Sherlee Kon Мир глазами лебедя

Глава 1 Росомаха

Весна – слово, которое знакомо каждому, от младенцев до пожилых.

Начало солнечных тëплых деньков, и прощанье холодных белых снегов. Пробуждения самой природы: животных, растений, рек, озëр, и грибов.

В любой сказке, есть герой, который рождается милым, красивым и беззащитным, особенно, когда детëныш – избранный.

Так одна лебедь гнездовалась в пещере, высиживая своё единственное яйцо, которое скоро вылупится.

Пещера выглядела простой берлогой, где обычно живут медведи. Она была просторной и тëплой. Даже если хищник, сунет сюда свой нос, то встреча с сильной, грозной и большой птицей, ему не поздоровится.

Первый день весны, должен быть спокойным и умиротворëнным, но что-то пошло не так: то дождь, то снег, то сильный порывы ветра, и всë это за один день.

В ответ на эту аномалию, мама-лебедь смотрела с серьëзным и усталым видом. Пока она смотрела спокойно на беспорядок в возле входа пещеры, еë глаза, начали постепенно смыкаться, и сама того не видя, уснула.

Мама-лебедь, была птицей, которая охраняет Чудолесье, от тëмных сил и внешней угрозы. Она также контролирует погоду на случай, если пойдëт что-то не так.

Так как она высиживает птенца, ей пришлось дать поручение, своей помощнице, следить за погодой и оповещать о проделанной работе.

В этот же день, всë утихло, только ближе к вечеру. Все готовились ко сну, кроме мамы-лебедя, которая спит уже несколько часов.

Под вечер еë разбудила помощница: утка, живущая возле пруда.

– Эм, мисс Флора, – сказала утка и зашла внутрь пещеры.

– Мисс Флора… Оу.

– Мм? – простонала лебедь, и высунула длинную шею.

– Что, Незабудка? Опять напортачила? – спросила она, приоткрыв глаза.

– Дда! У меня не получилось выгнать облака, которые вы попросили убрать, чтобы было чистое небо. Они были сегодня раздражëнными и неугомонными. Ну прям как дети! – на эмоциях и сожалением тараторила утка.

Прежде чем дальше выслушивать свою помощницу, она сделала небольшое упражнение для шеи, и, как собака, сильно тряханулась.

– Что-то ещë? – спросила наконец Флора.

В ответ, помощница помотала головой.

– Нет. Если только спросить. Как вы справлялись с облаками? Они вас хорошо слушаются, особенно первый день весны.

– Для начала. Как ты с ними беседовала?

– Как и с другими, просила их, уговаривала, ни в какую, только издëвки. А как только я начала кричать, они сдули меня на кудыкины гору.

– Облака на то и облака, они нежные, им нужно всего-лишь подтолкнуть в нужное русло, в виде игры, например. Это же не бык и не осëл, можно и обхитрить, – объясняла Флора.

– Но я так и пыталась, – возразила Незабудка.

– Не пыталась, Незабудка. Мне незачем обманывать. Когда-то, и я была такой же.

– Правда?

– Да. Я тебя выбрала не из-за растерянности, а за отзывчивость, другие, мне бы отказали. Зная, что я усердна к этой работе, – выдохнула лебедь утке.

– Потерпи пару дней, вот как птенчик вылупится. Я тебя освобожу от этих обязательств. На сей раз, ты попыталась сделать и не забыть об этом, это много о тебе говорит.

– Птенчик? Ах! Да! Забыла сказать, – крякнула Незабудка, будто пришла какая-то мысль.

– Перед, тем как отправиться к облакам, в сторону песчаных дюн, меня остановил глухарь, Бармот. И сказал, чтобы после вылупления птенца, в удобное время, прилетели к нему.

– Хорошо, ответь ему, что услышала, – сказала Флора, после резких и громких звуков от своей помощницы.

– Обязательно ему передам. Вы простите, что разбудила, – сказала Незабудка.

– Ничего, – ответила Флора, но в душе появилось небольшое раздражение.

– Доброй ночи, мисс Флора, – попрощалась помощница и улетела с облегчением.

Стало намного тише, когда все шумные животные утихомирились.

Мысли мамы-птицы стали тревожными, ибо в такое время и атакуют, когда становится чересчур тихо.

Она думала, какой хищник на сей раз нападëт.

В момент высиживания, прошло около трёх месяцев, каждая третья ночь появлялся хищник. Флоре это надоело быть целью для ночного банкета. И уже которую ночь не спит.

Некоторое время спустя, как по расписанию, приходит очередной хищник. Слышаться странный звук: не то рык, не то зëв.

Вскоре, подозрительные звуки исчезли, и перед ней появился один из самых агрессивных зверей – росомаха.

Его голодная страшная морда подходила медленно и неспешно, смотря прямо на лебедя, а она, в свою очередь, смотрела на росомаху, выжидая атаки.

Прошло несколько минут, с тех пор, как пришëл хищник.

Зверь, не атаковал Флору сразу же, только из-за того, что взгляд, которые применяют змеи, использовала и она. Неожиданно, яйцо получило первую трещину, тем самым, означало, скорое вылупления птенца.

От звуков трещин, Флора потеряло концентрацию над хищником, что вызвала его быстрый бросок, прямо на еë шею.

Когда он вцепился мëртвой хваткой, Флора начала крутить длинную шею с такой силой, что зверь, улетел в сторону выхода.

Однако, такого агрессивного животного так просто не возьмëшь. С невероятной скоростью, росомаха снова хотел вцепиться в шею, в ответ на нападение, он получил удар головой, как клюшка для гольфа.

Росомаха снова встал на лапы.

– Вам не надоело меня тревожить по ночам? – раздражëнно спросила лебедь.

– Слышал, что ты потеряла магию на время. Мы давно на тебя глаз положили.

Мама-лебедь молча встала с гнезда и заняла защитную стойку.

Ночное небо озаряла тысячи звёзд, под звуки, ночных насекомых и птиц. В такое время суток никогда не слышно драку, между хищниками и добычей, обычно это происходит быстро, внезапно, но бывает в природе такое, что добыча даëт отпор хищнику.

Это битва была не на жизнь, а насмерть, куча потрëпанных перьев, кусочки разодранной меха и кровь.

Флора была зажата в угол уже выбившись из сил. Росомаха одержал победу. Последний его укус в шею, ей стал не под силу, она лежала в зубах хищника, прекратив бороться.

– Ты что, всë? – сквозь зубы говорит росомаха со своей ослабленой птицей. – Про тебя говорили, как о сильной птице, – продолжал говорить в сквозь зубы.

Хищнику ничего не оставалось, как покинуть с добычей из этой пещеры, но обратил внимание на яйцо, которое чудом было не задето.

Подойдя к яйцу, он оставил птицу, и осматривал гнездо.

– Думаю. Ты не против если съем закуску?

Не успев ещë показать зубы возле яйца, внезапно резко, как гадюка набросилась сама Флора.

Зверь, не ожидал такой атаки, и быстро был прижат к стенке. Он увернулся от разъярëнной птицы, и хотел покончить раз и навсегда вырвав сердце. После такой попытки мама-лебедь стала вновь применять сильные лапы, и клюв.

Росомаха не отступала и пыталась снова распороть ей грудь, но масса птицы и еë мощные лапы не давали сделать этого. На его везение Флора чуть не потеряла сознание, но материнские инстинкты, не давали ей этого сделать. Однако, зубы бешеного зверя почти добрались до еë сердца.

Сила большой птицы взяла верх над хищником. Последний прыжок и взмах, похожий на размах топора, раздробило ему голову.

Когда это всë закончилось, мама-лебедь, присела на гнездо и сдерживала свои слëзы.

После нескольких глубоких вдохов, тревога утихла, а вместе с ней и покой.

Через ещё какое-то время. Яйцо, которое не стало едой для росомахи, вылупилось Вылупление птенца, было ярким, как солнце. Флора в это время, уже спала, не почувствовав, никаких толчков.

Глава 2 Встреча на угольном утёсе

Год назад на окраинах Чудолесья произошли странные события. Флора, как защитница и новый лидер природы, не могла оставить свои обязанности из-за внезапных нападений кобр, которые раньше были хозяевами этого леса. Она приказала одному лебедю полететь в Анховый оазис и разобраться с этим как можно быстрее.

Жители, кроме некоторых птиц, не знали об угрозе змей. Им приходилось делать вид, что днём всё нормально, а по ночам искать и отражать атаки холоднокровных убийц.

Солнце почти село. Флора, ещё до того, как снесла яйцо, ждала лебедя по имени Сердечник, который должен был вернуться обратно из Анхового оазиса. Терпение Флоры было на исходе, она стучала лапой всë сильнее и сильнее. Если еë помощник вскоре не появится в небе, то край угольного утëса станет жертвой водных скал. Наконец, наблюдательница заметила белое пятно на закатном фоне, приближавшееся всë ближе.

Тревожные колебания Флоры вмиг исчезли, а сердце, которое каменело в ожидании, зажглось диким пламенем.

Сердечник подлетал к утëсу, готовясь приземлиться. Еë острое внимание переключилось на перья своего помощника, которые были немного потрëпаны и влажны от воды.

– Что так долго!? – звонким голосом спрашивала Флора у Сердечника, когда он приземлился.

– Прости, Флора. Я что-то… замечтался, – уклончиво ответил Сердечник.

– Твой клюв говорит об обратном – с подозрением сказала Флора, снова осматривая потрëпаного Сердечника.

– С моим клювом всë в порядке – помощник, понимая намëк, попытался говорить уверенно, но его голубые глаза предательски подтверждали слова Флоры.

Тем временем взгляд защитницы начал впиваться в глаза Сердечника, как змея, пытающаяся загипнотизировать жертву. От этого зрелища, ему стало не по себе.

– Прекращай так смотреть на меня! – взгляд Флоры настолько был пронзающий, что тело Сердечника будто связывало невидимыми нитями.

– Говори правду, – спокойно и бдительно смотрела Флора на оказывающего сопротивление помощника.

– Флора, может хватит? Я вернулся целым и невредимым, ничего не произошло, ведь? – продолжал скованно стоять Сердечник.

– Не произошло!? Тебя не было весь день! – подобно соколиному кличу произнесла Флора, поднимая тяжëлые белоснежные крылья. – По времени ты опоздал на встречу. Аист Жан сообщил мне утром, что проблемы решены, и ты летишь обратно. Тогда какого птичьего гриба, тебя не было так долго? – продолжала набрасываться на него защитница, ослабляя зрительную хватку.

Сердечник помялся от вопроса и не знал, что ответить и только смотрел на обжигающий взгляд Флоры.

– Ну!? – требовательно спросила она, пытаясь обуздать свой гнев.

– Ладно. Признаюсь. Я помогал дельфинам на полпути, – не выдержав взгляда защитницы, признался помощник, отвернувшись.

– Я же просила тебя, не помогать этим дельфинам. Ты прекрасно знаешь, что тут творится, – бурное сердце Флоры начало гореть ещё сильнее, что языки пламени достигали самого Сердечника.

– Я тебе не птенец, чтобы мне так указывать. У меня натура – помогать всем! – громовым ударом произнëс последние слова помощник, глядя на защитницу.

– В этом и проблема! Ты помогаешь совсем чужим, а другие страдают! – перевела дыхание Флора. – Неудивительно, что над тобой издевались ещё птенцом – сухо произнесла она.

Флора неосознанно смогла обжечь Сердечника при упоминании о детстве. В ответ его перья, как у кошки встали дыбом.

– И что же!? Я гадкий после этого!? Я прекрасно чувствовал своим нутром, и знал, что не помоги я дельфинам, не миновать беды! – защитница от неожиданости чуть не упала, когда помощник внезапно пробудил в себе спящий вулкан, который почти извергался на Флору – После, как твой старший брат улетел, ты стала такой ворчуньей, – пытался он в ответ задеть чувства Флоры.

Весь огонь полыхающий внутри неë, потух, когда Сердечник окатил еë ледяным, неприятным и больным ветром. Клюв и глаза неконтролируемо перестали слушаться Флору, отдав на растерзание старой незаживающей ране о потере частички себя. Вместо закатного неба надвигались серые жалобные тучи, покрыв с головой и так душираздирающие чувства двух лебедей.

Некоторое время спустя, грациозные птицы не смотрели друг другу в глаза и молчали. Гул ветра и глухие удары капель маленького дождя нарушали мëртвую тишину. Когда Флора сдержала слëзы и успокоилась, дождь закончился так же внезапно, как и начался.

Защитница посмотрела на ещë взъерошенного Сердечника, который беспокойно перебирал крылья, не глядя на неë.

– У меня нехорошее предчувствие, Сердик. Мне было нужно, чтобы ты вернулся как можно быстрее, – мягко сказала она, потеряв всю раздражëнность в голосе.

Помощник перестал бесполезно перебирать крылья, и с пониманием в глазах посмотрел на Флору.

– Знаю, переживаешь, – глухо сказал он, словно капля, падающая со сталактита в озеро.

Флора медленно подошла к Сердечнику и, обхватив его своей длинной сильной шеей, прижалась к нему.

– Я боюсь одиночества, – тихо произнесла она, не открывая очи.

Сердечник, ошеломлëнный и перепуганный этими слов, резко открыл глаза и так же крепко обнял еë своей шеей.

После долгих крепких объятий, помощник внутри понимал, что надо остановиться и сделал шаг назад.

– Я провëл всë детство в одиночестве, и не желаю такой участи никому – строго и ответственно проговорил он.

Тишина. На угольном утëсе никто не мешал разговору и ссоре лебединой паре. Однако, всë время наблюдала за ними рыжая лисица, прятавшаяся за кустами почти того же цвета. Она приближалась, сокращая дистанцию до одного резкого прыжка.

– Ты слышала? Кто-то наблюдает из-под кустов, – настороженно прошептал Сердечник всматриваясь в темноту.

Не успел он окончить фразу как лиса мгновенно набросилась на Флору и начала трепать еë шею.

Сердечник помрачнел и кинулся на хищницу, но не успел ничего сделать. Хищница заметила действия лебедя и вскочила на него. В голове помощника пронеслись мысли, что Флора погибла из-за его ошибки, пока он не увидел усмешку лисицы.

– Попались! – быстро и с усмешкой сказала лиса.

Лебеди от такого розыгрыша чуть не лишились чувств. От шока больше всего не мог прийти в себя Сердечник.

– Лисий твой хвост! Рыжехвостка! У нас чуть сердца из груди не выпрыгнули! – с не ожиданным испугом проговорила Флора.

– И испортить фактор неожиданности? Тебя и так сложно напугать или удивить, Флора. А тут целых двоих – ВЖУХ! Видели бы свои клювы, – настроенно и оживлëнно говорила Рыжехвостка.

У Сердечника был мëртвый и застывший вид, и только слëзы показывали признаки жизни. Защитница снова, но уже медленно подошла к нему и головой прислушивалась к стуку сердца.

– Всë в порядке, Сердик. Я жива, – только и могла прошептать напуганному партнëру.

Сердечник посмотрел на спокойную и равнодушную Рыжехвостку. Он не злился, не пытался подойти и ударить прямо в темечко этой хитрой морде. Во взгляде читалось только «Зачем?». Гордая лисица смотрела так же равнодушно, что даже Флору задела эта холодность.

– Ты бы лучше позвала Филина-Глазастика, чем пугать всех вокруг! – прорычала Флора на лису глядя на Сердечника.

– Как скажешь, – повернулась к ним мордой Рыжехвостка. – Я только хотела это и передать, но не удержалась от такого спектакля.

– Сглаз! Я тебе ещë устрою спектакль! Будешь танцевать прямо тут!

– Ну ладно-ладно, ухожу, – прыгнула в кусты и растворилась как капля в воде.

Сердечник пришёл в себя и пытался закончить долгий и душевный разговор.

– Думаю нам надо готовиться к осмотру леса? – спокойно предложил он, смотря на Флору.

– Да… Ты прав, – задумчиво ответила она, и не глядя на него.