Шурка Орлов Яков и Ко

0.1

Предупреждение: в данном произведении присутствуют описания, связанные с наркотическими средствами и психотропными веществами. Помните:

употребление наркотиков наносит непоправимый вред физическому и психическому здоровью;

изготовление, хранение, перевозка или сбыт наркотических средств и психотропных веществ запрещены законом;

за незаконный оборот наркотиков законодательством РФ предусмотрена уголовная ответственность.

1

Тяжело быть личностью. Люди привыкли к стандартным формам: окончил школу, поступил в институт, женился, устроился на престижную работу, родил ребёнка, пережил кризис среднего возраста, состарился, вышел на пенсию, умер – вот типичная матрица жизни. Можно заменить институт техникумом, ПТУ или курсами, родить не одного, а двух, трёх, пятерых детей – смысл останется тем же. Человек зажат в тиски общественного мнения, религиозных и культурных традиций. Поэтому многие спиваются, начинают употреблять наркотики: внутренний мир конфликтует с внешним. Уход от реальности – на час или на вечер – становится единственным возможным способом почувствовать себя свободным.

Дурманящие средства не приносят облегчения, и в душе остаётся пустота. В душе образуется дыра, которую ничем не замазать, не заткнуть одеялом, не заколотить досками и не заложить кирпичом.

В 14 лет я решил стать музыкантом. Собрал группу. Единомышленников найти было легко: я занимался в музыкальной школе, и таких, как я, среди доучившихся до конца оказалось немало. Группа состояла из четырёх человек: басист, гитарист (по совместительству клавишник), барабанщик и я. Мне достались вторая гитара и вокал.

Наскребли денег, купили инструменты и аппаратуру, стали готовить концертную программу.

Я придумал себе сценический псевдоним – «ЯКОВ». Коллектив назвали «ШторМ». Писать песни никто из нас не умел. Долго мучились, играли чужие композиции. Перелопачивали хиты современной и советской эстрады, придумывали оригинальные интерпретации легендарных песен. Так продолжалось больше года: получалось красиво и смешно, но за душу не цепляло.

Первая песня родилась самопроизвольно. Я сидел дома на диване, готовился к контрольной по физике. От заучивания формул устал, решил передохнуть. Телевизор меня бесил, радио раздражало. Образовавшийся вакуум надо было чем‑то заполнять.

На листке бумаги начертал первые четыре строчки стихотворения, потом ещё две, ставшие впоследствии припевом. К тексту придумал примитивную мелодию из трёх аккордов. Подготовку к контрольной отложил… Думать получалось только о репетиции. Я создал шедевр (так тогда казалось) и хотел им поделиться с миром. Я стал композитором и поэтом. В собственной гениальности не сомневался: мне грезились стадионы фанатов и многомиллионные тиражи дисков.

От творения группа пришла в восторг. Три часа играли эту композицию, разговаривали только о ней. Так я стал лидером коллектива – всё стало крутиться вокруг меня. От меня стали ждать новых песен, прорывных идей. Я с радостью ублажал их и вместе с этим рос в собственных глазах.

Каждый вечер писал по несколько произведений. Со стихосложением было просто: если не находилось рифмы, то одну и ту же строчку использовал дважды. Над мелодией работал дольше – пытался найти оригинальное сочетание нот. Музыкальная школа не прошла даром.

Первые песни были похожи на чужие, но они были свои – в этом заключалась их ценность. Месяц потратили на формирование концертной программы. У нас появилось желание вынести творчество на публику. Ещё месяц назад от выступлений отказывались, но теперь главным желанием было выступать. Нас пригласили на фестиваль, организованный «Союзом молодёжи», – мы согласились. Мы верили в успех.

За пять минут до выхода на сцену на душе было нервно и страшно. Возникало желание покинуть закулисье и никогда больше не выступать. Я преодолел себя. Нас объявили, мы вышли, заиграли первые аккорды. Играли с закрытыми глазами… На середине первой песни я понял: страшного ничего не происходит. Посмотрел в зал – зал смотрел на нас.

Первое выступление прошло хорошо: публика приняла нас доброжелательно! Во время концерта мы совершали ошибки – я путался в словах песен, фальшивил, – но кайф от сцены затмил всё!

Выступать стали часто: нас приглашали на фестивали, организованные комитетом культуры администрации, мы ездили в другие регионы страны. Потихоньку набирались опыта, а в родном городе стали звёздами. Участие в мероприятии группы «ШторМ!» обеспечивало аншлаги.

Записали альбом на студии муниципальной радиостанции. Местное телевидение сняло видеоклип на нашу композицию. Худшая, с моей точки зрения, песня из альбома по воле теле‑ и радиоредакторов превратилась в хит. Мы плевались каждый раз, когда нашу композицию ставили на радио и ТВ, но ничего не могли поделать. Впервые в жизни я ощутил беспомощность – когда за тебя решают другие, диктуют, как поступать с тобой и твоим творчеством.

За музыку нам не платили денег, но для нас это не было главным. Девчонки не давали нам прохода, нас зауважали и даже полюбили злейшие враги. Мы были счастливы…

2

Нам исполнилось по шестнадцать лет… Жизнь напоминала сказку, и казалось, что так будет всегда. Мы мечтали о творческом росте. «Птицу удачи» держали за хвост. Регулярно выступали в ресторанах, что обеспечивало нам доход. Купить инструменты, сводить девушку в кафе – на всё у нас были деньги. Если раньше приходилось выклянчивать деньги у родителей, то теперь мы стали самостоятельными.

В шестнадцать лет мы познали полноту жизни, приобрели богатый сексуальный опыт. Он нас губил.

Бас‑гитарист заразился венерическим заболеванием (никак не могу вспомнить его название), что и стало причиной его ухода из группы. Он пошёл к венерологу, разъедаемый инфекцией. Диагноз оказался положительным. Врач был знаком с его семьёй. Врачебная этика для него оказалась пустым звуком, и он рассказал родителям о заболевании сына. Семейный скандал перерос в уничтожение инструментов бас‑гитариста и вечный запрет заниматься музыкой.

Противопоставить родительскому гневу было нечего. Мы и сами понимали, что переходим грань дозволенного. Юношеский максимализм вёл нас дальше – блуждать по планете телесных наслаждений. Но мы извлекли уроки: теперь в кармане лежали качественные презервативы, да и партнёрш для секса подбирали после этого случая более основательно. Никаких случайных связей, никакого секса с поклонницами. Раньше, особенно во время выступлений в ресторане, к нам подходили подвыпившие девушки. В перерывах между выходами на сцену мы их «натягивали» в туалете или гримёрке.

В полном объёме познали алкоголь – дорогой и не очень, отечественный и ведущих корпораций мира. По аромату и вкусу определяли страну происхождения и разновидность напитка! Пили каждый вечер, без перерывов на выходные и праздничные дни.

Школу навещали от случая к случаю. Прогулы сходили с рук: учителя считались с нашим звёздным статусом и даже за несделанную работу ставили четвёрки. Проблемным был только один предмет – история. Историк до нашей звёздности оказался равнодушным, постоянно ругал нас и за прогулы ставил двойки.

Поиски нового музыканта длились долго и закончились ничем (оказалось, в небольшом городе сложно найти кого‑то нашего уровня). Бас‑гитару взял в руки я! Без труда освоил инструмент!

Если говорить не о группе, а обо мне лично, то во внешних проявлениях я ушёл дальше остальных… но делал то, что не свойственно моей натуре. Остальные участники коллектива в поведении были органичны – моими поступками руководили соображения пиара! Отрастил длинные волосы и перекрасил их в огненно‑рыжий, устраивал в публичных местах скандалы, крушил витрины в магазинах…

В младшешкольном и подростковом возрасте я увлекался творчеством «Секс Пистолз» и «Нирваны», интересовался информацией о повседневной жизни кумиров. Плюс ко всему в те годы культовым фильмом для неформальной молодёжи был голливудский «шедевр» (слово «шедевр» сознательно ставлю в кавычки) – «Гонщики». В шестнадцать лет казалось, что если я создам симбиоз из героя фильма и любимых исполнителей, то окружающие люди станут считать меня невероятно крутым. Внутри жил скромный и застенчивый человек, снаружи – невероятное чмо. Но через это надо было пройти.

В семнадцать лет я предстал в другом образе, более органичном. Внутренний мир соответствовал внешнему. Причиной изменений явилась любовь. Я влюбился!

Девушка распознала меня сразу, в первый день знакомства. Она словно рентгеновскими лучами просветила мою душу насквозь. Её описание «истинного меня» оказалось настолько точным, что скрывать что‑то стало бессмысленным. Я изменился на глазах: стал мягким, отзывчивым, добрым, с распутной жизнью попрощался.

Девушку звали Кариной, а если более точно выражаться – Каринэ, но никто из окружающих не обращался к ней правильно. Она армянка, и армянское имя адаптировалось под русский язык – произошла трансформация из Каринэ в Карину. Она совершенно не обращала на это внимания, наверно, привыкла, а может, ей нравился новый вариант звучания.

Я познакомился с ней в автобусе. Какой это был маршрут и зачем я ехал – уже вспоминаю с трудом. Да это и неважно… Девушка сидела за кабиной водителя, я вошёл в салон, и наши взгляды пересеклись. Яркие, как Чёрное море, глаза накрыли меня волной страсти. Я потерял контроль над собой, перестал слышать и видеть окружающий мир. Ко мне подошёл кондуктор, но я не обратил на него внимания. Он что‑то говорил, по всей видимости, требовал, чтобы я оплатил проезд. Но я не слышал его – я смотрел в глаза, которые отключили моё сознание. Девушка встала со своего места, подошла к нам и шепнула мне на ухо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.