Litres Baner
Живой

Тимофей Петрович Царенко
Живой

Глава 1

– Боюсь, вам придётся умереть. Таковы условия вашего контракта, – банковский менеджер с сочувствием поглядел на меня поверх своих навороченных визоров.

– А… а… да как так-то? Вы это сейчас серьёзно? – я с трудом сфокусировал взгляд на офисном работнике. Уже не молодой лысый дядька снова изобразил на лице сочувствие.

Я помотал головой и с ужасом понял, что в кабинете мы уже не одни. За моей спиной безмолвными конвоирами стояли два охранника в силовых доспехах. Лица скрыты зеркальными забралами.

– Молодой человек, вы сами подписывали эти документы. И сами брали на себя обязательства по возврату. Вы взяли слишком много денег у нашего банка и оставили своё тело залогом, а вернули слишком мало, чтобы обсуждать иные варианты! – ей-богу, тон этого придурка был слегка виноватым, словно он мне тачку поцарапал. Тут было что-то иное, что-то не так…

Мозг, вместо того чтобы думать, прикидывал стоимость деревянной обшивки кабинета. Это же самшит! Самшит и разноцветное стекло.

– Но мне нужна чёртова отсрочка, понимаете, отсрочка на один платёж! Меньше недели! – я не орал только потому, что до конца не осознавал происходящее.

– Права и обязанности сторон. Пункт шесть, параграф девять. Даже один день просрочки даёт банку право обратить в свою пользу залоговое имущество. Возможность предоставления вам такой отсрочки – исключительно решение банка. Банк решил вам отсрочку не давать. Я очень сожалею, Кель.

– Так, погодите, стоп… Мне надо подумать… – крышка с хрустом повернулась вокруг оси. Я налил в бокал воду из пластиковой бутылки. Рука тряслась.

– О, не торопитесь, до конца дня осталось… – мой собеседник скосил глаза, – пять часов. Вас проводят в комнату ожидания. Если найдёте деньги – сообщите одному из охранников. Прощайте, Кель.

– Так однозначно? А вдруг я выкручусь? – я пристально посмотрел в глаза менеджеру. Охранники за моей спиной не давали шанса дёрнуться, слишком я хорошо знал, что такое армейские скафы. Человек в них… оператор.

Мужчина с интересом взглянул на меня. И тут я понял: это первая настоящая эмоция на его лице. Сочувствие не трогало глаз. На лысой голове появились складки.

– Наша служба безопасности работает лучшее всех на станции. Никто не знает больше. Мы знаем сколько у вас денег сейчас и сколько денег вы можете занять. Более того, я точно знаю статус вашей сделки. Поставщик вас подвёл, Кель, и ваши компоненты вы не получите. Денег у вас нет даже в теории. То, о чём вы говорите, невозможно. Но если всё-таки у вас получится, я… – менеджер погрузился в виртуальность, – вот как значит… Я сделаю от своего лица запрос на Главком.

– Простите?

– Главный ИскИн нашего кластера. Он знает всё. Но я бы на самом деле не стал тратить время… Мы даём безлимитный доступ в национальную сеть. Вы можете отправить сообщения в любую точку Солнечной системы. Попрощайтесь с родными.

На плечо легла закованная в полимеры рука.

– Вам предложат закуски, – снова вежливость и участие.

– Как… как это произойдёт? – мой голос дрожал.

– Технически, вы даже не умрёте, никакой боли и страданий. Мы просто отформатируем ваш мозг, и вы забудете себя. Ваше место займёт другой человек. Вам сделают укол, и вы просто уснёте, – мой собеседник бросил взгляд на охранника.

– Кому это вообще нужно? – стало реально интересно, зачем могла потребоваться моя тушка, да ещё за такие деньги.

– Секта «Тёмный путь» считает допустимым продление жизни только подобными методами. Мы не вправе осуждать чужую религию.

– А как же… разве это не запрещено? – я всю жизнь прожил в местах, где убийство – это преступление. А тут…

– О, Кель, я и забыл, что вы всего месяц на станции! – мой собеседник неожиданно улыбнулся. – Главная ценность Бангкока Семь – это личная свобода. Вы можете полностью распоряжаться свой жизнью и своей смертью. В том числе и обменивать на деньги. Администрация станции следит только за чистотой сделок.

Теперь уже две руки с разных сторон прижали меня к стулу. Я даже попытался дёрнуться, но не вышло.

– Я вижу, вы не разделяете наших ценностей. Зря вы сюда приехали. Прощайте, молодой человек. Мне и впрямь жаль, что так вышло.

Конвоиры вывели меня из кабинета и куда-то повели. Но я ничего не видел и не слышал.

Мозг лихорадочно создавал и отметал идеи. По спине бежал пот. Чёрт побери, мне нет и сорока! Я… Я всего лишь занял деньги у банка под бизнес-проект, я…

– Отдыхайте. Не пытайтесь себя убить. В вашем распоряжении узел связи. Пароль от него на стене. Вам доставят любую еду и напитки, в том числе и алкогольные. Всё за счёт банка, – голос охранника был предельно безэмоциональным. Может, это робот?

Помещение с мягкими стенами. И мягкой, сука, мебелью. За дверью – большая удобная ванная. Тоже вся в мягком материале.

Терминал услужливо выдал меню. Я заказал себе три бутылки воды и плитку чёрного шоколада. Мне предстояло много звонить.

– Хан, привет. Не занят? – на мониторе появилось вытянутое лицо моего поверенного на станции. Раскосые глаза и приветливая улыбка.

– Для тебя, мой друг, всегда на связи. Что случилось?

– Я занял денег у Лямбда-корп. Девять миллиардов. На эти деньги я купил два контейнера чипов на Тезуре. Чипы с пси-симуляцией.

Лицо хана потемнело.

– Ты связался с электронной наркотой? Я думал ты не из этих… – в голосе Хана прозвучало настоящее разочарование. – И что ты от меня хочешь?

– У меня проблемы, поставщик на неделю задержал контейнер. А банк требует внести первый платёж, сорок миллионов, уже сегодня, до полуночи. А денег у меня нет, контейнер приедет через неделю. Я верну вдвойне от долга…

– Ты в залог себя оставил? – перебил меня поверенный.

– Да! Хан, и мне нужны эти сорок лямов, я думал, банк даст мне рассрочку. Но они…

– Залог попросили сразу? И отсрочки не дали? – в голосе Хана прозвучали непонятные интонации.

– Да, уроды… Я у них тут застрял и у меня есть пять часов…

– Удачи, Кель, уроды должны страдать! Моя сестра до сих пор в этом чипе, – зло ощерился собеседник. Экран погас. Попытка дозвониться не удалась.

– Ублюдок! – я разбил кулак о прочный пластик экрана. Видно было, что техника рассчитана и не на такое. Так что пострадала только моя рука.

Я снова попытался дозвониться до поверенного.

Абонент ограничил приватность.

Урод! Нет, у меня было, чем прижать ублюдка. Но сейчас на это просто не было времени. Дал бы кто мне хотя бы сутки…

Выпиваю залпом бутылку холодной воды.

– Грумлер, Салют! Ты один? – теперь на экране возник огромный мужик с золотой челюстью.

– Чего надо? – недружелюбно уточнил абонент.

– Денег надо занять, – я с трудом сохранял спокойное выражение на лице.

– Сколько? – перешёл сразу к делу мой почти деловой партнёр. Он обещал обеспечить сбыт чипов.

– Сорок лямов. Надо внести платёж по кредиту. Товар приедет позже и…

– Кому должен? – и снова меня перебили.

– Кому? Да так, одному банку…

– Лямбде? – сходу догадался барыга.

– Ага, ей родимой. И чтобы проблем с ней не было, надо перекрыться…

– Лямбда не принимает в залог наркоту, – неожиданно улыбнулся Глумер. День по платежу сегодня ведь?

– Да, и я…

– Эй, Спайк, там Кель Хедрикс спёкся, мы теперь одни в деле! Бывай, Хедрикс, сам понимаешь, две части больше одной! Спасибо, чувак! – экран погас.

В этот раз экран окрасился кровью. Ублюдок! Кидала! Скотина!

Прошло ещё пять минут, пока я не перестал изрыгать проклятия.

Ладно, в моей записной книжке больше сотни деловых контактов!

Отказали все.

Под конец я звонил уже с каким-то интересом. Почему мне откажут на этот раз, как отреагируют? Неприятно осознавать тот факт, что все эти люди радовались! Лишь пару раз я услышал слова сочувствия.

Пустая бутылка бурбона покатилась по полу.

Остался ещё час…

Бездумно кручу длинный список контактов. Закрываю глаза, скролю и тыкаю в экран наугад.

– О, Кель, привет! Давно не виделись. Хреново выглядишь! – на звонок мне ответили практически мгновенно.

На экране была миловидная девушка. Ёжик зелёных волос, пухлые губы, большие зелёные глаза. Опалесцируют в темноте. На ней была майка не по размеру, что обтягивала крупную грудь. А ещё всё тело девушки покрывали подвижные татуировки.

Я с трудом поднял голову. Опьянение и отчаянье накатили одновременно. А от татуировок девушки ещё и замутило…

– Мерелин? – я с трудом вспомнил имя.

– Лизи, но это была удачная попытка. Я тебя внимательно слушаю, Хедрикс. Рада что ты всё-таки позвонил.

– Мы… – я всё сильнее всматривался в лицо девушки. Кажется, эти груди я целовал, а татуировки забавно подсвечивали эрогенные зоны. И было это, кажется, неделю назад.

– Замечательно провели ночь, – девушка улыбнулась, без обиды и злобы, – я же говорила тебе, ты меня никогда не забудешь.

– Ты… Ты та сектантка, как там, тео… теоаверитка! Веруешь в богов! – я понял, что язык уже пьяно заплетается.

– Да. Ты так меня и увлёк, обещался переубедить! Все вы такие, обещаете, а потом только одно и берёте, – девушка хитро прищурилась. – Ты побывал в пещере Али-Бабы, но вынес оттуда только глиняную миску.

– То есть, на твой взгляд, я не плохой человек? – неожиданно ляпнул я.

– Не бывает плохих людей, бывают заблудшие люди. Когда человек делает хреновый выбор, Анима, первотьма космоса, начинает пожирать его. А ты решил, что паршивый человек?

– Но я плохой человек, крошка. Хреновый, прямо скажем, человек. Я торгую наркотой, много кого обманул, много кого шлёпнул. Ты знаешь, люди едва ни праздновали, когда узнавали, что скоро меня не будет. Я считал себя самым умным, типа, самым хитрым и изворотливым. А на самом деле… Твоя Анима почти сожрала меня… Ольга.

– Лизи. А ещё ты жуткий чурбан. Плохой мальчик, который заигрался в плохого мальчика. Наверно, и с предками были проблемы? – девушка всё так же лукаво улыбалась.

 

– В точку. А я им даже не позвонил. Представляешь? Даже в такой момент.

– Ну, раз ты так отчаянно намекаешь, то скажи, во что ты вляпался, – она спросила это так буднично, что мне стало обидно.

– Я… мне остался час. Я задолжал денег… Не тем людям. И моя смерть им теперь очень нужна. Они её купили. В моём теле будет жить другой человек.

– И что, ничего нельзя сделать? – девушка удивилась. – И ты не пробуешь выкрутиться? Такие как ты – как крысы, грызут до последнего.

– За стеной два амбала в силовых скафах. А у меня с собой даже ножа нет. Я же в этом… банке! Лямбда-корп. Вот!

– Известные людоеды. Как ты вообще с ними связался? – я бросил взгляд на часы. Прошло меньше десяти минут. Осталось целых пятьдесят минут жизни. С другой стороны, почему нет?

– Слушай… Мне меньше часа жить осталось, можешь снять футболку? У тебя красивая грудь!

– Последний подарок обречённому? Почему нет? – и девушка стянула майку. Я почувствовал, как внизу живота зашевелилось. Грудь Лизи тоже была вся покрыта ветвистой татуировкой. А кожа казалась прозрачной. И сейчас слабо светилась, особенно ярко на сосках.

– Чёрт, ты же безумно красива! Почему у нас ничего не вышло? – я произнёс с горечью.

– Ты удрал утром из моей квартиры, даже куртку забыл, – девушка фыркнула и чуть покрутилась перед камерой, – я же говорю: дурачок!

– И что ты во мне нашла? Я же подонок. Ублюдок… – я думаю, можно простить себе пьяные слёзы.

– Есть люди, которые горят внутренним светом голодной судьбы. У тебя большой потенциал, Кель. Ты способен на многое. Всегда любила перспективных мальчиков.

– Но я сделал тебе больно… наверно… – я полил на голову минералкой. Холодная вода потекла за ворот рубахи и слегка взбодрила.

– А ты по-другому не умеешь, – девушка пожала плечами, – и я желаю услышать конец истории.

– Мне подвернулась одна тема… Пси-симуляторы. Целых два контейнера, по дешёвке. Там почти сто тысяч штук! Это отборная электронная дурь производства Джи-корп, двенадцатая технологическая эпоха. На местных принтерах не собрать, жрёт энергии… Отборные чипы. Сунул в шунт и добро пожаловать в настоящую реальность, Нео! Персональная Матрица, миллионы лет счастливой жизни. В любой момент можно вернуться… Или не вернуться.

– Ты торгуешь счастьем. Меняешь его на смерть. Ты хотел скормить Аниме тысячи людей. Но пустота пожрёт тебя, – девушка возбуждённо облизнулась. – Ты хорош, Кель, мало кто удостаивается чести быть сожранным живьём!

Меня передёрнуло от горячего вожделения в глазах Лизи. Она хотела, но хотела не меня, а ту жуткую силу, которая в её понимании сейчас должна меня сожрать.

– А будь у тебя ещё шанс, ты бы изменил свою жизнь? – спросила девушка и немного сжала левую грудь.

– Стал бы хорошим человеком, завёл бы с тобой детей и прожил несколько сотен лет порядочным человеком? Ты об этой ерунде? – я криво ухмыльнулся и стёр ниточку слюны из уголка губ.

– Не самый плохой вариант. Тебе не кажется? – мягкая улыбка на губах язычницы. Никогда не любил болтать с девушками.

– Я не лицемер. Если бы жизнь мне дала шанс, я бы убил… – я посмотрел на комм со списком контактов. С непонятной для самого себя педантичностью, я пометил два десятка имён чёрным. – Да у меня тут целый список. Говорят, месть ничего не даёт, только дерьмо это собачье. Нееет, месть – это круто. Так что я бы много кого отблагодарил… За помощь и добрые слова. А потом придумал, как бы грохнуть тех ублюдков, которые мне подсунули этот чёртов договор. Я бы уничтожил эту Лямбду-корп. Я очень злопамятный, Молли!

– Я Лизи, мой забывчивый, а где я в твоих планах?

– А ты… А ты клёвая. Я бы тебя трахнул! И знаешь, подарил бы тебе дом, или о чём ты там мечтала! Ведь могу я ухлёстывать за кайфовыми девчонками? Да… мы бы лихо с тобой замутили!

– И что, даже верность бы хранил? – притворное удивление.

– Я похож на сыкливого идиота, которые боится своей эрекции? Нет, крошка, такого я даже сейчас тебе не пообещаю! Но могу обещать, что буду трахать других женщин в твоей компании! Ты хорошая…

Лизи расхохоталась.

– О да, хитрый коварный Кель, похититель девичьих сердец, при виде пьяной рожи которого тёлки сами скидывают одежду! Скажи честно, ты себя, наверно, считаешь ужасно брутальным? – в голосе девушки не звучало ни грамма горечи, она меня не жалела. И это было круто. Неимоверно круто.

– А я недостаточно брутален? – я закинул в пасть кусок шоколадки. Не самый плохой последний ужин.

– Кель, ты болван. Тебя выручает только то, что ты совершенно не умеешь врать. И потому не пытаешься юлить. Я это ценю. Спасибо! – тёплым жёлтым светом загорелись щёки и шея. А свет в глазах стал ярче.

– Сенсорные локаторы? – я ткнул в пятна.

– Ага. Тебе они нравились, – Лизи сжала двумя пальцами левый сосок и кожа вокруг него запульсировала, а пятно света стало заметно шире.

– А разве не бывает, что ты хочешь чего-то скрыть? – я шумно хлебнул из бутылки с водой.

– Бывает. Но гораздо, гораздо чаще мне важно быть понятой и услышанной. И знаешь, очень помогает тот факт, что ты не можешь соврать. Дисциплинирует! – неожиданно серьёзно заявила собеседница.

Теперь рассмеялся уже я.

– Ну ты даёшь, а кем ты работаешь?

– Секрет!

– Да ну? Я тебя могу уверять, твоя тайна умрёт вместе со мной! Буквально через… полчаса, – я хмыкнул.

– Я жрица. Проповедница, утешительница, окормляющая паству Верховная Теоверитка Западных Врат, – девушка лукаво улыбнулась.

– Да ну! Врёшь ведь? – я снова рассмеялся.

– А так?

Девушка неуловимо изменилась. Она словно выпрямилась. Чуть иной наклон головы, чуть иной взгляд, чуть больше огня в глазах, а сенсоры на коже распались на тонкие линии, что сплелись в лиственный узор.

У меня перехватило дыхание. К такой девушке я бы в клубе точно не подошёл. Испугался бы. Столько внутренней силы в этом взгляде… И кто кого трахать будет – вопрос далеко не очевидный.

– Готов ли ты уверовать, Кель, в пантеон существ, что зрят за людьми из темноты космоса? Готов ли ты отдать этим незнакомцам свою душу и волю? Готов ли ты забыть прошлого себя и выбрать иной путь, зажечь свою суть, чтобы развеять тьму Анимы?

– И кому я буду служить, Жрица?

– Издавна Аниме человечество противопоставляло Сантраару, созидательную силу сущего, которая вытянула человечество сначала из тьмы животного существования, а потом выбросила в космос. Дабы жизнь торжествовала в веках световых лет! – голос жрицы тоже изменился, стал глубже. – Но это не единственные силы в нашем мире. Есть ещё Хартамал, опаляющая ярость человечества. Эта ярость раз за разом ввергает человечество в пучину битвы. Он обрушивает нас в бездну Анимы. Но именно в его пламени родился свет. Клинок знания был скован в горниле войны. И ты бросишь свою душу в это пламя, в саму суть Хартамала. И переродишься или истлеешь пеплом!

Я восторженно присвистнул.

– Круто! Слушай, нет, реально круто, я бы вступил в вашу секту.

– Значит, ты согласен? Ну, уверовать? – спросила Лизи уже нормальным голосом.

– А что, в твоей вере верующие попадают в рай? Окрестишь меня, как христиане своих мучеников, перед самой смертью, а потом сделаешь иконой? – я пил этот разговор как дорогое вкусное бухло. – Знаешь, это будет даже прикольно. У тебя будет повод меня помнить.

– Не, чувак, я что, похожа на мистика с экзистенциальным видением мира? – с каким-то разочарованием произнесла Лизи. – Наши Боги творят конкретные Чудеса, Кель. Но тебе чудо будет, типа, по большому авансу. И то не факт. Но если чудо будет, то ты станешь круто должен.

– Ладно, я, типа, на всё согласен, крошка, но если что, у меня осталось девятнадцать минут. Не так много время для божественного явления, – я усмехнулся, – но спасибо за…

– Да, блин, точно, мне же надо звонок сделать, а то мы заболтались, я тебе обязательно потом перезвоню, – девушка меня перебила.

И экран неожиданно погас.

Реальность этого события я осознал не сразу. В тёмном мониторе теперь моё блеклое отражение. Глубокие складки у тонких губ, большие выразительные карие глаза, короткие пепельные волосы, лежат не слишком ровно, вьются. Отдельные пряди выкрашены в алый. Натуральный пепел с углями. Морда бледная, покрыта щетиной. Несколько часов назад там была решимость, а сейчас только покорность.

Я понимал Лизи, тяжко утешать умирающих. Будет потом жалеть… Девчонка она добрая, не понятно, чего вообще на меня запала.

Минута тянулась за минутой, но я так и не встал из-за экрана комма. Наверно, ждал звонка. Надеялся…

Раздался звонок, и я рефлекторно нажал на кнопку "принять".

– Кель, короче, сейчас тебе позвонит господин Укита, соглашайся на всё, вообще на всё, что он предложит! – Лизи неожиданно вышла на связь и так же быстро отключилась.

– Чт…

Экран погас. И через мгновение загорелся снова. Я тут же ткнул пальцем в значок вызова.

– Кель Хедрикс?

– Здрасьте, это я…

– Я Укита Юсаку. Обращайтесь ко мне Укита-сан.

Экран показал мне лицо пожилого мужчины азиатской расы. Седые волосы, раскосые глаза, вытянутое лицо. Обряжен в белую сорочку и пиджак странного кроя, с высоким, до середины шеи, воротом.

– Да, Укита-сан. Как вам будет угодно, только вынужден сообщить: жить мне осталось пять минут.

– Это и станет предметом нашего разговора. Я готов выплатить ваш долг перед Лямбда-Корп. Но только при ряде условий.

– Да я буквально за неделю долг закрою…

– Мистер Хедрикс, вы меня не поняли. Меня не интересует ваш проект с электронными наркотиками. Я выплачу не те сорок миллионов кредитов, я выплачу девять миллиардов вашего долга. Вы будете принадлежать мне. Так же вы дадите мне нотариальную доверенность на любые, вы понимаете меня, на абсолютно любые физические и ментальные манипуляции с вашим телом и сознанием. Вы теряете личную свободу и дееспособность и выполняете любые мои приказы, даже если они будут противоречить вашей этической доктрине, вашей совести или вашему мировоззрению. Ваша свобода будет существовать ровно в тех областях, которые не затронут мои прямые интересы.

– На какой срок? – нутро сжалось от безумной надежды. Но с каждым новым словом собеседника желание жить делалось чуть-чуть слабее. Самую малость.

– Навечно. Но я вам так скажу: те, кто смогут особо отличиться в проекте, имеют реальный шанс обрести свободу. Это стимул проявить себя.

– Чем мне предстоит заниматься?

– Это не должно влиять на ваше решение. Вы согласны? – собеседник надавил голосом.

– Я могу себя выкупить?

– Нет, это невозможно. Мы с вами не заключаем договор займа. Это будет договор полного владения без оферты выкупа. Документ легитимен в юридическом поле станции Бангкок Семь. За пределами станции, если в будущем придётся покинуть её, лояльность будет обеспечена специальными имплантами.

И тут я понял, что этот Укита не мигал. И вообще никак не проявлял эмоции на лице.

– Я… О, чёрт, скажите хоть что-то хорошее про ваш контракт. Не то чтобы у меня есть выбор, но дайте мне сохранить остатки достоинства! – я поднял руки в сокрушённом жесте. Иногда надо подставить вожаку горло в знак подчинения.

– О, у вас будет замечательная медстраховка. Лучшая в пределах Солнечной системы! – Укита снисходительно скривил губы в подобии улыбки. – У вас осталось три минуты.

– Я согласен. Я, Кель Хедрикс, продаю вам свою душу в обмен на жизнь!

– Деньги уже пришли на эскроу-счет казначейства станции. Юристы банка помогут вам подписать все необходимые бумаги и выправят вам все документы. После чего за вами пришлют транспорт и вы прибудете в своё новое место жительства. О вещах беспокоиться не стоит – они вам не положены. Прощайте.

Экран погас. Я разглядывал своё перекошенное надеждой лицо. Всё происходящее казалось бредом.

Дверь в комнату отворилась.

– Эй, эй, я нашёл деньги, я уже всё отдал и заплатил!

– Это нам известно. Пройдёмте, – ответил динамик в забрале.

И тут я окончательно поверил в своё спасение. От облегчения подкосились ноги.

– Если вы не можете идти сами, мы вас понесём, – спокойно известил охранник.

– Мужики, простите, ноги отказали. Вы как-то сами уж…

Меня молча схватили под локти и понесли по коридорам. Я же нежился в пьяной неге и от осознания того факта, что жив! Выкрутился!

– Мистер Хедрикс! Не ожидал увидеть вас живым, – лысый клерк с пустыми глазами указал на стул, на который меня и посадили.

– Вы мне обещали ответить на вопрос, с помощью вашей разумной машины, – я развалился в кресле и закинул ногу за ногу. На столе хозяина кабинета я увидел коробку с сигарами. Нагло вытаскиваю одну из них и прикуриваю от зажигалки, которую взял там же.

 

Лысый скрипит зубами.

– Да, и намерен выполнить своё обещание. Что вы хотите знать?

– Я ведь знаю, как опасны такие машины, мистер… да какая разница, будешь Билем. Короче, мистер Биль, я точно знаю, что могу сейчас спросить у вашего ИскИна по поводу того, как действительно, на его взгляд, всё было на самом деле, – лысый напрягся и побледнел, – и знаю, что сделать мне вы ничего не сможете. Мой новый… хозяин, думаю, легко мне может обеспечить нужный запрос, ведь у меня будет весомая причина такой просьбы к нему. А вы совершенно точно не захотите связываться с человеком, подобным мистеру Юсаку. Я в безопасности. Так что моё предложение такое. Вы мне рассказываете максимально правдивую историю того, что со мной случилось, и я разрешаю вам скрыть, скажем так, самые пикантные детали. А я задаю другой вопрос. Я понятно объясняю? И, молодой человек, принесите мне, пожалуйста, бутылочку холодного пива, – это я обратился уже к одному из охранников. Наглеть так наглеть.

– Ваш новый хозяин давал слово, что информацию об операции власти станции от вас не получат.

– Это и я вам охотно обещаю, – я важно кивнул.

Клерк вздохнул и ровным голосом изложил.

– Товар должен был прийти в срок, ваши подельники получают полный куш. А потом пропадают. Вас изначально планировали убрать из схемы. Но… за ваше тело заплатили. И была организована задержка доставки груза, чтобы использовать известный вам пункт договора. Вы дважды себя окупили. И благодаря, как вы выразились, вашему новому хозяину, теперь уже трижды.

– О, я очень ценный кадр, – подаюсь всем телом вперёд и максимально приближаюсь к лысому. Он от меня аж отпрянул. – Короче, чудила, я тебя сейчас очень верующим сделаю! – едва не тыкаю сигарой в щёку менеджера. – Молись, молись, уродец, чтобы я у этого чокнутого узкоглазого сдох. Потому что я могу, за такие-то деньжища, вернуться. Ну что, ты достаточно веришь, чтобы молиться? Если что, есть такие перцы, теовериты. У них, я тебе, мужик, отвечаю, натуральные чудотворцы. Я уверовал и спасся. И ты тоже поверь. Может, спасёшься. Окажи этим ребятам охренительную услугу, и может быть, может быть, они мне предложат нечто, чтобы я тебя простил. Понятно?

Выпускаю изо рта облако ароматного дыма. Знатные сигары!

– Что вы хотели узнать? – на столе оказалось пиво. Холодное, в бутылке.

– Кто такой, чёрт возьми, Укита Юсаку? – лицо моего собеседника с этим вопросом вытягивается и наливается кровью.

– Вы блефовали! – лысый аж вскочил на ноги. Стул за его спиной с грохотом упал на пол.

– Всего лишь доверился интуиции! – я вывернул пробку и сделал глоток холодного натурального пива. Красота.

– Выметайтесь. Данные принесут!

Меня всё так же вежливо вынесли из кабинета в приёмную и усадили в кресло. Вместе с пивом и сигарой. Господи, как же славно всех бесить!

Через пару минут мне вынесли тонкий планшет. Секретарша с поклоном положила устройство на журнальный столик, на который я до этого закидывал ноги.

Перекатываю сигару в зубах и беру устройство в руки. Читаю. Потом активирую комм и пишу сообщение Лизи.

«Крошка! Я тебе благодарен и всё такое, ты спасла мне жизнь, но Лизи, ты же продала мою жопу!»

Даже информация на листе мне не смогла испортить настроение.

«А ты желаешь умереть мужчиной?))))»

Нет, этой милой девочке лучше на язык не попадаться. Ну, в плохом смысле. В хорошем – самое то! Охренеть в современном мире Боги. Просто закачаешься!

Внимательно читаю содержимое справки, ещё раз.

Укита Юсаку.

Возраст: 764 универсальных года.

Семейное положение: не известно.

Финансовое состояние: не известно, но не менее девятиста биллиардов кредо.

Должность: Генеральный Директор «Кавадзаму Инк». Занимает эту должность больше шести сотен лет.

Характер: не известно.

Кавадзаму Инк – одна из крупнейших корпораций серых секторов Солнечной системы. Её деятельность является противозаконной в поясе Хилла и на космических объектах, подписавших Юстинианский пакт об этике.

Корпорация занимается незаконными биологическими исследованиями, созданием новых разумных видов, генетическими модификациями и химерологией. Поставляет биологическое оружие. Создаёт самые современные живые машины в Солнечной системе. Благодаря тайным контактам с правительством многих космических объектов успешно функционирует, несмотря на скоординированные попытки уничтожить корпорацию.

Кавадзаму Инк является конечным бенефициаром «Ока Титанов» – самой масштабной игровой площадки, где бойцы со всего обитаемого космоса сходятся в боях друг с другом и специально выведенными монстрами. Трансляции «Ока Титанов» генерируют до половины суммарной валовой выручки корпорации. Ежегодно в игровой зоне гибнет до двух миллионов человек. Лишь единицы игроков покидают кровавые арены. Но приток желающих не иссякает.

М-да… возможность самолично шлёпнуть всех причастных стремительно улетучивается. Ну что же… Что я там обещал? Власти станции ничего не узнают. Ладно. Власти станции действительно ничего не узнают. В комме у меня есть нужные одноразовые шифры Федерации. Сейчас отправим пожелание потрахаться одной отвязной чиксе, а в Департамент федеративных преступлений, это который по всей Солнечной системе работает, придёт письмо инспектору Дарелу. Этот порядочный во всех местах мужик уже десятый год меня безуспешно ловит. Точнее, пытается подловить. У него тоже кто-то из родственников в чип нырнул навсегда. Превратился в цветочек, как говорят на улице про таких безвольных придурков.

«Привет, Дарел! Ты меня хорошо знаешь, хотя мы ни разу и не общались.

Это тот самый неуловимый преступник по прозвищу Лимонный Кекс.

Я тебе дам совет, запасись шампанским и чем-то забористым, чтобы башку от счастья не отшибло. Новости – закачаешься.

Новость первая! Чувак, я допрыгался. Ты обо мне больше не услышишь. Жить мне осталось не сильно долго. Знаю, ты счастлив, а щас станешь ещё счастливее: скорее всего я сдохну довольно неприятной смертью. Теперь ты сможешь найти мою могилу и нассать на неё или сплясать там. Завещаю тебе свой прах!

Вторая новость, которая тебе нарисует новое звание или много денег. Я просто не в курсе, чем у вас там награждают отличившихся. Отсылаю тебе всю цепочку, от производителя до каналов доставки. Спросишь, откуда приколюха? Думаешь, я перед смертью покаяться решил? Не, просто эти уроды меня слили. Сразу предупреждаю, руководство станции в доле. Тут подвязки на всех уровнях. Так что работать через них бесполезно. Но я верю, ты и так справишься.

К станции Бангкок-7 летит сейчас пара моих контейнеров, в сцепке, с пометкой «почта срочно ремонтный модуль», будут тут через недельку. Думаю, тебе этого достаточно. Удачи, чувак, ты был хорошим противником, извини что так вышло с твоими родными (или кого я там убил, не помню).

Удачи! Все данные в приложенном файле.

Искренне твой, Лимонный Кекс».

– Пройдёмте, документы готовы, – ожил один из моих конвоиров.

– Ну что ж, пойдём! Я так волнуюсь, знаешь, братан, никогда не продавал свою душу! – встаю из-за стола и делаю шаг к новой жизни. В лицо словно бил незримый ветер. Этот ветер пах остро и терпко.

Уже потом я узнал: так пахнет свежая кровь.

Глава 2

– Надо же, как интересно! – это было первое, что вылетело из моего рта, когда я открыл глаза. – Здравствуйте, люди, а что тут, собственно, происходит?

Моё удивление можно понять. Последнее воспоминание – это как меня сажают в армейский квадр с абсолютно пустым салоном, а дальше – темнота.

– О, пассажир проснулся. Мужик, ты меня понимаешь? – лысый коротышка справа от меня обладал неприятным визгливым голосом.

– А что, есть сомнения? – уже зло ответил я.

А потом осмотрелся.

Мы куда-то летим. То есть вокруг меня совершенно точно недра транспорта неизвестной мне конструкции. Одет я в форму ржавого цвета.

На периферии зрения появилось слабое мерцание. Напрягаю внимание, и точка разворачивается в надпись:

Здравствуйте, Игрок!

Игровая система Ока Титанов рада приветствовать вас на игровом полигоне номер 1395.

Ваши очки параметров: скрыты.

Ваши улучшения: скрыты.

Ваш класс развития не определён.

Закреплённые личные предметы отсутствуют.

Ваш статус: гражданское лицо.

Для получения подробной информации пройдите воинскую присягу и обратитесь в ближайший информационный кластер.

Вам личное сообщение. Желаете просмотреть?

С учётом того, что я вообще ни черта не помню с того момента как покинул здание проклятой Лямбды… Надеюсь, сообщение прояснит хоть что-то. Соседей с их шутками я игнорировал.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
Рейтинг@Mail.ru