знания и навыки

учебная и научная литература

серьезное чтение

современная русская литература

об истории серьезно

«На каждой станции я просовывал в щель записки: перешлите в Москву, в университет, меня везут в лагерь, везут вместе с уголовниками, протестуйте, добейтесь моего освобождения… перевода к своим. Голодовку было поздно объявлять, меня взяли прямо из 67-й камеры Бутырской тюрьмы, после полуторамесячной одиночки № 95 МОКа – мужского одиночного корпуса…»

биографии и мемуары

документальная литература

спецслужбы

загадочное самоубийство

политические деятели

советская эпоха

знаменитые политики

Вишера

«19 февраля 1929 года я был арестован. Этот день и час я считаю началом своей общественной жизни – первым истинным испытанием в жестких условиях. После сражения с Мережковским в ранней моей юности, после увлечения историей русского освободительного движения, после кипящего Московского университета 1927 года, кипящей Москвы – мне надлежало испытать свои истинные душевные качества…»

религия и духовная литература

христианство

православное христианство

православные молитвы

акафисты

православные святые

молитвословы / акафисты / каноны / псалмы

христианские святые

психология, мотивация

богослужение

Бутырская тюрьма (1929 год)

Литературоведы и критики оценивают «Колымские рассказы» Шаламова как документальное историческое свидетельство, запечатлевшее великую катастрофу человечества XX века. В своих рассказах Шаламов идет дальше простого описания всех кошмаров советского ГУЛАГа. Он не пытается вызвать страх у читателей. Он не называет страх по имени. Он просто блокирует его. Но, читая или слушая произведения Шаламова, буквально кожей ощущаешь весь ужас и страдания, заключенные в них. «Колымские рассказы» потрясают, они требуют не только сопереживания, но и переоценки собственной жизни, определенного нравственного вывода.

По снегу
Ha представку
Ночью
Плотники
Одиночный замер
Посылка
Дождь
Кант
Сухим пайком
Инжектор
Апостол Павел
Ягоды
Сука Тамара
Шерри-бренди
Детские картинки
Сгущенное молоко
Хлеб
3аклинатель змей
Татарский мулла и чистый воздух
Первая смерть
Тетя Поля
Галстук
Тайга золотая
Васька Денисов, похититель свиней
Серафим
Выходной день
Домино
Геркулес
Шоковая терапия
Стланик
Красный крест
3аговор юристов
Тифозный карантин
© В. Шаламов (наследники)
©&℗ ИП Воробьев В.А.
©&℗ ИД СОЮЗ

русская классика

литература 20 века

Колымские рассказы

религиозные тексты

Русская православная церковь

православные обряды

православие

Воспоминания узников эпохи

Художественной литературе свойственно романтизировать и идеализировать преступный мир. Начиная с гуттенберговских времен и по сей день эта область человеческого бытия остается книгой за семью печатями. Бравшиеся за «уголовную» тему писатели часто укрепляли у своих читателей ложное представление об этом коварном и отвратительном мире излишне приукрашивая и «наряжая» уголовщину в своеобразную романтическую маску. В своих рассказах «Очерки преступного мира» Варлам Шаламов показывает нам подлинное лицо уголовного мира, не имеющего в себе ничего человеческого. 
Об одной ошибке художественной литературы 0:12:14Жульническая кровь 1:16:00Женщина блатного мира 0:33:00Тюремная пайка 0:09:28«Сучья» война 0:55:00Аполлон среди блатных 0:24:00Сергей Есенин и воровской мир 0:12:00Как «тискают романы» 0:22:00
Исполняет: Сергей Чонишвили© В. Шаламов (наследники)©&℗ ИП Воробьев В.А.©&℗ ИД СОЮЗ 
Пенсионеры
Сидят на дачах старенькие ВОХРы
И щурятся на солнце сквозь очки.
Послушаешь про них – так прямо волки,
А поглядишь – так ангелы почти.
Их добрые глаза – как два болотца —
Застенчиво мерцают из глазниц,
В них нет желанья с кем-нибудь бороться,
В них нет мечты кого-нибудь казнить.
Они не мстят, не злятся, не стращают,
Не обещают взять нас в оборот, —
Они великодушно нам прощают
Все камни в их увядший огород.
Да, был грешок… Такое было время…
И Сталин виноват, чего уж там!..
Да, многих жаль… И жаль того еврея,
Который оказался Мандельштам…
Послушать их – и сам начнешь стыдиться
За слов своих и мыслей прежний сор:
Нельзя во всех грехах винить статиста,
Коль был еще и главный режиссер.
…Но вдруг в глазу, сощуренном нестрого,
Слезящемся прозрачной милотой,
Сверкнет зрачок, опасный как острога.
Осмысленный. Жестокий. Молодой.
И в воздухе пахнёт козлом и серой,
И загустеет магмою озон,
И радуга над речкой станет серой,
Как серые шлагбаумы у зон.
Собьются в кучу женщины и дети.
Завоют псы. Осыплются сады.
И жизнь на миг замрёт на белом свете
От острого предчувствия беды.
По всей Руси – от Лены и до Волги —
Прокатятся подземные толчки…
…Сидят на дачах старенькие ВОХРы
И щурятся на солнце сквозь очки…
© Леонид Филатов, 1987
Также не пропустите ранее вышедшую аудиокниги Варлама Шаламова «Колымские рассказы», «Артист лопаты», «Перчатка или КР-2»

житийная литература

жизнеописания церковных деятелей

православная церковь

путь к Богу

история православия

христианская жизнь

святые великомученики

Очерки преступного мира

Большинство из тех, кто пережил ужасы XX века, будь то жертвы нацизма, сталинских исправительно-трудовых лагерей или многочисленных войн, бушевавших на протяжении этого столетия, старались, как можно быстрее забыть об этом страшном времени и с большой неохотой вспоминали о минувших событиях. Большинство, но не Варлам Шаламов. Несмотря на то, что он был глубоко убежден в бесплодности и безуспешности попыток передать свои воспоминания, ощущения и чувства, и даже неоднократно предупреждал читателей, что об этом не стоит ни говорить, ни писать, все же в 50–70-х годах прошлого столетия, в своей комнатушке неподалеку от Москвы, а затем, уже после реабилитации, в столичной коммунальной квартире, он один за другим пишет в школьных тетрадях свои короткие и сокрушительные рассказы. В этом сборнике вас ждет аудиоверсия избранных из них
Также не пропустите ранее вышедшие аудиокниги Варлама Шаламова «Колымские рассказы», «Артист лопаты», «Очерки преступного мира».
Исполняет: Сергей Чонишвили© В. Шаламов (наследники)©&℗ ИП Воробьев В.А.©&℗ ИД СОЮЗ Использованы материалы сайте: shalamov.ru
Перчатка 1:19:00Галина Павловна Зыбалова 0:35:00Леша Чеканов, или Однодельцы на Колыме 0:22:46Триангуляция III класса 0:15:23Тачка I 0:08:20Тачка II 0:35:00Цикута 0:09:37Доктор Ямпольский 0:18:19Подполковник Фрагин 0:14:59Вечная мерзлота 0:08:35Иван Богданов 0:16:45Яков Овсеевич Заводник 0:29:18Шахматы доктора Кузьменко 0:07:22Человек с парохода 0:05:48Александр Гогоберидзе 0:14:21Уроки любви 0:20:11Афинские ночи 0:24:55Путешествие на Олу 0:16:26Подполковник медицинской службы 0:32:00Военный комиссар 0:19:10Рива-Роччи 0:39:24


религиоведение / история религий

религии / верования / культы

гуманитарные и общественные науки

жития святых

Перчатка, или КР-2

Варлам Шаламов начал писать свои рассказы в 1954 г., когда вернулся после 17 лет колымских лагерей в Подмосковье и жил в глухом рабочем поселке. Еще раньше, работая лагерным фельдшером в тайге, он начал писать стихи. И то, и другое не могло быть тогда напечатано и распространялось среди близких людей. В одном из писем Шаламова 
Б. Пастернаку есть знаменательные строки: «Вопрос „печататься – не печататься“ – для меня вопрос важный, но отнюдь не первостепенный. Есть ряд моральных барьеров, которые я перешагнуть не могу». Писатель отвергает сам принцип приспособления к цензуре – он изначально ориентируется на правду как норму литературы и норму бытия. За этим – его огромная вера в неискоренимость абсолютных человеческих ценностей, которые, рано или поздно, вернутся в его страну. Саму жизнь Варлама Тихоновича Шаламова и то, что ему удалось перешагнуть рубеж семидесятилетия, можно считать чудом, особенно если учесть, что речь идет о личности твердых, незыблемых принципов. Долгая жизнь человека, который отказывается встать на колени в мире, где даже деревья склоняются в попытке выжить в суровом климате, представляет собой нечто удивительное, с трудом поддающееся объяснению. Еще сложнее понять, каким образом этот человек, прошедший через лагеря, после бесконечных лет заключения, лишений и мук, смог не просто выжить, но и написать свои рассказы. А особенно потрясает то, что эти рассказы, по своей силе напоминающие пощечину палачам, служат, пожалуй, самым ярким, убедительным и веским аргументом против ужаса трудовых лагерей.
Также не пропустите ранее вышедшую аудиокнигу Варлама Шаламова «Колымские рассказы»
Припадок 0:05:16Надгробное слово 0:36:42Как это началось 0:26:44Почерк 0:11:41Утка 0:07:15Бизнесмен 0:07:50Калигула 0:03:46Артист лопаты 0:29:45Рур 0:14:20Богданов 0:11:08Инженер Киселев 0:23:02Любовь капитана Толли 0:20:44Крест 0:18:48Курсы 1:50:01Первый чекист 0:23:33Вейсманист 0:19:31В больницу 0:13:47Июнь 0:16:55Май 0:14:49В бане 0:14:13Ключ алмазный 0:19:01Зеленый прокурор 1:50:48Первый зуб 0:15:41Эхо в горах 0:24:12Берды Онже 0:10:31Протезы 0:05:40Погоня за паровозным дымом 0:26:32Поезд 0:21:59 
Исполняет: Сергей Чонишвили© В. Шаламов (наследники)©&℗ ИП Воробьев В.А.©&℗ ИД СОЮЗ Использованы материалы сайте: https://shalamov.ru


история православной церкви

история СССР

христианские добродетели

идеологическая борьба

свидетели эпохи

духовная жизнь

идеология в СССР

православная вера

Артист лопаты (сборник)

«От голода наша зависть была тупа и бессильна, как каждое из наших чувств. У нас не было силы на чувства, на то, чтобы искать работу полегче, чтобы ходить, спрашивать, просить… Мы завидовали только знакомым, тем, вместе с которыми мы явились в этот мир, тем, кому удалось попасть на работу в контору, в больницу, в конюшню – там не было многочасового тяжелого физического труда, прославленного на фронтонах всех ворот как дело доблести и геройства…»

юмористическая литература

анекдоты

юмористический сборник

еврейская культура

Сгущенное молоко

«Мы бурили на новом полигоне третий день. У каждого был свой шурф, и за три дня каждый углубился на полметра, не больше. До мерзлоты еще никто не дошел, хотя и ломы и кайла заправлялись без всякой задержки – редкий случай; кузнецам было нечего оттягивать – работала только наша бригада. Все дело было в дожде…»

детские приключения

детская фантастика

детская познавательная и развивающая литература

Дождь

«Мы сидели на поваленной бурей огромной лиственнице. Деревья в краю вечной мерзлоты едва держатся за неуютную землю, и буря легко вырывает их с корнями и валит на землю. Платонов рассказывал мне историю своей здешней жизни – второй нашей жизни на этом свете…»

исторические исследования

политические лидеры

И. В. Сталин

Владимир Ленин

историческая публицистика

исторические версии

Заклинатель змей

«Как топчут дорогу по снежной целине? Впереди идет человек, потея и ругаясь, едва переставляя ноги, поминутно увязая в рыхлом глубоком снегу. Человек уходит далеко, отмечая свой путь неровными черными ямами…»

подвижничество

По снегу

«Играли в карты у коногона Наумова. Дежурные надзиратели никогда не заглядывали в барак коногонов, справедливо полагая свою главную службу в наблюдении за осужденными по пятьдесят восьмой статье. Лошадей же, как правило, контрреволюционерам не доверяли…»

духовная литература

сборник рассказов

судьба человека

истории из жизни

случаи из жизни

жизненные трудности

миссионерство

На представку

«Вечером, сматывая рулетку, смотритель сказал, что Дугаев получит на следующий день одиночный замер. Бригадир, стоявший рядом и просивший смотрителя дать в долг «десяток кубиков до послезавтра», внезапно замолчал и стал глядеть на замерцавшую за гребнем сопки вечернюю звезду…»

духовные наставления

старцы

Одиночный замер

«Когда я вывихнул ступню, сорвавшись в шурфе со скользкой лестницы из жердей, начальству стало ясно, что я прохромаю долго, и так как без дела сидеть было нельзя, меня перевели помощником к нашему столяру Адаму Фризоргеру, чему мы оба – и Фризоргер и я – были очень рады…»

Апостол Павел

«Я первый раз начал свою самостоятельную фельдшерскую работу, приняв фельдшерский участок, где врачи могли быть только наездами, – на Адыгалахе, из Дорожного управления, – первый раз не из-под руки врача, как на Левом берегу в Центральной больнице, где я работал не вполне самостоятельно...»

любовные романы

короткие любовные романы

Вечная мерзлота

Литературоведы и критики оценивают «Колымские рассказы» как документальное историческое свидетельство, запечатлевшее великую катастрофу человечества XX века. Это панорама жизни, страданий и смерти людей в лагерной империи на северо-востоке СССР, занимавшей территорию свыше двух миллионов квадратных километров. В своих рассказах Варлам Шаламов идет дальше простого описания всех кошмаров советского ГУЛАГа. Он не пытается вызвать страх у читателей. Он не называет страх по имени. Но, читая или слушая его произведения, буквально кожей ощущаешь весь ужас, заключенный в них. «Колымские рассказы» потрясают, они требуют не только сопереживания, но и переоценки собственной жизни, определенного нравственного вывода. 
По снегу
На представку
Ночью
Одиночный замер
Дождь
Сухим пайком
Апостол Павел
Ягоды
Сгущенное молоко
Заклинатель змей
Тайга золотая
Серафим
Выходной день
Шоковая терапия
Заговор юристов
Тифозный карантин

Рассказ Варлама Шаламова «Последний бой майора Пугачёва» входит в сборник колымских рассказов «Левый берег».

Последний бой майора Пугачева

В авторский сборник «Очерки преступного мира» вошли рассказы о реальной колымской жизни: о людях, характерах, правилах и законах. Варлам Шаламов представил целую галерею характеров «героев» преступного мира.

публицистическая литература

афоризмы и цитаты

высказывания великих людей

«Сучья» война

Варлама Шаламова справедливо называют большим художником, автором глубокой психологической и философской прозы. Написанное Шаламовым – это страшный документ эпохи, беспощадная правда о пройденных им кругах ада. В электронное издание вошли знаковые произведения, принесшие мировую славу автору публицистики о колымских буднях заключенных Дальлага. В книге публикуется вступительная статья Ирины Сиротинской «Правда Шаламова – на все времена».
В II том издания вошли сборники:
«Очерки преступного мира»,
«Воскрешение лиственницы»,
«Перчатка, или КР-2»,
«Анна Ивановна» (пьеса).

богословие

религиозная философия

размышления о духовном

православная культура

Избранное в двух томах. Том II

Варлама Шаламова справедливо называют большим художником, автором глубокой психологической и философской прозы.
Написанное Шаламовым – это страшный документ эпохи, беспощадная правда о пройденных им кругах ада.
Рассказ входит в авторский сборник «Артист лопаты».

литературоведение

Калигула

Варлам Шаламов – писатель сложной и драматической судьбы – известен как поэт, автор поэтических и прозаических сборников. Будучи репрессирован, писатель семнадцать лет провел в лагерях и все увиденное и пережитое легло в основу сборника колымских рассказов «Левый берег».

Левый берег (сборник)

Рассказ Варлама Шаламова «Букинист» входит в сборник колымских рассказов «Левый берег».

Букинист

Рассказ Варлама Шаламова «Сентенция» входит в сборник колымских рассказов «Левый берег».

словари, справочники

руководства

охота

хобби / увлечения

справочная литература

активный отдых

дом, дача

Сентенция

Рассказ Варлама Шаламова «Мой процесс» входит в сборник колымских рассказов «Левый берег».

Мой процесс

Без серии

Варлам Тихонович Шаламов