Sora Пренебрегая законами

Глава 8

– Снова? – не сразу, но до каждого из новоприбывших в это место дошло значение этих слов.

Краем глаза Руд заметил, как девушка, стоявшая в дверном проёме, недовольно покачала головой, тяжело вздыхая.

– Снова, – мужчину напротив ничего не смущало в его ответе.

Ру недоуменно смотрел на него, какое-то время просто сверля взглядом.

– Так, – из-за его спины раздался звонкий голос. – А ну-ка, давайте все к столу! Сейчас всё остынет! – пепельноволосая девушка потянула мужчину за водолазку к себе, утягивая того на кухню.

Все молча последовали за ними, периодически переглядываясь между собой. Руд дождался Викторию. Та казалась скованной. Наблюдая за несвойственным поведением девушки, парень аккуратно взял её руку в свою. Ловя нечитаемый взгляд изумрудных глаз, он, в успокаивающем жесте, поднёс её руку к лицу, оставляя лёгкий поцелуй на тыльной стороне её кисти. На этот жест он словил слабую улыбку и немую благодарность.

Они вошли на кухню. Убранство дома было добротным и изысканным.

Что-то в викторианском стиле? Видел как-то такой в интернете. О, интересно, а интернет тут ловит? Было бы забавно.

Ру с интересом глянул на экран телефона, но, увидев ожидаемое отсутствие сети, тихо хмыкнул и продолжил всё рассматривать. В их дни подобное можно было увидеть лишь в старых домах, да музеях. Ну или у подобных, как эти двое, ценителей, если таковые имелись в качестве хороших знакомых. Все выглядело дорого и качественно.

Уютно и чисто.

У столешницы, на которой стоял ещё дымящийся пирог, суетилась до жути похожая на него самого девушка. Они только прибыли, но в голове у младшего уже творился хаос из-за роя вопросов. Вопросов много, а ответы фиг вытянешь.

Присев рядом со своими друзьями, он продолжил все изучать, в особенности новые лица. Мужчина сидел во главе стола, развернувшись к девушке. Когда она закончила нарезать пирог и начала раскладывать по тарелкам, кареглазый перехватывал тарелки с вилками и передавал столовую утварь дальше. В это время засвистел чайник, который был почти сразу же выключен. Встав, незнакомец пододвинул девушку, беря чайник в руки и начиная разливать по чашкам, что уже были расставлены.

Пахнет вкусно…

Неловко поблагодарив хозяев дома и пожелав каждый друг другу приятного аппетита, все приступили к еде.

– Боже! – тишину нарушил тихий возглас Лэйлы. Она прикрыла рот рукой, поднимая сверкающие глаза к девушке. – Эта шарлотка самая лучшая! Она безумно вкусная!

– Да-да! Полностью поддерживаю! – Эндрю активно закивал.

Ру тоже согласно кивнул, озаряя девушку благодарным взглядом.

Девушка, которой это было адресовано, ярко улыбнулась, тихо посмеявшись.

– Кушайте на здоровье! – её настроение явно поднялось, так как она с ещё большим аппетитом продолжила кушать.

Ребята не отставали. Атмосфера потеплела, а улыбка этой девушки и её отношение успокаивало, располагало к себе.

Мужчина на всё это лишь с теплотой смотрел на девушку. В его взгляде теплилась любовь.

– Вы тоже избранная? – доев первым, Ру решил больше не томить себя ожиданием, наблюдая за уже тоже доевшей девушкой.

Сероглазая спокойно посмотрела в точно такие же, как и у неё самой, глаза.

– Верно, – она аккуратно отложила салфетку, которой секунду назад протирала рот от лишних крошек.

Эндрю и Лэй замерли. До них явно только что стал доходить тот факт, что они, на минуточку, попали в преисподнюю, и их младший тоже каким-то образом здесь оказался. Да к тому же ещё и не один, а с какой-то девушкой. Друзья направили взгляд на Руда. Он лишь слабо улыбнулся на это, виновато избегая прямого зрительного контакта с ними.

– В смысле, тоже? – Эн сверлил того взглядом.

– Ру, о чём ты? – Лэйла потерянно разглядывала того.

Младший тяжело вздохнул, параллельно устало растрепав свои волосы. Решившись, он всё же посмотрел на них.

– В прямом смысле, – смотрел серьёзно, спокойно отвечая на вопрос. – Я являюсь избранным, а это Виктория. Демон и моя девушка по совместительству… – указав на Викторию, что спокойно пила чай рядом, закончил парень.

Шок, отобразившийся на лицах ребят, было довольно сложно описать словами. В их мировоззрении явно всё рушилось по кирпичику.

– Ч-что?.. Как? Каким образом? Почему? – Эндрю путано задавал вопросы, пытаясь разглядеть в лице своего друга намёк на шутку. Но.

Это не было шуткой. Ни малейшего намёка.

– Так получилось, – тихо произнесла Виктория, ставя чашку на блюдечко и обращаясь к ним. – Я рада наконец-то поговорить с вами лично…

Она неловко улыбнулась им.

Но это не спасало ситуации.

Давящая тишина накрыла кухню. Спирало дыхание. Рой мыслей не давал трезво оценить сказанное. Силы словно покинули тело. Слишком много всего за сегодня.

– Вы ведь и сами знаете, что это не то, что можно решить самому… Да и рассказать кому-то тоже, – попытался достучаться Руд. Те отрешённо смотрели куда-то в сторону.

– Но мы ведь не кто-то…– еле слышно произнёс Эн.

Он поднял на своего друга глаза. В них плескалось море непонимания. Боли. Тревоги.

Их зрительный контакт прервал звук отодвинутого стула и брякание тарелок. Обратившись к источнику шума, они увидели как мужчина принялся собирать грязную посуду и ставить её в раковину.

– Виктория, – произнёс он между делом. – Нам надо поговорить. Отойдем на минутку.

После этих слов он направился на второй этаж дома, а Виктория неторопливо отправилась следом. Девушка через некоторое время тихо вздохнула, вставая и тоже куда-то уходя.

Лэй снова расплакалась. Эндрю упрямо смотрел в стол. Сегодняшний день их явно помотал только так.

– Я…

– Я знаю, что ты хочешь сказать, – Эндрю зажмурился на пару секунд, слабо потирая виски. – Я понимаю, но в то же время у меня это просто в голове не укладывается! – эмоционально произнёс он, ероша свои волосы и сжимая их у корней.

Он успокаивающе накрыл руку Лэй своей, сжимая её.

– Я понимаю это…– младший товарищ потупил взгляд, не зная, что следует сделать. В его голове тоже была каша.

Да уж… Не так я себе это представлял… Хотя, справедливости ради, а представлял ли вообще?

– Это не просто.

– Есть такое, – Эн тихо хмыкнул.

Они ещё какое-то время молчали, а после Лэй встала, решив подлить кипятка в чашки, чтобы хоть как-то прийти в себя.

– Это странно, – после долгих раздумий произнёс старший парень. – Всё, что мне известно о демонах, никак с тобой не вяжется. От тебя не исходит запаха гнили. Мы не чувствуем себя плохо после нашего общения. Помним обо всём, ничего не забывая и не теряя над собой контроля. Абсолютно ничего.

После этих слов темноволосый посмотрел на Ру.

– Почему?

– Хотел бы я сам знать…

– В смысле? – ответ младшего явно не удовлетворил старшего. – Как ты можешь не знать о том, почему не такой же избранный, как и другие?

– В прямом, – ответил, угрюмо насупившись. – Она не рассказывала, а я и не пытался как-то это насильно узнать. Выпытать. Я ждал, когда она сама расскажет.

– Она… Это ты о Виктории? – Эндрю серьёзно задумался, вспоминая девушку. – Вы правда пара? – Эндрю, казалось, сам не верил в то, что говорил это.

– Да, это так, – темноволосый на это лишь сделал глубокий вдох-выдох.

– И что… Каким образом это? Ай! Ни черта не понимаю! А с тобой вообще что от этого? Избранные ведь долго не живут… – на этих словах он, словно осознавая сказанное, затих, с ужасом глядя на Руда.

– Жив, цел, орёл? Я не чувствую себя так, словно вот-вот и умру…

– И не должен, – их диалог прервала новая знакомая, вернувшись к ним за стол и спокойно осматривая каждого из присутствующих. – Если бы чувствовал, то вот это вот было бы уже странно.

– Почему?

– Потому что мы с тобой не такие избранные. Потому что нас изначально выбрали не те демоны. Да и демонами то их называть не стоит… – делая некоторые акценты, тихо заключила она, отпивая немного чая.

– В каком смысле не те демоны? А кто тогда? – Ру испытывающе смотрел на неё, ему хотелось наконец-то получить хоть какие-то ответы.

– Падшие, – голос, сквозящий сталью, раздался из-за спины. От взгляда мужчины спирало дыхание. Запретная тема. Ответ на вопрос.

Падшие ангелы?

Перед глазами всплыли воспоминания о непонятных, устремленных к небесам взглядах Виктории. 1+1.

Но как?..

На душе скребли кошки.

– Где она?

– Ждёт тебя наверху.

Молча направившись на второй этаж, Ру ощущал это. То, что сегодняшние открытия изменят всё. В первую очередь и его. Это пугало. Не могло не пугать. То, что он стремился узнать, с одной стороны, манило, а с другой – пугало до дрожи. Было страшно узнать то, что с таким леденящим ужасом страшилась рассказать ему Виктория.

Он остановился у одной из дверей. Ему не нужно было уточнять, где именно она. Он это чувствовал. Замерев всего на пару мгновений, он открыл дверь. Виктория сидела на краю кровати. Она подняла на него немного опухшие глаза.

Секунда.

В голове всплыл горький плач из воспоминаний и чистые серые глаза, в коих скопилась, казалось, вся боль этого мира.

– Кто ты? – вопрос сорвался с губ прежде, чем он успел всё осознать.

Не отвечая, девушка встала, довольно спокойно подходя к парню и направляя того в сторону кровати за руку. В её взгляде что-то изменилось.

Значит, время пришло…

Усевшись на край кровати, он наблюдал, как она, стоя напротив, наклонилась к нему, накрывая его глаза своей ладонью. Мир погрузился в темноту.

– Меня зовут Виктория.

Слова отдавались эхом.

– Поверишь мне, если скажу, что я твой ангел-хранитель?

Голосу вторил кто-то из воспоминаний.

Далёких. Болезненных. Моментами счастливых.

Следом донёсся смех какого-то мужчины.

– Ангел-хранитель? – мягкая улыбка и тепло явно слышались в голосе. – Разве это не что-то из рода фэнтезийных романов?

– И вовсе это не фэнтезийный роман! Как видишь, мы не персонажи книги, а я, твой ангел-хранитель, сижу сейчас прямо перед тобой, – до ушей донёсся тихий нежный смех, а перед глазами всплыло знакомое лицо. Пепельные локоны, что были немного растрёпаны и невероятно чистые серые глаза, ближе к белому.

Через секунду видение исчезло с возникшим поцелуем. Лёгкое касание губ. Уплывающее сознание. Отголоски ранее забытого требовали того, чтобы их вспомнили.

***

Открыв глаза, парень увидел перед собой, казавшееся бескрайним, лавандовое поле. Запах пробирался под кожу.

– Рауэль!

Обернувшись на крик, взору предстал знакомый мужчина.

– Что такое, Микаэль?

Спокойно произнесла девушка, легко шевеля своими крыльями, разминая их.

– Сегодня, наконец-то, тебе выдали подопечного? – мягко и радостно произнёс Микаэль. Ветер колыхал его светлые волосы, а лавандовые поля отражались в чистых глазах.

– Верно, – на лице расцвела небольшая улыбка.

– Уже определилась с именем? – с блеском в глазах спросил брат.

Девушка снова посмотрела в сторону полей, на их размеренные покачивания в такт ветру и шелест листвы, что доносился до ушей.

Следом её взгляд упал на семя в своих руках.

– Да, – тихо произнесла девушка, пусть и суровая на вид, но говорившая с теплотой в голосе. – Его именем будет Рафаил.

– Способный исцелять… Почему именно оно?

– Просто предчувствие, – почти шёпотом ответила девушка, прижимая горшочек с семечком ближе к себе.

– Всё будет хорошо, – уверенно заверил мужчина, погладив её по голове. – Да и если что, я всегда буду рядом.

Душа наполнилась теплом и любовью – такой всепоглощающей и ранее мало изученной, что становилось страшно.

***

– Микаэль! Прошу тебя!

– Ты правда готова на это?

– Да, на всё, что угодно…

Горький плач драл душу без сожалений.

Он не оставлял места сомнениям.

***

Плач, что раздавался где-то вдали, заставил парня разлепить глаза. Взгляд упал на толпу в переулке: звуки ударов и ругательства, жалобный писк котёнка. Взгляд упрямых, тёмно-изумрудных глаз в самую душу.

Стоило моргнуть, и Руд ощутил болезненный шквал ударов. Он агрессивно что-то защищал своим телом, упрямо не сдвигаясь с места и пряча под собой что-то маленькое, дрожащее и безостановочно пищащее.

– Помойная крыса смеет нам ещё противиться! Вы только посмотрите на него!

Крики со всех сторон, сильные удары. Тело было на пределе.

– Эй, вы! Что вы там устроили!? – яростный крик какой-то женщины остановил этот шквал ударов. Выругавшись, дети начали бежать кто куда.

Еле как найдя в себе силы, черноволосый мальчик привстал, всё ещё прижимая к себе маленький пищащий комочек. Котёнок не переставал плакать.

Посмотрев в сторону прохода, он увидел, как какая-то знакомая женщина в форме священнослужительницы быстрым шагом направлялась к нему. Так же от его взгляда не укрылась девушка, мгновенно скрывающаяся с глаз. Её светлые волосы явно привлекали внимание.

Кто это?

– Господь милостивый! Что они вытворяют? – её гневу не было предела. Она подняла мальчика, отряхивая его и сетуя на несносную молодежь. – Как же это так происходит…

Мальчик молчал, смотря на дрожащего котёнка. Женщина тоже обратила на него свой взгляд. В её взгляде плескалось сочувствие и переживание.

– А это у нас тут кто такой маленький? – она попыталась взять котёнка, но мальчик не дал ей этого сделать, сильнее прижимая к себе. Это не укрылось от взгляда священнослужительницы, на что та лишь вздохнула. – Давай с тобой сходим к врачу, а после покажем этого малютку ветеринару?

– Сначала ветеринар, – мальчик поднял на женщину свои сверкающие глаза.

– Хорошо, хорошо…

Направившись в сторону ближайшей ветклиники, мальчик оглядывался по сторонам. Они были довольно далеко от церкви.

– А как вы нашли меня? – спустя некоторое время нарушил тишину, поглаживая котёнка.

– Какая-то девушка… Ох! Точно ведь! Та девушка! – женщина принялась озираться по сторонам, но, не наткнувшись на нужного человека, огорченно вздохнула. – Я не успела её поблагодарить… Как жаль. Стоило хотя бы к нам на ужин позвать. Она позвала меня, сообщив, что какая-то подозрительная компания вела тебя куда-то в неизвестном направлении. Что же произошло?

– Я подобрал этого котёнка около детской площадки. Он был совсем один. Они почти сразу подошли ко мне и сказали, что ему явно нужна помощь. Сказали, что помогут дойти до ветклиники. А потом внезапно затолкали в переулок и…

Мальчик замолчал, огорченно смотря на маленький комочек в своих руках.

– Они говорили, что он и так, и так умрёт. Они сказали, что лишь облегчат его страдания, но ведь так нельзя! – мальчик смотрел на женщину своими невинными глазами. Юная душа, которой только предстояло познавать всю жестокость этого мира. Женщина присела напротив него, обнимая и прижимая к себе. На её глазах навернулись слёзы.

– Верно… Всё правильно ты говоришь. Так нельзя. Никто не вправе решать – кому жить или умирать.

– Но почему они…? – голос дрожал, а слёзы просились наружу. Было больно. Обидно.

– Некоторые души темны, мой милый. Не все способны осознавать такие простые вещи… Далеко не все…

Плотина рухнула.

Задушенные крики прорывались наружу, но их владелец упрямо прятался в тёплых и таких нужных объятиях женщины, не давая услышать их всему миру.

Скорбел о невинных, чистых душах.

Глава 9

Мальчик с интересом наблюдал за беготнёй по кухне. Отовсюду раздавались различные звуки: стук посуды, бурление кастрюль, периодически закипающие чайники, нарезка овощей и прочая деятельность оставляли свой след в этой симфонии звуков. Кухня кипела жизнью.

Увы, скучать ему за этим делом долго не пришлось, так как пышная женщина уже через пару секунд начала его подгонять к мешкам с картофелем. Ловко справившись с уже до боли в руках знакомым делом, мальчик быстро пробирался сквозь толпу к своей дорогой наставнице.

– Наставница Присцилла! Я закончил с картошкой, нужна ли вам помощь? – мальчик уже стоял рядом, наблюдая за ловкими и быстрыми действиями женщины. Та на это лишь по-доброму посмеялась и отмахнулась.

– Не стоит! – наклонившись к нему, она заговорщически прошептала ему на ухо. – Лучше навести нашего юного гостя и покорми его.

Мальчик на это заулыбался так ярко, что на душе сразу стало теплее раз в сто. Улыбки воспитанников были для женщины самым главным.

Дважды повторять не требовалось – мальчика как ветром сдуло.

– Ух и балуешь ты его, Прил! – проворчала пышная женщина, только что подошедшая к своей сестре.

– Думаешь? – выражение лица было мягким, нисколько не сожалеющим. – Считаешь, оно того не стоит, Севирия?

Названная лишь чуть сморщила нос. Перед глазами стояла картина, произошедшая пару секунд назад. Улыбка этого ребёнка и правда того стоила, но жестокие реалии мира требовали серьёзности.

– Как знаешь, – женщина средних лет приступила к нарезке овощей. – Те дети… они всё ещё не в себе?

От возникших в памяти воспоминаний по коже пробежали табуны мурашек. Женщина, которой был задан этот вопрос, лишь поджала губы на это и сдержанно кивнула. Выражение её лица потеряло былую мягкость. На нём была лишь тревога.

– Нам стоит скорее закончить и позвать врача.

– Считаешь, что врач поможет? – Присцилла приложила руку к груди в районе сердца. – Что-то мне подсказывает, что это вряд ли поможет. Что-то нехорошее происходит…

Женщины и девушки, ставшие невольными слушателями данной беседы, обеспокоенно переглянулись. Они все проживали и работали в этом монастыре уже довольно долгое время, кто-то чуть ли не с самого рождения.

Все чувствовали, что что-то происходило.

Что-то зловещее и далекое от Бога.

– Я сегодня наведаюсь к отцу Михаилу, – тихо произнесла Присцилла. Ее одолевало дикое, жгучее чувство. Чувство неустанно исчезающего времени в мире и спокойствии.

***

Довольный представшим перед ним зрелищем, мальчик с упоением наблюдал за маленьким котенком, что жадно лакомился коровьим молоком. Его трёхцветная шкурка то и дело приковывала к себе взгляд.

Как можно было говорить такие ужасные вещи? Делать такое! Это же маленькое, беззащитное создание, совершенно ни в чём не повинное…

От возникших раздумий мальчик взгрустнул, но грусть была недолгой, так как котёнок начал ластиться о его руки, что были все в ссадинах и синяках. Подобрав малютку в свои объятия, черноволосый мальчишка присел у стены и начал его гладить, одаривая всевозможной лаской. В такие моменты он понимал, что именно ЭТО – правильно. Когда нет никакого насилия, оскорблений, удручающей жестокости, что дарит лишь боль.

До ушей донесся шорох листьев. Перед ним возникла светловолосая девочка, каких он никогда не видел. Её волосы переливались на свету серебром, а глаза сверкали, подобно бриллиантам.

Она молча присела рядом, с улыбкой наблюдая за детским, не скрытым от чужих глаз, удивлением и восхищением. Они так и сидели какое-то время, одаривая котёнка вниманием.

Мальчик был не из болтливых. Просто тихо наблюдал за всем. Так было и в этот раз. А девушка, что появилась внезапно, так же и ушла.

К удивлению, мальчик ощущал спокойствие в её присутствии.

Он надеялся, что они ещё встретятся.

***

День был холодным.

Парень смотрел на себя в зеркало. Руки были обмотаны бинтами, и кое-где виднелись пятнышки крови, а затылок со спиной тихо ныли в сторонке. Сегодня вновь произошло что-то из ряда вон выходящее. Перед глазами всплыл дикий взгляд одного из воспитанников, с которым они вместе росли в этом монастыре. Его бешеное поведение. Крики.

Подобное происходило не впервые.

Парень сжал челюсть. Что-то неприятное роилось в груди. Царапало. Вспарывало кожу изнутри, заставляя ёжиться от неприятных ощущений. Было мерзко.

•Произошедшее несколькими часами ранее•

– Рафаил! – названный парень обернулся на зовущего, мгновенно ощущая крепкие объятия своего друга.

– Что стряслось, Габриэль? – парень легко улыбнулся своему другу, рассматривая его кудрявые чёрные волосы, что опять непослушно торчали в разные стороны.

– Слышал про Винсента? – парень переключился на шёпот, стараясь говорить как можно тише, так как любые обсуждения подобного были под запретом.

Рафаил лишь закатил глаза на услышанное. Это было ожидаемо. Даже чересчур. Его друг так и норовил везде всё знать. С бешеным интересом изучал возникающие приступы агрессии у людей, что стали происходить по всему миру. Только вот, знания ограничивались их монастырём и прихожанами, что приходили на службы в церкви.

Им было запрещено покидать территорию больше чем на час, так как творилось что-то непонятное. К тому же, было необходимо сообщать о своём выходе и брать кого-то с собой.

Этим кем-то, в случае с Габриэлем, оказывался Рафаил. Последний находился в монастыре с самого своего рождения, оказавшись подкинутым своими родителями под двери монастыря. Его растили как своего родного местные монахини и послушники. Габриэль оказался тут чуть позже. Его родители погибли в несчастном случае, когда на дорогу выбежал ребёнок, а машина, резко взявшая курс в сторону, по гнусной случайности въехала в кафе, в котором они сидели.