bannerbannerbanner
Принц из далекой страны

Ирина Владимировна Щеглова
Принц из далекой страны

Полная версия

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

* * *

Глава 1
Бабушка-компьютерщица

– Маргоша! – кричит бабушка из своей комнаты.

Я со вздохом встаю из-за стола. Терпеть не могу, когда она меня так называет. Сколько раз просила ее: «Бабушка, не называй меня, как домработницу!» Но просить бабушку – занятие практически бесполезное.

– На что же ты обижаешься? – удивленно поглядывая на меня, интересуется она.

– Я уже объяснила.

– Не вижу логики. – Бабушка пожимает плечами и пускается в длинное объяснение, уходящее корнями в такие исторические дебри, что мне подчас страшно становится.

Начать с того, что моя бабушка убеждена в причастности нашей семьи к знаменитой Елене Блаватской. Якобы мама бабушки, то есть моя прабабушка, чуть ли не внучатая племянница знаменитости! Я точно знаю, что Блаватская умерла в 1891 году – специально узнавала, – а моя прабабка родилась в 1919-м… Явно бабуля что-то путает. Точно одно: мои предки действительно были настоящими дворянами, по маминой линии, конечно. С отцом – там другая история. Но, как бы там ни было, бабушку зовут Елена Павловна, прабабушку звали Ольгой, в ее честь назвали и мою маму. Таким образом, я тоже должна была быть Еленой, но отец воспротивился. Так я стала Маргаритой. Мало того, мою сестру назвали Елизаветой, опять-таки в пику бабуле. Естественно, бабуля терпеть не могла своего зятя. Она не раз предрекала маме, что у нее не будет счастья с человеком, нарушившим семейные традиции. Но мама очень любила отца. А бабушка в итоге оказалась права… С мамой она все-таки помирилась, правда, после того, как отец ушел от нас. А мы так и остались Лизкой и Маргошей.

– Как же мне тебя называть? – продолжает бабуля.

– Да как хочешь: Ритой, Маргаритой, Марго…

– А мне хочется – Маргошей, – признается бабуля.

Вот и сейчас:

– Маргоша!

Знаю я эти призывы: не так давно у моей древней шестидесятилетней бабули появился ноутбук. На старости лет Елена Павловна стала сотрудницей толстого женского журнала и пописывает туда разные статейки мистического содержания. О, это отдельная история! Бабуля с дедом всю жизнь прожили в Питере, дед был журналистом, а бабуля подрабатывала машинисткой, да и то в основном на дому. Она всегда интересовалась разными потусторонними силами – тем, что сейчас называют эзотерикой. В общем, не от мира сего гражданочка… Раньше она не могла найти применения своим знаниям и талантам, зато теперь!.. Не так давно бабуля по случаю приобрела ноутбук – и все, подсела на Интернет. Ее невозможно оторвать от новой игрушки. Мало того что она пишет статьи, так она еще и общается с половиной мира. Еще бы: она и французский знает, и по-английски читает довольно свободно. Бабушка часто сердится на нас с Лизой, называет плебейками – это из-за того, что Лиза никогда не хотела учиться, а меня уж заодно. Конечно, бабуле еще далеко до продвинутого пользователя, поэтому мне частенько приходится бегать к ней в комнату и помогать разбираться с компьютером. В особо сложных случаях приходится вызывать кого-нибудь посерьезнее, чаще всего моих друзей – Саню или Диму. Диму звать я не люблю, на то есть свои причины. Но о них позже. Я зашла к бабуле. Компьютер завис, и она беспомощно смотрела на экран. «Хоть бы не хапнул вирус!» – подумала я, быстренько перезагрузила машину и вздохнула с облегчением: на этот раз обошлось, просто бабушка нажала что-то не то.

– Все работает, – сказала я.

– Ах, как хорошо, детка! – обрадовалась бабушка. – А я уж испугалась, хотела тебя просить позвать кого-нибудь из твоих ухажеров.

Я сердито взглянула на нее:

– Ба, ты опять!

– А что же здесь плохого? – Она пожала плечами с совершенно невинным выражением на лице. – Это же хорошо, когда у девушки твоего возраста много поклонников.

Спорить с ней бесполезно. Я вздохнула и, чмокнув ее в щеку, вышла. Сегодня, край, надо закончить реферат по истории, да еще английский… Можно, конечно, попросить бабулю, она объяснит, но тогда придется выслушать несколько историй из жизни семьи, а также многочисленные нравоучения о том, как я должна жить, точнее, о том, как должна себя вести любая добропорядочная девушка, чтобы не стать жертвой обстоятельств, способных ввергнуть эту самую девушку в хаос.

Примером служит чаще всего моя старшая сестра Лиза. Конечно, Лиза доставила нам хлопот, когда родила Дашку и смылась, оставив дочь на наше попечение. Но Лиза никогда не отличалась добронравием, как любит выражаться бабушка. Проще говоря, Лизка – тот еще подарочек! Уж на что мама – человек привычный, закаленный жизнью, так сказать, но и она не выдержала, заболела после бегства старшей дочери.

Да, тяжелые времена нам пришлось пережить. Когда открылась Лизкина беременность, мама еще крепилась, но потом, когда Лиза родила и, оставив ребенка, исчезла в неизвестном направлении, мама не выдержала, слегла и в конце концов попала в больницу. Я осталась с грудным младенцем на руках и бабулей, прикованной к креслу, – у нее разыгрался артрит.

Бросила школу, пошла работать официанткой. Хорошо еще, что взяли, да и то, конечно, по знакомству.

Пропустила целый год. А что было делать? Мама потеряла работу из-за болезни, надо было как-то содержать семью.

Впрочем, я ни о чем не жалею. Лизка, конечно, дура. Ведь из-за чего весь сыр-бор вышел: она встречалась с Костей. Потом Костя по глупости оказался в колонии. Но они продолжали переписываться, и Лизка даже обещала ему, что дождется. Но это же Лизка! Одновременно она начала встречаться с другим парнем, и дело у них зашло так далеко, что «это стало всем заметно» – как говорится в пьесе Лопе де Вега. Парень, когда узнал, что будет папашей, испарился. А тут Костик написал, что возвращается. Лизка, видимо, струхнула. Наслушалась историй о парнях, вернувшихся «с зоны» и отомстивших неверным возлюбленным… Одним словом, не слушайте шансон!

В общем, Костя вернулся, а Лизка – тю-тю. Гуляю как-то во дворе с маленькой Дашкой в коляске, подходит Костик, я его еле узнала. Говорит: «Рит, ты или не ты?» Так и встретились. Если честно, я тоже немного испугалась – ведь что у него в голове, неизвестно. Но потом оказалось – нормальный парень. На Лизку злился, конечно, но в основном из-за того, что она ребенка бросила. Начал ходить к нам, помогал, чем мог. Я спросила у него: «Зачем тебе это все?» А он объяснил, мол, Дашка могла бы быть его дочерью…

Сейчас, вспоминая то тяжелое время, я задаю себе вопрос: думала ли я тогда о дальнейшей своей жизни? Планировала ли что-то? Нет, конечно! Я так уставала за день, что едва моя голова касалась подушки, я мгновенно проваливалась в глубокий сон. Мои друзья удивляются: мол, как ты выдержала, как смогла целый год тащить на себе семью? Ведь тебе и шестнадцати не было!

Может быть, для них это звучит дико, только разве я думала тогда о столь высоких материях? «Как смогла! Как выдержала!» – просто судьба поставила меня в такую ситуацию, вот я и выживала, как могла.

Но потом вдруг в небесной канцелярии что-то изменилось, и на мой счет, очевидно, было принято другое решение. Жизнь изменилась круто и почти в одночасье. А все началось с довольно пошлого скандала…

Телефонный звонок оторвал меня от воспоминаний.

Неужели снова Дима? Сегодня суббота – насколько мне известно, у него нет репетиции в театре. О нет, только не он!

Звонила Даша, моя подруга.

Я обрадовалась, услышав ее голос.

– Можно к тебе домой зайти? – спросила она.

– Конечно.

– Ты одна?

– С бабулей, – ответила я.

– Хорошо, я хочу поговорить…

– Давай приходи.

Дашка живет в соседнем дворе, поэтому она появилась у меня минут через десять. Я сразу заметила, что она чем-то расстроена. Из дома выскочила одетая наспех, только куртку набросила да натянула сапожки.

– Как там на улице? – улыбнулась я.

Даша поспешно сбросила куртку, переобулась в дежурные тапочки. Мы прошли на кухню. Она все молчала, как будто ей не хватало решимости первой начать разговор. Мы знаем друг друга давно, года четыре. Правда, дружить стали недавно, и я еще не всегда могу угадать Дашкино настроение. Вот и сейчас я видела, что ее что-то беспокоит, и, чтобы помочь ей собраться с мыслями, начала болтать на разные отвлеченные темы: рассказала о реферате по истории, о трудном задании по английскому…

Даша рассеянно слушала, даже отвечала односложно, но я понимала: она меня почти не слышит. Тогда я решила действовать напропалую:

– Даш, что случилось-то? Может, дома что?

Она, словно опомнившись, отрицательно качнула головой.

– Опять с родителями поссорилась? – недоуменно спросила я.

Даша опустила голову. Видно было, что она вот-вот заплачет.

– Даш, ну не молчи. – Я тоже расстроилась, не зная, как помочь ей. – Обидел кто-нибудь?

– Рит, извини, что-то я расклеилась, – призналась подруга, шмыгнув носом.

– Критические дни? – предположила я.

Дашка улыбнулась. Ну, наконец-то!

– Почти, – сказала она.

– Ничего не понимаю! Влюбилась? – брякнула я наобум и попала в точку.

Дашкины щеки покраснели, задрожали губы, она поспешно закрыла лицо ладонями.

– Вот дурочка! Влюбилась! Это же классно! – Я пододвинула свой стул поближе к ней и обняла за плечи. – Так почему же ты ревешь?

Дашка всхлипывала.

– Ой, рева-корова! Влюбилась и ревет… Радоваться надо, – я поспешно сыпала словами, – вот я не могу влюбиться, знаешь, как обидно! Однако же не реву, как видишь.

Дашка наконец отняла ладони от лица, как-то кисло улыбнулась и сказала:

 

– Прости. – Даша полезла в карман джинсов за платком, вытерла мокрые щеки. – Знаешь, а я думала, что ты влюблена!

Я виновато пожала плечами.

– Как, а Санька? – удивилась Даша.

– Мы просто друзья, – ответила я.

– А он об этом знает?

– Честно говоря, я не уточняла.

– И ты никого не любишь? – снова спросила Дашка.

– Я же сказала – нет. Даже не знаю, что это такое – быть влюбленной.

Дашка вздохнула судорожно:

– Вот посмотри…

– Смотрю. Только, хоть убей, не понимаю, при чем тут слезы? Ты, насколько мне известно, не из тех кисейных барышень, что готовы рыдать по всякому поводу. Первый раз тебя вижу в слезах.

– Я и сама так же думаю, – сказала Дашка, – да вот что-то расклеилась, слишком долго в себе держу.

– Ну, так ты раскроешь мне страшную тайну? – спросила я. – Кто этот счастливец?

– Ой, Рит, может, в другой раз… – Дашка почему-то испугалась.

– Не хочешь, как хочешь, – согласилась я. Хотя, конечно, любопытство заставляло меня продолжать упрашивать подругу признаться. Но она, видимо, нуждалась в признании не меньше, чем я.

– Мне стыдно говорить о нем, – сказала Даша.

– Так я его знаю?

– Все его знают…

– Надеюсь, это не Костик! – брякнула я.

– Не Костик… Это – Димка, – сказала она и сразу же испуганно уставилась на меня.

Я, честно говоря, была ошарашена. Вот это да! Давнее яблоко раздора между девчонками, тот парень, которого высмеяли прилюдно, на вечеринке. Да я же сама играла главную роль! Я вспомнила эту вечеринку. Тогда, осенью, девчонки придумали замечательный сценарий, который мы все блестяще разыграли, чем ввели красавчика Диму в трепет и изумление. Мы с ним познакомились как раз из-за этого розыгрыша. А дело было так: Димка закопался в девушках, встречался сразу с несколькими. Все эти девчонки сначала поссорились, ну а потом, рассудив здраво, решили приструнить не в меру разошедшегося донжуана. Ну и ввели меня в свой круг, представив иностранкой, приехавшей погостить на историческую родину[1]. Ой, что я плела! Что лично знакома с великими режиссерами и снимаюсь у Люка Бессона… В общем, Дима повелся, тут мы его и обломали, сказали, что разыграли его. Вот уж кого я никогда не принимала всерьез. Избалованный, хорошенький, родители богатые…

– Послушай, ты на самом деле?.. – еще раз спросила я у Дашки.

– Да…

– Давно?

– С самого лета. С того самого дня, как мы познакомились.

– И молчала! – воскликнула я.

– А что мне оставалось делать? Думаешь, я не отдавала себе отчета? Он же за каждой девчонкой увивался. Со Светкой мы жутко поссорились из-за него, Женька на него подсела, даже Юлька попалась… А после той вечеринки он и тебе проходу не дает, – напомнила она.

– Офигеть! – промолвила я. – Конечно, он парень неплохой, только болтун, да и заносчив очень…

– Знаю я все его недостатки, – отмахнулась Дашка.

– Серьезно тебя скрутило, – посочувствовала я.

– Знаешь, я не жаловаться пришла. Просто так накипело, устала одна с этим бороться, а рассказать никому не могу.

– Это я понимаю…

– Ты, пожалуйста, никому не выдавай, ладно? – попросила Дашка. – Никому: ни Саньку, ни Косте, не говоря уже о девчонках.

– Не волнуйся, – успокоила я подругу, – только странно как-то, я вроде твоя соперница.

– Выходит, так, – согласилась Дашка.

– Ну, с моей-то стороны никаких поползновений не будет, можешь быть совершенно спокойна! – заверила я ее. – И потом, он ведь за мной увивается только потому, что я ему отказала. Понимаешь, он мне не интересен, это его как бы подстегивает, задевает самолюбие.

– Пожалуй, ты права. Он со всеми такой, – согласилась Дашка.

Плакать она перестала, но все равно сидела грустная, смотрела куда-то в одну точку, словно меня и не видела.

– Эй, – я тронула ее за руку, – я могу тебе помочь?

– Если бы я знала, – вздохнула Дашка.

Снова зазвонил телефон. На этот раз – Дима. Как там говорится: на ловца и зверь бежит? Или это для другого случая?

– Привет, – услышала я его голос.

– Привет.

– Что поделываешь?

– Да так…

– Если ты не очень занята, то я хотел бы зайти.

Так я и знала!

– Дим, ты можешь, конечно, зайти, – сказала я, стараясь не выдать своего неудовольствия: опять же бабушкина школа, это она все время меня убеждает в том, что по телефону надо отвечать вежливо. Было бы с кем!

– Так я сейчас забегу? – уточняет Дима.

– Ты можешь это сделать не прямо сейчас, а через часик? – осведомилась я.

– Хорошо.

Я первая повесила трубку и вернулась к Даше.

– Он звонил? – спросила подруга.

– Он. Хочет зайти, а я сказала: через час. Вдруг ты не захочешь с ним видеться.

Дашка опять судорожно вздохнула:

– Ой, не знаю!

– Слушай! – воскликнула я. – А давай плюнем на этого Диму и уйдем гулять. Я целый день дома сижу, мозги пухнут от учебников.

Дашка заколебалась.

– Хочешь честно? – спросила она.

– Конечно.

– Ты меня в тупик поставила. Я и хочу его видеть, и не хочу. Если я сейчас уйду от тебя, то весь вечер буду думать, что у вас тут происходило да что он тебе говорил – и все такое. А если останусь, увижу его, буду лезть на стенку, если он начнет заигрывать с тобой. Он ведь, знаешь, умеет так не замечать другого человека, особенно когда увлечен чем-то или кем-то. И гулять я тоже не могу уйти! Я теперь от этого места боюсь оторваться!

– Слушай, тебя лечить надо! – возмутилась я. Надо же, это до чего Дашка дошла! С ее-то характером. Мама даже в пример мне ставит Дашку как девушку не по годам рассудительную и серьезную. Как будто я не серьезная!

– Это не лечится! – сказала Дашка.

– Лечится! Все лечится! – убежденно ответила я. – А что не лечится, то отсекается за ненужностью. Настаиваю на том, чтобы уйти гулять!

Но уйти нам не удалось. Сначала позвонил Санек и напросился в гости. Потом позвонил Костя и тоже сказал, что хочет зайти. Пока я с ними разговаривала, явился Дима.

Дверь ему открывала Даша, потому что я висела на телефоне.

Пока они о чем-то говорили в коридоре, я предпочла болтать с Костей, дабы не мешать Дашке.

Когда Дима заглянул в комнату, я махнула ему рукой: мол, иди на кухню, я сейчас.

Потом пошла к себе в комнату, сделала вид, что убираю на столе. На самом деле я ждала, чтобы кто-нибудь из ребят явился и разбавил наш треугольник.

– Даша, чайник поставь! – крикнула я. – Сейчас приду!

– Марго! – позвала бабушка.

Надо же, прогресс! Значит, она все-таки при моих друзьях не рискует обзываться!

– Да, бабуль!

– Дима пришел?

– Пришел.

– Скажи, что я его жду!

Но Дима уже услышал наши крики и сам пошел в комнату бабули. Я рванула на кухню.

Все-таки Дашка молодец! От ее слез и волнения не осталось и следа. Она была спокойна, как всегда.

– Вот кто твоя настоящая соперница, – сказала я полушепотом, кивая в сторону бабушкиной комнаты. – Бабуля Диму любит!

Мы засмеялись негромко. И у меня отлегло от сердца. Раз Дашка смеется, значит, сумеет преодолеть свою несчастную любовь.

– Ну как? – спросила я. – Наш Дима удивился, увидев тебя?

– Нет, как будто так и надо. Зашел, чмокнул в щеку, поговорили ни о чем, а потом бабушка его позвала.

Не успели мы обсудить Диму, как в дверь снова позвонили. Санек и Костя явились вместе, буквально столкнулись у подъезда.

На кухне сразу стало шумно и тесно, я предложила перебраться в мою комнату. Ребята заглянули к бабуле, чтобы поздороваться.

Когда Дима наконец вырвался из цепких рук моей бабушки, мы уже коллективно решили пойти гулять. Дима, естественно, собрался с нами.

Дашке надо было зайти домой переодеться. Хотелось, конечно, вытащить бабулю на воздух, но у нее весной обострялся артрит. И если зимой и летом бабуля могла гулять, то осенью, а особенно весной, была практически прикована к креслу. Правда, Санькина мама предложила отправить бабулю в санаторий, специализирующийся на лечении артрита, но все-таки надо было дождаться лета, когда болезнь немного отступит. Пока же к бабуле приходил врач на дом.

Мамы не было. Укатила к внучке в Питер на выходные. Ведь сейчас Лизка забрала свою дочку. Мне, признаться, без маленькой Дашки было даже скучно… Вот еще смешная история с нашей бабулей: оказывается, когда Лизка сбежала, она это сделала с бабулиной подачи. А дело было так: Лизка действительно испугалась возвращения Кости и как-то призналась бабуле в этом. Наша замечательная Елена Павловна тут же посоветовала внучке бежать в Питер, благо с жильем там проблем не было. Квартиру бабуля так и не продала. В итоге Лизка сбежала, мама чуть с ума не сошла, а бабушка молчала и улыбалась! Когда она неожиданно сообщила нам о местонахождении Лизы, мама прямо опешила.

– Почему же ты сразу не сказала?! – воскликнула она.

Невозмутимая бабуля поведала, что она должна была сначала увидеть, какой человек Костя, надо ли Лизке его опасаться или нет.

– Да, но нам-то ты могла сказать!

– За вами я тоже наблюдала, – ответила бабуля.

Ну что тут скажешь!

1Читайте об этом в книге И. Щегловой «Королева красоты».
Рейтинг@Mail.ru