- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Валерия Елисеева Мамин бойфренд
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Привет, Елена, — раздался сбоку знакомый мне голос. Повернулась и увидела рядом с нами Александра.
— Добрый вечер, — ответила я, на пару секунд дольше положенного задержав взгляд на мамином ухажёре. Сменил джинсы с футболкой на тёмно-серые брюки, такого же цвета жилетку на пуговицах и белую рубашку и стал чуть меньше похож на задрота, чем до этого. Правда, его густые темные волосы, как были небрежно растрёпаны до этого, так и остались. На глазах появились очки в чёрной, массивной оправе. Раньше не видела их, наверняка он обходился линзами.
— Вы, полагаю, подружились? — дипломатично встряла бабушка. Не заметила на её лице ни отторжения к Александру, ни неприязни, да даже интереса к ситуации никакого не прослеживалось. Что, неужели её, поборницу морально-нравственных принципов и ценностей, ничего в данной ситуации не смущало?
— Да, — ответил мужчина, а я на это только недовольно поджала губы. Да, ведь перед нами самый что ни на есть дружелюбный человек.
— Бабуль, я пойду с Лизой поздороваюсь.
Свою двоюродную сестру Лизу я хотела видеть настолько же сильно, насколько и Александра, но всё же она не была для меня посторонним человеком, и с ней я могла перекинуться парочкой фраз без внутреннего раздражения.
Подошла к столу и, поставив сумку на свободный стул, хотела подойти к своим сестре и тёте, но не успела:
— Хай, систер, как твоё ничего? — Меня достаточно ощутимо хлопнули по плечу. Можно было даже не поворачивать голову, чтобы понять, кто это. — Так и продолжаешь малевать лица красоткам с района?
— Привет, Лиз, — ответила я и повернулась лицом к своей сестре. Ох, ну и вид, конечно, у неё: платье нежно-розового цвета в мелкий цветок смотрелось на ней словно картофельный мешок, надетый на огородное пугало. И дело не в том, что она была тощей, её тело было достаточно мощным, а в том, что платье ей явно не по размеру, наверняка тётя Рита нацепила на неё своё, так как в гардеробе сестры не имелось ничего из того, что хотя бы отдалённо напоминало женскую одежду. Тем более платьев. Тем более розового цвета. А вот кроссовок, одни из которых она додумалась сегодня надеть, было хоть отбавляй. — Да, работаю на том же месте. А ты? Как у тебя дела?
Угловатая драчунья Лизка с самого детства была похожа на мальчика, что по характеру, что по внешности. Её тёмные неухоженные волосы сроду не были длиннее, чем до середины шеи, никакую косметику она никогда не признавала, хотя дожила уже до двадцати четырёх лет, а её привычка грызть ногти меня вообще в неописуемый ужас приводила. Тётя Рита, её мать, думала, что с возрастом это у дочери пройдёт, и она превратится в прекрасную принцессу, но чуда не случилось, напротив, с течением времени Лиза обзавелась друзьями-парнями и стала полностью своим корешем в их мужской компании.
— Да пойдёт. Мы тут с парнями намутили новое оборудование для автосервиса, бабки сейчас рекой поплывут. Кстати, могу крутую диагностику для твоей тачки организовать, по блату, так сказать, — хохотнула моя двоюродная сестра.
— Спасибо, но она на гарантии, а все диагностики делает официальный дилер, — ответила я, намекая на то, что в жизнь не заеду в подобный Лизиному подпольный автосервис.
— Я бы не надеялась на официалов, иногда такие проблемники от них приезжают, что просто мрак, — ударилась в рассуждения Лиза. — Я твою зефирную машинку могу до болтика разобрать и собрать заново, и ни один профессионал не поймёт, что в ней кто-то побывал.
Тоже мне, нашла, чем гордиться.
— А я могу одеть и накрасить тебя так, что мать родная от девочки не отличит, — ответила я, мило улыбнувшись. Тут же с Лизиного лица сползло всё её бахвальство.
— Себя крась, — встрепенулась сестра, — а ко мне с этими вашими гламурными красками не подходи даже.
На этих словах Лиза повернулась и пошла в ту сторону, где стояли несколько человек с маминой работы. Нет, ей богу, если бы на ней не было надето розовое в цветочек платье, я бы подумала, что это парень вышагивает, даже мужик, достаточно крупно сложенный. Интересно, она поняла мою аналогию? Наверняка нет, сочтя это личным оскорблением.
Когда последние на сегодня гости появились, мы наконец-то сели за стол. Мама заняла место во главе стола, рядом с ней уселся Александр, я — напротив него, а рядом со мной бабушка с дедушкой. Остальные же расположились за столом так, как захотели. Первый тост прозвучал из уст дедушки, он всегда брал слово первым. В его речи не было ничего необычного, кроме того, что он высказался о радости нахождения рядом с мамой такого спутника и уверенности в его надёжности, ведь с плохим его дочь бы и не связалась. Просто поразительная беспечность. Мне так и хотелось на весь зал громко воззвать деда к здравомыслию: «Деда, пожалуйста, очнись, этот парень младше мамы почти на двадцать лет, какая надёжность?» Неужели никто, кроме меня не видит ничего аморального в данной ситуации? От маминых родителей я вообще такого смирения не ожидала.
— … и вообще, за такого парня как Александр не грех дочь и замуж выдать, — разговорился дедушка, вызвав во мне искреннее недоумение.
— Пап, перестань, — отмахнулась моя мама, а у самой от смущения щёки порозовели.
— А что перестань, Ирина? — продолжил тот. — Ты сколько на себе уже нашу компанию тащишь? Не женское это дело, сама знаешь, от меня уже толку никакого нет, а вот будет у тебя муж, — дед выразительно глянул на Александра, у которого на лице не появилось абсолютно никаких эмоций, — он и будет руководить. А ты, дочь, о семье думать должна.
— А-то ж мужиков в нашей семье больше нет, — хмыкнул мамин родной брат, тот самый опоздавший Дмитрий Алексеевич. Вот и первое возмущение, а я уж подумала грешным делом, что всё гладко пройдёт.
— Есть мужики, Дима, — согласился со своим сыном дед, — нет таких мужиков, которые бы смогли управлять. Ты вот, например, месяцами за границей пропадаешь, тебе не до наших перипетий, поставь тебя во главе компании, так ты числиться только номинально будешь, а кто всю работу делать будет?
Спор очень быстро сошёл на нет. Вообще, спорить с моим дедушкой и что-то ему доказывать всегда было бесполезно и, видимо, моя мама предупредила своего Александра об этом, так как он ни слова не сказал в ответ своему, возможно, будущему тестю. Господи, дурость-то какая, а. Получается, если они сейчас прислушаются к словам деда, то этот… павлин может стать моим отчимом. Покачала головой от своих же мыслей. Надеюсь, мама пока ещё в здравом рассудке и не выскачет за своего обожаемого Александра замуж в ближайшее время. А уж идея о его возможном управлении компанией и вовсе, как по мне, бред сивой кобылы. Он директор мелкой IT-компании, сам айтишник в недалёком прошлом, какой из него управленец? Тем более такой махиной, как дорожно-строительное предприятие с филиальной сетью по всей стране.
По прошествии некоторого количества времени, насладившись закусками и стандартными семейными разговорами, тост решила произнести мамина родная сестра, Маргарита — Лизкина мама. Из всех родственников тётя Рита мне больше всего нравилась: она была обычной женщиной, без гонора и лишней напыщенности в отличие от остальной родни. Она частенько приезжала к нам в гости, они с мамой могли ночами напролёт сидеть в беседке, пить настойки, приготовленные Ритой, и обсуждать насущные проблемы. А ещё у меня было тёплое воспоминания из детства, связанное с ней: у тёти Риты есть собственный магазин бижутерии, и когда я была маленькой, а она к нам приезжала в гости с Лизой, всегда мне привозила какое-нибудь украшение из него, которому я радовалась. И она радовалась вместе со мной, так как для её дочери подобные презенты — пустой звук. И, кстати, эта женщина единственная, кто приглашал нас с мамой и бабушку с дедом на свои дни рождения, остальные же родственники предпочитали получать поздравления по телефону, или же ещё лучше — в смс.
Глава 3
На город опустились сумерки. В веранде зажёгся приглушённый свет от небольших декоративных фонариков, прикреплённых к потолку. Музыка под вечер стала гораздо громче, сманив большинство гостей на танцпол. За столом остались только дядя Дима с женой, которых судя по всему, празднество вообще не увлекало, Лиза и я. Полагаю, моя двоюродная сестра к танцам относилась примерно так же, как и к косметике, поэтому ничего удивительного, что им она предпочла плотный ужин. Дедушка с бабушкой отошли к беседке, где было чуть тише и о чём-то разговаривали друг с другом. Что до меня, то я, воспользовавшись свободным временем, решила просмотреть накопленные за день сообщения в социальной сети. Писали девчонки, просили записать их на укладки, макияжи, предсвадебные репетиции того и другого и, наконец, на маникюр. Записать на ближайшие дни смогла только первых двух, остальных пришлось «размазывать» на весь сентябрь, так как свободного времени у меня было катастрофически мало. Благо девчонки, постоянные клиентки, соглашались ждать, а некоторые и вовсе писали заблаговременно, такие клиенты мне очень нравились.
Добравшись до последнего сообщения, увидела, что оно вовсе не от желающей попасть ко мне, как к мастеру, а от Артёма, заместителя главного редактора журнала «Акцент», с которым я сотрудничала на протяжении уже почти полугода.
«Привет, Ленок! Есть очень крутое предложение, обсудим за кофе? Предлагаю завтра. Могу подъехать в вашу студию, часа в три. Что скажешь?».
«Тёма, привет! Заинтриговал. Как мне теперь спать всю ночь? Приезжай, конечно, буду рада видеть».
Глупо заулыбалась. Пришлось себя мысленно осадить, негоже так радоваться приезду своего… м-м… второго работодателя. И ведь радовалась я вовсе не его крутому предложению, которое он озвучит, а тому, что он заедет. Влюблённую дурочку себе напоминала, ей богу. Благо меня всегда отрезвляла суровая действительность, в которой молодой интересный мужчина был женат. Мы с ним, конечно, могли позволить себе лёгкий, даже немного наигранный флирт, но никогда он не переходил во что-то большее. Я нравилась Артёму, он нравился мне, и это просто было, как осознание чего-то возвышенного, что ли. Ни он, ни я не страдали друг по другу, не мечтали оказаться вместе в кровати, просто наслаждались теми неуловимо-приятными эмоциями, что были между нами.
Закончив с сообщениями, пролистала ленту соцсети, погрузившись на некоторое время в абсолютно бессмысленный новостной вакуум и вздрогнула от неожиданности, услышав прямо за спиной к себе обращение:
— Лена, пойдёмте, потанцуем?
Я приподняла голову, увидев перед собой Александра. Мужчина опёрся одной рукой о спинку моего стула, а вторую убрал в карман своих брюк.
— Я не танцую, как вы могли заметить, — ответила я и снова уткнулась взглядом в яблочный смартфон. Обновила страничку соцсети уже механическим действием, но ничего нового там не увидела.
— Один танец, — не унимался мамин мужчина.
— Александр, шли бы вы… с моей мамой танцевать. Оставьте меня в покое.
— Окей, давайте по-другому: Ирина очень переживает из-за того, что мы с вами никак не можем поладить, и если мы изобразим более-менее дружеский поступок, ей будет приятно. Вряд ли у вас с головы корона упадёт, если вы согласитесь на один танец со мной.
Вот же зараза. Как он умел все мои действия и слова интерпретировать каким-то извращённо-безобразным путём.
Только хотела отложить мобильник и встать, как на дисплее появилось уведомление о сообщении. Писал Артём. Смахнула рукой оповещение и прочитала текст сообщения:
«Предлагаю спать с мыслями обо мне, как тебе? До завтра».
Не смогла сдержать улыбку. И не ответить Тёме тоже не могла, несмотря на то что рядом со мной стоял Александр и ждал моего решения.
«Отличная идея. До встречи».
— Идёмте, — решила я, встав, наконец, со стула. Оставила телефон на столе и проследовала за мужчиной. Песня, кстати, играла приятная, у меня она была в плейлисте, исполняла её Билли Айлиш, называлась «Не время умирать».
Мы вышли в центр зала, к нескольким парочкам, плавно покачивающимся в такт музыке. Александр осторожно обхватил одной рукой мою ладонь, а вторую положил на спину. Я же опустила свободную руку на его предплечье. Чувствовала себя очень неловко, ещё и навязчивая мысль о том, что на нас смотрит моя мама не давала покоя, хотя, я была уверена, что эта акция с ней согласована.
Только сейчас заметила, что рукава рубашки Александра были закатаны почти до локтя, а на запястье его левой руки была набита татуировка: насыщенного графитового цвета с чётким выведением каждого символа в круге.
— Лен, расслабьтесь, я не кусаюсь, — насмешливо попросил меня мужчина. Как же он меня бесил, а, прямо до трясучки. Как его вообще мама терпит или с ней он не ведёт себя так? — Почему вы никак не можете меня простить за тот дурацкий разговор при знакомстве?
— А почему вы никак не можете оставить меня в покое со всеми вашими разговорами? — фыркнула я, смотря куда угодно, только не на своего партнёра по танцу. — Неужели непонятно, что вы мне, мягко говоря, несимпатичны, а всю эту ситуацию с вашими с мамой отношениями я считаю абсурдной.
— Ну, согласитесь, нельзя только свою позицию считать единственно верной. Если вы с подобным не сталкивались, то это не значит, что такие отношения не имеют место быть.
— Что вам от меня надо, а? — наконец, я коротко взглянула на Александра, а потом снова перевела взгляд в сторону. — Что бы вы мне не говорили, я не стану считать иначе. Со своей философией я не лезу ни к вам, ни к маме, и вы, будьте добры, не трогайте меня, не бесите ещё больше, чем есть.
Вопреки моим ожиданием, на мою эмоциональную речь Александр только сдержанно улыбнулся, никаких резких комментариев я от него не получила.
— Хорошо, пусть будет так, — спустя какое-то время сказал он, — но просьбу можно хотя бы?
— На свадьбу не благословлю, даже не думайте, и папой вас называть не стану, — отозвалась я, вспомнив сегодняшнюю тему. Понимала, конечно, что мужчина вряд ли меня хочет попросить о чём-то, связанном с этим событием, но почему-то так и хотелось высказаться по этому поводу.
— Лена, вы невыносимы, — посмеялся мужчина. — Я не об этом. Давайте на «ты»? Мы с вами всё-таки ещё не в том возрасте, чтобы друг другу «выкать».
Я некоторое время размышляла над его предложением, но потом всё же ответила:
— Ладно, — сдалась, чего уж там. Могла бы проигнорировать просьбу, но хотелось кое-что спросить у Александра. Пришлось немного уступить. — Можно вопрос задать?
— Задавай, — спокойно разрешил мужчина.
— Почему руны? — спросила, указав взглядом на его запястье. — Насколько я знаю, они довольно противоречивы по своим значениям.
— Разбираешься в этом так же неплохо, как и в классической литературе? — прищурился Александр. Я легко пожала плечами в ответ. На самом деле, сама я никогда подобным не интересовалась, но ко мне приходят очень разные клиентки и каждая может рассказать о своём увлечении или же о своей работе. Вот и про руны мне поведала одна из моих постоянных посетительниц, пока я её собирала на корпоративное мероприятие. — Руна не будет противоречивой, если заложить в неё конкретный смысл, осознать, для чего она будет присутствовать с тобой в виде татуировки или же, например, в виде какого-то амулета. Моя сестра помешана на этой теме, она сделала мне эскиз тату в своё время. Помню, пошла со мной в тату-салон и вынесла весь мозг мастеру, требуя неукоснительно соблюдать пропорции, чтобы руна не потеряла свою истинную формулу.
Уголки моих губ едва заметно дёрнулись, но я почему-то не смогла позволить себе полноценно улыбнуться. Как же хорошо, что песня подходила к концу и не нужно было продолжать разговор. Только-только прозвучал последний аккорд, а я уже поспешила отойти от мужчины. Осторожно взглянула в ту сторону, где сидела моя мама и заметила играющую на её губах улыбку. Неужели план этого «великого психолога» сработал?
— Доченька, — позвала меня мама, соскочив со своего места, — я так рада, что вы с Сашей начали общаться. Уверена, вы со временем сможете подружиться.
Я снисходительно улыбнулась. Неужели влюблённость настолько ослепляет и не позволяет замечать очевидного? Или, когда ты влюблён, замечать это просто не хочется?
— Мам, я поеду, ладно? У меня завтра подружка невесты в семь утра, хочу пораньше спать лечь.
— Да, езжай, конечно. Лен, а приезжай к нам на ужин завтра? Пожарим мясо, посидим в беседке втроём, поболтаем.
— Не буду ничего обещать, у меня очень много работы. Ты же знаешь, Вика свесила на меня все свои полномочия и укатила на отдых, — рассказала я, но, разумеется, правдой это было лишь отчасти.
— Лена, я тебя прошу, отдыхай больше, — посерьезнела мама. — Как только твоя Вика вернётся, приезжай сразу к нам, бери Анюту, я позову Риту, отдохнём на полную.
— Хорошо, мам, — улыбнулась я, — и ты тоже ко мне заезжай, мясо на гриле, конечно, не сделаю, но чай с тортом вполне смогу организовать.
Мама мне тепло заулыбалась после чего меня обняла. Какая-то она у меня в последнее время слишком чувствительная стала, по любому поводу обнимает меня и шмыгает носом от рвущихся на глаза слёз. Раньше ей такое поведение присуще не было.
Попрощавшись со всеми своими родственниками, я отправилась к выходу из ресторана. Хотела забрать с собой бабушку с дедом и подвезти их до дома, но они отказались, захотели продолжить вечер, ведь они не слишком часто видятся со своими детьми.
Под пятничный вечер, кстати, в нижнем зале собралось очень много посетителей, расслабляющихся после трудовой недели. Надо будет на неделе обязательно вытянуть Аньку в какой-нибудь бар, позволить себе напиться коктейлей, посплетничать и поплакаться друг другу в жилетку — этакая профилактика отвратительного настроения и психоэмоциональных перегрузок.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
