Революция Разрушения

SirHeister
Революция Разрушения

Мы обнялись. Мне показалось, что она ударилась о винтовку, но Лили виду не подала и ощупывала меня – будто не верила, что я – человек, а не призрак.

– Что это? – лицо её было взволнованным.

И спрашивала она не за винтовку. Я потрогал свою шею и нащупал пару ожогов, покрывшихся сукровицей.

– Где это ты так?..

Она, наверное, чувствовала больше боли, чем я за прошедший час, пока слушала пересказ произошедшего.

За девушку в юбке я умолчал, чтобы не дразнить Лилию.

После того, как она обработала мои ожоги – Лиля пошутила, что во мне просыпается «зелёный человечек» – я показал ей свою «добычу». Это была обычная армейская винтовка Драгунова – или те отобрали во время очередного нападения, или кто-то из военных перешёл на их сторону.

Или, что вряд ли, её купили. Любой сценарий меня не удивит.

Сейчас у них недостаток денег – пока мы ещё можем сдерживать их вылазки. Стоит им захватить хоть кусок города надолго – и средств хватит даже на несколько танков. Распродать содержимое завода, фабрики, отеля или даже музея – вот и колоссальная прибыль.

И уж точно найдётся тот, кто продаст.

Я снова писал в блокноте. Винтовка пополнила ряды трофеев: самодельные гранаты, мины и другие взрывчатки, а также пулемёты разных калибров, скоростей стрельбы и разных прочих характеристик.

Это не просто восставшие, это целая армия. Пока ещё не окрепшая.

Я уже не боюсь того, что они могут сделать. Я уже ничего не боюсь и не чувствую.

Кроме несправедливости. Одни умирают, идя целенаправленно на смерть. Другие борются с непобедимыми болезнями и радуются каждому часу даже мучительной, но жизни.

Шум на улице немного утих. Битва на площади должна уже была закончиться.

Я продолжил писать:

Возможно, я ощущаю некую вину за разгромленный ювелирный прям у моего носа. Но владелец сам виноват – сейчас такое содержать очень опасно.

Даже все банки вывезли средства ближе к столице государства. Там было поспокойнее.

Они могут только разрушать и нападать. Они не думают, что, придя к власти, придётся это всё отстроить.

А денег на это не найдётся. Потому что они грабят страну, и всего лишь.

Просто нашлись «умные» псевдопатриоты, которые и руководят этим всем ради своей выгоды. А за ними пошли сотни тысяч по всему государству.

Пока записи ложились нервным почерком в строчки на бумаге, я обсуждал это со своей девушкой.

Она не видела ничего в том, что я делал. Потому что одно дело – слышать об убийстве, а другое дело – убивать.

Да, каждый раз это даётся легче. Но совесть не даёт спать с такой же силой.

Я решил записать ещё одно видео во влог. Мало, кто меня поймёт сейчас. Зато через год, или два…

Записывая видео на камеру, я передал всё то же, что было в блокноте. Только подробнее – а вдруг…

Но мне не верилось.

Глава 4

Я снова переписывался с Саней.

Чувствовал он себя плохо, ещё и досаждала тревога из-за постоянных перестрелок.

Мы знакомы ещё со школы, но какое-то время мало общались. Пока я не узнал, что у него 4-ая стадия.

Жить ему осталось несколько дней. Потом ему начнут вводить наркотики, и я с ним не пообщаюсь. Поэтому решил, что постараюсь навестить его в ближайшее время.

– Скажи, Сань. Что лучше, жить как я – каждый день, бегая по краю высокого здания, или как ты – приземлившись на парашюте в холодную воду, медленно умирать?

Он прочитал, но не ответил. Я отложил телефон и пошёл ужинать – меня позвала Лили.

Наши тарелки с суши уже стояли на столе. Она очень ревниво следила за своей фигурой и ненавидела калорийную пищу на ужин.

Посередине стола стоял подсвечник – дорогой, ручной работы, подаренный нам её родителями на «три года вместе».

Она подала мне коробок спичек.

– Зажигай, Архангел!

Я чиркнул спичкой по краю коробка – она загорелась. Когда все свечи пылали, я выбросил потухшую спичку и кинул коробок спичек в выключатель.

Свет на кухне потух – я попал. Лилия ахнула от восхищения.

– Твои щёчки пылают намного ярче, чем эти огоньки, – сказал я тихим голосом.

Чем важнее слова, тем тише ты их говоришь.

Она смущённо улыбнулась.

Мы сидели за маленьким столиком, который позволял нам кормить друг друга роллами. Мысли о произошедшем сегодня отошли в сторону.

Воздух заполнял чудесный цветочный аромат – Лили включила ароматизатор.

На улице уже практически стемнело. Весь город, казалось, замер. Только не моё сердце, которое только ускорялось в своём ритме.

Я встал и налил нам по бокалу шампанского.

– Мне кажется, или стоишь сейчас не только ты?

Её игристый взгляд и мой, слегка удивлённый и решительный, встретились.

Поставив бокалы, я переставил табуретку и сел рядом с ней. Наши бокалы коснулись друг друга, и мы отпили.

Мне снова захотелось её удивить – я взял палочкой кусочек васаби и положил себе на язык. Рот обожгло от горечи, глаза начали слезиться, а к лицу хлынула кровь.

Но я не оторвал своих глаз от неё.

– Но даже эти ощущения не такие острые, как те, которые ты мне даришь…

Она смутилась, и я остался доволен собой.

Лилия потушила одну свечку из трёх и скинула свою вечернюю майку на пол.

– Хочешь ещё, милый?.. Тогда туши остальные…

У меня пробежали мурашки по коже. Я затушил вторую свечу и хитро посмотрел на неё.

– Проказник, – она усмехнулась и скинула шорты.

Если ты видишь на девушке нижнее белье из одного комплекта, значит она тоже решила, что хочет этого сегодня…

Оставалась последняя свеча. Лили держала руку на спине. Я подул на свечу, но не сильно – она почти полностью угасла, но устояла.

– Это ты в каждой перестрелке, – сказала она, смеясь. Лифчик уже пришлось прижимать рукой. – Свеча должна полностью потухнуть.

Я затушил её и услышал, как бюстгальтер упал на пол. Мы встали и она набросилась на мои губы, слегка покусывая их.

Схватив её, я пошёл в спальню. На диетах она сидела не зря – весила она едва больше пятидесяти, и нести её было легче, чем всё свое обмундирование. По крайней мере, удобнее.

Я положил её мягко на кровать. На столе лежал вибратор – вот, что значил её загадочный игривый взгляд.

Выдавив немного смазки из тюбика на палец, я размазал её, запустив руку под трусики.

Лилия была очень мокрая, а её дыхание дёргалось от каждого движения моих пальцев.

Сегодня ей хотелось романтики, а не хардкора.

Она схватила меня за плечи, вдавливая ногти в кожу от возбуждения. Я продолжал делать те же круговые движения, лишь немного наращивая темп.

Лилия начала стонать – прелюдия удалась. Надев презерватив, я вошёл в неё, зажав вибратор между собой и ей. Она была очень довольна…

Спустя несколько минут фрикций в миссионерской позе, Эмили испытала множественный оргазм. Тело её дрожало, мышцы сокращались…

– Спасибо тебе, милый. Это было сказочно.

Глава 5

Но сны мои не были такими.

Убитый парень на крыше – было ощущение, что это я умираю. Всё тело ныло от боли.

Потом был убит снайпер. Молодой парень со своими желаниями, амбициями, мечтами…

Может, такой же, как я. Может, и его ждала дома его девушка. Но из-за меня…

Наверное, этой ночью я опять буду сильно крутится и скомкаю всё постельное бельё.

Потом, забрав оружие, я спускался вниз. Почувствовалось расслабленность – пока я не вспомнил, что будет дальше.

Я проснулся. Мне было жарко, на лбу выступили капельки холодного пота.

На часах было два ночи. Ещё мучиться и мучиться…

Я закрыл глаза и заставил себя думать о Лили. О страстном сексе, произошедшем час назад.

Но страх всё равно окутывал меня. И я знал, что мне будет сниться.

Выломанная дверь в офис – трусики девушки, на которые я обратил на миг внимание – выстрел из винтовки…

То, что они разрушают государство, не даёт мне права их убивать. Даже если вопрос не решается иначе.

Просто кому-то из двух сторон повезло, потому что он имеет профессиональную подготовку. А кому-то – нет, потому что он познакомился с оружием несколько дней назад.

…мне приставили дуло к виску…

Уж лучше я буду ощущать стыд весь сон, чем укоры совести. Нет, это были даже не укоры.

Рейтинг@Mail.ru