Sugarlitics Альфа под маской

Глава 1. Это он

Точка зрения Авроры

ШЕСТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Резкий сигнал будильника вырвал меня из сна.

Со стоном я вслепую потянулась за телефоном, щурясь от вспыхнувшего экрана.

18:00

– Какого хрена? – ахнула я, резко садясь в кровати.

Я ставила будильник на пять вечера. Как, чёрт возьми, я проспала целый час?

Меня накрыла паника. Я выпрыгнула из кровати, почти не замечая холодный пол под ногами, и пулей бросилась в душ. Десять суматошных минут спустя я натянула рваные джинсы и обтягивающий кроп-топ, схватила сумку и вылетела из квартиры.

Только по счастливой случайности внизу уже ждало такси.

– В Клуб Нуар, – запыхавшись, сказала я.

Меньше чем через десять минут я была на месте.

Я вбежала внутрь и направилась прямиком к барной стойке, где Клара протирала стаканы. Увидев меня, она тут же вскинула бровь.

Я вздохнула, не давая ей и слова сказать. – Знаю. Я опоздала. Будильник подвёл.

Её взгляд метнулся к настенным часам, а затем обратно ко мне. – Ты прям впритык.

– Знаю, – пробормотала я, уже пробегая глазами по доске объявлений. Моё сердце подпрыгнуло, когда я нашла своё имя.

Танцпол. Не работа в баре.

Я невольно улыбнулась, и Клара тут же это заметила.

– О? – поддразнила она. – Кто-то у нас в восторге.

Я кивнула, хотя на самом деле всё было сложно.

Дело было не в том, что мне нравилось танцевать полуголой перед мужчинами, которые смотрели на меня как на вещь. Эту часть я ненавидела.

Но танцы означали деньги.

А сейчас деньги были для меня всем.

Я уловила знакомый запах – мятный, дорогой, удушающий.

Я напряглась. Я уже знала, что это Дом Майк.

Нахмурившись, я повернулась к нему, даже не пытаясь скрыть своё отвращение.

Дом Майк ухмыльнулся, медленно окидывая меня похотливым, голодным взглядом.

– Боже, – тихо простонал он. – Я уже представляю, как нагибаю и трахаю тебя.

Я нахмурилась ещё сильнее. – Этому никогда не бывать, Дом Майк, – бросила я, повторяя те же слова, что говорила ему последние полгода.

Его лицо помрачнело, на нём промелькнуло раздражение. Не говоря ни слова, он развернулся и ушёл.

– Аврора, – тихо пробормотала Клара. – Тебе нужны деньги.

Я дрожаще выдохнула. – Знаю.

Они были нужны мне на больничные счета брата. На аппараты, поддерживающие в нём жизнь. На операцию, которую врачи постоянно откладывали, потому что мы не могли её себе позволить.

Но продавать своё тело этим мужчинам я не собиралась – никогда.

– Ты же знаешь, что чаевые всё не покроют, – мягко добавила Клара.

– Я не могу сделать то, что он хочет, – прошептала я. – И не сделаю.

Она вздохнула, её взгляд был полон жалости. – Я не говорю спать с ним. Просто… один приватный танец. Он много тратит, Аврора. Один танец мог бы покрыть значительную часть счетов твоего брата.

У меня сдавило горло при упоминании брата, который последние шесть лет находился в коме.

– Я что-нибудь придумаю, – сказала я, хотя в моём голосе не было уверенности. В этот момент мой взгляд упал на настенные часы: танцовщицам пора было готовиться.

– Выход на сцену через десять минут, – сказала Клара, сжимая мою руку. – Будь осторожна.

Я кивнула и направилась в гримёрку. Сердце колотилось, пока я переодевалась в свой костюм – тонкая ткань сверкала в свете ламп. Я смотрела на своё отражение в зеркале, и на глаза стали наворачиваться слёзы. У меня были большие мечты. Шесть лет назад у меня были большие мечты, но все они разбились вдребезги всего за одно утро.

Как только я вышла на сцену, раздались одобрительные крики и аплодисменты. Я двигалась чувственно, моё тело превратилось в соблазнительный силуэт в свете прожектора. Я встретилась взглядом с несколькими мужчинами в первом ряду, их похотливые взоры подпитывали моё выступление. Несмотря на первоначальное волнение, я почувствовала прилив уверенности. Это был мой звёздный час, мой шанс заработать деньги, в которых я отчаянно нуждалась.

Продолжая танцевать, я невольно выискивала в толпе знакомые лица. Клуб часто посещали высокопоставленные бизнесмены и знаменитости, скрывавшие свою личность за масками. Когда я исполняла свои фирменные движения, мой взгляд встретился с глазами одного Дома в маске. Он выглядел иначе, незнакомо. Хотя я не видела лиц Домов, я обычно узнавала наших завсегдатаев по цвету и форме глаз, но этого Дома, я была уверена, я раньше не встречала. Его лицо было полностью скрыто маской, виднелись лишь губы и пронзительные зелёные глаза.

Он сидел в ВИП-кабинке, его взгляд был прикован ко мне с такой силой, что по спине пробежали мурашки. Нервно сглотнув, я заставила себя сосредоточиться на танце, на движениях, которые принесут больше всего чаевых. Когда песня подходила к концу, я эффектно завершила выступление, выгнув спину и откинув голову назад под взрыв аплодисментов. На сцену посыпался дождь из долларовых купюр, и я не смогла сдержать улыбку. Выступление удалось.

Деньги со сцены обычно делились на шесть частей: по одной части каждой из четырёх стриптизёрш, а остальные – клубу. Как стриптизёрши, мы должны были сами зарабатывать себе личные деньги, исполняя приватные танцы на коленях.

Сойдя со сцены, я подошла к знакомому Дому в маске, который ухмыльнулся мне и жестом попросил станцевать для него.

Я медленно подошла к нему, повернулась спиной и опустилась так, чтобы моя задница оказалась прямо перед его лицом. – Идеальная задница, – простонал он и попытался дотронуться до меня, но я отодвинулась. Он нахмурился, достал из кармана наличные и протянул мне.

– Вот это другой разговор, сэр, – ухмыльнулась я и снова опустила задницу к его лицу, на этот раз позволяя ему шлёпнуть по ней. – Какая мягкая! – простонал он и продолжил шлёпать меня, пока я тверкала для него. Мои движения были изящными и соблазнительными, и я слышала, как он стонет, разминая мои ягодицы.

– Станцуй мне приват, детка, – хрипло потребовал он. Я проглотила эмоции и повернулась к нему. Я уселась ему на колени, расставив ноги по обе стороны от его бёдер, и, сохраняя почтительную дистанцию, создавала иллюзию близости. Когда я начала медленно, по кругу двигать бёдрами, его руки заскользили по моей спине. Это была часть работы – заставлять их хотеть большего, но никогда не позволять получить слишком много.

Шум толпы отошёл на задний план, пока я была сосредоточена на мужчине передо мной. Он явно наслаждался, его хватка время от времени усиливалась, но он соблюдал правила клуба. Я заметила, что, пока я двигалась на нём, его член твердел, но проигнорировала это. Я уже привыкла, что Домы возбуждаются, когда я танцую для них приват. Он попытался дотронуться до моей груди, но я отодвинулась, и он нахмурился.

– Сколько стоит тебя трахнуть? – прохрипел он, его пальцы слишком сильно впились в моё бедро.

– Я не трахаюсь с клиентами, – ровным тоном ответила я.

– Назови свою цену.

– В плане секса я бесценна, – ответила я.

Дом нахмурился, но я проигнорировала его хмурый вид и продолжила приватный танец.

Я заметила, что тот странный Дом в маске с пронзительными зелёными глазами наблюдает за мной из своей ВИП-кабинки. Его взгляд не отрывался ни на секунду, а от его напряжённости у меня по коже побежали мурашки – смесь страха и любопытства. Кто он? И почему его взгляд так на меня действует?

Когда песня закончилась, я грациозно встала и забрала деньги, которые протянул мне мужчина. – Спасибо, сэр, – сказала я, выдавив из себя вежливую улыбку. Когда я попыталась уйти, то заметила, что зеленоглазый мужчина жестом подзывает меня к себе.

– Я? – нервно спросила я и увидела, что он кивнул. Чёрт! Почему я так нервничаю? Глубоко вздохнув, я соблазнительно пошла к нему, игнорируя крики других Домов. Подойдя к нему, я изобразила дружелюбную улыбку, но выражение его лица было суровым и непреклонным.

Пристальный взгляд Дома в маске не дрогнул. Он развалился в плюшевом кресле с видом властного человека, излучая уверенность и силу. Я чувствовала, как его глаза следят за каждой частью моего тела.

– Хотите танец, сэр? – спросила я ровным, но вежливым голосом. Он кивнул, и на его губах заиграла лёгкая ухмылка. – Да. Станцуй для меня, – сказал он глубоким, властным голосом, и я, к своему удивлению, подчинилась ему.

Я сделала глубокий вдох и начала двигаться, покачивая бёдрами в такт музыке. Моё тело двигалось инстинктивно, каждое движение было рассчитано на то, чтобы соблазнить и заворожить его. Его глаза следили за каждым моим движением, и я чувствовала, как его напряжённый взгляд прожигает меня насквозь. Словно он видел меня насквозь, видел все мои уязвимости и страхи.

Танцуя, я не могла отделаться от ощущения, что этот Дом в маске был другим. Было в нём что-то, что отличало его от других посетителей. Его присутствие было властным, почти магнетическим, и я почувствовала, что меня к нему тянет.

– Подойди ближе, – велел он, его голос был мягким, но твёрдым. Я шагнула к нему, моё тело коснулось его колен. Он протянул руки, осторожно положив их мне на бёдра и направляя мои движения. Его прикосновение было твёрдым, но не навязчивым, властным, но не подавляющим. От этого по моей спине пробежала дрожь – смесь страха и возбуждения.

– Как тебя зовут? – спросил он, не отрывая от меня глаз. – Аврора, – ответила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

– Аврора, – повторил он, словно пробуя имя на вкус. – Красивое имя для красивой женщины.

– Спасибо, сэр, – сказала я, выдавив улыбку.

Он откинулся на спинку кресла, по-прежнему не сводя с меня глаз. – Танцуй для меня.

Я кивнула и повернулась к нему спиной.

Повернувшись, я почувствовала на себе тяжесть его пронзительного взгляда. Его напряжённые глаза следили за каждым моим движением, заставляя меня чувствовать себя одновременно беззащитной и сильной. Я начала тверкать, мои движения были медленными и соблазнительными. – Хорошая девочка, – пробормотал он низким, одобрительным голосом. Его руки легко легли мне на бёдра не для того, чтобы контролировать, а чтобы чувствовать ритм моего танца. Он погладил мою задницу, и вместо того, чтобы почувствовать отвращение, как это обычно бывало, когда меня касались другие Домы, я подалась навстречу его прикосновению, желая большего. Чёрт! Да что со мной не так?

– Повернись, – мягко приказал он.

Я послушалась и снова повернулась к нему лицом. Мгновение он изучал меня, его взгляд, казалось, пронзал насквозь мою маску.

– Сядь на меня.

Проглотив тревогу, я оседлала его, уперевшись коленями по обе стороны от его бёдер и чувствуя твёрдые мышцы под тканью его брюк. Он не сводил с меня глаз, и я оказалась в плену его напряжённого взгляда.

Его руки снова легли мне на бёдра, направляя мои движения, пока я медленно, чувственно тёрлась о него. Я ощущала жар, исходящий от его тела, а от твёрдой хватки его рук по спине пробегали мурашки. Словно он обладал магнетическим притяжением, которому я не могла сопротивляться.

– Тебе это нравится, Аврора? – спросил он, его тихий шёпот заставил меня трепетать.

– Да, сэр, – ответила я едва слышным шёпотом. Это не было полной ложью. В этом Доме в маске было что-то иное, что-то, из-за чего этот танец казался не столько работой, сколько сокровенной связью.

Он наклонился ближе, его тёплое дыхание коснулось моего уха. – Хорошо. Потому что я хочу тебя трахнуть.

Моё тело мгновенно отреагировало, предав меня. Я слышала эти слова от бесчисленного множества мужчин, но почему из его уст они звучали так по-другому? Почему всё моё тело дёрнулось в предвкушении в тот момент, когда он их произнёс?

– Назови мне свою цену, – тихо добавил он. – Считай, что уже заплачено.

Я онемела, потеряв дар речи. Наши взгляды встретились, и на мгновение я не смогла отвести глаз. Я была опьянена его взглядом – а он, казалось, был так же не в силах оторваться от меня.

Бип-бип. Сигнал его мобильного телефона заставил нас разорвать зрительный контакт.

Он медленно выдохнул и потянулся за ним, поднося к уху. И тут кое-что привлекло моё внимание – что-то, от чего у меня перехватило дыхание. Прямо на его левом запястье была та самая безошибочно узнаваемая татуировка скорпиона, та самая татуировка, что отпечаталась в моей памяти, та самая татуировка, что была на запястье человека в маске, который руководил убийством моей семьи!

Глава 2. Ошибки быть не может

Точка зрения Авроры

Татуировка.

Та самая татуировка.

Та самая, которую я видела на запястье человека, убившего мою семью.

Нет… нет… этого не может быть.

Не раздумывая, я отскочила от него и выбежала из комнаты. Ноги сами понесли меня к раздевалке, прежде чем мой разум успел что-либо сообразить. Я захлопнула дверь, сползла по ней на пол и крепко обняла себя.

Моё сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Образ татуировки скорпиона снова и снова вспыхивал в моей голове. Та самая татуировка, что преследовала меня в кошмарах годами. Та самая, которую я заставила себя запомнить, чтобы никогда не забыть ни единой черты.

– Это он… – прошептала я, и по щекам покатились свежие слёзы. – Убийца моих родителей… это он.

Я задыхалась от рыданий, грудь сжало, пока я осознавала правду. Всю свою жизнь я искала его. Я впечатала этот образ в свою память – каждый изгиб, каждый острый край. Это был нераспространённый рисунок. В нём был особый, уникальный символ. Единственный в своём роде.

– Я не могу ошибаться, – тихо всхлипнула я. – Это действительно он.

Воспоминания о том дне обрушились на меня – выстрелы, крики, металлический запах крови. Всё. Меня охватила паника. Я должна уйти. Я должна пойти домой.

Что, если он узнал меня? Что, если он понял, что я – выжившая дочь семьи, которую он уничтожил? Что, если он решит закончить начатое?

Дрожа, я поднялась на ноги, быстро переоделась из костюма и выбежала из гримёрки.

Я встретила Клару у барной стойки два.

– Я иду домой, – выпалила я, лихорадочно оглядывая зал. – Возникло срочное дело.

Моё сердце бешено колотилось, пока я осматривала клуб, в ужасе от того, что Дом в маске может внезапно появиться у меня за спиной.

Клара нахмурилась, на её лице отразилось беспокойство. – Аврора, что случилось? Ты выглядишь так, будто увидела призрака.

Я увидела нечто большее, чем призрака, Клара. Я увидела человека, который убил мою семью.

Но я не могла сказать это вслух. Клара знала, что моя семья была убита, но я не была готова сказать ей, что, возможно, только что столкнулась лицом к лицу с чудовищем, которое за этим стояло.

– Это твой брат? – мягко спросила она. – Из больницы звонили?

Она говорила о Джеймсе – моём старшем брате. Единственном, кто выжил в ту ночь, кроме меня.

– Да, – быстро солгала я. Это было единственное оправдание, которое я смогла придумать. – Мне нужно идти. Пожалуйста, объясни всё менеджеру, – сказала я, не дожидаясь её ответа.

Я развернулась и выбежала из клуба через чёрный ход. Снаружи было припарковано такси; я махнула ему рукой и запрыгнула внутрь. Но даже когда машина ехала к моей квартире, я не могла успокоиться. Я постоянно оглядывалась через плечо, а мои мысли уносились во мрак.

Что, если он последовал за мной? Что, если он уже знает, кто я? Что, если он видел меня в клубе и узнал.

– Чёрт! – выругалась я в панике. Таксист взглянул на меня в зеркало заднего вида, и я быстро отвернулась, зажмурившись и заставив себя сделать глубокий вдох.

Когда мы подъехали к моему дому, я заплатила таксисту и бросилась к двери. Мои пальцы дрожали так сильно, что я едва смогла набрать код безопасности. Дверь открылась, и я вбежала внутрь, словно за мной гнались. Я немедленно заперла дверь. Рухнув на свою маленькую кровать, я уставилась в белый потолок, а сердце всё ещё колотилось о рёбра.

Я почти не спала. Мысли не переставали метаться в голове. Может, мне уехать из страны? Но как же мой брат? Его здоровье? Его лечение? Я знала, что не могу… Я не могу просто сбежать.

Должно быть, в какой-то момент я задремала, потому что меня внезапно разбудил звонок телефона. Я с ужасом поняла, что уже утро. Я взяла телефон и проверила сообщение, и у меня всё внутри похолодело.

Аврора, если твоя задница не окажется здесь через двадцать минут, считай себя уволенной.

Это было сообщение от моего менеджера.

– Блядь!

У меня была утренняя смена.

Я заставила себя встать. Ноги казались свинцовыми, но страх постепенно сменялся холодным, острым отчаянием. Я не для того скорбела шесть лет, чтобы позволить ему отнять единственное, что у меня осталось. Я умыла лицо ледяной водой, пытаясь скрыть тёмные круги под глазами плотным слоем косметики. Мне нужно было стать невидимкой. Просто ещё одним лицом за барной стойкой. Я не надену вчерашний костюм; я буду в своей обычной униформе для утренней смены. Может быть – просто может быть – он не узнает меня при дневном свете.

Я добралась до клуба за две минуты до конца срока, запыхавшаяся и вспотевшая. У входа стоял Маркус, хмуро постукивая по часам.

– Тебе повезло, что мне нравится твоё отношение к работе, Аврора, – проворчал он, махнув мне в сторону бара. – Иди на стойку 2. У гостей из частных залов будет суматошное утро.

Моё сердце замерло. Частные залы. Именно там богачи оставались после ночной вечеринки. Именно там он и будет.

Подойдя к бару и начав расставлять бокалы, я держала голову опущенной, чтобы волосы, падая вперёд, скрывали моё лицо. Каждый раз, когда открывались тяжёлые двери, я вздрагивала.

– Аврора! Два эспрессо в VIP-кабинку, – прошептала Клара, подвигая ко мне поднос. Она внимательно на меня посмотрела. – Ты в порядке? Ты бледная как полотно.

– Я в порядке, – солгала я, и мой голос дрогнул.

Я взяла поднос и повернулась к кабинкам. Мой взгляд инстинктивно скользил по запястьям каждого мужчины, мимо которого я проходила. И затем я увидела его. Он сидел в углу, всё ещё в маске, одетый в дорогой костюм угольного цвета. Он разговаривал с группой мужчин и выглядел совершенно цивилизованно – будто не провёл всю жизнь, разрушая семьи.

Его рука лежала на столе. И вот она. Татуировка скорпиона, отчётливо видная в утреннем свете.

Словно притянутый магнитной силой, его взгляд метнулся ко мне. В тот момент, когда его глаза остановились на мне, у меня перехватило дыхание.

– Ты… – он сделал паузу. – Подойди сюда.

Глава 3. Разные

От лица Оливера

Это была она.

Это действительно была она.

Даже без маски и костюма я узнал её мгновенно. Некоторые женщины, стоит им отойти, тут же сливаются с толпой, но только не она. Она выделялась, словно в её жилах текло нечто редкое. Я встречал женщин. Бесчисленное множество женщин. Власть делает своё дело. Деньги, влияние и контроль – они открывают все двери. Я трахал самых разных женщин, женщин, похожих на богинь. Но эта? Она была другой.

В тот миг, когда она подошла ко мне, воздух изменился. Она остановилась передо мной, и я не спеша принялся её изучать. Она была красива – естественной красотой. Её рыжие волосы не были окрашены, я это видел. В них была глубина, огонь. Её синие, как море, глаза были проницательными и выразительными. У неё был немного заострённый нос, а полные губы искушали так, что пробуждали во мне нечто тёмное.

Но когда наши взгляды встретились, я заметил нечто неожиданное.

Ненависть.

Столько ненависти. Она не была завуалированной. Она не была скрытой. Она смотрела на меня так, будто я был чем-то, что она презирала. Я не понимал. Зачем кому-то смотреть на другого человека с такой ненавистью? Это сбивало с толку.

– Вам что-нибудь нужно, сэр? – спросила она.

Голос её был спокоен, но глаза – нет. Её взгляд метнулся к моему запястью и тут же отвлёкся. Я заметил это, но не придал значения; людям часто нравились мои татуировки.

Я слегка откинулся назад, положив руку на диван. – Вы сбежали вчера вечером, – спокойно сказал я. – Пока я отвечал на звонок.

На полсекунды у неё перехватило дыхание.

– У-у меня было срочное дело, – быстро ответила она. – Мне нужно было уйти.

Отговорка. И довольно слабая. Я изучал её лицо, словно взвешивая варианты. – Срочное дело? – повторил я. – Вы ушли в спешке.

– Да, – сказала она. – Мне нужно домой. – Она сделала небольшой шаг назад, уже готовая уйти.

Интересно. Я лениво указал на кресло напротив. – Сядьте.

Её глаза расширились. Она не двинулась с места.

– Я правда не могу, – сказала она. – Если вам ничего не нужно, я должна…

– Я не говорил, что мне ничего не нужно, – прервал я.

Она замерла. Медленно она спросила: – Тогда… чего вы хотите?

Вот оно. Я одним взглядом отпустил своих деловых партнёров, дожидаясь, пока мы останемся одни. Музыка из клуба теперь казалась далёкой, приглушённой. Я смотрел на неё открыто, без стыда и колебаний.

– Я хочу вас на ночь, – сказал я. – Назовите свою цену.

Её лицо побледнело. – Это не… – она с трудом сглотнула. – Здесь всё не так работает. – Она нахмурилась ещё сильнее, и ненависть ко мне в её глазах возросла. – Я не трахаюсь с клиентами, сэр.

– У всех есть цена. Сколько? – прямо спросил я.

Она напряглась, словно я её ударил. – Сколько за ночь? – спросил я снова.

Меня не волновала романтика или «узнавание друг друга». Я был человеком сделок. Я вижу то, что хочу, спрашиваю цену, мы трахаемся, и я иду дальше. Никаких привязанностей, никаких грязных эмоций.

Она свирепо посмотрела на меня. – Я не сабмиссив, сэр. Я здесь только работаю, вот и всё. Если больше ничего, то я прошу разрешения уйти.

Она не стала дожидаться ответа; она встала, развернулась и ушла, оставив меня безмолвным. Впервые за двадцать семь лет женщина мне отказала.

Я хмыкнул и сделал глоток. Кажется, она набивала себе цену. Я понял; в эту игру могут играть двое.

– Альфа Король. – Альфа Стивен, сидевший в нескольких креслах от меня, шагнул вперёд и поклонился.

Я проигнорировал его, продолжая потягивать напиток и не сводя глаз с рыжеволосой девушки, которая только что отказала мне, а теперь подавала напитки другому клиенту.

– Её зовут Аврора, – сказал он, понизив голос. – И она не спит с клиентами.

Я слегка приподнял бровь, но ничего не сказал.

– Ей предлагали баснословные деньги, – продолжил Стивен. – Она всем отказала. Влиятельным мужчинам. Властным мужчинам.

Наконец, я взглянул на него. – У неё есть причина?

Стивен помедлил, а затем пожал плечами. – Я думаю, у неё есть парень, которому она верна. Счастливчик.

Я снова посмотрел на неё. Она подавала напитки, внешне спокойная, но я всё ещё видел напряжение в её плечах. – Деньги не сработали, – осторожно продолжил Стивен. – Но я верю, что вы можете её заполучить.

Это привлекло всё моё внимание.

– Вы – Альфа Король, – уверенно сказал он. – Как только она узнает, кто вы… как только поймёт, что вы собой представляете… она передумает.

Я медленно улыбнулся. Он был прав. Женщины падают на колени, желая согреть мою постель, как только узнают, кто я и что могу им предложить. Как только эта рыжеволосая девушка узнает, кто я, она будет умолять меня трахнуть её.

Я повернулся к Стивену. – Найди мне сабмиссива. Отведи её в номер 205.

Стивен кивнул и поспешил прочь.

Сидя на своём месте, я продолжал смотреть на Аврору, вежливо подающую напитки другим мужчинам. Я видел, как их голодные взгляды блуждали по её телу, и, как ни странно, это пробуждало во мне жуткого собственника. Я не из ревнивых, когда дело касается женщин, но эта леди – эта рыжеволосая девушка – почему я кипел от злости при виде того, как другие мужчины похотливо на неё пялятся? Особенно когда она наклонялась; большинство из них были настолько бесстыдными, что наклонялись вперёд, чтобы заглянуть ей под юбку. И эта её форма – почему она такая, чёрт возьми, короткая? Чёрная юбка была едва ли не на бёдрах, и на ней даже не было чулок, чтобы прикрыть ноги. Всё было на виду.

– Чёрт… возьми себя в руки, – прорычал я и осушил свой стакан виски.

Не в силах выносить вид того, как другие мужчины похотливо на неё пялятся, я поднялся на ноги и направился в свой личный кабинет. Мне нужно было отвлечься, потому что я сходил с ума.

Когда я вошёл в комнату, блондинка уже была на месте: колени прижаты к полу, глаза опущены в знак покорности. Обычно этого зрелища было достаточно, чтобы успокоить бушующую во мне кровь, но сегодня оно нисколько не умерило огонь, зажжённый Авророй. Наоборот, это лишь подпитывало мою одержимость. Глядя на девушку на полу, моё сознание предательски подменило её образ на образ Авроры, представляя, как эти синие, как море, глаза – обычно полные ненависти – смотрят на меня с такой покорностью.