Не буди короля мертвых

Сильвия Лайм
Не буди короля мертвых

Пролог

«Больно. Отец Тьмы, как же все горит! Мышцы, кости, каждый миллиметр тела.

Проклятая саранча. Как будто заживо сдирает с меня кожу. У меня вообще осталась кожа? Кажется, это никогда не закончится.

Сколько лет уже прошло с тех пор, как я похоронен здесь? Год, два, десять? Может, сотня?

Время слилось в одно сплошное сумеречное марево. Кровавое и беспощадное.

Все перемешалось в голове с тех пор, как я оказался заточен в этом каменном саркофаге. Без мельчайшей возможности выбраться. Без шанса на свободу.

Бесконечность агонии под крохотными зубами призрачных тварей. Маленькие кинжалы, раз за разом кромсающие бессмертную плоть. Раз за разом сводящие меня с ума.

Но я найду выход, или мое имя – не Рейв Эридан Кастро-Файрел. А затем, клянусь, убью каждого, кто причастен к моим пыткам. Ульфрик, предательская твоя задница. Надеюсь, твой дух так и не нашел упокоения и мучится где-нибудь в бездне Сумерек, пока я гнию здесь в бессмертии. Надеюсь, ты ответил за каждую минуту, что я провел в этой могиле. За каждую секунду. А если и нет, обещаю, я уничтожу всех твоих родственников. Каждого, кто был тебе дорог. Жену, детей, родителей, внуков. Любимого, на хрен, кота…»

Внутренний монолог мужчины прервался сдавленным рычанием.

«Демоны, как больно… Ну ничего. Кто-нибудь обязательно забредет снова на это проклятое поле. Кто-нибудь, кого я убью, даже не поднимаясь из земли. Высосу до капли всю магию. И однажды наконец смогу выбраться из этой ловушки.

А-а, кого я обманываю. Здесь так давно никого не было. Даже животные опасаются приходить на мое поле. Я не чувствую ни одного живого существа, чью силу можно было бы выпить, хоть немного уняв это жжение… Они все чувствуют меня. Не понимают, но чувствуют, что под их ногами смерть.

Отец Тьмы, я буду гнить здесь вечно! Демонов Ульфрик, чтоб твою душу банши утащила в Сумерки и залюбила там до смерти».

Голос внутри снова прервался, и мужчина замер, напряженно вслушиваясь в окружающий мир.

«О, не может быть… Впервые за такое долгое время! Женщина. Девушка. Совсем молодая. Почти слышу, как бьется ее сердце… Чувствую силу, скрытую в крови.

Подойди поближе, детка. Мне не нужно выбираться отсюда, чтобы с тобой поиграть.

Сладкая… Практически ощущаю твой запах. Странный, необычный аромат крови. Что с тобой не так? Ты – некромант, определенно. Сестра по разуму, значит. Что ж, это тебя не спасет.

Еще немного ближе, милая… Да, вот так.

Тьма, как же от тебя фонит магией! Но не черной, определенно, не черной.

Плевать. Мне сгодится любая сила…»

В этот момент где-то на поверхности, совсем рядом, раздалось женское пение. Про́клятый, скованный заклятием в живой могиле, затаился, вдруг позабыв дыхательный рефлекс, который не смогли вытравить из него столетия под землей. Без воздуха и жизни.

«Красивый голос. Очень, очень красивый голос. Я не слышал человеческой речи так долго…»

Широкая грудная клетка мужчины снова приподнялась. А затем цепочка черных мыслей продолжила бег:

«Звонкая девочка со странной магией… Зря ты пришла сегодня на Пепельное поле. Такая загадочная и смелая.

Живая…

Это ненадолго».

Глава 1

Ангелина

Я шла по пустынному полю, и ноги вязли в густой траве. Мысли путались от с трудом сдерживаемого гнева и разочарования.

И как меня угораздило так попасть? Как?

Я готовила этот проект полтора года! Да почти два, если считать поиск материала. Так тщательно язык костяных драконов еще никто не изучал! Теперь на эшгенрейском я не только писать и читать могу, но и немного разговаривать. Более того, я уверена, что мое произношение получше, чем у самого профессора Гардарена! Мне с детства бабуля говорила, что лингвистика у меня в крови. Я и профессору так сказала, когда просила меня в аспирантуру принять. А он засмеялся, вручая мне троечный диплом, и ответил:

– Горжусь! Теперь можешь смело переводить на эшгенрейский все детские сказочки, которые помнишь. Если, конечно, осилишь словарь на пятьдесят тысяч слов!

И ушел. Хамское его профессорство. Нет, ну что за несправедливость? Мог бы пойти навстречу юному дарованию. Что с того, что я завалила теорию? Зато древние заклятия у меня от зубов отскакивают! И не только от зубов. Вообще скачут хорошо.

Только с такими знаниями и троечным дипломом историка некромантии я на фиг никому не нужна. Вся надежда была на аспирантуру. А теперь, как говорится, катись дипломированный некромант колбаской за кладбищенской сказкой.

Я ж даже проклятие снять не могу, силенок не хватит. И тут не свезло. Мой анарель очень слабый. С таким источником только историю и изучать. Собственно, этим я и занялась. Да только редиска-профессор мне всю малину попортил.

И вот теперь я – свободный некромант на вольных хлебах.

Пнула ногой комок земли и села на круглый, нагретый солнцем камень. Устремила вдаль романтично-философский взгляд и вздохнула.

Нет, философ из меня тоже не очень. Желание ругаться никуда не пропало.

Хорошо хоть вокруг нет никого, кто мог бы стать свидетелем моего позора. На Пепельное поле не захаживают, чтобы прогуляться. Даже не знаю почему. Дурная слава у этого места. Зато можно хоть недолго побыть в одиночестве, подумать о том, что делать дальше.

У меня не было ни достаточного количества денег на самостоятельную жизнь, ни дома, куда можно вернуться.

Сорвала пару одуванчиков, машинально вплетая их в венок. Потом нашла несколько маленьких палочек одинаковой длины и воткнула их между цветков. Получилась забавная желтая корона. Надела на голову и улыбнулась.

– Ну, и чем я не королева-некромантка? Нет, лучше – мертвых. Чем я не королева мертвых?

Откуда-то сбоку раздалось громкое «ква».

Я повернула голову и заметила крупную лягушку, с интересом разглядывающую меня. Казалось, она даже специально забралась на ближайший валун, чтобы было лучше видно.

– Что, глупо я выгляжу, да? – спросила у лягушки. – Наверняка хочешь сказать, что не бывает никаких королев мертвых. Сейчас даже кошку никто не может поднять с того света. А ты знаешь, что семь сотен лет назад все было не так? Именно тогда родился Рейв Эридан Кастро-Файрел. Человек, поднимавший нежить целыми армиями!

Лягушка продолжала на меня внимательно смотреть. Иногда даже издавала какие-то звуки, как будто поддакивала. Было приятно представлять, что у нас диалог, а не я тут одна в короне из одуванчиков вещаю с теплого камушка.

Я спрыгнула со своего «подиума» и начала вышагивать по мягкой травке, продолжая рассказывать:

– Это был великий некромант, у которого в качестве ручного зверька водился костяной дракон. Ты понимаешь – дракон! Тот самый, чей язык я с таким трудом учила. Рейв успел покорить полмира, пока его не удалось остановить.

Я широко развела руки в стороны и начала пританцовывать.

– А еще он умел играть Ноктюрн смерти. Ты знаешь, что это такое? Это легенда, настоящая легенда. Дивная мелодия, одновременно страшная и прекрасная. Удивительная. Под ее звуки духи оживают и начинают танцевать, покоряясь воле колдуна. Поговаривали, что это ужасно красиво. Жаль, ноты Ноктюрна утеряны. Я бы послушала мелодию, способную заставить давно ушедших броситься в пляс.

Я остановилась передохнуть, тяжело дыша.

– У нас в академии даже была традиция: в конце каждого года обучения пытаться сыграть Ноктюрн смерти. Но, увы, как ты понимаешь, никому пока это не удалось. Усопшие не отзываются. Музыка нежити – это тебе не комаров языком ловить.

Лягушка громко квакнула и прыгнула прочь, скрывшись в густой растительности.

– Да что б ты понимала, – махнула рукой я и шлепнулась попой прямо в траву.

Только зеленый ковер на этот раз оказался вовсе не мягким. Я взвизгнула от неожиданности и перекатилась в сторону. Кажется, мне не повезло приземлиться на какой-то острый камень.

Раздвинула руками стебельки осоки и увидела крупный кусок каменной плиты. Он ни капли не походил на обычный валун. Правильные прямоугольные углы, стесанные от времени, намекали на то, что передо мной, похоже, какой-то монумент.

Внутри всколыхнулось любопытство. Я принялась раскапывать мягкую землю, очищая ровную поверхность, на которой проступали какие-то надписи. И чем дольше я это делала, тем сильнее становились любопытство и наивный восторг. Я узнавала буквы эшгенрейского языка!

Через какое-то время вся плита уже лежала передо мной. И старый текст выглядел вполне читабельно! Время и условия среды совсем не испортили выдавленные на камне письмена.

Внутри меня загорелся нешуточный азарт. Я села рядом с находкой и отряхнула ладони от грязи. Пробежалась глазами по тексту, убеждаясь, что легко смогу его прочесть, и тут же начала воплощать на практике навыки, полученные в академии. Не зря же я полтора года зубрила произношение!

 
Dfiera re fjynde sjfndalie dornoren,
Siantar releviont transier goren vald,
Usjera dafn sarhgerte yortonjer reido,
Salvego – gortento irontar jon…[1]
 

Зачитав последнюю фразу, я едва не захлопала в ладоши, настолько хорошо у меня вышло. В этот момент на крохотное мгновение мне даже захотелось, чтобы профессор Гардарен сейчас видел мои успехи. Как легко у меня получилось прочесть совершенно неизвестный текст. Во всем Ихордаррине едва ли найдется больше десятка человек, кому это под силу.

 

Но в следующее мгновение произошло нечто странное, выбившее из головы все желание хвастаться.

Земля задрожала. Я буквально задницей почувствовала эту вибрацию неприятностей. Мне едва хватило времени, чтобы отползти назад, прижавшись спиной к крупному валуну, как комья земли разлетелись в разные стороны, словно от небольшого взрыва.

– Что там было по теории мертвых языков? – лихорадочно начала вспоминать я. – Не читать вслух неизвестные надписи? Ясненько теперь, почему нельзя читать… – пробубнила нервно.

А дальше передо мной появился мужчина. Мрачный, высокий и весь с ног до головы в земле. Я не успела его рассмотреть. Только черную хламиду вместо одежды и спутанные волосы, упавшие на лицо. А в следующий миг он посмотрел на меня.

Вокруг резко стало темнее. Будто и не светило над нашими головами солнце. Глаза незнакомца сверкнули кроваво-алым, вызывая у меня безотчетный ужас.

В долю секунды он приблизился ко мне и с силой схватил за горло, заставив вжаться в горячий камень.

Воздух вышибло из легких.

Единственное, что в этот момент промелькнуло у меня в голове, было: «Правильно профессор мне трояк за диплом влепил. Очень правильно!»

Рейв

«Запах. Тонкий, дурманящий, пьянящий. Как же давно у меня не было женщины… До ехидниной матери долго…»

Мужчина наклонился к дрожащей девушке и втянул носом горячий воздух около ее уха. Кажется, незнакомка еще сильнее задрожала.

«Сладкий, смешанный с ароматом страха… Кожа под ладонью обжигает. Чувствую, как бьется пульс под пальцами…»

Рейв замер, не решаясь сделать то, что собирался. Как только воздух коснулся его тела, столько лет не чувствовавшего свежего ветра, настрой мыслей резко поменялся. Словно вместе с могильным тленом в нем растворялось и исчезало что-то совсем другое. Старое и когтистое, жестокое и озлобленное до хруста костей. Как только он вдохнул запах, почувствовал биение пульса, дрожь и близость женского тела, внутри зажглось что-то горячее. Жестокость, приобретенная годами пыток под тяжелыми плитами заклятия, начала понемногу уменьшаться. Хоть и не пропадала до конца.

Мужчина чуть отодвинулся и взглянул в глаза своей жертве. Светло-зеленые, почти травяные. Наполненные чернотой зрачка.

Он так много лет не видел ничего, кроме черноты.

В висках пульсировал голод. Желание. Кровь струилась по не вполне восстановившимся венам, возвращала организму привычную силу. И сводила с ума.

«Повалить на траву, жестко взять, высосать без остатка…»

Им владели дикие, животные желания, в которых он сам себе не давал отчета. Кем он был сейчас? Голодным зверем, очнувшимся ото сна.

«Магия… – чуть спокойней потекли его мысли, когда он придвинулся ближе, – снова этот странный привкус магии. Словно кто-то запечатал булочки с ванилью в плотную коробку, но сквозь щели проникает горячий, щекочущий ноздри аромат… Надо только чуть сильнее сдавить горло. До хруста. Выпить весь анарель. На первое время хватит, чтобы наполнить опустевший источник. Тьма, как же сладко она боится…»

Но вместо того, чтобы убить девушку, как ему и подсказывал внутренний голос, он глубоко вздохнул и вдавил в нее свои бедра. Прижался, наклонился ближе, уже почти коснувшись губами шеи. Маленькой, быстро бьющейся жилки. Такой жаркой, такой…

– Эй, может, хватит уже об меня тереться? – бросила вдруг девушка, отвернув голову. – Первый раз вижу такого озабоченного. Тьфу, блин. Слезь с меня, ты весь в земле.

Рейв сдвинул брови и от неожиданности отпустил свою добычу. Впрочем, так и не отодвигаясь далеко. Ему стало любопытно.

«Какое новое чувство. Словно я лет сто не испытывал ничего подобного».

Он склонил голову набок, рассматривая девушку. Ее длинные серо-русые волосы, забранные сзади в косу. С виду такие обычные, ничем не примечательные, но, если приглядеться, блестящие на солнце каленой сталью.

– Я уже тебя за короля мертвых приняла, – фыркнула она, отряхиваясь от комьев грязи. – А ты просто грязный парень в лохмотьях.

Мужчина изумленно приподнял брови.

«Как ударила, клянусь Черной смертью…»

– О чем ты? – спросил он, выдавливая слова. Голос отказывался повиноваться. Как старый, много лет не смазываемый механизм.

Получилось хрипло и отрывисто.

– Ну, ты же живой? – невозмутимо пожала плечами она. – Значит, не можешь быть королем мертвецов. Тот почил уже лет как семьсот.

– Сколько?! – выдохнул мужчина, округлив глаза. Не веря, что это происходит на самом деле.

«Семь сотен лет… Словно убила второй раз, – думал он ошарашенно. – Меня не было более полтысячелетия. Как я еще речь-то этой малявки понимаю?.. У этого засранца Ульфрика успели умереть даже правнуки. Лысая его облезлая задница. И все же он смог запечатать меня, как и обещал…»

Мужчина усмехнулся, вспоминая тот последний день в своей и его жизни. Как монах с пронзительными сине-зелеными глазами читал страшное заклятие, которого до того момента не знала земля. А он, Рейв, смеялся, не веря, что у мужчины получится. Но в последний миг все же выбросил руку вперед, вырвав сердце бывшего друга. Заглядывая в его стекленеющие глаза, полные редкой золотой магии, и сжимая еще пульсирующую жизнь.

А затем навалилась Тьма.

Рейв усмехнулся. Губы искривились, во рту появился неприятный привкус горечи.

– Чего ты ржешь? – беспардонно вырвала его из воспоминаний девушка.

Мужчина посмотрел на нее, чуть прищурившись, и ничего не ответил. Сунул руку в карман тряпья, некогда бывшего черным фраком, отороченным бархатом, и достал оттуда сморщенный, осыпающийся пылью комок праха. Сжал пальцы, наблюдая, как падает на землю бренный тлен.

– Что это за гадость? – Девушка сморщила нос и с отвращением отвернулась.

– Сердце, – ответил задумчиво Рейв.

– Какое еще сердце, что за бред? – фыркнула она, снова привлекая к себе внимание невероятной дерзостью. – Как ты вообще в земле оказался? Маг природы, что ли?

Мужчина осмотрел незнакомку с ног до головы.

Худенькие плечи, чуть вздернутый нос, большие блестящие глаза, в которых за показной самоуверенностью плещется нечто потаенное, не поддающееся определению, скрытое от чужого взгляда.

«Малявка. Совсем ребенок…»

– Сколько тебе лет? – бросил почти презрительно, с трудом отводя взгляд от длинной аристократичной шеи.

– Двадцать три вчера исполнилось. Прямо перед выпуском из академии, – ответила гордо, словно не желторотый цыпленок, а уже прямо-таки целая цапля.

Мужчина все же опустил взгляд на весьма привлекательную грудь под тканью серо-голубого платья, напоминающего плащ нищего бродяги. Презрительно выгнул бровь.

«Это сейчас такая мода у них или малышке не на что одежду покупать?..» – мелькнула в голове мысль. Но затем он вновь взглянул в ее слегка раскрасневшееся лицо.

Она была так мила в своем смущении. Длинные, чуть загнутые ресницы слегка подрагивали, взгляд потемнел, губы, которые она то кусала, то облизывала, приобрели слишком уж эротичный влажный блеск.

За показной дерзостью скрывалось что-то совсем другое. Что-то настолько манящее, что хотелось распробовать.

У Рейва перехватило дыхание. Как зачарованный он смотрел на ее мягкий манящий рот и не мог оторваться. Задумчиво приблизился, терзаемый лишь одной мыслью: узнать его вкус. Прижать к себе девчонку, проникнуть внутрь пухлых губ языком. Узнать, такая ли она горячая, как кажется.

Мужчина завороженно поднял руку, чтобы прикоснуться. Дотронуться большим пальцем до ее ротика…

Неожиданно девушка дернулась, и в следующее мгновение маленькая ладошка с силой шлепнула его по кисти, мешая достигнуть желаемого.

Сказать, что Рейв был ошеломлен, – ничего не сказать.

– Да ты совсем умом тронулся! – воскликнула она, пытаясь выползти из-под него. Но в силу серьезной разницы в весовых категориях у нее это не слишком-то вышло. – Я из-за тебя вся в земле!

Такой наглости от малявки он никак не ожидал. Это уже начинало порядком раздражать.

– Кажется, наш разговор затянулся, – бросил он жестко, нахмурившись.

Отклонился чуть назад, как будто давая девушке больше простора.

– Вот уж точно, – немного нервно усмехнулась незнакомка, пытаясь вложить в голос побольше самоуверенности. Начала демонстративно отряхиваться, исподлобья поглядывая на мужчину. – И постарайся больше не набрасываться на меня. Я, конечно, понимаю, что понравилась тебе, и вся фигня…

Но Рейв больше не собирался этого терпеть.

«Некромант я или нет?» – подумал он, стиснув зубы.

Сделал короткий пасс пальцами, вплетая в магический символ те крохи Тьмы, что сейчас были ему доступны.

На мгновение воздух привычно сгустился.

«Как давно я не чувствовал этого… Когда Тьма струится по венам…»

Заклятие сработало, едва маленькая нахалка подняла на него ничего не подозревающий взгляд своих зеленых глаз. Рейв даже успел в очередной раз поразиться их необычному оттенку, как у дикого мха, как у папоротника в летнюю ночь.

А в следующую секунду ее веки уже закрылись. Сумеречная паутина лишала чувств мгновенно.

Глава 2

Рейв

Ему нужно было немного подумать. Самую малость привести мысли в порядок. Тьма, его не было семьсот лет!

Рейв посмотрел на неподвижную девчонку и прищурился. Она успела изрядно его взбесить. Некромант наклонился, подтянул ее за ноги и, не церемонясь, перекинул бесчувственное тело через плечо. Перед этим он окинул придирчивым взглядом свою говорливую незнакомку и пришел к выводу, что фигурка у нее что надо. Как говорится, все на месте.

Не то что у него.

Рейв посмотрел на собственную левую ладонь и поморщился. Если бы минуту назад он не вырубил малышку, сейчас она наверняка уже визжала бы как испуганный павлин. Стоило признать, что с этой кистью у него малость проблемы. Рука не до конца восстановилась и представляла собой голый скелет, едва обросший хлипеньким мясцом.

Некромант хмыкнул.

Он был не мертв, но и не жив в привычном понимании этого слова. Интересное действие заклятия. Хотя, несмотря на кисть, которой можно было и драугра напугать, все остальное оказалось в норме.

Рейв приложил ладонь к груди и убедился – сердце бьется. Он не нежить.

Губы изогнулись в мрачной улыбке.

– Ну что, кто еще здесь сомневается, что я король мертвых? – бросил он, нахально шлепнув по заднице бесчувственную девушку.

Некромант не задумывался над тем, зачем тащит с собой случайную спутницу. Это было очевидно любому не обремененному совестью человеку: он собирался использовать ее в качестве живого кристалла магии. С его собственным источником сейчас можно разве что фокусы для детишек показывать. Могильник не только удерживал Рейва под землей, но и лишал магии. Не давал надолго восстановить резерв.

Но некромант все равно пытался. Все эти годы. Каждый раз, как по его полю пробегала хоть одна теплокровная тварь, сквозь недра земли он набрасывался на нее призрачными нитями Тьмы, высасывая жизнь и магию без остатка. В основном это были лисы, кроты или зайцы. Изредка, когда на поле оказывался человек, некромант пытался убить и его. Но последний раз это случилось так давно, что Рейв уже и не помнил, удалось ли ему довести дело до конца. Колдуны обычно сопротивлялись его воздействию, и только полностью бездарный в магическом плане человек оказывался беззащитен перед ним.

Но после нескольких случаев потери сознания и полного иссушения анареля люди перестали захаживать на Пепельное поле. Это место обросло кучей легенд и приобрело дурную репутацию. С тех пор хоть как-то поддерживать силы Рейву стало сложнее. В этом и была причина того, что одна из его рук оказалась едва ли не полностью уничтожена.

Рейв поднял голову и всмотрелся в горизонт. Впереди уже виднелась кромка леса. Туда-то некромант и двигался.

Закрыв глаза, он сверился с направлением. Все верно. Тьма подсказывала: королевский замок Файрел находился в десяти километрах по прямой.

Его замок. Скоро, совсем скоро он будет дома…

Подходя к лесной опушке, некромант постарался вернуться мыслями в настоящее. Честно говоря, это было не так-то просто сделать, учитывая, как сильно он привык находиться в полном одиночестве. Развлекать себя полетом фантазии и игрой воображения. Но теперь рядом с ним была девушка, которая, признаться, даже в бесчувствии неплохо справлялась с переключением его внимания.

От нее распространялся еле уловимый запах ванили. Такой теплый и домашний, что мужчина невольно прикрывал глаза и вдыхал глубже. Она напоминала ему горячую булочку, только что вынутую из печи. Так же сильно хотелось вонзиться в нее зубами и почувствовать, какая она мягкая и сладкая внутри.

– Тьма, я так давно не ел булочек с ванилью! – усмехнулся мужчина, думая вовсе не о выпечке.

 

У него слишком много лет не было женщины. Однако он не привык иметь дело с дамами в бессознательном состоянии. А потому не собирался пользоваться представившейся возможностью даже в мелочах.

Через некоторое время Рейв забрел в густую чащу и, осматривая окружающий мир сумеречным зрением, успел обнаружить медвежью берлогу. Маленькую узкую пещеру, в которой могли прекрасно поместиться два человека, решивших провести ночь в лесу.

Вряд ли такая перспектива понравится его спутнице, но некромант не видел другого выхода. Пока что в городе ему появляться нельзя. Нужно сперва разведать, что там и как. Понять новые правила игры.

Рейв сбросил девушку в угол пещеры, накидав на пол небольшую кучку веток. А сам принялся разводить костер у выхода. Следовало подкрепиться. Все же первая трапеза за полтысячелетия.

Не опасаясь, что спутница очнется раньше времени, мужчина покинул берлогу и довольно быстро обнаружил поблизости дикую лису. Алые токи жизни безошибочно вели его к жертве. Подобравшись поближе к зверю, Рейв выставил костлявую руку вперед, сложив пальцы в подобие лапы ворона, и просто высосал из животного жизнь.

Тьма неохотно отзывалась на приказы старого хозяина. Некромант поморщился, чувствуя, что восстановление займет больше времени, чем он надеялся.

Впрочем, рука теперь была полностью цела. Как только энергия животного перетекла в мужчину, поврежденная кисть мгновенно обросла плотью и покрылась смуглой кожей, под которой явственно запульсировали вены.

Схватив лису за хвост, довольный мужчина вернулся к стоянке. Сел возле входа, сооружая из веток нечто вроде мангала.

Рейв, хоть и принадлежал к благородному и богатому семейству, неплохо умел справляться и с освежеванием дичи в лесу, и с жаркой мяса. Он многому успел научиться с тех пор, как в двадцать один год взял свой первый небольшой город с отрядом упырей.

Разделавшись с приготовлением, колдун принялся за свою одежду. К сожалению, спасти магией удалось только длинный камзол с серебряными пуговицами. Остальное сгнило.

Чуть позже недалеко от берлоги Рейв обнаружил жиденький пруд. Он почти весь зарос тиной, но некроманта это не остановило. Окунувшись в холодную воду с головой, он наконец-то почувствовал себя по-настоящему живым.

Таким образом, когда пришло время пробуждаться его зеленоглазой спутнице, мужчина выглядел терпимо.

Сложив для нее на лист лопуха порцию мяса, он осторожно лег с ней рядом на ветки.

Ресницы незнакомки дрогнули, давая понять, что она вот-вот очнется. Некромант подпер голову рукой, лежа на боку возле девушки, и невозмутимо ждал. Жутко хотелось пить, но бросать малышку он уже не хотел. Как ни странно, ему нравилось находиться рядом с ней. Возможно, потому что за столько лет он соскучился по человеческому обществу. Возможно, просто из любопытства или чего-то еще. Он не задумывался об этом.

Закрыв глаза, Рейв осмотрел окрестности сумеречным зрением. В десятке шагов от берлоги обнаружилась крупная черная точка мрака. Кажется, это был мужчина. Вероятно, охотник, задранный медведем. Мертвое тело, которое не планировало видоизменяться и самостоятельно превращаться в нежить.

Рейв решил ему в этом помочь, перебирая в голове подходящие заклятия. Седьмой уровень казался хорошим выбором: создание полуразумного зомби. Ничего сложного.

Оттолкнувшись от земли, некромант сел, уперев руки локтями в колени. Его веки медленно опустились, а когда поднялись вновь, глаза вспыхнули алым. Королю мертвых не нужно было произносить слова древнего языка. Сила и опыт позволяли творить магию почти молча.

Он еле заметно шевельнул пальцами, расположив их в нужном символе, и произнес одно-единственное слово-ключ:

– Kherileyr!

«Восстань».

Земля не дрогнула, а ветер не взметнул в небо клубы острой пыли. Но если бы рядом были еще колдуны, способные повелевать мертвыми материями, они ощутили бы, как ожила Тьма. Как тонкая, но прочная черная нить стрелой вонзилась в тело мертвеца, наполняя его тело паутиной сумеречной магии.

Рейв вздохнул и снова улегся на спину, сложив ногу на ногу и сцепив под головой руки.

Как только зомби доковылял до своего нового хозяина, злобно блеснув зеленоватым светом из потемневших глаз, некромант бросил:

– Принеси воды. Котелок найдешь рядом с местом, откуда пришел.

Зомби кивнул и медленно вышел. После пробуждения ноги ему явно повиновались с трудом.

Некромант скривил губы в подобии ухмылки. Сегодня он прекрасно понимал своего нового слугу.

– Какого лешего тут происходит? – раздался недовольный женский голос, как только мертвец скрылся из виду.

Некромант повернул голову и, встретившись с горящим взглядом, улыбнулся. Незнакомка опять эротично краснела.

Ангелина

Это вообще никуда не годилось. Я не поняла, что произошло, но в какой-то момент меня словно отключили от внешнего мира. Никогда у меня не случалось обмороков. Логично было предположить, что и эта потеря сознания – не случайность, а дело рук странного незнакомца.

– Почему я лежу на горе веток в какой-то берлоге? И чего ты так радостно улыбаешься? – выдохнула я возмущенно.

Мужчина даже не думал оправдываться. Только еще шире улыбнулся. А у меня от неловкости в горле резко пересохло.

Этот нахал мало того что притащил меня невесть куда, так еще и разделся. На нем был один-единственный то ли плащ, то ли длинный пиджак с блестящими серебристыми пуговицами, надетый на голое тело. Черные волосы чуть ниже плеч влажно блестели, обрамляя узкое смуглое лицо с правильными чертами. Темно-карие глаза весело сверкали из-под густых бровей, а крупные губы иронично изогнулись.

К моему сожалению, эти его губы оказались очень даже ничего. А обнаженное тело под распахнутым плащом слишком сильно приковывало взгляд. Хорошо хоть засранец застегнул нижние пуговицы.

– Что, приглянулся? – спросил он нагло.

Как обухом по голове. Открыла рот, глупо хватая воздух. Остроумный ответ никак не шел в голову.

– Чтоб тебя дохлая шишига покусала, – фыркнула я, отвернувшись и усиленно делая вид, что ему показалось и вовсе я не таращилась на кубики на его животе.

Цепкий взгляд темно-шоколадных глаз чувствовался даже кожей.

– Где это мы? Это что, медвежья берлога?!

Последний вопрос получился, пожалуй, излишне визгливым.

– Да, а что, у тебя какие-то претензии к медведям? – совершенно невозмутимо поинтересовался мужчина.

– Что, какие претензии? – выдохнула я. – Нет у меня никаких претензий.

– Ну вот и славно, – улыбнулся он.

Явно издевался, наглец.

– Медведь же может вернуться!

– Не переживай, милашка, в этом мире есть вещи пострашнее медведя.

Он все так же странно улыбался, и его приподнятые уголки губ казались мне хищными.

– Все, я ухожу, – бросила уверенно, чувствуя, что нервничаю все больше и больше.

– Останься, – спокойно проговорил он, словно у него уже был какой-то план, о котором я не знаю. – У меня есть вкусное жареное мясо. А скоро будет и чем запить.

Даже думать не хотелось, что он там имеет в виду. Официант, что ли, к нам заявится в медвежью пещеру?

– Слушай, может, у тебя не все дома? – спросила я, но нос уже уловил запах жареного мяса, и желание сбежать резко притупилось.

Все же я не ела с самого утра. Академия больше не предоставляла никчемной выпускнице общежитие и столовую. Мне мало того что некуда было идти, так и нечего было кушать. Так что я решила: не случится ничего ужасного, если я немного задержусь.

Незнакомец оказался достаточно наблюдателен, чтобы заметить перемену в моем поведении. Тут же подложил мне на лопух три палочки с нанизанными на них кусками мяса и, скрестив ноги, уселся рядом.

– Как тебя зовут, малышка? – спросил он, пока я вгрызалась в сочный и невероятно вкусный кусок чуть жестковатого мяска.

– Я не малышка, – буркнула в ответ, но уже не так категорично. Все-таки сытый желудок голодному не товарищ. Или что-то вроде того. – Меня зовут Ангелина. А тебя, полуголый незнакомец?

Мужчина улыбнулся:

– А меня… Рейв.

– Рейв? – спросила, на миг перестав жевать и всматриваясь в мужчину внимательнее.

Какое интересное совпадение. Я ведь приняла его за короля мертвых, которого звали точно так же. Но ведь он не может быть тем самым… Правда?

Встряхнула головой, схватив еще один кусок мяса. Какие только глупости не лезут в голову, когда мозгу не хватает пищи. Король мертвых умер так давно, что уже и не верится в его существование. Ну правда, как мог один человек поднять целую армию нежити? Сейчас даже самые сильные некроманты не могут воскресить одного мертвеца.

Конечно, некроманты у нас не очень-то в моде. Совсем не в моде, надо заметить. Да и все заклинания призыва уничтожены еще полтысячелетия назад. Но ведь мог же кто-то восстановить утерянные знания? Но нет, не получилось. Значит, либо не так-то это просто, либо и вовсе невозможно.

– Так кто ты такой и откуда взялся? – продолжала я беседу.

Все-таки, может, не такой уж этот Рейв и хам? Девушку накормил, руки не распускает.

1Ночь да раздвинет темные очи,Сумрак расставит все по местам,Сядет солнце цветом черной сажи,Встанет – рубином алой крови (эшгенр.).
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru