современная русская литература

мистика

сказки

триллеры

русское фэнтези

манга / манхва / маньхуа

вебтун

Комната 404. Дом не прощает сожалений

Три часа ночи. Арктический коридор. Восемь медицинских дронов с инсулином, антибиотиками и компонентами крови исчезают за одиннадцать секунд. Радарная система СКАН-51 работает штатно. Она просто ничего не видела.
Аналитик Арина Вельская получает это дело на рассвете без протокола, напрямую. Сорок секунд. Именно столько длится слепое пятно в радарной сети. Чтобы попасть в это окно, нужно знать архитектуру системы изнутри. Таких людей единицы. Чем глубже она идёт, тем очевиднее: кто-то в ЗАСЛОНе знал об уязвимости до первой атаки. И принял решение молчать. Семь лет назад. Одна резолюция. Четыре слова: дальнейших действий не требует.
Расследование, которое должно было закончиться задержанием подозреваемого, только начинается.

научная фантастика

попаданцы

Сорок секунд. Книга 1. Слепая зона

Ночная поездка. Тридцать пять минут. Пожилой мужчина с тяжёлой сумкой едет на вокзал. Больше ничего не происходит - и в то же время происходит всё. 
«Старик» - рассказ о том, что остаётся от человека в памяти другого человека: не слова, а плечи, которые поднимаются, когда он смеётся. Не зал, а пианино у стены, которое ты знаешь только с чужих слов. Синее платье или зелёное. Она говорила: синее, значит синее. 
Водитель такси слушает. Старик вспоминает. За тридцать пять минут перед читателем проходит целая жизнь без пафоса, без выводов, без попытки объяснить, как правильно переживать утрату. 
Читается за двадцать минут. Остаётся дольше.

детективная фантастика

любовно-фантастические романы

Старик

Иногда тишина страшнее крика.
Когда в доме не смолкает плач младшего, а старший пятую ночь не спит, мир сужается до одного вопроса, заданного из темноты тихим, ровным голосом: «А если бы мог?»
Что значит «малость» в качестве платы, выясняется не сразу. И не сразу понимаешь, что забывать своих, это тоже умение: через миски на столе, через игрушки в углу двора, через лицо, расплывающееся, как сквозь мутное стекло.
«Сговор с Кикиморой» - это история о цене минутного желания, сказанного про себя, и о том, что некоторые потери начинаются не с исчезновения человека, а с исчезновения памяти о нём.
Здесь почти нет волшебства в привычном смысле, только осока, тын и голос, который ничего не обещает дважды.

личная эффективность

общая психология

саморазвитие / личностный рост

Сговор с Кикиморой

**«Обман памяти» — Призраки сети, книга 2**

Вена. Секретная операционная в подвале заброшенного мясокомбината. Именно здесь Алекс и Ева ищут единственного человека, который знает, что вшито в её тело, — и готов на это ответить только ценой чужой жизни.

Они двигаются по Европе, как тени: без настоящих имён, без права на ошибку. Проект «Лотос» — не просто программа с нейроимплантами. Это система контроля, в которой Ева — один из объектов, а Алекс — возможно, один из результатов. Но каких именно?

Чем глубже они копают, тем яснее одно: память можно украсть. Личность — переписать. И человек, которого Алекс считал отцом, может оказаться чем-то совершенно иным.

Напряжённый шпионский триллер с точной психологией и атмосферой, которая не отпускает — от подземных операционных до женевских набережных на рассвете. Для тех, кто читает не ради сюжета, а ради ощущения, что настоящее всегда сложнее, чем кажется.

**Кто ты, если тебя создали — а не родили?**

социальная фантастика

боевое фэнтези

героическое фэнтези

Призраки сети. Книга 2: «Обман памяти»

Алекс Вейн очнулся в частной клинике Бангкока без документов, без воспоминаний и с небольшим уплотнением за правым ухом — тем, чего там быть не должно. Единственное, что у него есть: три паспорта на разные имена, кредитные карты, которые кто-то регулярно пополняет, и фотография незнакомой женщины с надписью на обороте: *«Стамбул, 2021. Ты обещал».*

Три года он живёт в промежутке между тем, кем был, и тем, кем его сделали. Потом в бар «Риверсайд» входит женщина с пистолетом — и всё начинается.

«Призраки сети» — это триллер о природе контроля и цене свободы воли. О том, где заканчивается человек и начинается инструмент. О системе, которая умеет шептать на твоём собственном языке, в твоём собственном ритме — так, что ты думаешь: *я сам так думаю.*

И о человеке, который первым оказал сопротивление.


русская драматургия

Призраки сети. Книга 1: «Кровавый след»

Что если всё, что вы знали о сказках — неправда?
Не в том смысле, что драконов не существует. А в том, что никто никогда не спрашивал дракона, каково это — бояться собственного огня. Никто не думал, куда уходит золотая рыбка после трёх желаний. Никто не проверял, как чувствует себя говорящее зеркало, которое двадцать лет обязано врать.
Этот сборник — пятнадцать сказок для тех, кто читает детям на ночь и замечает, что сам слушает внимательнее. Для тех, кто знает: иногда самое важное проще всего сказать через волка, джинна или снеговика, у которого есть три месяца и один план.
Возрастных ограничений нет. Потому что хорошая сказка — она не про возраст. Она про то, что вы и так знаете, но никак не могли сформулировать.

детские приключения

детская фантастика

книги про волшебников

Сборник сказок

Маше двадцать два. Архитектурный факультет, три года отношений, и предложение из Праги по стажировке в журнале, иллюстрации, всё, о чём она думала, но никому не говорила. Ответ нужен через четыре дня.
Она не может.
Вместо этого она каждый день приходит в сад между четырьмя домами, где работает садовник, который почти не разговаривает с людьми. Но почему-то пустил её в свой домик. И рассказал, что старая яблоня в центре цветёт зимой — только тогда, когда кто-то рядом принимает настоящее решение.
Она не знает, верит ли. Но приходит каждый день.

современные детективы

Яблоня в феврале

В объявлении о сдаче квартиры на Садовой-Каретной была одна странная строчка: комната в конце коридора не входит в договор аренды. Просьба не заходить.
Алина заходит на второй день.
Три минуты по часам, но это единственное, что поддаётся измерению. Фотография незнакомой девочки на пустом подоконнике. Фигура у окна, которую видит только объектив телефона. Сосед, варящий кофе каждое утро в одно и то же время в квартире, где никто не живёт уже два года. Старуха с пятого этажа, оставившая там мужа в шестьдесят первом и с тех пор не открывающая дверь.
В архиве хранится план четвёртого этажа. По плану за той дверью стена.
Комната не предсказывает и не угрожает. Она воспроизводит то, что и без неё никуда не делось: потерю, которую Алина не смогла назвать вслух, и человека, которым не хочет становиться. Дом просто убирает расстояние между тем, что знаешь о себе, и тем, как живёшь.
Выйти можно. Самолёт возвращается. Такси знает адрес.
Дом ждал её дольше, чем она здесь живёт.

документальная литература

книги о войне

историческая литература

новейшая история

Что, если книга, которую вы пишете три года, начинает писать вас? Когда события в рукописи предсказывают реальность, а персонажи выходят на улицу, писатель понимает: он не автор. Он черновик.
Писатель К. три года работает над романом. Но однажды в рукописи появляются главы, которых он не писал, но написанные в его стиле, его синтаксисом, описывающие события, которые ещё не произошли, но происходят потом.
Кольцо от чашки на первой странице было там с самого начала. Редактор исчезает, оставив готовый финал. Сосед задаёт один вопрос: вы пишете или записываете? И уходит без ответа.
Параллельно следователь Р. расследует странные исчезновения: люди не умирают, они стираются из памяти других. Все нити ведут к квартире писателя К.
Два расследования смотрят друг в друга. Чтобы выйти из текста, К. должен написать себя самого с именем, с прошлым, с точкой в конце. Но сначала понять: был ли он когда-нибудь автором?

энциклопедии

Написанный

юмористическая проза

young adult

Без серии

стихи и поэзия

книги для детей

Поздний вечер, последний заказ, семь минут езды. Казалось бы, ничего не происходит, просто едут двое, один говорит, другой почти молчит. Но именно в таких разговорах, случайных и необязательных, иногда умещается всё то, о чём не получается говорить с теми, кому это важно.
«Не отправлено» - это короткий рассказ, который читается за двадцать минут, но послевкусие оставляет надолго. О том, как много значит вовремя сказанное слово. И как много остаётся несказанным, не потому что нечего сказать, а потому что момент уже прошёл, окно закрылось, и остался только мигающий жёлтый светофор на пустом ночном проспекте.

любовное фэнтези

магические академии

Не отправлено

Психологическая проза о ночном таксисте и двух пассажирах, чьё молчание говорит больше слов. За двадцать минут поездки через спящий ночной город водитель становится свидетелем чужого надлома — и невольно сталкивается с чем-то своим, давно отложенным.
Короткая история о том, как тишина между людьми бывает громче любого разговора. О невысказанном, о расстоянии в полшага, о том, что иногда слово «холодно» — это всё, что осталось. И о человеке за рулём, который видит чужие жизни в осколках и едет дальше.
Городская проза. Ночная атмосфера. Минимализм. Для тех, кто любит Карвера, Кафку в малой форме и тексты, где между строк больше, чем в самих строках.

юмористическое фэнтези

Двое

Ночь в городе - это время, когда всё лишнее исчезает. Остаётся только тишина, редкие огни и мысли, от которых днём легко спрятаться. 
Он просто водитель такси. Слушает, везёт, забывает. Люди приходят и уходят, оставляя после себя обрывки чужих жизней, признания, сомнения, решения, которые меняют всё. Обычно это не его история. 
Но иногда достаточно одной поездки, чтобы что-то изменилось. 
Когда привычные вещи вдруг теряют смысл. Когда понятная жизнь больше не кажется своей. Когда впереди не страх, а пустота, в которой ещё ничего нет но уже можно дышать. 
«Первая ночь» - это тихая, атмосферная проза о моменте между «было» и «будет». О людях, которые не знают друг друга, но на короткое время оказываются рядом. И о том, как иногда самая важная перемена происходит в тишине. 
Если вам близки истории в духе медитативного городского реализма, где главное - не события, а ощущение, то эта книга оставит след.

Velimir Ashen