Света Сказка Друг отца

Глава 1

Я замерла на пороге, едва переступив его, и украдкой огляделась. Ну и домина! Трехэтажный. Я в таких раньше не бывала, да что там — я вообще в домах такого уровня не бывала. У нас в обычной панельке потолки давят, а здесь они теряются где-то в заоблачной выси. Окна на первом этаже — огромные, от самого пола, и за ними, как на картинке из глянцевого журнала, раскинулся сад. Отец такие с работы приносит, у нас их целая стопка. Я часами их разглядываю, сидя на своей кровати, и думаю: неужели кто-то так живет? С фонариками, что светят между идеально подстриженными кустами и дорожками с идеально выложенной плиткой.

Вот и ответ — живут. И я каким-то чудом оказалась здесь. И какого черта меня вообще сюда занесло? Надо было просто отдать пакет охраннику на входе и рвануть отсюда подальше, к своим привычным серым панелькам. Но нет же, любопытство — страшная сила. Как можно было уйти, не заглянув хоть одним глазком в этот мир великолепия? Ну и к слову сказать, папку я должна передать лично, по всей видимости хозяину этого дома.

Дверь открыл молчаливый мужчина смотрящий мимо меня и я вошла.

Здесь вообще люди ногами по полу ходят или над ним парят? Идеальная, просто стерильная чистота. Пол блестел так, что в нем, как в зеркале, отражались сотни крошечных огоньков с гигантской люстры. Черно-белая плитка, выложенная как шахматная доска, по краям перетекала в сложный узор, отчего не рябило в глазах, а наоборот, все выглядело на удивление гармонично и спокойно.

Я невольно посмотрела на свои старенькие кеды и мысленно закатила глаза. Наверное, по такому полу еще не ступала нога в подобной обуви. Но я не виновата, меня попросили передать папку лично в руки, вот я и здесь. Потоптавшись на коврике, я все же сделала несколько неуверенных шагов вперед. Это место и прихожей-то не назовешь — скорее, бальный зал в миниатюре.

Внезапно из глубины дома донеслись тихие шаги. Через мгновение я была уже не одна. Передо мной стояла невероятно красивая женщина. Светлые, почти платиновые волосы и теплые карие глаза — мне всегда нравилось это сочетание, такое притягательное и яркое. На фоне ее утонченности я со своими русыми волосами и голубыми глазами казалась себе совсем простушкой. Пару секунд мы молча изучали друг друга, а затем она сдержанно, но приветливо улыбнулась.

Её улыбка была такой же безупречной, как и всё вокруг. Не той широкой, открытой, что я видела у подруг, а какой-то отточенной. Как будто она улыбалась по расписанию или потому, что так положено в этом мире, где всё идеально. Я почувствовала, как мои щёки заливает краска, и попыталась улыбнуться в ответ, но, кажется, получилось что-то вроде гримасы.

— Я полагаю, юная леди, вы привезли документы? — женщина взглядом указала на папку у меня в руке, и я машинально кивнула, не сводя взгляд с её лица. Она снова едва улыбнулась и подошла ближе. — Я провожу вас в кабинет к мужу. Он давно ждёт. Это важно.

Я посмотрела на свои кеды, и она тоже перевела свой взгляд на мою уже изрядно потёртую обувь, но тактично промолчала, хотя я по глазам видела, что грязь на подошве она тоже заметила. А что я могла поделать? Стройка неподалёку от особняка, осенние, ещё не замёрзшие лужи — получите свежую грязь. Пока пробиралась сюда, мне пришлось идти пешком приличное расстояние. Они же по этим дорогам на джипах своих гоняют, грязные машины потом моют их помощники, а мы — простые смертные — по этим дорогам ходим и обувь сами потом моем.

Пока шли, мои глаза ещё больше расширялись от увиденного, но теперь я была не одна и старалась не показывать свой восторг от увиденного — не хватало, чтобы меня за нищенку приняли. Подумаешь! Вдруг через несколько лет я тоже буду ходить по такому дивному полу босиком, готовить завтрак в шёлковом халатике, и на меня будет смотреть влюблёнными глазами самый красивый мужчина на планете, с которым у нас случится настоящая любовь.

Краем глаза заметила, что она бросает на меня короткие взгляды, словно изучает и пытается скрыть свои эмоции.

— Вы — дочь Сергея Зарубина? — спросила она, нарушив молчание, и пошла чуть медленнее, сбавив ход. Упомянув имя отца, мне показалось ее голос немного дрогнул, ну или стал другого тона, не такого надменного, как ранее.

— Да, верно, — настала очередь удивляться мне. — Вы меня знаете?

— Да, но очень поверхностно. Когда вы родились, он рассказал об этом на вечере выпускников, но после больше не посещал наши встречи.

И я догадывалась, почему — не прошло и полгода с моего рождения, как маму на перекрёстке сбил богатенький молоденький мажор, который не получил наказания. Обвинения сняли, когда было доказано, что мама перебегала дорогу в неположенном месте, а он ехал с разрешённой скоростью. Она выбежала из дома, как мне потом рассказал отец, «глотнуть воздуха» и заодно купить хлеба. В то время отец много работал, а мама сидела дома со мной одна. Зима, много не нагуляешься с коляской с девятого этажа, когда лифт часто сломан. И, видимо, эмоции от того, что она выбралась из дома, захлестнули её. И произошло то, что произошло.

С того момента жизнь круто изменилась для меня и отца. Ему некогда было посещать встречи выпускников, он постоянно работал, а со мной сидели соседки, знавшие хорошо мою маму, или приходящие няни.

Иногда он брал работу на дом, но с его профессией нужно было постоянно находиться в офисе — он был архитектором, проектировал здания различной сложности. Работал в обычной компании, где таких, как он, была сотня. Но был очень талантлив и со временем мог стать востребованным, но дочь-подросток оказалась важнее, и папа часто отказывался от выгодных проектов — малолетняя хитрюга шантажировала его по любому поводу, лишь бы побыть с ним. Теперь я выросла и люблю его так сильно, что папа находится в статусе самого близкого друга уже много лет.

Мы поднимались на второй этаж по широкой, причудливо изогнутой лестнице.

— Простите, я не представилась. Меня зовут Милена, я — хозяйка этого дома, — произнесла моя спутница с едва уловимой ноткой высокомерия.

Я не обиделась. Таким, как она, это свойственно, и порой они сами не замечают, как смотрят на других свысока. От неё исходил тонкий аромат цветочных духов, а двигалась она на удивление тихо и расслабленно, хотя на ногах у неё были туфли на каблуках. Мне стало любопытно, кто же муж этой красивой, уверенной в себе женщины. Не терпелось уже увидеть того, ради кого я проделала такой долгий путь через весь город, а потом ещё и на электричке, чтобы передать ему эти несколько важных листков в папке.

— Алиса, очень приятно, — я улыбнулась и перевела взгляд на внушительную дубовую дверь, у которой мы как раз остановились.

Вежливый стук в дверь — и вот мы уже внутри. Просторный кабинет встречает нас запахом дерева и бумаги. Всё вокруг будто дышит порядком: каждая папка, каждый карандаш лежит на своём месте, словно подчиняясь невидимому закону хозяина. На массивном столе — аккуратный хаос, в котором чувствуется рука педанта. У стены — диван, явно не для гостей, а для тех ночей, когда работа не отпускает до рассвета. Справа — столик и два кресла с резными ножками, похожими на львиные лапы, — детали, говорящие о вкусе и силе характера владельца.

Резкий скрип кожи кресла заставил меня вздрогнуть. Милена села, отвернувшись, а я, следуя её взгляду, заметила движение у окна. Там стоял мужчина. Его взгляд встретился с моим — и время будто остановилось. В этих глазах было что-то, что невозможно описать словами: холодная сталь и тёплая глубина одновременно. Я, как художница, привыкшая искать красоту в линиях и тенях, не могла отвести взгляда.

— Милый, познакомься, это Алиса — начала Милена.

— Алисия, если точнее — робко и по-детски произнесла я и опустила глаза в пол. — Это была идея мамы. От неё у меня только и осталось имя. — Вновь посмотрела на него и поняла, что он не сводит с меня взгляд. Я покраснела, но глаз не отвела. — Но отец продолжает бодрствовать, слава Богу.

Он не сводил с меня глаз. В его взгляде не было ни любопытства, ни мягкости — лишь внимательность и сила.

— Приятно познакомиться, юная леди, — произнёс он ровным, чуть хрипловатым голосом. — Шахов Демьян Романович.

Он подошёл ближе, и воздух между нами будто стал плотнее. В нём чувствовалась власть — не показная, а естественная, как у человека, привыкшего, что его слушаются. Строгий, собранный, сдержанный — и при этом в нём было что-то опасно притягательное. Его присутствие ощущалось физически, как ток, пробегающий по коже.

В этот момент я поняла: этот человек способен разрушить привычный порядок моей жизни одним словом.

— Отец передал вам это, — повторила я, чтобы нарушить повисшую тишину, и мой голос прозвучал неуверенно и глухо. Протянула папку, стараясь не выдать дрожи в пальцах. Он взял её, не отводя взгляда, и угол его губ чуть заметно дрогнул — то ли от одобрения, то ли от скрытой усмешки. Его пальцы, крепкие и длинные, лишь на мгновение коснулись моих, но этого хватило, чтобы по телу пробежала волна обжигающего холода.

Он небрежно бросил папку на стол, даже не взглянув на неё, словно она была лишь предлогом, формальностью, которую нужно было соблюсти. Всё его внимание было сосредоточено на мне.

— Я знаю, что передал твой отец, Алисия, — его голос обволакивал, заставляя сердце биться чаще. Он произнёс моё имя так, словно пробовал его на вкус, и от этого простого звука по спине пробежали мурашки. — Присаживайся.

Это был не вопрос и не просьба. Это был приказ, облечённый в вежливую форму. Я хотела послушно опуститься в одно из кресел с львиными лапами, чувствуя себя маленькой и уязвимой под его пронзительным взглядом, но в последлний момент передумала. Его это не смутило, но он заметил моё колебание и неуверенность, подошел ближе и теперь между нами был лишь небольшой столик. Его поза была расслабленной, но в ней чувствовалась скрытая энергия хищника, готового к прыжку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.