Софи Сорель Развод. Второе дыхание любви

Второе дыхание любви

Глава 2

Я бросил взгляд на часы. Клиенты опаздывали уже на пятнадцать минут. Как бы банально это ни звучало, но время деньги, а мое время стоило дорого. Я редко лично брал частные проекты. Обычно этим занимался кто-то из моих подчиненных, но Максим Говоров был слишком важной персоной, чтобы передать его архитектору рангом поменьше. Отец просил, чтобы я лично встретился с Говоровым и, так сказать, удовлетворил его запросы. Отказывать своему старику мне не хотелось, и пришлось согласиться, скрепя сердце.

Мой взгляд блуждал по интерьеру кафе, выхватывая «фишки» декора. Правда, все здесь было банально и, на мой взгляд, безлико, хоть и дорого. Вдруг мои глаза остановились на фигуре миниатюрной женщины, которая сидела у окна, поставив локти на стол и обеими ладонями держа белую чашку с кофе. На ее лице играла легкая улыбка, такая нежная, что уголки моих губ непроизвольно дернулись в ответ. Правда, женщина этого не видела, потому что смотрела в окно. Невероятной красоты женщина. Утонченные черты лица, большой четко очерченный рот, глаза, светлые волосы — мне понравилось в ней все. Даже то, как она была одета: укороченные брюки серого цвета и белая в серый горох блузка. Элегантно, неброско, стильно.

Внезапно улыбка испарилась с лица женщины, а между ее бровей тут же пролегла хмурая складка. Она смотрела на только что вошедшую в кафе пару. Я перевел взгляд к входной двери и понял, что наконец-то пришел Говоров и его супруга. Он явно заметил ту красивую женщину, но не подал виду, хоть я мог поклясться, что линия его рта стала жестче, а в глазах заплясало что-то сродни презрению.

Я поднялся из-за столика и поднял руку, давая Говорову понять, что я их жду.

— Максим Викторович, — поприветствовал я его и краем глаза уловил, как та прекрасная женщина, что привлекла мой взгляд, проводила глазами Говорова и остановилась на мне, но тут же снова отвернулась к окну.

— Святослав Владимирович, позвольте представить вам мою супругу Наталью.

— Очень приятно, — вежливо кивнул я ей.

Пока они усаживались, а потом рассматривали меню, я быстро проанализировал сидевшую передо мной пару. Говорову уже сорок восемь, это я знал из той информации, что изучил о нем в интернете. А вот Наталье было от силы лет двадцать пять. Молодая, длинноногая, ухоженная. Очень красивая женщина, когда смотришь на нее здесь и сейчас. Но ее красота была обыденной. Таких миллионы. Через полчаса она выйдет отсюда, а еще через десять минут я не смогу отличить ее лицо от сотни других женских лиц.

— Милый, ты что будешь? — проворковала она.

— Я лишь выпью кофе, а ты заказывай что хочешь, — улыбнулся он жене, и, по его движению, я догадался, что он опустил ладонь на ее бедро.

Я же скользнул глазами вдаль на женщину у окна.

Когда Наталья делала заказ подошедшей официантке, Говоров, как бы невзначай, обернулся и смерил взглядом прекрасную незнакомку, и снова на его лице проскользнула досада.

— Что такое, милый? — не укрылось выражение его лица от Натальи.

— Да так…

Но Наталья уже обернулась и уставилась на женщину.

— Это что, твоя бывшая жена? — громко воскликнула она.

— Да, это Альбина, — сухо ответил Говоров и бросил жене: — Давай ты поешь, попьешь и помолчишь, а мы со Святославом Владимировичем обсудим проект будущего дома.

— Но я тоже хочу участвовать в проекте и высказать свои идеи, — заявила Наталья.

— Ты все равно ни черта не понимаешь в архитектуре. Помолчи! — грубо одернул ее Говоров, и Наталья, словно ребенок, обиженно надула и без того пухлые губы.

А я начал понимать, что вряд ли сработаюсь с Говоровым. Он вызвал у меня неприязнь с первого взгляда, и чем дольше мы разговаривали, тем более стойким становилось это чувство. Сначала оно было иррациональным. Я даже подумал, что так на меня повлиял факт того, что понравившаяся мне бесподобная женщина оказалась бывшей женой этого мужлана. Однако вскоре во мне включился профессионал, и этот профессионал здраво оценивал происходящее. Я прекрасно знал таких клиентов, как Говоров. Он из тех, кто считает, что лучше тебя разбирается во всем. И неважно, кто перед ним сидит: архитектор, врач, финансист или автомеханик. Говоров не просто выскажет свои пожелания насчет будущего дома, но и будет контролировать каждый шаг и на каждом шагу будет просить внести десятки изменений.

Он был словоохотлив и увлеченно рассказывал, какой бы хотел построить дом для своей молодой жены и будущих детей. Он даже начал что-то рисовать и чертить на салфетке. Я слушал и недоумевал до тех пор, пока мои нервы не выдержали.

— Извините, Максим Викторович, — сказал я, когда он все-таки дал мне возможность высказаться. — То, о чем вы говорите, замечательно.

— Я рад, что вы оценили мой вкус, — хмыкнул он, перебив меня.

— Замечательно, но не оригинально. Такие дома строят сплошь и рядом по всем элитным поселкам Подмосковья. В этом нет ничего плохого, — мягко сказал я. — Это шикарные дома. Но мое архитектурное бюро не занимается ширпотребом. Тем более им не занимаюсь я лично.

— Что? — опешил он. — Что вы себе позволяете?

— Я лишь говорю объективные вещи. Мой отец когда-то был знаком с вашим отцом, только поэтому я пришел сегодня сюда и даже был готов взять на себя проект особняка для вас и Натальи. Обычно я не занимаюсь такими маленькими проектами.

— Вы отказываетесь?

— Я могу предложить вам свое видение и показать то, что у меня на уме, но работать по тому лекалу, — я кивнул на салфетку с его «чертежами», — что вы тут изображаете, я не буду. Я архитектор с мировым именем, а не столяр.

— Да вы зарвавшийся холуй! — бросил мне в лицо Говоров. — Вы сделаете все так, как хочу я, и точка!

— Извините, — еле сдерживаясь, чтобы не вспылить, холодно сказал я, — но сотрудничества не будет. Может, вы и медиамагнат, но поищите себе холуя посговорчивее. Я пас. — Я развел руками.

— Вы еще об этом пожалеете, — прошипел он и, вскочим с места, потянул свою супругу вон из кафе.

— Но я еще не допила свой коктейль! — пискнула та.

Дверь за ними с грохотом закрылась, а я, выдохнув, перевел взгляд… на пустой столик у окна. Красивая незнакомка испарилась.

Мне было жаль потраченного времени. Но еще больше я жалел о том, что упустил шанс познакомиться с красивой женщиной. Я уже и не помнил, когда последний раз мог вот так, с первого взгляда, загореться. Перед глазами все стоял образ незнакомки. Впрочем, узнать, как ее зовут и где она живет, не составит труда. Она ведь бывшая жена этого зарвавшегося типа. Информации о нем хоть отбавляй. Но стоит ли? Стоит ли выискивать что-то о женщине, с которой я даже парой слов не перекинулся, лишь обменялся взглядом. Я вообще не был уверен, что она обратила на меня внимание. До появления в кафе Говорова точно не замечала, была увлечена своими мыслями, смотрела в окно. Такая нежная, притягательная. Не каждый день видишь таких в толпе искусственно сотворенных красавиц.

Решив, что будет глупым наводить о ней справки и пытаться навязать знакомство, я подозвал официанта и попросил счет.

Глава 3

Случайная встреча с бывшим мужем выбила меня из колеи. Вот так существуешь себе спокойно несколько лет кряду, не видишь и не слышишь, не читаешь никаких новостей, а потом — бах! — и сталкиваешься с ним в кафе,в которое, казалось бы, он точно не должен прийти. Не просто сталкиваешься, а видишь его в сопровождении сногсшибательной красавицы, которой ты уступаешь по всем параметрам. Во мне нет горящей жаром молодости, нет этой вызывающей самоуверенности, и таких длинных ног у меня нет.

Макс, конечно же, тоже заметил меня и, скривившись, даже не поздоровался. Потом они сели за столик к какому-то импозантному мужчине, дальше Макс, как всегда, начал выступать. Говорил так громко, что при всем желании не прислушиваться, я не могла не слышать. Он орал на все помещение. Доказывал и разъяснял. Из его слов я поняла, что рядом с ним его новая супруга, и он хочет построить для нее дом. Вот этот дом он и обсуждал со всем пылом, на который был способен. Мужчина, сидевший напротив, хмурился, но молчал. Еще бы ему не молчать! Таким, как мой бывший муж, не возражают. Таким, как Максим Говоров, только заглядывают в рот и делают все, как он пожелает.

Пару раз Макс обернулся на меня. То же сделала и его жена, и мужчина, с которым они обедали.

Решив, что теперь, спустя пятнадцать минут, мой уход не будет выглядеть, как побег, я попросила счет и покинула кафе.

Сколько бы я ни пыталась отрицать, но встреча с бывшим мужем вызвала в моей душе необъяснимое волнение. Я отметила, что он по-прежнему выглядел моложе своих лет и по-прежнему был очень привлекателен.

После развода мы виделись пару-тройку раз. Однажды, когда я пришла, чтобы забрать Севу на положенные мне сутки, меня встретила не домработница Макса, а он сам.

— Вот, — швырнул он мне ключи от когда-то моей машины. — Дарю.

— Какая щедрость, — процедила я сквозь зубы.

— Не хочу, чтобы ты таскала моего сына по метро или автобусам.

Я промолчала, но ключи взяла. В конце концов, гордость теперь была неуместна.

Следующая наша встреча состоялась, когда Максу нужно было срочно уехать в Европу на продолжительное время. Он позвонил и просто поставил перед фактом:

— Жду тебя максимум через два часа, заберешь Севу к себе. Я уеду примерно на две недели, так что сын в твоем распоряжении.

— Почему бы тебе или кому-то из твоих помощников не привезти Севу ко мне? Так было бы быстрее, — предложила я.

— Кто поедет в твои Фили? — зло рассмеялся Макс.

— Филевский парк, — поправила я.

— Какая разница? Спальник он и есть спальник. Можешь не приезжать, если сын тебе не нужен!

— Я приеду! — процедила я сквозь зубы, проглотив обиду.

Я не стала спрашивать, куда он так резко сорвался и почему не предупредил заранее. Любой мой вопрос Макс мог расценить как нежелание провести время с ребенком, а это было неправдой. Но уже к тому моменту наши с сыном миры расходились по разным параллелям. И все, что бы я ни предлагала Севе, ему казалось банальным и неинтересным. Это тебе не папины игрушки!

После этого мы виделись с Максом еще несколько раз, но лишь мельком. В основном, когда я приезжала за сыном, мне его с рук на руки передавала экономка или помощница бывшего мужа. Через два года после нашего расставания он женился, но быстро развелся. И вот теперь, судя по всему, новый брак.

Вечером того же дня мне позвонил сын. Севе уже было восемнадцать. Он только-только окончил школу, и отец «поступил» его в Кембридж.

— Видела новую пассию своего бывшего мужа? — с издевкой спросил сын.

— Видела, — сухо ответила я. — Откуда знаешь, что я их видела? Отец сказал или она?

— Она. Ее Наташей зовут. Прикинь, мам. Миллиардер женился на простой наташке. Любой турок позавидует, — рассмеялся Сева.

— Давай без пошлостей, и все-таки уважай выбор своего отца.

— Ага-ага. Я и уважаю, — протянул он.

Ответ Севы прозвучал как-то двусмысленно, но я не стала придавать этому значения. В конце концов, пусть Макс сам решает межличностные проблемы сына и своей новой жены.

— Ну а ты? Все сидишь в старых девах?

— Перестань, — одернула я его.

— А что перестань? Ты еще не старая. Сорок два всего. Взяла бы и завела себе молодого любовника! Наташке вон всего двадцать три.

— Молодым любовникам нужны мамочки, Сева, а я не тяну, — отрезала я.

— Почему?

— Кошелек слишком тощ.

— Тогда найди пердуна восьмидесятилетнего и стань богатой вдовушкой, — заржал он.

— Прекрати! — уже более строго осекла я сына.

— Ханжа ты, мам. Всю жизнь строишь из себя возвышенную даму вместо того, чтобы просто наслаждаться грубым примитивным сексом.

— Сева! Ты можешь так с новой женой своего отца разговаривать, а я — твоя мать. Поэтому избавь меня от своей мерзости, — холодно отрезала я.

— Ладно-ладно. Я в понедельник улетаю в Великую мать ее Британию!

— Уже?

— Ага! Лето нужно для адаптации, — рассмеялся Сева.

Я могла себе представить, какого рода адаптацию он имел в виду. Слишком избалован. Слишком богат. Слишком пресыщен. Макс замечательно воспитал сына.

— Встретимся до твоего отъезда? — предложила я.

— Если хочешь, — неохотно согласился он.

— Конечно, хочу. Как насчет пятницы?

— В пятницу у меня вечеринка прощальная.

— Тогда в субботу?

— В субботу у меня будет отходняк, — расхохотался сын.

— Сева, это ужасно, — вздохнула я.

— Мам, вот только давай без нотаций, ладно?

— Ладно, — сдалась я.

— Приходи на вечеринку. Мы снимаем для нее загородный резорт. Будет круто.

— Что возрастная тетка забыла на молодежной вечеринке? — усмехнулась я.

— Ты очень красивая возрастная тетка, — сделал неожиданный комплимент Сева. — Приходи, там будет куча народа, не только молодежь. Даже мой классный руководитель. Теперь уже бывший классный руководитель.

— И отец? — осторожно спросила я.

— Он сказал, что приедет, но ты ж его знаешь — Максим Говоров всегда и вечно занят.

— Хорошо, я приеду, — неохотно согласилась я.

Как никак эта была последняя возможность встретиться с сыном перед его отъездом в Англию.

Не знаю, что стало решающим в принятии моего решения: то, что Макса скорее всего не будет, или тот факт, что, может быть, он все-таки тоже приедет на прощальную вечеринку сына.

Глава 4

Ехать на вечеринку к Севе и быть там «очень красивой возрастной теткой» не особо хотелось, но я понимала: другого шанса увидеть сына в ближайшее время не будет.

Хоть после того, как Севе исполнилось шестнадцать, Макс перестал следить, чтобы я встречалась с сыном только в строго установленный им график, но виделись мы с ним теперь даже меньше, чем раньше. Сыну-подростку было не до матери. Его интересовали тусовки, регулярные поездки за границу, брендовые шмотки и гаджеты последних моделей, девчонки. А я… Я же мама, всегда буду где-то рядом и в то же время далеко, на периферии его роскошной жизни. Сева не понимал, как тяжело мне дались эти семь лет вдали от него, как сильно я переживала, что не могла принимать более решительного участия в его воспитании и жизни в целом. Мне кажется, дожив до восемнадцати, сын так ни разу и не задумался, почему все в нашей семье сложилось вот так, почему у него была приходящая мама. Севу явно все устраивало. А я давно смирилась со своей материнской болью и старалась не унывать. В конце концов, я не строила иллюзий а-ля что бы было, если бы я не сдалась и настояла на продолжительных судах по поводу определения места жительства сына. Я прекрасно знала, каким жестким и даже жестоким мог быть мой бывший муж. Макс не столько любил сына, сколько хотел сделать мне больно. Он был уверен, что мне не на что было жаловаться и не из-за чего подавать на развод. У всех обеспеченных мужчин бывают заходы налево, но никто из этого не делает трагедии. Но для меня доверие было не просто словом. Я всегда считала, что если в паре нет доверия, нет верности, то будущего нет. Жить с Максом и делать вид, что у нас все замечательно? Я не могла. Никогда не была лицемеркой. Оставаться с ним ради сына? Дети не глупы, они прекрасно видят, когда между родителями разверзлась пропасть. Как бы мне ни было больно и тревожно за сына тогда, семь лет назад, я считала, что поступаю правильно. Ну и конечно, я надеялась, что в какой-то момент Макс наиграется и вернет мне ребенка. Но в этом я ошибалась. Ему нравилось наказывать меня за предательство.

— Потому что, когда жена уходит от мужа, это предательство, — уверенно говорил он.

Свою измену он предательством не считал.

Бросив в зеркало заднего вида взгляд на свое отражение, я выдохнула и вышла из машины. Было уже шесть вечера, но до сих пор стояла жара. Судя по крикам и звукам музыки за высоким забором загородного отеля, вечеринка только набирала обороты.

Разгладив юбку голубого легкого платья, я поспешила к воротам, прихватив пакет с подарком для сына. Отдам ему подарок, попрощаюсь и сразу уеду. Задерживаться на вечеринке я не планировала.