Сулари Джентилл Таинственный писатель

Тео на миг стало любопытно, связывало ли Веронику и Дэна Мердока что-то кроме профессиональных отношений. Она ощутила укол ревности или вины. Если их что-то связывало, Тео была «другой женщиной». Эти размышления переплелись с чувством утраты.

– Дэн был первым автором, к которому меня приставили в агентстве. – Вероника словно услышала ее незаданный вопрос. – Мы стали близкими друзьями. Приезжая в Нью-Йорк, он всегда останавливался у нас с Лукасом. Лукас – мой муж.

Тео постаралась незаметно вздохнуть с облегчением.

Принесли еду, и некоторое время они говорили о том, что у них на тарелках. Потом Вероника спросила, как они с Дэном познакомились. Тео вспомнила, что выронила книгу и у них завязался разговор.

Вероника рассмеялась.

– Это очень похоже на Дэна. Он всегда был джентльменом. Не все писатели настолько любезны. – В подтверждение своих слов она рассказала о писателе, который настаивал, чтобы она лично возила его на встречи с издателями и по пути покупала ему кофе. Его имени она не назвала. – Естественно, он пьет обжигающе горячий некрепкий карамельный макиато без кофеина на соевом молоке, – добавила она и закатила глаза. – Франкенштейн в мире кофе, и мне приходится искать это зелье в нью-йоркских пробках!

Тео рассмеялась. Они еще немного повспоминали Дэна.

– Простите за любопытство, – наконец сказала Вероника, – но вы с Дэном были не просто друзьями, верно?

Тео покраснела.

– Да.

Вероника восторженно улыбнулась.

– Рада за него. Вам сейчас тяжело, понимаю, но он хотя бы познал это счастье. – Она вздохнула. – Учитывая случившееся, я даже рада, что он решил нарушить контракт.

– Нарушить контракт?

– Пункт о личной жизни. Он есть во всех договорах с агентством Дэя Делоса. Прежде чем клиент решит завести отношения, он должен представить соответствующую кандидатуру на одобрение агентству.

– Что? – Тео даже не пыталась скрыть потрясение.

– Звучит как драконова мера, но это включено в наши услуги.

– Включено в услуги? Кажется, я не понимаю.

– Агентство Дэя Делоса предоставляет весь спектр услуг. Мы занимаемся не только книгами: мы целиком берем под свое управление карьеры наших клиентов, а карьеру способен разрушить один неверный выбор. Когда клиент хочет вступить в отношения, он отправляет в агентство описание кандидата или кандидатки. Агентство проводит проверки… смотрит судимости, соцсети. Все, что в открытом доступе.

Тео не знала, что и сказать.

– Репутация и карьера авторов – главный актив агентства Дэя Делоса. Само собой, мы стремимся их защитить, и все без исключения авторы нам за это благодарны. Со временем вы поймете, что для агентства высшего эшелона это стандартная практика.

– Неужели, – ответила Тео. – А мне кажется, это как-то слишком. Писатели тоже имеют право на личную жизнь.

Вероника пожала плечами.

– Когда-то имели, а теперь уже нет. В наше время репутация человека искусства должна быть безукоризненной. Этого хочет публика. Любое этическое нарушение уничтожит не только самого писателя, но и всех, кто причастен к его работе. Задумайтесь, Тео, сколько карьер рассыпалось в пыль из-за обвинений в сексуальных домогательствах.

Тео вспомнила «Эпидемию»: роман, ставший поводом для их с Дэном знакомства.

– Например, карьера Джека Чейза?

Вероника заерзала, но ответила прямо.

– Да, именно. Его издателя чуть к стенке не приставили, когда все вскрылось. Других авторов этого издательства подвергли бойкоту. Последствия были катастрофические. Публикуя книги наших авторов, издатели могут быть уверены, что не вскроется никаких неприглядных подробностей, что может отразиться на продажах.

– Но Дэн же не рассказывал вам обо мне?

– Не напрямую. – Вероника улыбнулась. – Впрочем, мы бы не стали возражать… разве что разница в возрасте не всем бы понравилась, но эта проблема легко решается с помощью пиара. Тео, поймите, это всего лишь мера предосторожности. Что-то вроде брачного договора. В целом нас не заботит, чем занимаются взрослые люди.

Тео выдохнула.

– Просто не верится, что такой пункт вообще есть.

– Последняя книга Дэна продана тиражом миллион экземпляров по всему миру. – Вероника набрала салат на вилку. – И это не считая прав на экранизацию в кино и телевидении, аудиокниг, мерча и прав на перевод. Если бы вы оказались несовершеннолетней или как-то были связаны с преступной деятельностью, да что там, даже если бы вы просто были замужем, личный бренд Дэна мог быть скомпрометирован. И тогда не только он пострадал бы финансово.

Тео сглотнула и попыталась переварить услышанное. В устах Вероники все звучало очень логично, но ей все же было не по себе.

– Ну что, уже не хотите с нами связываться? – рассмеялась Вероника.

– Нет… все не так, – испуганно выпалила Тео. Хотя со стороны, наверное, действительно так казалось. – Я просто удивилась.

– Поначалу все удивляются, а поработав в индустрии некоторое время, уже не удивляются. – Вероника подозвала официанта. – Закажем самый роскошный и вредный десерт? После прошлой недели мы обе это заслужили.

Тео кивнула, обрадовавшись, что Вероника не обиделась. Они заказали шоколадный торт с вишневым мороженым, фисташковый кекс с клубничным муссом и кофе. Их общение стало не таким официальным. Вероника расспросила ее об Австралии, и Тео рассказала о кочевом детстве на Тасмании. Ее отец выступал в деревенских пабах и на малоизвестных музыкальных фестивалях, а они повсюду следовали за ним. У нее накопилось немало историй, от которых в подростковом возрасте она готова была сквозь землю провалиться, но сейчас они казались смешными.

– Как здорово, – вздохнула Вероника, – по мне, так идеальное детство.

Тео запнулась – слова Вероники всколыхнули отголосок запрятанных воспоминаний.

Примечания