Светлана Чвертко Райтер хаус

Глава 3, в которой герои знакомятся с правилами конкурса, а Лорин муж ругает свои конечности

Лора подняла упавшую челюсть и села на кровать. Жить в таком роскошестве ей еще не приходилось! Их потребительская квартирка начиналась кухней, треть которой занимала мегаловолновка. За кухней следовала развилка: направо пойдешь — в кабинет Марка попадешь, налево пойдешь — в кроватке уснешь. А вот в Райтер хаусе все было совсем не так!

Чтобы дойти до своей кроватки, нужно попасть в главный зал и ужаснуться от восторга. Портреты в полный рост! Свечелябры и гигалюстры! Лесенки-чудесенки и два восхитительно страшных ведущих. К Юлаиному ужасающему облику Лора давно привыкла, ведь она смотрела на нее через умнофон, а вот второй пипл, который встретил их внутри арам-зам-замка, немного пугал. Если Юлая была похожа на представителя женского рода с акульим ртом, то новый ведущий походил на гриб с человеческой головой. Из ротового отверстия булькнул голос, который оповестил участников, что его зовут Ильич, но никак не Владимир, и что сейчас все могут разойтись по своим комнатам, на каждой из которых уже висит табличка с именем участника. Конкурс начнется завтра, ужин будет в столовой по объявлению, если никто не хочет остаться без свеклы — пусть не опаздывает.

Лора не хотела остаться без свеклы, но ей так нравилась собственная комната! Никаких кабинетов, мегаловолновок и стульчиков для кормления, из-за которых трясется пол. Все такое красивое, коричневое, в крапинку. Кровать с пологом и огромной черной простыней, на которой написано «Я душу пионеров», так и манила прилечь вздремнуть. Письменный столик, целлюлоза и пакет с кровью, которую нужно использовать как чернила… Именно так живут складыватели слов, в этом Лора была уверена. Да! Как только она выиграет конкурс, то переедет в похожий дом, наймет няньку для мужа и репетитора для сына. А сама будет складывать и складывать.

Больше всего в комнате Лору поразила нарния. Двери открывались вовнутрь, демонстрируя сложенные стопками разноцветные занавески последней модели. Но было и нечто лучшее — настоящие штаны! Вообще-то потребителям не положено было носить штаны, они считались привилегией жителей касты повыше. Взрослые потребители носили серые форменные занавески, а младенцы — костюмы-четверки. Ничего особенного, скучно и стандартно. Поэтому Лора с завистью смотрела на Юлаю, которая в каждом ролике показывала новые штаны: черно-белые, дырявые, мокрые в облипку, шершавые. Ах, как Лора хотела себе что-нибудь похожее! Но оставалось только закатать губу, чтобы та не мешала оборачиваться положенными по статусу занавесками. Лора чаще всего выбирала синюю, но не потому что это был ее любимый цвет, просто она где-то слышала, что синие занавески очень важны в буках. А если так, Лора обязана их надевать. Как же иначе стать складывателем слов?

Когда из коридора умопомрачительно запахло кремом из свеклы, Лора как раз определилась с выбором. Новые штаны были коричневые, в маленькую дырочку и звенели. Идеально! Сверху Лора обмотала себя занавеской глубокого синего цвета и кровавыми чернилами нарисовала на лбу маленькие усики. В каком-то буке писали, что это пикантно. Или толерантно, она точно не помнила.

В большом зале стояла буква пэ в виде стола и туда-сюда катались боты-официанты, которые торжественно напевали: «Один-два, два-два-два». Во главе стола сидели Ильич с Юлаей и о чем-то шептались. Остальных участников пока не было.

Лора подтянула трусы, поправила занавеску и, элегантно спотыкаясь, спустилась к ним.

— А вот и наша первая участница! — заорала Юлая, разбрызгивая во все стороны свекольный морс. — Как тебе наши комфортабельные номера?

— И наш гардероб? — хихикнул Ильич и выдохнул споры.

— О, премного благодарна, все вери бьютифул и лухари, — ответила Лора и подмигнула Ильичу кончиком губы. Пусть знают, что она не воркером деланная!

— А пока мы ожидаем остальных, расскажи зрителям, какой бук ты хочешь написать? — спросила Юлая.

Лора села за стол и выпрямила плечики. Нужно было сказать что-то значительное, чтобы не разочаровать бублику. Со стены на нее смотрел портрет пипла мужского пола с лысой головой, чем-то отдаленным напоминающий мужа. Лора прокашлялась.

— Спасибо за вопрос! Я бы хотела… О, у меня столько интересных задумок и придумок, даже не знаю, как все их уместить в один рот и в один бук.

— Но поделитесь же! Не томите! — включился Ильич. — За этим мы сегодня и собрались.

— Да… Конечно, я попробую. В первую очередь хочу рассказать свою историю. То есть про себя. Ну, знаете, когда ты представляешь самого себя, но гораздо лучшего. Как из дрима. И вот такой будет моя героиня. Я, но лучше. Мне кажется, таких героинь и ждет модерновый читатель.

— Очень интересно, продолжайте. — Из носового отверстия Ильича вылезла маленькая девочка, что-то пискнула и спряталась обратно.

— Вери мач. А еще я напишу историю о любви! Моя героиня должна встречать одного пипла мужского пола за другим и выбирать. Они все будут бьютифул и с мускулами, это и создаст главный, как он называется… Конфликт! Как выбрать из идеальных мужчин самого идеального?

Лора помолчала, не зная, как продолжить.

— И что же сделает ваша героиня?

— Она… Она отрежет от каждого мужчины по лучшему куску и создаст идеал!

От внезапно посетившего вдохновения Лора подпрыгнула на стульчике и расхохоталась. Вот оно! Это же джениус! И как она раньше не догадалась? Такой финал переплюнет даже финалы Агаты Пауэр, где в конце все женятся, даже хотдожики с комарами.

— Жестоко, мне нравится, — сказала Юлая. — Но будь осторожна! Если получится плохо, я безжалостно сожру твою героиню вместе с ее кусочечным принцем.

Лора задрожала. Не только начинающие, но и продолжающие складыватели боялись Юлаи настолько, что в анонимных чатах даже желали ей подавиться и отправиться на Фабрику. Но Лора так не думала. Она хотела верить, что ее буки невкусные.

***

Через несколько мгновений в зал проспотыкались остальные участники. Лора жадно разглядывала их, стараясь понять, кто они и откуда, как давно складывают слова и во что одеты. Она так разволновалась, что забыла, как кого зовут, поэтому придумала каждому никнейм. Невысокая девушка с грустными глазами напоминала Мелиорацию — еще одну любимую Лорину героиню. Она нервно шлепала по колорлону босиком и поправляла длинный шлейф праздничных штанов. «Какая миленькая! С ней точно стоит подружиться!» — решила Лора и продолжила крутить головой.

Напротив нее в кресло упал гладковолосый пипл мужского рода. Он все время оборачивался на лестницу, по которой вприпрыжку спускалась участница с широкими плечами. Та самая, скинувшая накануне перед зрителями костюм бота. Она была такая смелая и мускулистая, что Лора решила не подходить близко — еще получит случайный удар по голове и не сможет больше писать буки. А гладколиций не зря так на нее косится. Она правда красивая, такая же красивая, как третья любимая Лорина героиня — Аневризма. Если бы у гладколицего и Аневризмы что-то получилось — это был бы отличный сюжет для нового бука.

Рядом с Лорой скрипнуло кресло. Лора двинула левым глазом и увидела совсем юную девушку, последнюю участницу, которая отчего-то грустила.

— Привет, — мягко сказала Лора. — Ты в порядке?

Девушка икнула и прикрыла рот рукой.

— Ой, прости. Я… Я не знаю. Это место, эти ведущие… — Она понизила голос. — Они меня пугают.

— Не бойся! Нужно просто привыкнуть. Я перестала дергаться от вида Юлаи только на третьем или четвертом ролике, а до этого орала, точно как ты. Ой, прости. А этот Ильич… Он меня еще пугает, я ведь никогда его не видела.

Девушка улыбнулась смелее и вытерла ладони о зеленые штаны.

— Спасибо. Как тебя зовут? Я пришла последняя и не успела увидеть представление участников.

— Лора. Лора Энд, но ты зови просто Лора.

— Хорошо. А меня зовут Дарья. Я… Сама не знаю, что тут делаю. Знаешь, мой парень в анонимной комнате нашел какую-то важную информацию об этом конкурсе. Ты не сталкивалась с чем-то странным, когда подавала заявку?

Лора задумалась.

— Я только удивилась, что конкурс возник так вовремя. Мне как раз отказали в публикации паблишинги, а я так хотела выпустить свой бук.

— Так ты пишешь? — Дарья оживилась. — А про что?

— Да про то же что и все. Любовь, вафли с морковью и прочие интересные штуки.

Лора почувствовала что-то странное и обернулась. Девушка, похожая на Аневризму, смотрела на нее так же, как Юлая смотрит на плохие буки перед тем, как их съесть.

Люк в потолке уехал в сторону, уронив люстру прямо на запеченную свеклу. Из люка на веревках скатились ведущие (и как они успели выйти?) и закричали:

— Добро пожаловать на праздничный ужин в честь участников Райтер хауса!

Лора порадовалась, что при падении люстры кусочки свеклы воткнулись ей в уши и снизили громкость на три палочки. Иначе крики ведущих попали бы ей в мозговой суп и устроили там путающий мысли шторм. Нет уж, спасибо.

Раздраженного вида бот-официант тяжело вздохнул и убрал люстру со стола, стряхнув кусочки стекла в сторону участников. Дарья снова вскрикнула. «Какая нежная! Как туалетная пеленка!» — подумала Лора и посмотрела на Юлаю с Ильичом, которые снова заняли свои места и радостно пили отвар из трав из большой кастрюли, на которой так и было написано: «отвара». Или «отрава»? Читала Лора плоховато, буквы норовили перепрыгнуть друг на друга и начать танцевать. Конечно, танцующие буквы — это весело, но когда ты не можешь понять, то ли у тебя героиню зовут Мелиорация, то ли Даздраперма, может получиться неловкость. Ну ее.

— Итак, я собрала вас здесь, чтобы сообщить о правилах конкурса, — объявила Юлая и плюнула в потолок отваром. Потолок отрастил руку и погрозил кулаком.

— Нечего в меня плевать, морда трехзубая, — сказал он.

Ильич хихикнул.

— Посмотрите назад, — продолжила Юлая, и пространство, где раньше стоял портрет с лысой головой, уехало назад, открыв вид на невероятные устройства. Лора сбилась со счета и чуть не запуталась в собственных пальцах, пока не поняла — их было пять! Пять огромных пустых резервуаров соединялись с печатными машинками старинного вида. Лора знала, что складыватели печатают буки, да она и сама печатала в младенчестве, например диссертацию, но не на таких машинках. У нее была простая, пахнущая жженой резиной и алиэкспрессом. А эти выглядели как с ниточки, нет, с иголочки, нет, со шпульки. Ой все, сами разбирайтесь с этими швейными метафорами!

— Всего у нас будет пять состязаний, — объявил Ильич и показал на печатные машинки. — После каждого конкурса будет выбывать один из вас.

Дарья так громко ойкнула, что Лора с жалостью посмотрела на нее. Вот же бедная малышка! Рано ей ходить по таким соревнованиям!

— Победителя каждого конкурса будем выбирать по трем критериям. Первый — победа по условиям. Второй — голосование зрителей с большими щеками. Третий — финальный голос хейтеров.

Лора вздрогнула. Да, хейтеры были силой. Именно они посылали Юлае буки для поедания. Даже если Кружится не думала, что бук уж настолько плохой, комментарии в анонимных комнатах решали все.

— Каждый пройденный конкурс подарит вам написанную главу, и в конце победитель получит готовую книгу, которую издадут сразу все паблишинги, — продолжил Ильич. Из его носового отверстия вновь вылезла девочка и осуждающе посмотрела на Лору.

«Какая странная!» — подумала Лора и решила больше не думать.

— А теперь ешьте, пейте и празднуйте! — заорала Юлая. — Завтра вам будет не до свеклы!

Лора тут же схватила ложку и принялась отправлять еду в рот. В животе было некомфортно, но она прогнала это чувство с помощью свекольного карпаччо. Ей не стоит бояться хейтеров, она всегда была обаятельной и привлекательной. Как шляпа-котелок на голове младенца.

Сияна вяло ковыряла свеклу карбонара. Свеклотит пропал еще вчера, когда она бегала к соседке договариваться о родителях. Ей нужно было сосредоточиться и победить, победить и сосредоточиться, а для этого следовало использовать все-все-все знания, полученные из прочитанных и съеденных буков. Пришлось основательно побулькать мозговым супом, чтобы составить первый пункт собственного плана, а именно — внимательно изучить соперников и понять, что это за пиплы. Сияна просканировала взглядом других игроков и остановилась на Лоре, которая улыбалась так, будто забыла на ночь отключиться от умнофона и сварила свой суп в ноль. Такая улыбка была у отца перед тем как он окончательно перестал отвечать на вопросы, игнорируя даже предложения о добавочной свекле. «Нет! Не сейчас! Нужно гнать в шею грустные мысли! — прикрикнула на себя Сияна. — Думай о хорошем. Лора точно проиграет, хейтеры не любят скучных. А теперь лучше посмотри на другой конец стола, где сидят остальные участники».

На другом конце мускулистая Марианна складывала свекольные пирожки в карманы комбинезона, Ефген помогал ей. «Организовали союз нерушимых! — Сияна раздосадованно прикусила вилку и тут же болезненно сморщилась. — Как же я не догадалась! Надо было дружить с этой мускулистой. Она выглядит умнее других. Да и руки у нее такие большие и сильные, возможно им даже Юлаины зубы нипочем. А теперь уже поздно, все знают, что третий пипл — лишний, надо было быстрее булькать своим супом, не отвлекаясь на грустные мысли!» Она воровато сунула руку в карман и достала страницу бука, которую вырвала заранее. Что-то подсказывало ей, что не следует демонстрировать всем подряд эту свою привычку, но прожить даже тысячу мгновений без привычного комка страниц во рту, Сияна не могла. Для вида она нарезала страницу на множество мелких кусочков и начала быстро-быстро есть, изображая, что поглощает праздничную свеклу. После трех страниц тревога стала уменьшаться.

«Ладно-ладно, я еще найду себе союзника. Стану самой умной и самой внимательной», — решила Сияна и еще раз оглядела стол. Рядом с Лорой сидела последняя участница — Дарья, которая только и делала, что вздрагивала и утирала слезы. На первый взгляд ее можно было списать со счетов, но съеденные страницы помогли открыть и второй и третий взгляды. Судя по просмотренным роликам, хейтеры крайне любят пипловые истерики, а значит игрок-плакса может продержаться дольше, чем все про него думают. Получается, нельзя списывать его со счетов, иначе есть риск проиграть.

И тут Сияну осенило. Она так обрадовалась догадке, что чуть не взлетела в сторону капризной люстры, выдав себя с потрошками. «Спокойствие, — сказала она себе, — спокойствие. Нужно делать все плавно и пугающе. Как Юлая».

— Спасибо за чудесный ужин, — Сияна встала, — но я хотела бы пойти к себе пораньше, чтобы отдохнуть перед конкурсами.

— А вот и первый выбывший! — захохотал Ильич и оглядел участников. — Кто следующий? Делаем ставки!

— Я ставлю на этих двоих. — Юлая указала в сторону Марианны с Ефгеном. — Им точно надо уединиться.

Последнее, что увидела Сияна перед тем как покинуть зал, это брезгливо перекошенное лицо Марианны.

***

Сияна поднялась на второй этаж и поскакала по коридору, радуясь своей смекалке. Пока они там набивают животы и карманы, она обыщет комнаты и арам-зам-замок, чтобы победить всех.

Прямой и длинный коридор напоминал этаж пожилого комплекса, в котором комнаты шли напротив друг друга. На этом сходства заканчивались. Сияна вспомнила их коридор с холодным серым полом, где по темным углам прятались дикие хотдожики и что-то там закапывали. В Райтер хаусе не было темных углов и холодного пола — только алые пушистые ковры, ярко светящиеся люстры и падающие от сытости причесанные комары. Да, такой пейзаж Сияне нравился гораздо больше. Пришлось даже дать себе воображаемого кика, чтобы перестать дримить и начать действовать.

Сияна толкнула дверь Лориной комнаты. Открыто. Ничего другого она не ожидала. Содержание комнаты соответствовало хозяйке — такая же скучная и предсказуемая: новенькая печатная машинка, нарния со сваленными в беспорядке штанами и небольшой бук за Лориным авторством, судя по имени на обложке. Сияна вырвала из него страницу и прожевала. На вкус он напоминал копию, снятую с копии. Так бывает, когда один бук настольно всем нравится, что его переписывают и переписывают, меняя имена и всякие мелкие детали. Почему-то после десяти переписываний такой бук становился совершенно нечитаемым, хотя в него не добавляли ни одного непонятного слова. Сияна выплюнула недожеванную страницу и вышла из Лориной комнаты. Нужно искать дальше.

У Ефгена было чуть интереснее. По крайней мере никаких несъедобных буков и печатных машинок там не стояло. Вместо этого напротив кровати возвышалось огромное, размером со стену, зеркало, на котором кто-то несгораемыми чернилами написал «Маме привет!». Интересно, это ведущие посмеялись над участником? Или, может, хейтеры? Сияна со всех сторон ощупала зеркало, но оно было совершенно обычным, без спрятанных подсказок или глубоких смыслов. А жаль. В буках каждая главная героиня обязательно проходила зеркальную инициацию: смотрела внимательно на свое отражение и понимала, какая она красивая, в мини юбке на каблуках.

Сияна разочарованно отступила от зеркала и услышала тихое рычание. В углу комнаты сидел одинокий хотдожик и охранял большую кучу бульонных кубиков. Может, Ефген задумал подкупить ведущих? Сияна достала из кармана пружинчатый блокнот и записала:

Улитка номер бесконечность. Еф. хочет подкуп Ильича и хейт.

Больше ничего интересного здесь на нашлось. Сияна оставила дверь открытой, чтобы хотдожик сбежал навстречу приключениям, и направилась к комнате Марианны. Там было заперто. Она подергала ручку вверх и вниз, толкнула от себя и на себя, но ничего не помогало — хозяйка этой комнаты отличилась умом и сообразительностью. Это стоило записать в блокнот, чем Сияна и занялась, попутно проследовав в комнату Дарьи.

Комната была большой и светлой, с огромным письменным столом и печатной машинкой. Кто-то завалил его стопками опубликованных эссе. Сияна оторвала от одного страницу, чтобы попробовать на вкус, но передумала. Это же не буки, а какая-то младенческая ерунда. Не дай мох нахвататься там знаний, умений и навыков, которые во взрослой жизни все равно не пригодятся. Сияна смяла страницу, сунула ее в карман, а в пружинчатом блокноте написала:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.