Город, где живёт магия

Светлана Казакова
Город, где живёт магия

Пролог

Вероника

– Вам это даром не пройдёт, – проговорил декан Университета Магии. По голосу ощущалось, что он злится. – Шантаж тут не поможет, запомните это.

– Как вы наивны, – ответил его собеседник, в тихом голосе которого послышалась усмешка. – У нас немало способов для того, чтобы заставить замолчать тех, кто готов сказать что-то лишнее. Можно подумать, вы об этом не знаете.

– Но Магический Надзор…

– Оставьте в покое МН! У нас повсюду есть свои люди. В Инквизиции, кстати, тоже.

– Я вам не верю, – растерянно пробормотал декан.

– Дело ваше. Вы могли бы и сами в этом убедиться, если бы не были столь принципиальны. Но, увы…

– Я всё расскажу!

– Кому? – рассмеялся неизвестный человек. – Вы ведь не знаете, кому можно доверять, а кому нельзя. Вы загнаны в угол. А теперь слушайте меня…

– Да как вы смеете?! Я вас…

Слова смокли, послышался шум борьбы. Негромкий стон оборвался наступившим молчанием. Затем раздался звук шагов. Не слишком громкая, размеренная поступь не сомневающегося в себе и своих действиях человека. Зажмурившись, я с ужасом представляла, что сейчас он пройдёт мимо меня, но тот двинулся в противоположном направлении.

Дыхание перехватывало, руки похолодели, я дрожала и только всё сильнее прижималась к стене коридора, словно боялась отойти от неё, потеряв единственную казавшуюся надёжной опору. Было страшно, как никогда в жизни. Хотелось со всех ног убежать, спрятаться, представить, что ничего не было. Но ещё сильнее тянуло выглянуть из своего ненадёжного укрытия и посмотреть, что находится за поворотом. Я знала, что могу там увидеть, и боялась этого.

Не успев ничего предпринять, я услышала чьи-то приближающиеся шаги. Поначалу испугалась, что возвращается тот человек, отодвинулась от стены и едва не бросилась наутёк, но внезапно поняла, что это совершенно точно не он. Его шаги были глуховатые, неторопливые, а сейчас слышался звонкий цокот женских каблуков.

Спустя несколько секунд раздался визгливый крик женщины. Я узнала голос Анны Аркадьевны, которая работала в библиотеке университета. Она нередко засиживалась на работе до вечера даже в дни каникул, а сейчас, должно быть, собиралась идти домой.

Сделав глубокий вдох, я вышла из-за поворота к ней. Анна Аркадьевна уже не кричала. Склонившись над телом лежащего на полу декана, она пыталась нащупать пульс. Её лицо было испуганным и бледным. Услышав мои шаги, женщина подняла голову.

– Вероника! Горе-то какое! Инфаркт, наверное. Я слышала, что у него больное сердце. Но он так много работал, совсем не жалел себя.

Я заставила себя посмотреть на распростёртое на полу тело. Всё выглядело так, как будто декан покинул этот мир по совершенно естественным причинам. Не было никаких следов насильственного нападения, ни крови, ни синяков. Одежда – строгий тёмный костюм со светлой рубашкой и безупречно начищенными ботинками – в полном порядке. Но я-то знала, что борьба была довольно быстрой. Кроме того, мне приходилось слышать, будто убивать с помощью магии можно так, что будет крайне сложно определить, как именно произошло убийство.

Особенно, если маг сильный…

Глава 1

Вероника

Я вбежала в комнату общежития, тщательно заперла за собой дверь, подёргала её несколько раз и, поборов соблазн придвинуть к ней тяжёлый стол, проверила ещё и окна. Мне было страшно оставаться одной, но почему-то я даже порадовалась тому факту, что сейчас каникулы, и моих соседок по комнате нет в общежитии. Потому что они, несомненно, заметили бы моё странное состояние и начали бы расспрашивать о его причине. А рассказывать о том, что произошло со мной в этот вечер, не следовало даже подругам. Особенно подругам. Себя я уже подставила под опасность, став нечаянной свидетельницей убийства декана, и делить это с ними мне совершенно не хотелось.

Если кому и рассказывать, то только одному человеку – Дарию Княжевичу. Он служил в Магическом Надзоре, организации вроде полиции по вопросам, касающимся магии, и мог бы разобраться в случившемся. К тому же, однажды, когда я ещё училась в школе, он дал мне свою визитную карточку и сказал, что в случае чего можно к нему обращаться. Только я и предположить не могла, что это произойдёт в такой ситуации. Ведь предыдущие два года, проведённые мною в Университете Магии, прошли достаточно спокойно и почти беззаботно.

Понесло же меня в университет сегодня! Могла бы в другой день полить цветы в аудитории. Меня попросила об этом одна из преподавательниц, уходя в отпуск, и я, поскольку не собиралась никуда уезжать, согласилась помочь.

Впервые за девятнадцать лет своей жизни я чувствовала себя настолько растерянной и напуганной. Снова и снова перебирая в памяти подслушанный мною разговор и вспоминая то, что случилось после него, я кругами ходила по комнатке и пыталась понять, почему голос человека, который говорил с деканом, показался мне знакомым. Возможно, я уже встречалась с ним раньше? Мог ли он быть одним из работников университета? Но ничего не вспоминалось.

Я остановилась, достала из книги визитную карточку Дария Андреевича, села на кровать и потянулась за мобильным телефоном. Помедлив ещё немного, я набрала номер, указанный на карточке. В телефоне раздались длинные гудки. Они тянулись довольно долго. Я уже решила, что Княжевич мне не ответит, когда эти звуки наконец сменились его голосом, который показался мне каким-то усталым и даже раздражённым.

– Да!

– Это Вероника, – быстро сказала я, гадая, вспомнит ли он меня, учитывая, что мы не виделись целых три года. – Вероника Солнцева. Вы просили мне позвонить, если что…

– У вас есть что мне рассказать? – спросил он.

– Да. Но… боюсь, что это не телефонный разговор, – добавила я. В тишине комнаты собственный голос показался мне слишком громким.

– Вот как? – отозвался Дарий Андреевич. Мне показалось, что он немного удивился, услышав эти слова, будто сошедшие со страниц детектива. – Вы ведь живёте в общежитии Университета Магии? Можете выйти минут через двадцать? Я приеду.

– Да, могу, – проговорила я, и на этом наш разговор закончился. Лишь спустя несколько секунд я задалась вопросом, откуда Княжевичу может быть известно о том, где я живу. Хотя, учитывая сферу его деятельности, не так уж это и удивительно.

Отложив телефон в сторону, я встала, накинула джинсовую рубашку, причесалась. Отражение в зеркале не порадовало. Выглядела я именно так, как себя чувствовала – растерянной и перепуганной. Даже веснушки побледнели. Схватив с тумбочки первую попавшуюся заколку, я небрежно стянула волосы в хвост на затылке, но несколько вьющихся тёмно-русых с каштановым отливом прядей всё же выбились из него.

Сделав ещё несколько кругов по комнате, я не выдержала и вышла в коридор. Заперев дверь, спустилась по лестнице и вышла из здания. Летом темнеет поздно, поэтому на улице было ещё довольно светло и неожиданно тихо. Впрочем, учитывая, что почти все студенты успели разъехаться по случаю каникул, удивляться тут было нечему. От волнения мне хотелось снова начать ходить кругами, на этот раз вокруг здания, но я заставила себя оставаться на одном месте, где и ждала, опасливо оглядываясь по сторонам.

Мне предстояло рассказать Княжевичу обо всём, что я слышала и видела, а значит, в процессе рассказа мысленно пережить всё ещё раз. Но это должно было помочь мне разделить с кем-то свой страх и знание того, что произошло на самом деле. Значит, оставалось только надеяться, что после этого станет хотя бы немного легче. Впрочем, полной уверенности в этом у меня всё равно не было. По правде говоря, я страшилась даже переступать порог университета. Мне казалось, что теперь человек, голос и шаги которого я слышала, будет мерещиться мне повсюду.

Машину я узнала сразу. Больше мне в городе бирюзовых автомобилей не встречалось. А жаль, ведь это мой любимый цвет.

Дарий Андреевич открыл дверцу и подал мне знак сесть рядом с ним. Я ещё раз огляделась. На мгновение почудилось, что занавеска на одном из окон общежития шевельнулась, но я свалила это на свою разгулявшуюся фантазию и поспешила сесть в машину. Бросила быстрый взгляд в сторону сидящего рядом человека, отметив, что он почти не изменился за прошедшее время. Тёмные волосы падают на лоб, рукава чёрной рубашки завёрнуты чуть ниже локтей, глаза синие и внимательные.

Не говоря ни слова, Княжевич прибавил скорость, и через некоторое время мы оказались за несколько улиц от общежития. Когда машина остановилась, и он повернулся ко мне, я поняла, что даже не пристегнула ремень безопасности. Впрочем, мне не так часто приходилось ездить в автомобилях. По городу я обычно передвигалась либо пешком, либо на трамваях.

– Итак, Вероника, о чём вы хотели мне рассказать? – заговорил он. Его лоб прорезала хмурая линия. – Это в самом деле серьёзно и важно?

– Да, – твёрдо ответила я, нисколько в этом не сомневаясь.

– Это касается смерти декана? – спросил Княжевич.

– Да, – снова сказала я. Пальцы вдруг задрожали, и я сцепила руки в замок. – Дарий Андреевич, вы уже об этом знаете?

– Само собой, – отозвался он. – И, кстати, можете называть меня просто Дарий. Я ведь больше не ваш учитель.

– Извините, – быстро произнесла я. – Это, в самом деле, касается его смерти. Наверное, вам сказали, что он умер от сердечного приступа или вроде того, но я знаю, что это не так. Декана убили. Думаю, с помощью магии.

Самое важное было сказано. Княжевич не выглядел удивлённым, но всё же, услышав это, задумчиво нахмурился. А что, если он мне не поверит?

– Вы уверены в том, что говорите, Вероника? – спросил он.

– Ещё бы! – выпалила я. – Ведь я сама всё слышала. Я была совсем рядом…

– С этого места давайте поподробнее и по порядку, – приказал он, придвинувшись ко мне чуть ближе.

Я постаралась припомнить все детали, начиная с того, сколько было времени, когда вышла из пустой аудитории, и заканчивая тем, какое примерно количество человек появилось в коридоре, прибежав на зов Анны Аркадьевны. Княжевич внимательно слушал, но его лицо на всём протяжении моего рассказа не выражало никаких эмоций. Я не могла догадаться, о чём он в этот момент думал.

 

Когда я закончила говорить, он некоторое время помолчал, после чего спросил:

– Вы никому об этом не говорили?

– Разумеется, нет! – воскликнула я.

Да за кого он меня принимает? Может, конечно, я не лучшая ученица в нашей группе, да и магией пользоваться мне, как и остальным студентам, до двадцати одного года запрещено, но это не значит, что я образец легкомысленности.

– И вам не нужно напоминать о том, чтобы вы и впредь никому не рассказывали о том, что слышали? – уточнил он.

– Не нужно! – выпалила я. – Я об этом и так знаю! Если вы думаете, что я… что я сразу же побегу всем об этом рассказывать, то вы меня недооцениваете! К тому же, если кто-то узнает или будет догадываться, что я это слышала, я тоже буду в опасности! Вы что, этого не понимаете?!

Я кричала что-то ещё, повысив голос и постепенно выпуская из себя всё накопившееся напряжение этого вечера, когда почувствовала на плечах его руки.

– Хватит! Немедленно прекратите истерику! – произнёс Дарий Княжевич, не особо деликатно встряхивая меня. Я замолчала, продолжая тяжело дышать. – Всё? – проговорил он, отпуская меня.

– Простите, – выдохнула я. У меня всё ещё дрожали руки, но первый порыв уже схлынул, и стало гораздо легче. На смену недавней запальчивости пришёл стыд. Совсем не в моих привычках вести себя так, как только что.

– Это вы меня простите, – неожиданно сказал он. – Я не думал, что вы так воспримете мои слова. Просто предупредил. Мне бы не хотелось, чтобы вам начала угрожать опасность. Но это, к сожалению, не исключено, даже если вы будете молчать.

Пока я пыталась осмыслить и переварить его слова, Княжевич завёл мотор, и мы куда-то поехали. На этот он раз он сам пристегнул на моём сиденье ремень безопасности. За окнами автомобиля стемнело.

– Вы что-нибудь ели? – неожиданно спросил он.

– Вечером ничего, – ответила я. Вернувшись в общежитие, я даже не вспомнила о том, что собиралась поужинать. – А куда мы едем? – спохватившись, поинтересовалась я.

– Ко мне, – невозмутимо ответил Дарий.

Дальше дорога продолжалась в молчании. Я смотрела в окно на мелькавшие там улицы освещённого фонарями вечернего города и гадала, известно ли Княжевичу об Университете Магии что-то, чего не знаю я. Интересно, расскажет ли он об этом, если я спрошу? Может быть, он просто ответит, что это не моё дело? И, пожалуй, будет прав. Но моё любопытство никак не желало остывать, а только разгоралось всё сильнее.

Дарий остановил машину возле девятиэтажного дома в тихом дворике, и этот дом с мягко светившимися окнами вдруг показался мне надёжным и спокойным, как самое настоящее убежище.

Мы поднялись на третий этаж, проигнорировав лифт, и оказались в квартире. Та выглядела слегка нежилой, словно её хозяина долго не было дома. Окинув беглым взглядом прихожую, я начала развязывать кеды.

– Я уезжал. Вернулся только сегодня, – проговорил Княжевич, подтверждая мои мысли. – Надеюсь, в холодильнике найдётся что-нибудь съедобное.

Когда он это сказал, я тут же поняла, как сильно хочу есть. Аппетит у меня всегда был хороший, несмотря на то, что я практически никогда не набирала лишний вес. Когда Дарий пошёл на кухню, я отправилась вслед за ним и с надеждой посмотрела, как он заглядывает в холодильник.

– Нам повезло, – заявил он, поворачиваясь ко мне. – Чтобы поужинать, даже не придётся бежать в магазин. Поможете мне?

– Да, – ответила я, успев подумать, что даже магам высшей ступени приходится ходить в магазин, а просто взять и наколдовать себе еду, как в сказках, и они не могут. Жаль. Я бы не отказалась в будущем иметь возможность в любое время создать из ничего, к примеру, ведёрко мороженого.

Глава 2

Вероника

Я сидела за круглым кухонным столом напротив Княжевича и жевала омлет, в который он умудрился положить, кажется, практически все продукты, что нашёл в холодильнике. Но в состав блюда и изучение этого рецепта мне углубляться не хотелось, потому что и без того было очень вкусно. Я доедала уже вторую порцию и боролась с искушением подобрать остатки кусочком слегка зачерствевшего хлеба. О том, как я в это время выглядела со стороны, думать совершенно не хотелось.

Впрочем, как я заметила, Дарий тоже мог похвастаться отличным аппетитом. Он ел быстро, со вкусом и как-то так, что сразу становилось завидно. Не зря же детей, у которых плохой аппетит, заставляют есть в компании других, чтобы, глядя на них, эти капризные детки тоже захотели чего-нибудь пожевать.

Когда я доела и всё же отодвинула от себя пустую тарелку, Княжевич поднялся с места.

– Наверное, мне пора, – проговорила я, вставая с табуретки вслед за ним. – Спасибо за ужин, Дарий Андреевич… Дарий.

– Куда это вы собрались? – поинтересовался он, прищурившись и внимательно рассматривая меня.

– Как это куда? – удивилась я. – В общежитие, конечно.

– Не торопитесь, Вероника, – произнёс Княжевич, направляясь в коридор, и подал мне знак следовать за ним. – Мы ещё не договорили.

Как-то угрожающе это прозвучало… Но выбора у меня не было. Пришлось идти следом за Дарием в комнату, которая, судя по всему, служила в квартире гостиной. Оформлена она была в строгих чёрно-белых тонах. На мой взгляд, этой комнате не помешали бы какие-нибудь семейные фотографии. Но их не было.

Дарий сел в кресло и бросил на меня выжидающий взгляд. Прекратив вертеть головой, я заняла место на диване напротив. Ощущение было не из приятных, словно мне предстоял допрос. По всему выходило, что разговором в машине дело не ограничилось, и Княжевич собирался выведать у меня что-то ещё.

– Итак, вы сказали, что голос этого человека показался вам знакомым, – проговорил он, слегка наклоняясь ко мне. – То есть, вы где-то уже слышали его раньше?

– Наверное, да, – пробормотала я и попыталась снова оживить в памяти голос неизвестного – сначала громкий, затем приглушённый, почти шипящий. Голос, от которого у меня по коже пробегал неприятный холодок.

– Так наверное или да? – уточнил Княжевич.

– Думаю, да, – отозвалась я.

– Хорошо, пока оставим этот вопрос. Вы узнаете голос, если услышите его ещё раз?

– Узнаю… Постараюсь узнать, – быстро добавила я и невольно отвела взгляд в сторону.

– Смотрите на меня, Вероника, – проговорил Дарий, очевидно, начиная терять терпение. – Смотрите и отвечайте на мои вопросы.

– А свои вопросы я когда-нибудь смогу вам задать?! – выпалила я, ощущая, что меня снова начинает трясти, как сегодня в машине.

Похоже, это не ускользнуло от внимания Княжевича. Он порывисто встал на ноги и вышел из комнаты. Глядя ему вслед, я задумалась, куда и для чего он отправился. Не припрятано ли в его квартире что-нибудь вроде магического детектора лжи? Разумеется, если такие существуют.

Когда Дарий вернулся, у него в руках была бутылка и два небольших бокала.

– Я думаю, вам надо выпить, – авторитетно заявил он и поставил всё это на столик.

– Что это? – недоверчиво спросила я.

– Ром. Доминиканский, – добавил он с некоторой гордостью, как будто лично привёз эту бутылку из далёкой Доминиканы. А может, так оно и было? Должен же быть отпуск и у специалистов Магического Надзора…

– Напиток моряков и пиратов? – уточнила я, вспомнив прочитанные книги.

– Можно и так сказать, – усмехнулся Дарий.

– Я не пробовала.

– Вот сейчас и попробуете. Его можно смешать с кока-колой, но её у меня нет, – проговорил он и разлил по бокалам тёмно-янтарный напиток.

– А если я не хочу?

– Представьте, что это лекарство, – невозмутимо заметил Княжевич и поднёс к губам один из бокалов. – Выпейте, а затем приступайте к своим вопросам.

От подобного великодушия пропало всякое желание к дальнейшему сопротивлению. После первого глотка я закашлялась, дальше пить стало уже чуть легче. Не ожидала, что ром окажется таким крепким напитком, хотя едва ли моряки, пираты и контрабандисты стали бы пить что-то слабоалкогольное.

– Я вижу, вам нравится, – проговорил Дарий, наблюдая за мной. – Налить ещё?

– А налейте! – залихватски провозгласила я, едва ли не залпом допивая оставшийся в бокале напиток. – Когда я могу приступать к своим вопросам?

– Хоть сейчас, – разрешил он и налил ещё немного в свой бокал, а затем и в мой. – У вас их много, Вероника?

– Целый список! – храбро заявила я, обхватывая ладонями бокал. – Например… Вы предполагали, будто в университете произойдёт… Что такое может случиться, – уточнила я, чтобы не произносить самого слова «убийство», от которого веяло детективными романами и плохими новостями.

– Нет, – тут же ответил Княжевич. – Но, учитывая, что нужно быть готовым ко всему, я бы не сказал, что очень удивлён.

– Я думаю, он не собирался убивать декана, – задумчиво проговорила я, и сделала ещё один глоток.

– Почему?

– Потому что они разговаривали. Убийца… этот человек произнёс: «А теперь слушайте меня…». Он бы не сказал так, если б собирался немедленно напасть на декана.

– Вы хотите сказать, что это декан напал на него первым?

– Может быть.

Я заново перебрала в памяти каждое слово из тех, что услышала в коридоре Университета Магии. Даже не верилось, что это произошло всего лишь сегодня вечером. Казалось, что с этого момента прошло уже много времени. Не менее странно было осознавать то, что я сидела напротив человека, которого даже не надеялась увидеть снова. Так иногда бывает, когда видишь слишком реалистичный сон.

– Так какие ещё вопросы у вас есть ко мне? – напомнил Дарий.

– Вопросы? Да, вопросы, – вспомнила я и постаралась навести относительный порядок в бесконечном круговороте мыслей в голове. Но ничего не получалось. Я сама не заметила, как допила второй бокал, и Княжевич снова наполнил его ромом.

– Больше нет? – с иронической улыбкой осведомился он. – А говорили, что много…

– Есть! – перебила я его. – Что вы делали в нашей школе?

– Так вот что вас интересует! – рассмеялся Дарий. – Думаете, это имело какое-то отношение к вашей персоне?

– Ничего я не думаю! – буркнула я. – Мне просто интересно… А вы знаете, что все наши… школьные красотки были в вас по уши влюблены? Я думала, они наденут траур, когда вы ушли из школы.

– Значит, почти все ученицы? – отозвался Княжевич. Кажется, этот разговор его забавлял.

– Ага, – подтвердила я.

– А вы? – спросил он.

– Я, конечно, тоже была ученицей, но никак не красоткой. Так что с такими вопросами не ко мне, Дарий, – сказала я, снова сделав паузу перед тем, как произнести его имя. Интересно, кстати, кто и почему его так назвал? Может, и об этом спросить?

– Я бы сказал, что вы разбили мне сердце, но…

– Но это не так, – продолжила я. – Вы бы меня в школе и не заметили, если бы не… Если бы я не была ведьмой.

В последний раз я видела Княжевича перед тем, как наш класс отпустили на каникулы. Мне было шестнадцать. Тогда он казался мне непостижимой загадкой, да и сейчас, по правде говоря, продолжал оставаться таким же. Должно быть, другие студентки, которые воспитывались в окружении представителей магического сообщества, на моём месте не тушевались бы. Но меня вырастили приёмные родители, не имеющие никакого отношения к магии, а настоящих я не знала.

Я посмотрела в сторону окна и обнаружила, что, несмотря на летнее время, на улице уже очень темно. Чтобы узнать, сколько сейчас времени, нужно было найти мобильный телефон, который лежал в сумке. А сумку я оставила где-то в коридоре возле двери.

Поставив пустой бокал на столик, я поднялась на ноги. Пол под ногами качнулся. Это почему-то показалось очень забавным. При желании можно было даже представить себе, будто я оказалась на настоящем корабле. И этот корабль плывёт по Карибскому морю навстречу удивительным приключениям.

– Йо-хо-хо, и бутылка рому! – решила спеть я, но у пиратов это, несомненно, получалось лучше.

– Вы хотите ехать домой? – спросил Княжевич. – Я имею в виду, в общежитие.

– Собираюсь, но не хочу, – пробормотала я, попытавшись отыскать дорогу в коридор, но комната вдруг стала просто огромной.

– Тогда вам ни к чему туда ехать, – произнёс он где-то за моей спиной.

– Правда?

Я повернулась к нему. Дарий, который тоже успел встать с кресла, но, в отличие от меня, вполне твёрдо стоял на ногах, оказался прямо передо мной. Растерянно заморгав, я подумала, что если мне не нужно идти в коридор и искать там сумку, то, пожалуй, можно вернуться на диван. К тому же он такой удобный, мягкий, надёжный…

 

Я попыталась сделать шаг обратно, но Дарий Андреевич, который стоял между мной и диваном, оказался препятствием на моём пути.

– Хочу на диван, – проговорила я, уставившись куда-то в район его плеча, обтянутого чёрной тканью майки.

– Я думаю, на кровати вам будет удобнее, – ответил Княжевич.

– Туда далеко идти, – пожаловалась я, вспомнив длинный коридор. – У вас слишком большая квартира.

– Никогда не думал, что это недостаток, – произнёс он, после чего поднял меня на руки и вышел в коридор.

В спальне было темно. Когда Дарий бережно опустил меня на кровать, я тут же подложила под щёку ладонь, устраиваясь поудобнее. В бледном свете фонарей за окном я увидела, что Княжевич стоит в дверях и, кажется, собирается уходить. Я зажмурилась, но перед глазами тут же оказался коридор университета. А затем – неживое, застывшее лицо декана.

– Не уходите, – попросила я, открывая глаза. – Мне страшно.

– После того, что случилось в университете? – тут же отозвался Княжевич.

– Да, – ответила я.

Я, снова сомкнув веки, услышала, как он медленно приближается и садится на край кровати. Она была такого размера, что тут поместилось бы и куда больше людей, нежели двое. Для чего одному Княжевичу такая огромная постель?

Это была моя последняя мысль перед тем, как я провалилась в сон.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru