Spes est Semper Тени города N

Темнота обвила предплечье, заставляя остаться на месте. Попытка отойти от кассы вызвала режущую боль, словно в месте перехвата руку распилит пополам от неосторожного движения. Кисть онемела, бледнея на глазах – тварь перекрыла кровоток и не планировала ослаблять хватку.

– Мисс, вы можете идти. Не задерживайте очередь, – поторопил ее кассир, но Софи практически не слышала ни слов, ни недовольных вздохов толпы за спиной. В ушах стоял дьявольский смех, и он раздирал не хуже причиняемой призраком боли.

– Д-да, извините, – она не была уверена, что сказала это достаточно громко и что на самом деле сможет выполнить просьбу отойти. Время шло и возмущение людей, желающих купить билеты, росло. Тень перегнулась, выползая из окошка и притягивая к себе сильнее. Взрезалась и во вторую руку, обвила туловище. Вот как в таких ситуациях убеждать себя, что опасность нереальна?!

“Нереально. Не. Реально.” – София повторяла это мысленно, как мантру, жмурилась, концентрируясь на отдельном голосе какой-то яро разозлившейся женщины позади, и заверяла саму себя, что не случиться ничего страшного, если она сдвинется с места. На очередном выдохе она рывком отскочила от кассы, чуть не падая на чьи-то сумки. И заорала, привлекая внимание всего вокзала.

Больно-больно-больно! Нечто, вцепившееся мертвой хваткой, разорвало ей мышцы и поломало кости. София ощущала, что не чувствует ни предплечья, ни кисти. Смех тени оборвался на высокой ноте, как оборвались и нервы, пролегающие между локтем и запястьем. Девушка была готова потерять сознание и не понимала, каким образом до сих пор ощущает окружающий мир. Она никогда в жизни не испытывала такой агонии.

– Мисс, что с вами?! Придите в себя!

Крик прекратился, когда связки перестали справляться с громкостью голоса. Горло засаднило, сорванный хрип утих сам собой. Кто-то схватил Софию за ладони, сжимая тонкие пальцы в сильных кулаках. Почему она это ощущает? Ей же оторвало руки. Она точно знает. Она не способна сомневаться в этом.

Остатки моральных сил София потратила, чтобы открыть глаза. Она осмотрела себя, выбежавшего к ней кассира, склонившихся перепуганных мужчин и женщин, довольных темных тварей, наблюдающих из-за спин, и не заметила, как не сдержала слез. Плач не принес облегчения, хотя казалось, что ей теперь в принципе ничего не сможет принести покоя. На совершенно целых руках не было ни царапинки. Видения в очередной раз обманули ее восприятие мира, и София ничего не смогла с этим поделать.

– Вы в порядке, мисс? – Продолжал настаивать кассир, не разжимая кулаков. Софи уже ненавидела этот нелепый вопрос. Сколько можно спрашивать ее про порядок в ситуациях, когда все очевидно катиться к чертям?! Пришлось повторно смежить веки, дабы не нагрубить постороннему человеку.

– В полном, – заученно ответила изобретательница и с неудовольствием отметила, что сегодня в полный голос ей точно больше не говорить, – не беспокойтесь. Мне нужно идти, опаздываю на поезд.

Это ложь, до отправления еще добрых двадцать минут и кому, как не билетеру, это знать, но оправдания получше для поспешного побега она бы не придумала. Как могла аккуратно освободила руки из чужой хватки, дергано встала, отряхивая рубашку, и, схватив чемодан, поспешила на платформу, не оглядываясь на напуганную ее поведением толпу. Уехать и забыть. Как можно скорее.

∞∞∞

Основное производство изделий из бесова графита находилось за чертой города, поближе к шахтам, однако административное здание располагалось в центре, отдельно от цехов. Большой двухэтажных особняк, напоминающий по виду скорее дорогую гостиницу, чем управленческий аппарат, затесался между жилыми домами в квартале от главной площади. Украшенный лепниной фасад, качественные деревянные рамы, обрамляющие цветные витражи на верхнем этаже, мелькавший в окнах юноша во фраке, при внимательном осмотре оказавшийся куклой, протирающий стекла изнутри. Николасу казалось, что локальное сувенирное предприятие будет иметь средний доход, если не ниже среднего. Но судя по тому, сколько владелец компании готов тратить на красивый антураж, в своих суждениях он приуменьшил возможную прибыль.

Внутрь детектива пустили без проблем, а вот у стойки прямо около входа пришлось задержаться. Строгая женщина с некой претензией осмотрела Ника с ног до головы, три раза переспросила его имя, должность и цель визита, столько же раз переписала это в разные книги и только после всех бюрократических процедур притормозила кукольного парня, сунув тому в руки документ и отправив вглубь коридора, чтоб передал начальству информацию о прибытии незваного гостя. Пока ждали ответа, Николас попытался завязать ни к чему не обязывающий разговор – вдруг удалось бы составить первое впечатление о ситуации в компании уже сейчас? – но вся его общительность разбилась об угрюмость и непрошибаемую молчаливость строгой дамы. Сотрудников сюда набирают явно не по критерию коммуникабельности.

– Можете проходить, мистер Картрайт ожидает вас, – самое дружелюбное, на что она сподобилась, когда человекоподобный механизм вернулся с хорошими для Ника новостями, – прямо по коридору до конца, последняя дверь справа.

Мистер Анджей Картрайт, значит. То, что на встречу согласился сам владелец, не перепоручив приставучего детектива кому-то из своих помощников, несколько приободрило Николаса.

– Заходите, – отреагировал веселый мужской голос по ту сторону двери, когда Ник дошел, куда послали, и вежливо постучался, – мистер Квинси, верно?

Местный глава сувенирной промышленности был ходячей рекламой своей продукции. Импозантный мужчина средних лет в цветастом пиджаке, расшитом пуговицами из бесова графита, с перстями на каждом пальце с тем же камнем. На столе позади – расписной стакан, набитый резными карандашами, рядом – валяющиеся в беспорядке не ограненные кристаллы. Мистер Картрайт по-деловому пожал вошедшему руку, тряхнув ее чуть сильнее, чем требует этикет и пригласил присесть на установленный у дальней стены диван.

– Добрый день, – Николаса немного оглушила эта суета, и голос прозвучал непредвиденно рассеяно, – я бы хотел…

– Задать пару вопросов? – Перебил Картрайт, усаживаясь в кресло напротив. – Вы, детективы, вечно говорите одними и теми же словами.

– Часто с нами сталкиваетесь? – Предположил Ник, пока смиренно поддерживая неважную тему.

– Я много лет занимаюсь бизнесом, – мужчина пожал плечами, – чего только не происходило в этих стенах. Но конкретно вам я вряд ли смогу помочь. Мне доложили, что вы интересуетесь тенями. Не наш профиль. Большинство моих работников, конечно, пострадали от этого недуга, но на данный момент я знаю не больше, чем вы.

Открестился так поспешно. И странно. Неужто пригласил Николаса к себе в кабинет только ради того, чтобы лично разбить все надежды на полезные данные? Вериться с трудом, но детектив решил не выказывать свою подозрительность.

– Мне важно любое мнение, – заметил он скромно, перенимая расслабленную позу собеседника, – и в вашем случае я хотел поговорить вовсе не о тенях. Вернее, не совсем о них. Слышал, вы приостановили свое производство. Не расскажете об этом поподробнее?

∞∞∞

Поезд прощался с очередной остановкой двумя раскатистыми гудками. Дым повалил из трубы, рассекая небо и сливаясь своей серостью с низко надвинутыми на горизонт облаками. София наблюдала за вьющимися в воздухе клубами и про себя с иронией отмечала, как ей навевает умиротворение лицезрение дымки, что совершенно не имеет формы.

После отбытия состава на перроне осталась только Брагэ. Она сидела на собственном чемодане, безотчетно отталкиваясь ногами от каменной кладки, заставляя колесики сундука катать ее взад-вперед. В голове было пусто, только одна центральная мысль, не дающая проникнуть в сознание никакой другой, жалила проклятым лезвием.

Она не сможет покинуть город N.

За двадцать минут до прибытия паровоза на Софию напали еще трижды. С каждой новой атакой сущности становились все настойчивее в своем намерении утянуть девушку к себе. Избавляться же от них становилось все тяжелее, не говоря уже о том, насколько болезненным было это избавление. Физического вреда тени может и не наносили, но вырываясь из их хватки, Софи чувствовала, будто призрачные конечности отрываются вместе с кусками ее собственной плоти.

На платформе теней оказалось не меньше, чем внутри вокзала. В остановившийся поезд они забивались наравне с материальными пассажирами, черным роем затмевая проход. Девушка понаблюдала, как в дверях вагона ей навстречу развернулось сразу четыре силуэта, синхронно раскрывая объятья и улыбаясь до крайности победно. Руки взвыли фантомной болью, ноги будто приросли к полу, не желая двигаться вперед. Она просто не готова к очередному витку страданий. Да что же она такого сделала? Чем заслужила столь повышенное внимание местных мистических тварей?

Поезд ушел. За ним и следующий, и тот, что приехал позже. А София так и не нашла в себе сил выползти из самого дальнего угла зоны ожидания. В какой-то момент стало очевидно, что на железную дорогу рассчитывать нет смысла. В любом вагоне девушка наткнется на тень и остается только мрачно догадываться, чем закончиться следующая кошмарная встреча. Но какие у нее еще варианты? Нанять возницу и надеяться, что уж с одним-то призраком она в случае чего справится? Это было бы возможно, не потрать София большую часть накоплений на материалы. Заоблачная сумма, которую может потребовать кучер за поездку в другой город, казалась чуть ли не страшнее теней. Дойти пешком? Даже звучит смешно. Остаться здесь? Запереться в мастерской мистера Фармера, ограничить контакт с людьми и надеяться, что напасть рано или поздно сама рассосется? А как же отцовский проект?

София решительно потрясла головой, отгоняя муторные мысли. Нет, так дело не пойдет. Есть же что-то, что она может сделать, находясь в городе N.

“Если захотите поделиться чем-то еще, найдите меня в больнице Дейра.”

Чемодан по инерции откатился на полметра назад, когда Брагэ встала с него, пришлось быстро перехватывать тот за ручку, чтобы не свалился на рельсы. Выходила с вокзала она, обходя приезжающих и уезжающих по широкой дуге. Поймав карету, села как можно дальше от кучера, вжимаясь всем телом в обивку сиденья, и назвала новый пункт назначения.

Больница Дейра… Звучит, как единственный реальный шанс что-то сделать. Главное, чтобы после рассказа обо всех приключениях с видениями Софию не закрыли в мягких стенах, о которых так легко шутил мистер Квинси…

∞∞∞

Охрана клиники изо дня в день встречала Николаса все более настороженными взглядами, будто пыталась понять, когда его психическое состояние настолько дестабилизируется, чтобы перестать выпускать его с территории. Ник вежливо улыбнулся и прошел мимо, не произнеся ни слова. Он не планировал сегодня вновь посещать стены больницы – с Джеймсом и завтра можно обсудить последние сведения – и свернул сразу же в сторону общежития. Хотелось сначала обдумать самостоятельно то, что он успел выяснить у владельца сувенирной компании. Но его планы – это его планы, а судьба редко с ними соглашается.

На середине пути Ника перехватил Лиам, вроде как выходной сегодня, однако облаченный в халат поверх удобной рабочей одежды и с присущей ему усталостью на лице. Донес, что во врачебном кабинете детектива ждет посетитель. Настойчиво ждет. Часа два, не меньше.

Гадать, кто же решил навестить его на закате дня, Николас мог бесконечно. Вчера он половине города растрепал свои координаты, так что и не рассчитывал, что какие-либо из его предположений окажутся верными.

“Кто бы это ни был, вряд ли личность ждущего окажется удивительней, чем сам факт внезапного визита,” – подумал Ник, заходя в комнату и застывая на пороге. Застывая – все-таки – в удивлении. На самом деле, никто из опрошенных в первый день не выказал сильного желания появляться вблизи больницы Дейра, даже ради благого дела. Однако конкретно этого человека в прошлую их встречу Николас отнес к тем, кто ни за что не покажется на здешнем пороге. И одновременно – к тем, кого детектив больше всего хотел бы увидеть повторно.

– Добрый вечер, мисс Брагэ. Рад, что вы нашли время посетить меня.

Девушка подняла глаза, с усилием сжимая ручку рядом стоящего сундука.

– Не могу сказать того же, – проговорила она с интонацией, полной обреченного недовольства, – но обстоятельства вынудили искать встречи. Я хочу вам кое-что рассказать. При одном условии.

– При каком же? – Недоумения скрыть не вышло. Последнее, чего Николас ожидал от этого вечера, так это чьих-то условий.

София не придала значения его тону. Сложила руки на груди, прищурилась строго и бескомпромиссно.

– Я буду участвовать в вашем расследовании. Настолько плотно, насколько это возможно.