Слава Ленская Учи меня

— Конечно, изменит! Вас кто принимал на работу? Главврач?

Я кивнула и тут же перестала рыдать, только продолжала всхлипывать, с надеждой глядя на мою спасительницу.

— Значит, ему и решать, уволить тебя или оставить.

— Точно! Я тогда сейчас же к нему пойду! — заявила я и вскочила на ноги, шмыгнув носом.

— Э-э-э, ты лучше умойся сперва, — посоветовала Варя, скромно улыбнувшись.

Не зря она намекнула на мой внешний вид. Взглянув на себя в зеркало, я и сама ужаснулась. Тушь потекла, помада размазалась, да и тон стал каким-то серым и пятнистым. Быстро умывшись и убедившись, что кроме красных заплаканных глаз и отекшего порозовевшего носа мне стыдиться нечего, я направилась к главврачу.

Прежде чем постучаться в его кабинет, я притормозила и задумалась о том, что именно нужно говорить. Сформулировав первые пару фраз, махнула рукой и решила, что буду действовать по обстоятельствам.

— Войдите, — послышалось сразу, как только я постучала.

— Здравствуйте! Можно? — скромно остановившись в дверях, уточнила я.

— Входите, входите. Вы у нас новый интерн?

— Да, я Титова Руслана, — поспешила ответить.

— Что вас ко мне привело? — уточнил Петр Романович.

— Дело в том, что Руслан Константинович меня выгнал… точнее, уволил... точнее, сказала убираться из его отделения, — сбивчиво объяснила я сложившуюся ситуацию.

Брови главврача поползли вверх.

— И за что, не подскажите? — уточнил он, чуть прищурившись.

— Сегодня мы были вместе на приеме пациентов. Я была невнимательной и поставила неверный диагноз. Я понимаю, что сама виновата. Но разве…

— Стоп! Неверный диагноз под его контролем? И сразу увольнение? — переспросил Андреев.

— Да, поэтому я пришла просить вашей помощи, — пробормотала, опустив голову. Стыдно было о таком просить, но что еще я могла сделать?

О том, что вчера мы с Титовым договорились, я решила умолчать. Не рыть же себе яму?

— Вы правильно все сделали. Возвращайтесь в ординаторскую. Я поговорю с Титовым, — пообещал Петр Романович.

— Так меня не уволят?

— Конечно, нет! Вы второй день работаете, минимум месяц придется у нас задержаться. Только пообещайте мне, что за этот месяц постараетесь показать, насколько вы хороший специалист. Не зря же мне за вас ручались?

— Я обещаю! Я соберусь и постараюсь больше не подводить ни вас, ни своего декана, — ответила я, зная, кто помог мне попасть в эту клинику.

— Вот и славно! И больше не расстраивайтесь из-за пустяков. Если будут проблемы, сразу идите ко мне. Все решим.

— Спасибо вам большое!

Я вышла из кабинета главврача и улыбнулась. Осадок после крика Титова и его грубых слов все еще остался, но было уже не так горько. Ведь мне дали еще один шанс. А я уже постараюсь его не упустить. Нужно только собраться и больше не залипать на Руслана Константиновича. Провести между нами черту и запомнить, что розовые мечты в его сторону под запретом.

— Ты все еще здесь? — весело спросил Лешка, стоило мне только вернуться в ординаторскую.

— А ты надеялся, что я вот так сразу сдамся и убегу, заливаясь слезами? — спросила я, прямо и уверенно посмотрев на одногруппника.

— Да, именно так и подумал. А чего ты осталась? Ждешь, когда он своими руками тебя вышвырнет?

— Не твоего ума дело.

— Да куда уж мне! Но я могу сходить уточнить у Титова, в курсе он, что ты все еще здесь?

— Если тебе так хочется, то можешь сходить, — произнося эти слова, я сильно рисковала. Знала, что Антипов и не на такое способен. А, если учитывать нашу обоюдную нелюбовь, так я не удивилась бы, помчись он к Руслану Тирановичу.

Лешка все же никуда не пошел. Скорее всего, ему было просто лень. Я осталась в ординаторской в ожидании своей участи.

— Ну, а ты как? Производил осмотр?

— Не-а, он меня выставил сразу после тебя, — хмыкнул Антипов.

Еще бы! Он был только рад тому, что остался без дела.

— Повезло тебе, — произнесла я и улыбнулась.

Я действительно считала, что Лешка ни на что не был способен. Да и не стремился к этому. Он даже не пытался что-то усвоить. Одно было непонятно, для чего он поступил в мед и зачем пришел на практику в эту клинику?

Поэтому я была уверена, дай ему Титов шанс проявить себя, Лешка тут же сел бы в лужу.

— Думаешь? А вдруг я бы справился? Прикинь, как бы тебе стало обидно, — ухмыльнулся Антипов и был прав. Я бы себе подобного не простила.

— Сомневаюсь, что это могло произойти, — озвучила я свою мысль и направилась к столу, где лежала большая медицинская энциклопедия. Чем тратить время на глупые разговоры с таким, как Лешка, лучше потратить время с пользой и почитать про этот инфекционный эндокардит.

Не то чтобы я про него ничего не знала. Просто решила освежить память и понять, что именно успела упустить, пока листала анализы пациентки.

Вздохнув, еще раз пожалела о том, что в тот момент не смогла собраться с мыслями и так сильно отвлеклась на Руслана Константиновича. Влюбилась как дура, и теперь при каждом взгляде на него мозг отключался. Я только надеялась, что смогу с этим бороться и брать себя в руки.

— Да, вот ты считала, что самая умная, а оказалось, что это не так, — подал голос молчавший какое-то время Лешка. — Ты знаешь, я даже разочарован. Был уверен, что ты будущий светила медицины.

Я оглянулась на него и закатила глаза. Плевать я хотела на мнение лоботряса, который только и делал все учебные годы, что таскался за каждой юбкой. Ничего больше его не интересовало, кроме, может быть, тусовок.

Отвечать на его выпад я не стала, посчитала лишним обращать внимание на его слова. Просто продолжила читать, стараясь отвлечься и забыть тот позорный инцидент. И мне это почти удалось.

Только стоило Титову войти в ординаторскую, как меня затопило чувством позора и вины. Я могла только представить насколько красным стало в тот момент мое лицо. Не сразу осмелилась поднять глаза на начальника. Но, когда посмотрела, заметила, что он был очень зол. И смотрел на меня крайне недовольно. Я же могла лишь гадать, успел с ним поговорить Петр Романович или нет.

— За мной, — сказал он и вышел.

Я подскочила с места, замерла на пару секунд, чувствуя, как трясутся ноги. Взяла себя в руки и поспешила за Титовым. Шла и ног не чувствовала, так сильно боялась.

Перед своим кабинетом он остановился и открыл дверь, ожидая, пока я войду. Я тоже затормозила перед дверью и неуверенно посмотрела на Руслана Константиновича. Хотелось хоть намека на то, что ждало меня за этой дверью. Почему-то казалось, что он вел меня на казнь.

Он дернул подбородком вперед, поторапливая меня. Больше тормозить я не стала и поспешила войти. Остановилась у входа, ожидая своей участи.

— Садись, — приказал Титов, кивнув на кресло.

Я не стала спорить, а сразу послушно присела. Титов же подошел вплотную ко мне и наклонился. Я даже дыхание затаила, ожидая, что он протянет руки и просто придушит меня.

— Будь моя воля, тебя бы здесь уже не было, — процедил он сквозь зубы. — Я советую тебе самой убраться.

Я только молча сидела и старалась даже не моргать часто, чтобы не усугублять ситуацию.

— Иначе я обещаю тебе устроить ад на земле. Каждый день этого испытательного месяца.

Его голос дрожал, но все же Титов сдерживался и даже ни разу не повысил тона. Только нотки угрозы в голосе подсказывали о том, что говорил он на полном серьезе. И никакими шутками там и не пахло.

— Но…, — попыталась я сказать хоть что-то. Только Роман Константинович перебил меня.

— Никаких «но», Титова! — при этих словах он склонился еще ниже, а в голосе послышалось тихое рычание.

Его лицо вдруг оказалось так близко, что между нами практически не осталось расстояния. Он вдруг замолчал и застыл. Мне показалось, что мы оба не дышали, а в какой-то момент оба сделали глубокий вдох, словно готовились нырнуть под воду. При этом не сводили друг с друга глаз. Наши взгляды скрестились, и показалось, что время остановилось. Я не понимала, чего ждать. Просто сидела, как мышка, и старалась не шевелиться.

Титов все так же нависал надо мной и молчал, гипнотизируя мен каким-то потемневшим и изменившимся взглядом. Все мое тело сковало, и даже дыхание сбилось от этого тесного контакта. Я понимала, что еще несколько миллиметров, и наши губы встретятся. Ни о чем другом я в этот момент больше думать не могла.

И почему-то мне казалось, что Титова одолевали те же мысли.

Это был тот самый момент, который я бы назвала точкой невозврата. Именно тогда я поняла, что не только я зависла на нем. Все же, его ко мне тянуло не меньше. Не могло же мне все это показаться? Я не понимала, в какой момент все изменилось, и все же, не могла не уловить волшебство момента.

Наше наваждение прервал телефонный звонок. Титов моргнул и отпрянул от меня, словно очнулся и вспомнил, где находился и с кем. Он нахмурился, сразу отвернулся и потянулся к столу за телефоном.