Юлия Май Объект номер 4

Глава 1

Егор стоял на больничном крыльце, пытаясь унять дрожь в руках и зябко ежился. Октябрь был вовсе не солнечно-золотым, как его описывают в литературе: моросил мелкий дождь, под ногами шуршали листья, а воздух был почти прозрачным. «К черту эти подвиги!» - подумал Егор, запустив руки в карманы в поисках сигарет, хотя давно хотел бросить курить

Сегодня он пришел на новое место работы: ушел в государственную больницу из частной клиники. Ангелина Романовна, главврач, смотрела на него так, будто наняла не нового психиатра, а личного помощника. «Нам нужны такие кадры», — сказала она и игриво коснулась его плеча. Он предпочел сделать вид, что ничего не заметил: отступил на полшага, притворяясь, что рассматривает расписание на стене.

В коридоре больницы он встретил девушку, которая прижимала к груди стопку документов и выглядела очень уставшей. Егор заметил, что она поскользнулась на мокром полу и выронила бумаги. Он поспешил на помощь девушке и принялся собирать разлетевшиеся справки.

- Ох, спасибо, - слабо улыбнулась незнакомка. Егор хотел ответить, но его внимание привлекла выписка. Она была не новой, уголки документа помяты. Пациентка: Вера Васильевна Котова, 7 лет. Врач: Маевский Дмитрий Александрович. Егор нахмурился, прокручивая в голове фамилию. Маевский. Его прошлый руководитель. Тот, кого так хотелось забыть. Молодой человек сжал выписку, оставив едва заметную помятость на листе.

- Да не за что… - наконец выдавил он из себя. – Я Егор Соловьев, психиатр. Работаю тут первый день.

- А я Лена, медсестра приемного отделения. Очень приятно! – Незнакомка высвободила одну руку и протянула ее для рукопожатия.

- Я тоже рад знакомству. Значит, еще увидимся! – сдержанно улыбнулся Егор. Он легко коснулся ее руки. Лена ответила: - Обязательно! Вы извините, мне пора, я ног не чувствую после сложной смены. Всего хорошего, Егор… - она запнулась. Надо бы назвать его по отчеству, соблюдая субординацию, но отчества она не знала.

- Николаевич. До свидания, Лена!

Ничего больше не сказав, Лена направилась к выходу, положив документы в шкаф за стойкой. «Вот же придурок… - подумал Егор, - надо было самому эту тяжесть дотащить». Но было уже поздно.

Глава 2

В больницу привезли подростков после массовой драки. «Что с детьми не так? Совсем озверели!» - охала Людмила Петровна, технический работник, глаза и уши больницы. Лена промолчала, потому что в этот момент задумалась о Маше, своей сестре. С тех пор, как их отец погиб в аварии, Лена взяла на себя заботу о ней. Их мама ушла от онкологии, когда Лена была подростком, а Маша – совсем ребенком, первоклассницей.

Лена всегда думала, что знает Машу лучше всех. Но как только у девочки начался знаменитый пубертатный период, ее едва можно было узнать. После девятого класса она поступила в медицинский колледж, почувствовала себя взрослой и самостоятельной. Могла прогулять занятия, уехать с непонятной компанией на дачу с ночевкой, часто огрызалась.

И сегодня, увидев подростков, избитых и беспомощных, Лена с ужасом подумала о том, что среди них могла быть ее сестра. Она вспомнила, как в детстве Машка упала с качели, которая потом еще прилетела ей по голове. Плач сестры слышал, наверное, весь двор. А еще однажды она прыгала с гаражей в снег и умудрилась сломать ногу, но до медпункта умудрилась добраться сама, даже не сказав ни ей, ни отцу. Так что от нее можно было ожидать всего.

– Лен, ты чего не собираешься? – отвлекла от воспоминаний Ирина Андреевна, старшая медсестра. – Да вот, только разгребла тут все, сейчас пойду.

Удивительно, как может темнеть в девять вечера в октябре, подумала Лена, наконец выйдя за стены больницы. Улицу освещали только несколько фонарей и вывесок на фасадах магазинов. Пока Лена ждала такси, у нее было время немного остыть и прийти в себя.

Глава 3

Войдя в подъезд, Лена обнаружила, что лифт сломан. Впрочем, эта рухлядь уже давно больше стоит, чем ездит. А серые стены подъезда едва ли не вызывали у нее депрессию. Раньше Лена часто мечтала их перекрасить. Но сейчас ей было наплевать и на стены и на нерабочий лифт. Только жаль, что на шестой этаж подниматься пешком.

Лена глубоко вздохнула и приготовилась идти, как услышала за спиной голос соседки, тети Вали: - Ленок, привет! Помоги, я одна не дойду, сумки тяжелые. – Лена взяла поклажу тети Вали, удивляясь ее тяжести.

- Леночка, ты бы за своей Машей последила, - вдруг сказала соседка. – Не нравится мне ее компания

- А что с ней? – Лена побледнела, хотя в темном подъезде этого не было видно.

- Да шумели тут, сидели с пивом в подъезде, семечек наплевали. Пришлось разогнать.

- А давно это было?

- Часа два назад, я как раз уходила. А я в двух магазинах была и в аптеке. Но когда я уходила, видела, что Машка с ними ушла.

Лена остановилась, прислонилась к стене и на мгновение прикрыла глаза. Она ощущала, что вот-вот рухнет. Голова была тяжелой после смены, а руки ватные. А еще – не давали покоя мысли о Машке. – Спасибо, я с ней поговорю! – улыбнулась она из последних сил.

Тетя Валя оказалась права: Маши дома не было. Лена снова попробовала ей позвонить, но ледяной металлический голос сообщил, что аппарат абонента выключен. Лена прошла в комнату Маши. На столе хаотично лежали справочники и тетради, явно наспех вытащенные из сумки. Лена всегда убеждала сестру садиться за учебу пораньше, но Маша редко ее слушала. Она часто делала все по-своему.

Автоматически взяв одну из тетрадей сестры, Лена не сдержала улыбки: ее почерк был точь-в-точь как папин, буквы плясали как на бразильском карнавале. Маша была папиной любимицей, они были очень похожи. Одинаковые серые глаза, тонкая линия губ, скептический взгляд на вещи. Маша и в медицинский колледж поступила, чтобы папа ею гордился.

Тревога не покидала Лену, она коротала вечер в совершенно бессмысленных действиях: грела ужин, к которому не прикоснулась, ставила чайник и не пила чай, включила телевизор для фона. Затем, Лена прошла в спальню родителей.

Глава 4

Войдя в родительскую спальню, Лена вдруг ощутила, что ей трудно дышать. Здесь на кровати лежал плед, который любила мама, в шкатулке на туалетном столике хранились ее украшения. Особенно Лена любила сережки с фианитами. Мама как-то сказала, что подарит их Лене на свадьбу. Не успела. А взять эти сережки сейчас Лена просто не смогла. Она достала их из шкатулки и ощутила не холод металла, а необъяснимое тепло.

Немного посидев на кровати, накрывшись тем самым пледом, Лена открыла папину прикроватную тумбочку. Сколько она себя помнила, им с Машей запрещено было туда заглядывать. Запреты были папиным методом воспитания. При этом, чаще всего доставалось Лене, младшей многое прощалось и списывалось на детское любопытство.

Открыв ящик, Лена обнаружила их с Машей поделки и рисунки. «Неужели папа столько лет хранил эту макулатуру?» - удивилась она. И какой в этом секрет? Зачем это прятать? Убирая рисунки на место, Лена обнаружила в углу ящика черную тетрадь, в центре прикреплена бумажка с надписью «05.10.2017». Этой тетради целых девять лет. Лена открыла ее и прочла:

5 октября 2017 г.

Сегодня ко мне на прием привели девочку по имени Вера. Она не говорит, совсем. Ее мать рассказала мне, что девочка подверглась травле в школе. В этом нет ничего сверхъестественного. Но случай сложный. Вера сидела на стуле и смотрела сквозь людей. Я попросил ее мать выйти.

Когда мы остались одни, я сказал Вере, что ей не обязательно говорить со мной, но она может написать, если хочет. Обещал никому ничего не говорить. Она еще мала и наивна. Верит всему. Вера… Люди часто верят не в то. И не в тех.

Вера спросила, почему я не расскажу о ее страхах другим, например, ее матери. Я ответил, что хочу понять ее. Девочка написала, что ее никто не понимает. Но теперь у нее есть я. Вера ни на что не реагировала. Но в ее глазах была мольба.

Лена судорожно сглотнула от накативших странных чувств. Ее отец был самым настоящим фанатом своего дела. Он действительно болел душой за каждого пациента, он боролся за них. Теперь она понимала, почему отца считала блестящим психиатром. Лена озадаченно закусила губу, но взяла себя в руки, услышав хлопок входной двери.

Глава 5

- Привет, систер! – весело поздоровалась Машка, снимая промокшую куртку. - Ух, ты, что свою поликлинику домой принесла? Антисептиком воняет, нашатырем. Ужас какой-то. – На этих словах Маша поморщила свой маленький нос. С волос девочки стекали капли дождя, а на щеках алел румянец.

- Ну привет, гулена. Не заговаривай мне зубы. Где была так долго? – Лена показательно скрестила руки на груди, показывая, что не разделяет ее веселья.

- Гуляла с друзьями, а что?

- Ну да. Гуляли, шумели, пиво пили.

- Понятно, соседка нажаловалась, - вздохнула Маша. – У этой старухи нет своей жизни, вот и лезет в чужую. Я, между прочим, почти не пила. Так, глоточек для настроения.

- Ну хоть трубку можно было взять? Я с ума сходила, уже не знала, где тебя искать.

- А я это… - Маша потупила взгляд. – Телефон утопила в луже. Он теперь не включается.

- Восхитительно… - шумно выдохнула старшая сестра. – Знаешь, я деньги не печатаю вообще-то. Неси в ремонт теперь за свой счет. Я же даю тебе денег.

- А у меня их нет, потратила. Дай еще, а?

- Ну это уж обойдешься. Сиди теперь без телефона.

- Систер, а ты чего такая злая? – недоумевающе посмотрела на нее Маша, присев на пуф у входа.

- Испугалась за тебя, дуреху! – повысила голос Лена. - Сегодня после драки подростков привезли, а ты трубку не брала. Мой руки и иди ужинать! – уже мягче сказала она.

- Так денег-то дашь? – хитро прищурившись, повторила свою просьбу Машка.

- Ну уж нет. Накосячила – сиди без телефона, - сурово ответила Лена. Маша вздохнула и поплелась на кухню.

Глава 6

Поужинав и дождавшись пока сестра уйдет в комнату, Лена снова направилась в спальню родителей, чтобы забрать дневник отца. Ей очень хотелось продолжить чтение. Тем более, что после разговора с Машей спать уже не хотелось. Хорошо, что хоть Машка в порядке, сопит в постели, так и не прикоснувшись к учебникам.

Но рассказывать о своей находке Лена пока не хотела. Правда, пока сама не знала почему: может, хотела сохранить тайну между собой и папой, а может из-за непонятного ощущения: ей казалось, что отец закрыл дневник в дальнем углу не просто так.

Лена открыла тетрадь и прочла:

3 ноября 2017 г.

Сегодня я задержался на конференции. Когда я вошел в кабинет, Вера сидела в кресле и снова держала на коленях блокнот. Она увидела меня, и на ее лице появилось некое подобие улыбки. Вера протянула блокнот мне, открыв его на странице с рисунком.

На этом рисунке изображены два человечка: побольше и поменьше. Я спросил у Веры кто это, а она написала: «Это вы и я». Я посмотрел на Веру и на рисунок. Потом снова на нее. У нее снова появилась полуулыбка.

И тут я понял, что я важен для нее. Ведь она нарисовала не маму, не папу, а меня. Я нужен ей. Все идет как надо.

Лена медленно опустила тетрадь на колени. Фраза «все идет как надо» не давала ей покоя. Но с чем связано это беспокойство она пока не понимала. Лена задумалась так глубоко, что на лбу появилась морщинка.

Потом она подумала, что Вера одного возраста с Машей. Ей тоже было семь, когда отец начал вести этот дневник. Самой Лене исполнилось четырнадцать, у нее были свои дела, влюбленности, секреты с подружками, а сестра как будто оказалась сама по себе.

Неожиданно из дневника выпал маленький листок. Развернув его, Лена обнаружила фразы, которые отец упоминал в своем дневнике. Те самые, с первого сеанса Веры. Он хранил их в своем дневнике, втайне ото всех. Интересно, а рисунок он сохранил?

Вдруг Лену осенило. Она снова направилась к папиной тумбочке и, судорожно перебирая рисунки, нашла то, что искала. Маленький листочек, на котором ручкой нарисованы два человечка. Первый - ее отец. Второй - Вера. Все так, как она и говорила.

Спустя время она обнаружила еще один такой же листок, на котором нарисовано сердце, подобие ножа и решетка. «Господи, как все это понимать?» - растерянно подумала Лена. Что такого там могло произойти? Почему папа все это прятал?

Глава 7

В четверг Егор задержался в кабинете допоздна. Он изучал медицинскую карту Веры в промежутках между короткими приемами. К счастью, чаще всего приемы были формальными: справки для вождения, охоты, трудоустройства. Егор даже подумал о том, что сумасшествие этому городу не грозит. Но еще несколько лет назад все было по-другому.

Егор прекрасно помнил, как попал к Маевскому. Он был молодым человеком, увлеченным психиатрией. А Маевский был гуру. Его методы порой заставляли удивиться даже профессионалов.

— Запомни, Егор, — сказал Маевский, поправляя очки. — Психика — это не набор симптомов. Это лабиринт. Ты не должен вести пациента за руку. Ты должен дать ему компас.

— Компас? — переспросил Егор.

— Да. Если человек ворует, я не запрещаю ему воровать. Я говорю: «Опиши каждую украденную вещь так, будто это твой автопортрет». Если он не может — значит, он ворует не вещь, а чувство. И тогда мы работаем с чувством. Это работает, потому что пациент сам додумывает то, что ему нужно.

Егор тогда усмехнулся про себя: «Слишком просто». Но спустя какое— то время он понял: в этой простоте и была его гениальность.

Он вспомнил, как впервые поделился сомнениями с матерью. — А что тебя смущает? — нанося румяна, удивлялась та. — У гениев свои порядки в голове. Возможно, его методы спасли не одну жизнь. — Да, но какой ценой? Вдруг психика не выдержит?

— А кто ее вообще знает, эту цену?

— Что ты имеешь в виду? — Егор присел на изголовье кровати, выжидающе глядя на мать, но она лишь вздохнула и, не отрываясь от зеркала, ответила: — Забудь, это твой выбор, ты уже взрослый. Решай сам. — Ей как прежде было все равно.

Глава 8

Егор решил, что ему нужно увидеться с Верой. Он понимал, что с ее многолетним молчанием не все так просто. Для больницы это был исключительный случай: большая часть жизни Веры прошла здесь. Из пациентов еще никто не задерживался тут так надолго. Маленькая девочка превратилась в подростка, ее сверстники сдавали экзамены, поступали в колледжи или готовились в вузы. А для Веры это целая жизнь. Кроме того, эту девочку почти никто не навещал.

Как только он переступил порог больницы, ему на глаза тут же попалась Ангелина Романовна, которая, по всей видимости, только приехала на работу. – Здравствуй, Егор. Как дела? — улыбнувшись спросила она именно в тот момент, когда Егор больше всего желал, чтобы она его не заметила.

— Здравствуйте, спасибо, неплохо. Я тут спросить хотел…

— Пойдем в ординаторскую, кофе выпьем. Там и спросишь, - легким движением руки заведующая поманила его, оказавшись так близко, что он почувствовал шлейф ее цветочных духов, потянула Егора за собой.

Зайдя в ординаторскую и закрыв за Егором дверь, Ангелина Романовна по-хозяйски стала расставлять чашки и включила чайник. — Тебе чай или кофе?

— Черный кофе, пожалуйста, - Егор потер переносицу и зевнул. — Не выспался сегодня, извините.

— С чем же это связано?

— Изучал документы одной нашей пациентки, - крутя в руках маленькую сушку, ответил Егор. Он решил, что это хорошая возможность узнать о Вере у Ангелины Романовны.

— А можно узнать, о ком ты? – разливая ароматный кофе по чашкам, поинтересовалась заведующая.

— О Вере Котовой, ей сейчас примерно шестнадцать. Насколько я знаю, она до cих пор здесь лежит.

— Да, Вера до сих пор здесь. Это был очень сложный случай, - рассказывала она присев на диван рядом с Егором, снова сокращая расстояние между ними. – Ее вел Маевский Дмитрий Александрович, блестящий психиатр, но больших успехов он не добился.

— А кто ее сюда определил?

— Мать. Но она не появляется здесь, только платит за то, чтобы девчонку тут держали. Кажется, будто ей все равно.

— А есть какая-нибудь информация о ее матери? Где она живет?

— Есть. А зачем тебе? У нас много других пациентов.

— Ну, просто вы же сами сказали, что она – интересный случай. Да и жаль ее, она совсем одна. Хотел узнать о Вере побольше, - Егор немного поморщился, потому что большой глоток кофе обжог его изнутри. Он уже понял, что заведующая ничего не расскажет. Нужно узнать, в какой палате Вера и попробовать узнать у нее хоть что-то.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.