Гений состоит в умении отличать трудное от невозможного.
Наполеон Бонапарт
– М-да, – протянул Гриф, когда Тихий закончил рассказ. – И правда мутное дело. Такое мутное, что прям навозом попахивает.
– И я про то, – кивнул парень. – Но дела у меня, сам понимаешь, сейчас такие, что без вариантов. Большой на мне долг висит.
– И где ты этот долг отхватил? – спросил Гриф.
– Было дело, – отмахнулся Тихий.
– Ну да, понимаю, – хмыкнул собеседник. И после паузы добавил: – Ладно, чем смогу – помогу.
– Отлично! – обрадовался сталкер. Но увидев, как друг поднимается и начинает собираться и проверять нехитрую свою амуницию, растерянно спросил: – Так ты мне расскажешь насчет дороги? Мне бы про новые аномалии и монстров узнать.
– Рассказать? – усмехнулся Гриф. – Нет, братец, тут одними рассказами не обойтись. На это и недели не хватит. Вместе идти надо, показывать.
– Это еще почему?
– Пошли, по пути объясню.
И, не дожидаясь ответа, зашагал прочь.
Двинули друзья по какой-то звериной тропе, которую знал только Гриф. Шли сквозь густые заросли деревьев и кустов. Тихому казалось, что вот сейчас они оживут, схватят его за ногу и разорвут на части – в отместку за своего собрата.
Но все было тихо, и лес казался необитаемым. Ни монстров, ни каких-нибудь залетных сорвиголов.
– В Зоне последнее время все меняется почти каждый день, – проинформировал Гриф, уверенно продвигаясь вперед. Тихий едва поспевал за ним. – Каждый день какие-то новые монстры, группировки, заезжие. Словно медом им тут намазано. Много всякой нечисти появилось.
– Какой нечисти? – не понял Тихий.
– Да ходят всякие типы вроде уголовников. И ведь раньше просто прятались тут от внешних властей, отлеживались и молчали в тряпочку. А теперь еще и свои порядки устраивать пытаются. Зона, конечно, большинство их переваривает в первый же день. Но есть те, что задерживаются. Вот один такой – Теодором кличут – как раз и задержался. Уголовник. Мордатый такой. Засел на Вилке и точку свою обустроил. Стреляет всех неугодных, кто ему денег не платит за проход. В некоторых и просто так шмаляет. Говорят, у него с головой не все в порядке. Кукухой поехал совсем.
– А чего его не выбьют оттуда местные?
– Пытались, да только у него там целая банда. Человек десять. Все такие же, как и хозяин, дурные. Ну и делится он с кем надо, щедро делится, так что основные силы не особо шевелятся. Бабки капают, а что там происходит и кого почикали – это уже не их забота. Глаза закрывают. В общем, «крыша» имеется. Вот такие дела, брат.
– М-да, – протянул Тихий. – И как же пройти? В обход Вилки долго будет. Дня два потерять придется.
– Вот поэтому я и пошел с тобой! – улыбнулся Гриф. – Так уж и быть, провожу тебя тайными тропами и в обход этого Теодора. Есть там одна дорожка, только мне известная, через которую можно этого гада обойти. Мне, если честно, и самому надо на ту сторону. Там, говорят, из научного центра люди приехали, артефакты собирают за хорошую цену. Вот хочу свою мелочишку сдать им. Провизией запастись. Да и с домом надо что-то решать.
– Спасибо! – воскликнул Тихий. – Я денег…
– Ну, завязывай! – шутливо пригрозил Гриф. – Какие деньги, ты чего? Просто помогу. Придет время – и ты меня выручишь. Сам же знаешь, как это бывает. Да и говорил же я, что мне тоже туда надо. А вместе веселее будет!
– Это опасно!
– Опасно, – кивнул Гриф. – Но у меня амулет есть.
– Какой еще амулет?
– На удачу, – гордо сообщил сталкер, расстегивая верхнюю пуговицу куртки и доставая веревочку с камешком.
– Что это? Арт какой-то? – рассматривая камень, спросил Тихий.
– Лучше! Небесный арт! Сижу однажды ночью, на звезды смотрю. И вдруг – метеорит! И прямо сюда, в Зону. Я еле утра дождался – и туда. А там камень этот. Ну, я сразу понял, что на удачу он. Вот, сделал себе амулет.
– Ты его хоть счетчиком Гейгера проверил? – поинтересовался Тихий.
И, глянув на растерянный взгляд друга, понял, что ответ отрицательный.
– В общем, я с тобой, – пробурчал Гриф. – Провожу.
– Спасибо! – кивнул Тихий, понимая, что спорить с попутчиком глупо и бесполезно, все равно настоит на своем.
Тропинка, по которой вел Гриф, вывела путников к небольшому холму, покатому с одной стороны и более крутому, покрытому скальником и лишайником с другой. Из-под камней пробивались редкие колючки, ядовитые для человека.
– Вон за тем холмом и располагается база Теодора, – прошептал Гриф, смахнув пот со лба.
– Как обходить будем?
– Вон там, видишь?
Гриф показал на старый железнодорожный мост, перекинутый через гряду холмов. Поперечные связи и распорки проржавели почти полностью. Под каждой из низин, через которые шел мост, были установлены огромные бетонные кольца, образующие туннели: в давние времена здесь проходили маршруты движения, а потом просто текли весенние талые воды.
– Вижу, – кивнул Тихий, еще не понимая, к чему ведет Гриф. – Это и есть та самая Вилка – три туннеля под мостом, в каждом из которых столько аномалий, что известно каждому: соваться туда себе дороже.
– Ну не так уж там и опасно! – усмехнулся Гриф.
– Что?! – округлил глаза Тихий. – Ты что, хочешь идти через…
– Именно!
– Да ты с ума сошел!
– Ну почему сразу сошел?
– Гриф, это опасное место! Это знает каждый сталкер! Любой салага скажет тебе, что там – верная смерть. Там аномалии. Много аномалий! В особенности «молния». Поджарит так, что только один уголек останется – как от того лесовика.
– Да, поджарить и в самом деле может, – кивнул Гриф, задумчиво глядя вдаль.
Даже отсюда было видно, как в сводчатых темных коридорах туннелей вспыхивают аномалии, похожие на молнии.
– Но ведь у меня же лунный арт! На удачу! – улыбнулся сталкер.
– Гриф, послушай…
– Да ладно тебе. И чего ты такой напряженный? Есть один секрет.
– Какой? У тебя есть деактиватор этих аномалий?
– Эх, если бы! – горько усмехнулся Гриф. – Будь у меня такая штука, я бы Богом Аномальной Зоны уже был. Секрет в другом. Ты что-нибудь слышал про числа Фибоначчи?
– Фибо… кого? – переспросил Тихий.
– Фибоначчи, – повторил напарник, вздохнув. – Был такой математик. Он придумал такую последовательность чисел, в которой каждое последующее число равно сумме двух предыдущих чисел. Понимаешь?
– Категорически нет, не понимаю, – покачал головой Тихий. – При чем тут эта высшая математика? Что-то тебя не в ту степь понесло. То ты писателем заделаешься, то математиком.
– Да погоди ты. Я долго за этим местом наблюдаю – мне для книжки надо, – начал пояснять Гриф. – И вот обратил внимание, что вспышки аномалий происходят неравномерно.
– Ну да, а как еще? Вспыхивали бы они равномерно, все бы уже давно просекли эту последовательность и ходили себе спокойно.
– А она, определенная последовательность, все же есть! – радостно воскликнул Гриф. – Только не такая простая, как кажется. Числа Фибоначчи!
– Послушай, Гриф, ты задрал с этим Фибоначчи! Говори понятнее!
– Этот ученый вывел такую последовательность. Ну вот, например, числа один и два. Их сумма будет равняться трем. Верно?
– Ну.
– Дальше. Последнее из ряда и то, которое получилось при сложении первых двух, снова складываем: два плюс три…
– Пять. И что?
– И так дальше. Выводим ряд чисел. Получается: 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21, 34…
– Ух, Гриф, не ту профессию ты выбрал! Не ту!
– Да подожди ты ворчать! Выслушай!
– Ну, слушаю.
– Именно с этой периодичностью во втором проходе и происходят вспышки аномалий! Ровно в этой последовательности! Вот смотри. Сейчас!
Тихий и Гриф уставились на нужный проход. Аномалии похрустывали и переливались синим – верный признак того, что они недавно рожденные, и если попасть в них, то шанса выжить точно не будет. Ударят с такой силой, что лишь горстка пепла останется.
Аномалия вспыхнула вновь, и Гриф воскликнул:
– Вот! Считай!
– Раз…
Вспышка!
– Считай! – вновь скомандовал Гриф.
– Раз… два…
Вспышка!
– Считай!
– Раз… два… три…
Вспышка!
– Считай!
– Раз… два… три… четыре… пять…
Вспышка!
На этот раз Тихий отсчитал восемь секунд. После следующей вспышки – тринадцать. Потом и вовсе двадцать одну секунду. Последнюю вспышку пришлось ждать, казалось, вечность, аномалия разрядилась только через тридцать четыре секунды.
– Действительно… – ошарашено произнес парень, наблюдая как вспышки вновь ускорились – через одну секунду, три и пять. – Числа Фибоначчи.
– Вот и я о том же! – радостно сообщил Гриф. – Насчет остальных двух туннелей пока не разгадал последовательность, там она гораздо сложнее. Но эта ведь разгадана!
– И как же…
– Да очень просто! Подходим к туннелю, выжидаем, когда вспышка будет самой долгой, бежим. Внутри туннеля еще штук пять таких аномалий. Ждем на безопасном участке, и когда вновь будет замедление, вновь бежим. При этом все время ведем счет – для безопасности.
– А ты уже так делал? Проходил через этот туннель?
– Нет, конечно! – невозмутимо улыбнулся Гриф. – Вот с тобой и попробуем!
Заглядывать слишком далеко вперед – недальновидно.
Уинстон Черчиль
– Ты погубишь нас! – проворчал Тихий, понуро следуя за Грифом.
Идти в туннель, битком набитый смертельно опасными аномалиями, не хотелось. Но и терять два дня просто так, для обхода какого-то ненормального урки, тоже не было никакого желания.
– Все мы когда-нибудь умрем, – философски изрек Гриф.
Спустились с пригорка. Осторожно обходя жидкий лесок, за которым располагалась база Теодора, путники вышли к Вилке. Уже на подходе чувствовалась, что место здесь нехорошее, опасное. Начал время от времени пиликать счетчик, предупреждая о повышении уровня радиации. Лицо стало щипать – верный признак того, что рядом аномалии.
Три черных зева туннелей смотрели на незваных пришельцев недобро. То там, то тут с сухим треском вспыхивали мощные сферы. Внутри каждой змеиным клубком дрожали молнии. Задень такой шарик хоть мизинцем – и прямиком на тот свет. Недвусмысленно намекали на смертельную угрозу и валяющиеся кругом вещи рискнувших пройти через Вилку бедолаг: противогазы, рюкзаки, оружие, перчатки, ботинки – все, что осталось от них. Эти вещи даже мародеры не рискнули тронуть – плохая примета.
– Ох, – тяжело вздохнул Тихий, поглядывая на вспышки.
– Пошла на замедление, – произнес Гриф, загибая пальцы и отсчитывая время. – Скоро рванем.
– Как?! Прямо сейчас?! Подожди, нужно же…
– Побежали!
Гриф бросился вперед, прямиком в черноту входа. Тихий, громко выругавшись, рванул следом.
Внутри туннеля было прохладно, сыро, пахло пылью, мышами и какой-то сладковато-приторной дрянью.
Путники остановились, замерли. Нужно было как можно скорее определить границы безопасного места и оставаться там до очередного замедления действия ловушек.
Граница довольно скоро нашлась – единственная полоска земли была не обожжена вспышками «молний».
– Стоим тут! – выдохнул Гриф, глядя вперед.
Судя по голосу, он боялся, но Тихий не винил напарника – и сам сейчас едва не кричал от страха.
Тридцатисекундная пауза закончилась. За спиной раздался мощный стрекот, задрожал воздух, наполняясь статическим электричеством.
– Не шевелись! – одними губами прошептал Гриф, но это было лишним, Тихий и без него понимал, что дергаться сейчас нельзя.
Островок, на котором сейчас стояли сталкеры, был сплошь усыпан скелетами животных. Первую преграду преодолевали многие, а вот потом… У дальней стены навечно присел отдохнуть безымянный сталкер. Находился он здесь явно давно, от него остались лишь полуистлевшая одежда да скелет.
Гриф украдкой перекрестился.
Впереди сверкнула молния. В одну секунду туннель наполнился ярким белым светом, словно путники оказались в операционной. Зажмурив глаза, но не смея закрыть их ладонями, чтобы ненароком не задеть деструктив, сталкеры стояли и ждали, надеясь только на то, что их не заденет.
В этот момент Тихий особенно остро почувствовал, что дело, за которое он взялся, не стоит этого. Мертвецу деньги не нужны. А умереть здесь, в черном бетонном туннеле, поджаренным аномалией – это было вполне реально.
Аномалии вновь вспыхнули, искры больно защипали лицо.
– Гриф, твою мать! – прошипел Тихий. – Погубишь нас!
– Все нормально! – выдохнул тот. – Ты только не дергайся!
Яркие всполохи начали щелкать реже.
– На следующей – бежим! – предупредил Гриф, хотя мог этого и не делать – Тихий уже сам высчитал.
Наконец вспыхнуло последний раз и замолкло. Сталкеры рванули вперед.
На этот раз место для остановки было еще меньше. Третья аномалия располагалась совсем близко. Эта «молния» была иной, вспышки имела ярко-оранжевого цвета, а сама она издавала монотонный гул, словно старый трансформатор.
И вновь счет. Напарники понимали: тут главное – не нервничать и не частить, собьешься со счета, начнешь спешить или еще хуже – замедляться, тогда абзац.
Оранжевая аномалия сухо блеснула и затихла.
– Бежим! – это уже скомандовал Тихий.
Вновь перебежка. Вновь остановка.
Сердце у Тихого колотилось с такой силой и быстротой, что казалось, еще чуть-чуть, и оно выпрыгнет из груди. Зона умеет удивлять. Будь ты хоть трижды герой запретной территории, супермегакрутой сталкер, все равно найдется какая-нибудь гадость, которая напугает тебя до такого состояния, что сердце выбьет барабанное соло.
– Тридцать секунд! – скомандовал Гриф.
Напарники только собирались рвануть вперед, как вдруг аномалия издала протяжный противный треск и разрядилась глухим ударом. Только чудом она не задела сталкеров.
Тихий вопросительно глянул на Грифа. Однако по его удивленному лицу стало понятно, что и тот не ожидал подобного. Вновь начали считать, уже вслух. Вот только на этой аномалии закон, который вывел Гриф, ушился. Фибоначчи со своими числами тут был бессилен.
– Какого… – выдохнул Тихий, когда «молния» ударила на счете «десять». Хотя должна была держаться еще три секунды.
– Рассинхрон! – крикнул вдруг Гриф.
– Что?
– Рассинхрон! – еще громче завопил напарник.
Его крик отразился от бетонных стен туннеля и больно резанул по ушам.
Что значил этот самый рассинхрон, Тихий не знал, но чутье сталкера подсказало – ничего хорошего не жди.
– Придется рисковать.
– Гриф, не дури! – рявкнул сталкер. – Надо возвращаться!
– Нет! – категорично ответил тот. – Погрешность всего в несколько секунд, прорвемся.
– Несколько секунд – это порой очень много! Возвращаемся! Гриф!..
Но было поздно. Рисковый парень бросился вперед, как раз между разрядов.
– Тихий, давай! – завопил он.
С ругательствами, от которых увяли бы цветы, сталкер последовал за другом.
«Молния» злобно щелкнула как раз в тот момент, когда парень запрыгнул на безопасный участок. Промедлил бы Тихий полсекунды – и всё, валялся бы сейчас обугленной головешкой у ног Грифа.
– Я тебя задушу! – прошипел Тихий, со злостью глядя на своего спутника.
– Пошли дальше, – выдохнул Гриф.
Он только сейчас осознал, что слишком рисковал, причем не только собой, но и своим собратом.
– Вижу свет в конце туннеля! – нервно посмеиваясь, произнес Гриф.
– Говорят, плохой это знак, – хмуро пробурчал Тихий.
– Нет, я действительно вижу! В прямом смысле – свет.
Тихий пригляделся. От вспыхивающих аномалий рябило в глазах, потому разглядеть что-либо сразу не получилось. Однако, привыкнув к всполохам, сталкер вдруг обратил внимание, что там, вдалеке, не мигая светится кругляш света. Это и вправду был выход с другой стороны!
Первой реакцией было побежать туда, к спасению. Но Тихий с трудом сдержал эти порывы. Выждать. Успокоиться. А потом с холодным разумом идти вперед, отсчитывая нужные цифры. Только так. Никак иначе.
Оставшуюся пару аномалий прошли с трудом – ждать и считать, когда вот он, выход, только руку протяни, было невыносимо. Но парни все же справились. Они таки вышли на открытый воздух, такой пьянящий, свежий, не то, что там, в туннеле, мертвый, сырой…
– Не думал, что буду так радоваться этой пожухлой траве! – произнес Гриф, поглядывая себе под ноги.
– Зона умеет заставить полюбить такие простые вещи, на которые раньше внимания даже не обращал, – усмехнулся Тихий.
И вдруг краем уха услышал шорох справа.
Ладонь, мгновенно среагировав, легла на оружие.
Но было слишком поздно. Разум оставался холодным ровно до того момента, пока они были в туннеле, а как вышли, так словно голову потеряли, дуралеи! А ведь опасность в Зоне повсюду. И нельзя расслабляться ни на минуту. Не на прогулку, чай, вышли!
– Вот ведь какая удача! – прогундосил чей-то противный голос.
Тихий и Гриф одновременно обернулись и увидели, что за их спинами уже стои́т человек десять, все с оружием наперевес. По одежде – точно не военные. Одеты незнакомцы были вразнобой, кто в чем. Сразу ясно – уголовники.
В центре, покачивая гранатометом, торчал здоровяк с красным, лоснящимся от пота лицом.
– Видали, братва? Добыча уже сама в руки прыгает! – произнес он и скрипуче рассмеялся.
Тихий быстро сообразил, кто сейчас перед ними. Гриф скорбно шепнул, подтверждая догадку:
– Это Теодор…
Не мощь армии, не качество оружия, а сила духа обеспечивает победу.
Иоганн Готлиб Фихте
– Ну что, фраера? – хрипло поинтересовался главарь отребья. – Думали, Теодор тупой бандит? Хотели «зайцем» прокатиться? Не тут-то было! Это моя земля. Здесь я устанавливаю правила и таксы. Не заплатил – сдохни.
– Нет, мы… – робко произнес Гриф, но его тут же оборвал стоящий поблизости амбал, уперев холодный ствол пистолета в лоб.
– Не скули, – презрительно бросил Теодор. – Мне плевать, кто вы и куда прете. Проблема в другом. Я терпеть не могу, когда ваша сталкерская братия проявляет хитрожопость. Заплати за проход и топай спокойно. Так нет же. Каждый ищет вариант наколоть.
Глядя на все происходящее, Тихий не на шутку разозлился. Скрипнув зубами, он сделал шаг вперед. Зыркнув на рыпнувшегося к нему уголовника, перевел взгляд на Теодора.
– Это не твоя земля, – с нажимом произнес сталкер. – Это территория Зоны. Здесь нет никаких личных или локальных законов. По эту сторону Периметра есть только один закон – закон Зоны. Конечно, сейчас ты в выигрышной позиции. По принципу: вас двое, а нас десять, и мы вас не боимся. Интересный расклад. Не так ли?
– А ты смелый, – хмыкнул красномордый. – Обычно фраера сразу портки пачкают, а ты огрызаешься. Мне это нравится.
– Слабо решить вопрос по-мужски? – тут же выдал Тихий, поняв, что уголовник вот-вот клюнет на удочку. – Только ты и я. Раз на раз. Без оружия. На кулаках. Или кишка тонка?
Бандиты начали что-то невнятно бормотать, но Теодор их сразу же осадил.
– Заткнитесь!
И повернувшись к Тихому, фыркнул:
– Дерзкий? Глупо, но смело. Не таких обламывал. Заметано. Условия?
– Побеждаю я – ты отпускаешь нас и не имеешь претензий. Ежели ты одолеешь – платим тройную таксу.
– Тихий, – всполошился Гриф. – Ты же…
– По рукам, – перебил сталкера красномордый. – Всем разойтись.
– И без глупостей, – добавил Тихий.
Уголовники отошли на несколько шагов и образовали некое подобие кольца. Гриф уселся на траву, уткнувшись лицом в колени и укрыв голову руками. Сталкер молился. За себя, за друга. Надежды на победу Тихого было совсем немного. Оставалось только уповать на благосклонность и помощь высших сил. А еще на Зону, она тоже не раз помогала.
И даже сама природа, словно почуяв, что сейчас будет решаться чья-то судьба, изменилась, по небу поплыли рваные серые облака, а горизонт окрасился фиолетовым.
Теодор бросил гранатомет одной из своих шавок. Скинул на траву грязный кожаный плащ, обнажая «расписанные» тюремными татуировками руки.
Тихий также избавился от оружия и лишней одежды.
Каждый намеревался биться до последнего: уголовник – за интерес, ему хотелось вспомнить оголтелые былые потасовки за гаражами, Тихий – чтобы спасти себя и друга.
Сталкер и урка уставились друг на друга. Глаза в глаза. Подобно львам, что соревнуются за право стать вожаком прайда.
Главарь уголовников смерил парня взглядом и презрительно сплюнул. Тот, в свою очередь, наблюдал за каждым движением противника, не выражая никаких эмоций. Он отлично понимал: секунда промедления может стоить больших денег или того хуже – смерти.
Первым ринулся в бой Теодор. Бандит, зарычав подобно дикому зверю, бросился на Тихого, занося кулак.
Проявив удивительную прыть, сталкер отскочил в сторону, уходя с линии атаки.
Бугай затормозил. Развернулся. Оскалив гнилые зубы, вновь пошел на Тихого.
Еще раз увернувшись, парень изловчился и отвесил главарю пинка.
– Чо как баба пляшешь?! – сквозь зубы прошипел Теодор, краснея от гнева. – Дерись, или мужик ты только на словах?
Толпа уголовников загоготала.
Тихий промолчал. Он отлично понимал, что противник таким образом пытается отвлечь его. Не тут-то было. Сталкер не сводил глаз с бандита. Наблюдая за его повадками и манерой ведения боя, Тихий пытался предугадать следующий шаг Теодора. Пока ему это удавалось.
Отморозок снова ринулся к своему сопернику.
Дождавшись, пока противник приблизится на необходимое расстояние, Тихий резко развернулся на одной ноге, а ботинком второй нанес удар в голову бандита. Удар выдался отличным, как в кино.
Для Теодора такой поворот событий оказался непредвиденным. Громко охнув, главарь банды свалился на землю.
Посчитав, что Теодор воспользуется моментом и нападет снизу, Тихий встал в боевую стойку, готовясь отразить атаку. Но, понадеявшись на то, что урки сдержат слово, и слишком сосредоточившись на бое, парень и не заметил, как сзади подкрался один из уголовников.
Высокий коренастый бандит ударил сталкера по обратной стороне колена. Лишив Тихого устойчивости, тюкнул ботинком в спину.
Тихий упал. Боль обожгла спину, растеклась по позвоночнику.
Цепляясь пальцами за траву, сталкер попытался восстановить сбитое дыхание и подняться, но очередной удар под дых отбросил его в сторону. Скорчившись от боли, парень закашлялся. Перед глазами плясали кровавые «зайчики», из нутра рвался колючий кашель.
– Чо, фраер, – издевательски произнес бандит. – Пахана решил зачморить?! Ща я тебе покажу, как с такими в тюрьме обходятся.
Следующий удар прилетел в лицо. Раздался чавкающий хруст ломающегося носа, из которого тут же хлынула кровь. Перед глазами Тихого все поплыло.
Приготовившись к очередному удару, он стиснул зубы и мысленно попрощался с жизнью.
Но противник не ударил.
Вместо этого заложило уши. Тихий понял все сразу – недаром столько лет тут протопал.
Он крикнул Грифу:
– Бежим!
– Что за… – только и успел выдохнуть Теодор, оглядываясь по сторонам.
«Да, сейчас он будет дезориентирован еще секунд на семь-десять, – подумал Тихий, с трудом поднимаясь и бросаясь прочь в укрытие сквозь кровавое марево перед глазами. – Зона помогла! В самый нужный момент – помогла. Только теперь унести бы ноги».
Это был Выплеск.
Не сильный, но достаточный, чтобы поджарить мозги каждому оказавшемуся поблизости глупцу. Пласты энергии, текущей под землей, наплывали один на другой, заставляя извергать излишки наружу, словно гной из фистулы. Аномальный экссудат готов был извергнуться из каверн совсем скоро.
И только сейчас Тихий понял, что звоночки насчет Выплеска Зона подавала ему загодя. Тот самый рассинхрон, который случился в туннеле, – один из таких звоночков. Второй – фиолетовые отблески в небе. Уже тогда стоило обратить на это внимание. Но было не до того.
Дурак! Всегда нужно быть сосредоточенным, держать себя в руках. Даже если жизни угрожает опасность. Тем более если жизни угрожает опасность. Зона поможет. Она хоть и жесткая, но все же отходчивая. В трудную минуту подскажет, выручит.
Бандиты, оглушенные предвыплеском, непонимающе оглядывались по сторонам. Видимо, для них это было впервые.
Тихий и сам едва соображал, в голове натужно гудело, а перед глазами все расплывалось. Бежать! Скорее!
Сталкер схватил мечущегося из стороны в сторону Грифа за шкирку и рванул прочь.
Напряжение нарастало. Высоко в небе утробно завыло, потом громыхнуло, словно ударила молния.
– Быстрее! – прохрипел Тихий, с трудом волоча за собой спутника.
– Схватить сталкера! – сквозь гул крикнул Теодор. – Схватить немедленно!
Но бандиты уже не слушали своего главаря – в панике разбегались кто куда.
«Знакомое чувство», – подумал Тихий. Панический страх перед самым Выплеском такой, что неподготовленный человек готов броситься в бездну, лишь бы спастись. Леденящий ужас оплетает стальными кольцами шею и душит, душит, душит…
Гриф протяжно, срываясь на хрип, закричал. Потом где-то вдали завопили бандиты. В тон им завыл ветер в небе.
Воздух начал дрожать и искривляться. Что-то кощунственное, запретное, плюющее на все законы физики, должно было свершиться вот-вот.
Мелкая вибрация, пробирающая до костей, стала волнообразной, заставляя вестибулярный аппарат сходить с ума. Уже сложно было понять, где верх, а где низ: чудилось, что все вокруг перевернулось с ног на голову. Тошнило. Мозг стягивало невидимым обручем.
Первая фаза Выплеска прошла. Еще мгновение, пауза – и, не щадя никого, обрушится чудовищный поток черной энергии.
– Давай! Шевели ногами! – вновь прикрикнул Тихий, не узнавая свой голос – сиплый, дрожащий от страха.
Гриф лишь мычал. Но шел вперед, в отличие от бандитов, которые попадали на землю, обхватив головы руками. Это обманка. Да, именно так и хочется поступить – упасть и закрыться. Но это смертный приговор. Чтобы спастись, нужно бежать.
Сквозь молочную дымку перед глазами Тихий увидел, как из кустов вдруг выскочил кровосос. Но не для того, чтобы полакомиться людьми. Он спасался. Горящие зыркала были полны страха.
– Я убью тебя! – далеко за спиной крикнул Теодор. – Ты слышишь меня? Убью!
Обращать внимания на пустые угрозы Тихий не стал – не до того сейчас было. Он мечтал только об одном: укрыться, спастись.
Вновь грохнуло, совсем близко, словно разорвалась бомба.
А потом протяжный гул возвестил о том, что начался Выплеск.