее… настороженность. Оценка. Сара прикидывала, сколько лишнего веса придётся тащить по горам.
— Вопросы ещё есть? — спросил Стоун.
Молчание.
— Тогда работайте. Вылет завтра в ноль три тридцать. Подготовка началась вчера.
Экран погас.
Кейн поднялся первым.
— Всем понятно? — спросил он, не оборачиваясь.
Бойцы нестройно закивали. Кейн повернулся к ним.
— Тогда по местам. Через час — проверка снаряжения. Док, Хаос, Пиксель — оружие и связь. Рико — медицина. Валькирия — маршрут.
— А я? — спросила Лина.
Кейн посмотрел на неё.
— А вы, доктор, будете сидеть со мной. Разберём, как ваша система впишется в нашу тактику.
— Хорошо.
Он вышел первым. Остальные потянулись следом. Лина задержалась у стола, собирая планшет. Сара Чейз остановилась рядом.
— Доктор.
— Да?
— Вы когда-нибудь были под огнём?
Лина встретила её взгляд.
— Нет.
— Тогда совет: держитесь рядом с майором. Он злой, но живучий.
— Учту.
Сара кивнула и вышла.
Лина осталась одна.
Она посмотрела на пустой экран, на карту, на схему подземного комплекса. Потом перевела взгляд на свои руки. Они снова были спокойны.
Через двадцать четыре часа она будет в горах Ирана.
Через сорок восемь — услышит сердце врага.
И, возможно, перестанет понимать, кто здесь враг, а кто — нет.
Она подхватила планшет и вышла из отсека.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.