Татьяна Немшанова Таёжные были

Глава 1. На лезвии ножа

Фрагмент дневниковой записи:"Влекомые Марсом", Рождённые под Марсом". Таёжная быль. Мемуары.

***

Когда очнулась от гипнотического сна, запалила в палатке свечу, печь, бересту, - зверь не убежал, а лишь затих, терпеливо ожидая на выходе человека, чтобы прыгнуть со спины. От тотального прыжка его удерживало ружьё в руке и пламя бересты. Огня зверюга не боялся! К виду костра, к запаху копчёности хищник привык, они говорили не об опасности, а о еде. Шатун научился шариться по костровищам, по таёжным избам охотников, побираться остатками трапезы человека. Когда я вышла из палатки, стояла у костра с топором и ружьём, нас разделяло расстояние в три метра! Медведь высматривал меня из-за угла моего жилища. Я же, его не видела из-за стены поленницы дров,ночного мрака, однако чувствовала пронизывающий взгляд и смрадный запах самца.

Дрова в поленнице лежали неплотно, и сквозь щели меж чурок, хищник наблюдал за каждым шагом потенциальной жертвы, выжидая, когда отойду от огня и повернусь к нему спиной. Внезапный раскат выстрела (последнее, на что я надеялась, чтобы спугнуть) напугал шатуна. От неожиданности он резко дёрнулся, задев неустойчивую поленницу передней левой лапой. Верхние две большие чурки, что неустойчиво, чуть свесившись, лежали, прислонёнными к стене и к каркасу палатки на углу, свалились с полутораметровой высоты точно на голову и на хребестину зверю. При весе под десять килограмм они больно шмякнули охотника по «башке». От испуга и неожиданности медведь взвился ввысь, распрямившись. Всяческие жерди, что я не убрала, ремонтируя балаган, заставили его крутануться волчком при развороте, отчего задницей толкнул поленницу и, та с грохотом стала разваливаться в сторону костра - ко мне. Медведь скакнул с места на расстояние в семь метров, потом ещё на пять (как утром выяснила по следам) от балагана в сторону леса и галопом умчался подальше в непроходимые безлюдные болотные места по хорошо ему известному направлению. Оттуда он и пожаловал накануне, ночью. Подобного оборота охоты на человека, людоед не предвидел.

Успокоившись, накатила в огонь сосновых чурок – они дольше горят. Села к костру на чурбачок. В лесу – тихо! Собака успокоилась, перестала метаться. Небо разъяснилось и засверкало звёздами. Звёзды переливались цветами радуги. Над логом повис оранжево-красный диск с ровным огненным свечением – планета Марс! Он неизменно тревожил и успокаивал одновременно. Мне нравилось ночами в притихшей тайге смотреть на звёздное небо, на жёлтый Сатурн, на голубой ледяной Юпитер, жемчужно-белую Венеру и на огненный Марс.

Марс на небе появлялся нечасто. В деревне редко представлялся случай лицезреть Вселенские тайны. Домашняя суета не способствует наблюдению за небом. А здесь, небесное светило восходило над макушками погрузившихся в сон деревьев, на юге, над склоном лога. Марс напоминал притухший уголёк костра, светящийся в черноте осени. Первое время он выходил на час, едва поднимаясь над головами сосен. Позже – надолго зависал над склоном напротив входа в балаган. Марс почему-то вселял беспокойство, тревогу, немного пугал. - Может, из-за славы, сопровождающей планету - вестника войн, врагов, битв?!..

- До рассвета далеко! Завтра трудовой день. Надо отдыхать! - Отвожу взгляд от звёзд. Сердце бьётся ровно. Мозг – чист. Встаю, захожу в палатку; подбрасываю дров в печь, поправляю фитиль свечи и, не раздеваясь, не снимая болотников, патронташ и ножны с ножом, залезаю на спальник; укладываюсь: топор и ружьё под руками!.. Крепкий спокойный сон до утра уносит нехожеными вселенскими тропами.

Жуткий леденящий страх, что существует на грани между жизнью и смертью, охватывает человека перед силой, превышающей собственные резервы. Однако, со временем, он становиться обыденностью, неотъемлемой частью таёжного странника, путеводная звезда которого – Марс. Влекомые Марсом не ищут проторенных дорог. Они упрямо идут туда, где жизнь на лезвии отточенного ножа.

Подумалось:

- Любовь приходит к тем,

Кто её ищет.

Испытания приходят к тем,

Кто её нашёл.

Глава 2. Ветер засыпает в листве ольшаника

Ещё раз подбрасываю валежник в костёр, надеясь, что дым отпугнёт медведя, - хотя бы в эту ночь! То, что он наведается, и уже где-то бродит совсем рядом, сомневаться не приходится. Серый давно озадаченно прислушивается, принюхивается, чуя «хозяина» в болотных буераках, тревожась не попусту. Прикрыв добычу мхом, до тошноты устав, иду на ночлег в «балаган». Ярко красная листва осин, золото берёз ковром устилают тропу.

- Как гармонично здесь, – в лесу! – Иду, глядя под ноги, а мысли приходят странные: «Наша жизнь – то всего лишь путешествие. А мы… – лишь странники в земном мире».

День успокаивается. Ветер засыпает в листве ольшаника. Заходящее солнце последними бликами освещает стволы сосен. Приглушённо бубнят, перелетая, молодые совята - сплюшки. Птенцы, рассаживаясь в надвигающемся сумраке по веточкам, кажутся плюшевыми игрушками, пушистыми рукавичками с крохотными мягкими ушками. Их круглые головки, с вечно удивлёнными круглыми глазами, смотрят вдаль. Совята почти не пугаются меня – привыкли, родившись рядом. Любопытные, они даже подлетают ближе, чтоб рассмотреть человека. Самые бойкие из них планируют мне на голову, пытаясь сесть и, не решившись, усаживаются рядышком – шишками, на ветке сосны, ближайшей к моему логову.

Почему-то вечерние звуки принято называть тишиной, – может потому, что успокаивают?.. Лесная тишина неизменно завораживает, наполняет душу покоем, воспоминаниями, раздумьями, а в молодости – ещё и мечтаниями. В зрелые годы мечты навещают реже, чаще приходят воспоминания. Быстро летит время, особенно в лесу. Лишь не сведущим в таёжной жизни кажется: «Там нечем заняться», - ты, наверное, в лесу спишь сутками?!.. - То не столь вопрос, а обидное обвиняющее утверждение, вылетевшее с уст той, кого много лет принимала за единственную подругу. А спустя годы она подставила к горлу нож и в прямом, и в переносном смысле. Выяснилось, - подруга, оказывается, дико ревновала, привязавшись ко мне уже не как к подруге… Когда до моего мозга наконец-то дошла суть участившихся истерик, - ушла резко, без объяснений, - безвозвратно. …Кто бы мог подумать, что подобное явление не выдумки?!.. – Вероятно, - от меня постоянно пахло лесом, кострами – не женским ремеслом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.