Рубеж 3: Искусство выживания

Серж Винтеркей
Рубеж 3: Искусство выживания

Глава 1
Эвакуация

Смерть одного из их группы явно привела обоих бойцов в ярость – они обрушились на гориллоидов ещё стремительнее, чем до этого, с каким-то исступлением. Но это не означало, что они перестали заботиться о своей безопасности, перекаты по-прежнему использовали, уходя с направления атаки монстров. Это было невероятно красиво, танец смерти двух небольших бойцов на фоне огромных гориллоидов, но, наконец, подоспели и мы.

– В сторону! – крикнул Борис, прицеливаясь в ближайшего монстра.

Девушка и мужчина с дубинками тут же отпрыгнули от гориллоида в сторону, не проявив ни малейшего удивления, как будто давно нас заметили. Борис стрелял наверняка, замерев на мгновение перед выстрелом и тщательно прицелившись. Часть лба и левый глаз монстра испарились, попав в поток плазмы, и он без звука рухнул наземь, гулко ударившись затылком о пол. Дядя не стрелял, дробовик есть дробовик, и выстрел в монстра, рядом с которым есть люди, может закончиться очень неприятными последствиями.

Я надеялся, что оставшийся в живых гориллоид окажет любезность отойти в сторону и дать себя пристрелить, но это в его планы не входило. Взревев, он снова рванул в атаку на бойцов с дубинками. Девчонка, я отчётливо увидел, что она азиатка, и очень красивая азиатка, надо сказать, скользнув под его правой лапой, которой он собирался размозжить ей голову, врезала с оттяжкой своей дубиной ему прямо в ухо с такой силой, что монстр пошатнулся и взревел. Тут же ему во второе ухо залепил своей дубиной и мужик, как я теперь видел, тоже азиат, значительно старше девчонки, что вызвало у меня какое-то облегчение. Я что, вот так за секунду влюбился и смотрю теперь на всех, как на потенциальных конкурентов?

От второго удара монстр рухнул навзничь, уже не издав ни звука, явно оглушенный, и оба бойца набросились на него со своими дубинами, не слушая наши предложения отойти подальше, чтобы мы прикончили монстра из огнестрела. Став с двух сторон, они так яростно стали лупить монстра по голове дубинками с хеканьем, что за несколько секунд размозжили ему череп в хлам.

А я за эти же секунды, наконец, понял, откуда взялись эти странные дубинки – в пятнадцати метрах от нас, в небольшом кафе, один из столов был перевернут, и из столешницы торчала сиротливо лишь одна серебристая ножка. Офигеть, они забивают гориллоидов ножками от стола!!! Да кто они такие???

– Спасибо! – сказал мужик и поклонился церемонно, точь-в-точь наш сэнсэй на занятиях каратэ. Я инстинктивно поклонился в той же манере в ответ, вбитые за три года рефлексы не уберешь, и он посмотрел на меня с интересом.

– Помогите! – тяжело дыша, сказала девчонка, – годзиллы ранили мою маму. У меня есть навык лечения, но он не прокачан. Может быть, у вас есть лекарь или конфигураторы на прокачку навыков? Я готова поменять конфигураторы на любые другие трофеи!

Я сразу почти и не понял, что сказала девчонка, просто тупо утонул в ее огромных глазищах. Прокрутил быстро в голове сказанное, осознал и ответил:

– Сейчас проверим! Борис, дядя, есть у кого конфигураторы? Я сам сейчас тоже проверю!

Вытащил из кармана те трофеи, что не успел усвоить раньше. Девчонка тем временем уже метнулась к своей матери и приложила руки ей к груди. Конфигуратора в кармане не нашлось.

– Нет ничего? – спросил у дяди и Бориса.

Те, осмотрев, свои трофеи, тоже отрицательно покачали головой.

– По-моему, у Сергея было два, – сказал Борис, – если он их на обмен не выставил.

Азиат, тоже ставший на колени рядом с женщиной и смотревший с надеждой на наши поиски, заметно расстроился.

– А что за ранение? – спросил я девчонку, подойдя.

– Годзилла отбросил ее ударом об стену. По диагностике моего навыка, сломаны три ребра, сотрясение мозга средней тяжести, вдавлена кость в мозг, трещина в ключице. Мама пока без сознания. Мне пишут, что нужно прокачать мой навык до уровня «профессионал», чтобы все это вылечить. Но такого уровня навыка нет и у нашего сэнсэя, – четко ответила она.

Вау! – подумал я, – да у девчонки и сэнсэй в компании есть! Просто обалдеть! Загадочная красотка-азиатка с сэнсэем в придачу на фоне разрушающейся цивилизации! Если что и могло меня примирить с произошедшим, так это такая встреча.

– Давайте тогда лучше к нам в гости, – сказал я, – мы вчера прокачали до уровня «мастер» огромный стационарный медкомплекс. А это на один уровень больше, чем профессионал. Лечит абсолютно все! Надо только найти машину, и отсюда домчимся минут за пятьдесят. Правда, дядя?

Я повернулся к своим. Тетя улыбнулась по-доброму, дядя опустил голову, выглядело это так, как будто он прячет усмешку. Борис потрепал меня по плечу:

– Да, конечно! Давай возьмём тот стол и используем его как носилки, – он показал на столешницу с сиротливо торчащей ножкой.

– Если, конечно, вы не против! – обратился я к девушке и мужику. И спохватился, – я Семён. Это мои дядя и тетя, Виктор и Мария. Мой друг – Борис. И мой двоюродный дед. Мы его с Марией тут встречали.

– Юрико, можно Ю-тян! – ответила девчонка, – это мой папа, СаторуТоёда, и мама, Нацуки Итано. Папа, мы согласимся?

– Спасибо, это очень щедрое предложение, – ответил Сатору, и тут я, наконец, заметил, как он похож на свою дочь, – мы можем попытаться добраться до нашей машины, она мощная и стоит в самом начале стоянки. Но понадобится ещё одна.

– Наша машина в глубине стоянки, ее забрать будет сложно, – ответил я, – давайте пройдем через служебную стоянку и попытаемся найти какой-нибудь грузовик с ключами. Раненую положим в него, в кузов. На грузовике доберёмся до вашей машины и погоним дальше на двух. Борис, посмотри карту, как нам лучше туда попасть?

Во время небольшой паузы, пока Борис копался в смартфоне, я еще раз восхищенно, но стараясь откровенно не пялиться, осмотрел Юрико. Вот это девчонка! Ножкой от стола сломать ногу одному из гориллоидов и размозжить голову второму! У нее явно какая-то спецподготовка.

Идею Бориса поддержали. Оставшуюся ножку из столика вывинтили, поднесли столешницу и аккуратно переложили женщину на нее. Она при этом застонала, но в себя не пришла. Отец Юрико и я подхватили столешницу с двух сторон, я оказался в изголовье, и понесли, девушка пошла рядом со мной, взяв у отца ножку от стола. Тетя с дедом пошли сзади, Борис и дядя метрах в пяти перед нами. Перед уходом произошла маленькая заминка – Юрико отбежала в сторону, нашла оторванную гориллоидом голову своего соратника, и аккуратно приложила ее к шее.

А затем догнала нас.

– Кем был этот человек для тебя? – спросил я, пораженный тем, как естественно она это сделала. Никаких писков, визгов или боязни взять оторванную голову в руки.

– Виктор, наш боевой товарищ, – вздохнула девушка, – очень хороший человек, и в кендо многого добился, я об его уровне могла только мечтать. А теперь и бигли осиротели…

Бигли? Осиротели? – не понял я, но пока спросил о том, что меня волновало больше:

– Почему он так хорошо дрался, а потом внезапно остановился и погиб?

– Нелепая случайность! – горестно вздохнула девушка, – убив того годзиллу, он выполнил норму для принятия в игру. И отправился на испытание. А это значит – что на минуту он тут на Земле абсолютно беззащитен. Когда я так попала на испытание, товарищи меня защитили. А я вот не справилась…

– Не казни, себя, Ю-тян, – вмешался в разговор ее отец, – просто несчастливое совпадение. Под рукой не оказалось катан, а противник очень сильный. Большего и Виктор бы для нас в такой ситуации не смог бы сделать. Это судьба! Мы будем помнить о нашем товарище и обязательно вернёмся за его телом, чтобы достойно похоронить. Вот только твою маму подлечим…

– Да, с этим проблем не будет, у нас очень мощный лечебный комплекс, сами увидите! – сказал я, пытаясь успокоить расстроенную девушку, – главное – добраться быстрее до базы!

– Можно на ты, – сказала Юрико, – мне так привычней будет. Спасибо ещё раз за помощь!!!

– Иначе мы не могли бы поступить, – ответил я.

– Стоп! – сказал Борис, – впереди два ската на трупах. Лучше их грохнуть, чем рисковать, что они на нас налетят, когда будем проходить мимо.

– Начните с ближнего и отступайте к нам, – предложил я ему, – если второй сагрится, пока долетит, вы уже успеете перезарядиться.

– Да, так и сделаем! – согласился он.

Борис и дядя отправились вперёд. Я показал отцу девушки, что надо положить пока столешницу на пол.

– Наша помощь нужна? – спросил тот.

– Нет, вы оставайтесь здесь, мы с тетей подстрахуем товарищей своими ружьями, – объяснил я.

Я и тетя двинулись в нескольких шагах за Борисом и дядей. Двигались мы все четверо максимально плавно – задача была подобраться поближе на дальность выстрела из дробовика и плазменного излучателя, не спугнув скатов. По неподвижной мишени стрелять всяко удобнее.

Получилось. Приблизившись на двадцать метров к ближайшему скату, дядя и Борис синхронно прицелились и выстрелили. Два попадания, оглушительный свист подраненного ската, он взвился было в воздух, но тут же просел и рухнул обратно на труп. А второй скат, конечно, тут же полетел в нашу сторону с вполне понятными намерениями.

Мы с тетей выстрелили в него, пока дядя и Борис отступали к нам. Я не попал, в отличие от тети, но это уже не имело значения. Главное, что пока скат до нас долетел, Борис и дядя перезарядились и подстрелили его.

Пока они остались добивать скатов, я закинул снайперку за спину и вернулся к импровизированным носилкам. Обнаружил, что Сатору вместе с дочерью стоят с дубинками в руках, охраняя носилки.

– Путь расчищен, идём дальше, – сказал я, от души надеясь, что они не заметили, что я единственный из всех промазал по скату.

Вроде обошлось. Подхватили носилки и двинулись дальше.

Когда проходили мимо трупов, с которых взлетели скаты, спросил Бориса:

 

– Кладки выжгли?

– Забыли! – ответил он, и мы подождали, пока он выжжет кладки плазмой на обоих трупах.

– Что за кладки? – спросила меня японка.

– Мы обнаружили, что скаты откладывают на трупах людей что-то прозрачное. Пока что решили, что это они так размножаются. И мы не хотим, чтобы их тут развелось слишком много, поэтому стараемся уничтожать кладки.

– Правильно, – сказала Юрико, – мы их называем медузами, и это очень грозный противник. Более серьезный, чем годзиллы.

– Годзиллы, я так понял, это те, кого мы называем гориллоидами, эти мохнатые твари?

– Да, верно. Но самые страшные – триффиды. Они подчиняют себе разум, и человек идёт, как скот, на убой. Мы из-за них потеряли члена отряда, Ивана Денисовича.

Двойственная ситуация! Юрико, рассказав нам про вид монстров, что мы не знали, только что лишила нас бонуса от системы, в том случае, если мы его встретим и убьём. Но то, что она говорила…

– А как он выглядит, и как ему можно противостоять? – забеспокоился дядя. Вроде и прилично впереди шёл, но как-то вышло так, что на мгновение стих царивший на территории аэропорта шум, и он услышал рассказ девушки.

– Как высокая палка, потому мы так его и назвали. Подманивает тебя и выгрызает мозг. Когда мы чудом выжили при встрече с ним, у меня и Виктора, – японка сделала паузу и глубоко вздохнула, – добавился плюс один пункт к силе воли. Мы сделали вывод, что надо прокачивать силу воли. И стали выставлять лоты на ее покупку. Знаете, их очень легко наменять, их никто не ценит.

Знаю ли я! Да мы сами выставили кучу лотов с этим зарядом на обмен, считая его бесполезным!

– Спасибо, это очень ценная информация, – сказал я, – кажется, у нас только что появился новый, очень важный пункт для выставления лотов на рынок.

– Стоп! – сказал Борис, – впереди отряд гориллоидов.

Через секунду мы тоже их увидели. Три гориллоида внезапно вышли со стороны окон с парковки в двух сотнях метрах впереди нас и сейчас уставились на нас. А мы, замерев, на них. Схватки с ними я не опасался, пусть только подойдут поближе, и мы разделаем их на фарш. То ли гориллоиды почувствовали это, то ли со стороны летного поля слишком соблазнительно пахли обгорелые трупы, но они через несколько секунд стронулись с места и побежали в сторону гейта. Смотрелось это дико – ни дать, ни взять, опаздывающие на самолёт предельно странные пассажиры.

– Идём дальше, но мимо того гейта проходим с максимальной осторожностью, – сказал Борис, – с них станется устроить засаду.

– Сколько отсюда до служебной парковки? – спросил я Бориса.

– Ещё около трехсот метров пройдем, затем выйдем из аэропорта на открытое пространство, повернем налево, пройдем пару больших зданий, и окажемся прямо на ней, – ответил тот.

Эти триста метров мы больше не разговаривали.

Засады у гейта, в который убежали гориллоиды, не оказалось, а ещё через две сотни метров, во время которых нас никто не потревожил, мы добрались и до служебной парковки. Я аж присвистнул, увидев стройные ряды десятков самых разнообразных машин, нужных для обслуживания огромного хозяйства Домодедово.

– Аэродромный автобус снова брать не будем, он в наших лесах застрянет, едва съедем с асфальта, – сказал Борис, – надо проверить все подходящие грузовики.

– Я сам схожу, а вы будьте готовы прикрывать, – сказал я, опуская носилки на бетон.

Я сразу решил, что надо брать пожарную машину. Клиренс высокий, двигатель мощный, можно насобачиться разгонять монстров из пожарного шланга водой при необходимости, плюс наверняка есть всякие полезные вещи внутри, наподобие топоров с длинной ручкой. Может, японцы захотят взять их вместо ножек от стола. Три машины стояли рядышком, я направился к ближайшей. Одно дуло насоса торчало прямо над крышей, еще одно – на капоте. Похоже, что на этой пожарной машине можно и ехать, и поливать водой что или кого хочешь прямо из кабины. Надписи спереди Sides, Actros, и VB сказали мне только, что машины эти явно импортные.

Перед тем, как подходить совсем близко, лег на асфальт, благо испортить мою одежду было уже невозможно, и тщательно осмотрел, нет ли чего лишнего под машинами. Ни скатов, ни массивных рыжих лап притаившихся в засаде гориллоидов там не оказалось. Вроде безопасно.

Как и рассчитывал, кабина ближайшей машины оказалась открытой. Но вот ключей нигде не оказалось, да и бак был заполнен только наполовину. Залез в кабину следующей – выбор тачек неплохой. Можно и попривередничать.

Вот вторая тачка оказалась способной удовлетворить мои капризы и запросы. Ключ оказался под солнечным козырьком, бак заполнен на две трети, да и машина выглядела как-то поновее и более ухоженной. Завел машину, развернулся и подъехал к нашей увеличившейся компании.

Быстро открыли салон, в котором оказалось полно места, включая удобные боковые сиденья, и загрузили маму Юрико внутрь, положив столешницу на пол между сиденьями. Юрико пошла за ней, как единственный лекарь, к ней присоединились и все остальные, кроме ее отца, который оказался единственным из нашей группы, кто сел рядом со мной в кабине. Я уж было испугался, что он начнет меня стращать по поводу своей дочки – мол, не вздумай подкатывать к ней, но он всего лишь сказал:

– Покажу нашу машину, как подберемся поближе к ней.

Я кивнул и поехал. Карту я помнил – надо проехать до грузового терминала, там можно выехать через КПП со служебной парковки на пассажирскую, причем как раз туда, куда нам и надо – на ее начало. С нее уже на A-105, а через метров триста можно и развернуться в сторону нашей лесной обители. Если все будет хорошо.

Проехали с сотню метров, и навстречу нам из переулка выскочил гориллоид. Соблазн был большой, но я, вздохнув, аккуратно его объехал. Японец внимательно посмотрел на меня. Я счел нужным объясниться:

– И хочется, конечно, но побоялся потревожить раненую в кузове!

– Спасибо, Семён-доси! – сказал японец.

Черт, и вот что означает это «доси»? Но, судя по ситуации, это явно что-то положительное. Поэтому я улыбнулся и кивнул.

До КПП добрались без приключений. Я был готов при необходимости таранить шлагбаум, но, видимо я не первый после атаки монстров выезжал с этой стоянки – шлагбаум уже благополучно снесли, вырвав с корнем. Ну, так оно и лучше и для нашей новой машины и для раненой пассажирки.

– Вон там наша машина! – показал японец пальцем на стоянку.

И действительно, как он и говорил, большая черная тачка с высоким клиренсом и красными номерами стояла у самого выезда с парковки. Я смог даже рассмотреть часть цифр на номере – 005, и букву D.

– Машина из дипмиссии? – удивился я.

– Я работал заместителем посла Японии, – ответил японец, – еще несколько дней назад.

Вот тебе и на! Надо же, в какой компании я внезапно оказался! Да Юрико, оказывается, дочка высокопоставленного дипломата, вот почему они с отцом полны сюрпризов в использовании ножек от столов в качестве смертоносного оружия! Как-то наш тренер по каратэ рассказывал, что элита в Японии очень требовательно относится к воспитанию своего потомства, и боевые искусства считаются непременным элементом для выработки дисциплины и закалки духа.

Машины в этой части парковки выглядели нетронутыми. Непосредственного проезда для огромной пожарной машины не было, поэтому я притормозил рядом со стоянкой.

– Борис, дядя, проводите господина Сатору до его машины, я посигналю, если увижу вдруг какую опасность.

– Давайте просто Сатору, без господина! – попросил японец, выходя.

– Договорились! – сказал я.

Глава 2
Тонкости восточных церемоний

Сатору долго возиться не стал. Открыв багажник, достал свёрток, развернул его, и я увидел, что в нем три меча. Один из них он тут же с большим удовольствием, что было видно по его движениям, прицепил к своему поясному ремню. Не знаю, на что он способен с мечом, но, скорее всего, на многое, раз так лихо управлялся с ножкой от стола вместо него в бою с монстрами. Ещё один меч протянул дяде, как я понял, для Юрико. После чего японец сел за руль, дядя и Борис вернулись к пожарной машине, дядя забрался в салон, а Борис ко мне, и я покатил к автостраде, убедившись в зеркальце заднего обзора, что Сатору поехал за нами.

К счастью, тут никаких заторов не было, и мы быстро покатили по шоссе.

– Всё, больше без квадрокоптера никуда! – сказал я, когда мы отъехали от аэропорта на полкилометра, – без него, как без рук!

– Даже в туалет? – усмехнулся севший рядом со мной Борис.

– А то! – ответил я, – нам, похоже, повезло, что пятна-вампы ещё не успели добраться до аэропорта, раз все началось только с утра. Но теперь у них будет полно времени, чтобы вскоре оказаться в любом удобном для них населенном месте. Так что без разведки теперь долго по городу не походишь.

– Думаешь, смогут пробить асфальт и замаскироваться под него? – серьезно спросил Борис.

– К сожалению, надо думать, что смогут, – ответил я, – очень вряд ли нам подкинули такой вид монстров сугубо, чтобы он мог только в лесу нас убивать. Раз скаты и гориллоиды рванули в города, разумно ждать там же и пятна-вампы!

Когда развернулись к нашему лесу, слева стал отчетливо виден огромный черный столб дыма из аэропорта, который мы так вовремя покинули. И тут же что-то так громко рвануло, как бывает, когда в знатный ливень гром прогремит совсем рядом. Посмотрел на аэропорт, но там никаких новых грибов дыма не появилось. Зато в зеркальце заднего обзора увидел прямо за нами большой черный гриб в направлении Москвы. Не знаю, может, туда подтянули тяжелую артиллерию? Но что это за снаряд такой, если гриб от взрыва виден за несколько километров?

В зеркальце увидел также, что за нами от Москвы едут три легковых машины. Несмотря на то, что пожарную машину я разогнал очень неплохо, за сотку, сразу видно мощный мотор, учитывая, что в ней наверняка было еще залито несколько тонн воды, что чувствовалось при поворотах, они нас быстро обогнали и стремительно умчались вперёд. Гнали за сто пятьдесят. Ну да, теперь-то ГАИ опасаться нет необходимости. По виду во всех трех машинах были беженцы. Одежда в беспорядке, видно, что бросились к машине в чем попало, один мужик за рулем вообще был по виду в пижаме. У водителей и пассажиров напряженные лица, все встревожено шарят глазами по горизонту. Ну да, как мы с ребятами в лесу с нашими пакетами бензина в качестве оружия несколько дней назад. Как выжили вообще, блин!

А через минуту навстречу нам выехала машина Бориса, которую он оставил сегодня на базе. Значит, вот он и Серега! За ней ехали еще две тачки. Чтобы не проехали мимо, я посигналил, привлекая внимание. Но и тогда Серега не сразу начал тормозить. Ясное дело, в пожарной машине он меня увидеть не рассчитывал. А учитывая, как я сейчас выгляжу, весь перемазанный в засохшей крови… Я бы сам себя вряд ли сразу узнал, встреть на дороге в такой ситуации.

Все же меня опознали, мы взаимно сбросили скорость, и вскоре притормозили рядышком. Три машины оказались набиты нашими друзьями и родственниками, включая бабушек и дедушек. Серега, как и говорил, вез их на прокачку в город, раз уж монстры из лесу ушли.

– Ну у тебя и вид, чувак! – сказал Серега, пожимая мне руку, – прям Брюс Виллис из «Крепкого орешка»! Всех плохих замочил?

– Кого не успел, те сбежали! – улыбнулся я в ответ.

– Тетя и дед твой двоюродный в порядке? – спросил Петька, тоже пожав мне руку.

– Да, все ок. Тут мы еще японцев несколько прихватили. Дипломат с семьей. Жена у него ранена. Везу на наш медкомплекс.

Из салона спустились Борис и дядя.

Серега оценил и их потрепанный внешний вид, присвистнув:

– Да, вот тебе и съездили встретить родственников в аэропорт!

– Не говори. Самая засада была, когда мы в зале ожидания без оружия встретились с группой гориллоидов. Вот когда до оружия добрались, уже другое дело.

– Ладно, потом поговорим, нужно раненую женщину быстрее отвезти на лечение, – сказал Борис.

– Да, верно, – согласился я, – на хозяйстве кто остался?

– Тамара и Степан, бдят на заборе с оружием, – ответил Серега, – ладно, мы поедем!

– Постой, чуть не забыл. Японцы рассказали про новый вид монстров. Захватывают контроль над волей, и идешь к ним на убой. Похожи на длинные палки, выедают мозги тем, кого заставили к ним подойти. Один способ уцелеть – резко повысить характеристику «воля».

Серега опять присвистнул, а Петька, что-то прикинув, задумчиво сказал:

– Блин, сколько же мы спустили этих зарядов на волю! Десятка полтора так точно!

– Ага! – согласился я, – так что меняйте срочно лоты, чтобы эту волю обратно прикупить. Ну ладно, мы поехали. Дай только пару квадрокоптеров, что для нас вез. Поможем людям и поедем тоже потом на прокачку, если сотовые сдохнут, и не сможем вас найти, будем качаться отдельно.

 

Попрощавшись, поехали дальше. Сатору все время нашего разговора терпеливо ждал в машине, Юрико тоже не выходила. Испытав чувство вины, что столько болтали на обочине, увеличил скорость, получилось еще километров десять прибавить. Пока доехали до поворота с шоссе в нашу глухомань, нас обогнало еще десятка три машин с беженцами. А когда уже сворачивал, увидел, что на шоссе в сторону Москвы в километре из-за рощи выезжает колонна военной техники. Пока деревья на нашей проселочной дороге не заслонили обзор, увидел машин пять точно. Все, как положено – в камуфляже, выглядят эффектно. Похоже, что не всех военных перекинули в Сибирь, вот теперь часть из них едет в столицу сражаться с монстрами. Наверное, в той стороне какая-то войсковая часть расположена. Или все же прокачали, и успели вернуть обратно на днях? Интересно, обычные ребята, понятия не имеющие, что творится, сидят сейчас в кузовах с калашами в руках, или их уже прокачали в той же Сибири, и они сейчас сжимают в руках точно такое же оружие, как у нас?

На нашей узенькой дороге пришлось сбросить скорость, но машина шла отлично. Я все больше приходил к мысли, что надо подумать о том, чтобы всем пересесть на такие же. Надо будет обсудить с нашими этим же вечером. Или раньше, если получится.

Подъезжая к нашему особняку, посигналил, чтобы не напугать внезапным появлением Тамару со Степаном. Тетя Тамара раньше без очков в трех шагах от себя ничего не видела, но после лечения на медкомплексе пришельцев стекляшки отбросила в сторону и обрела почти орлиное зрение. Тем не менее, учитывая, что меня и Серега еле узнал, стоит предупредить их, чтобы не нервничали. А то еще шмальнут сдуру.

На крепостной стене, возле которой стоял брошенный кран, который, когда мы уезжали в аэропорт, вовсю работал, стояли Петькины родители, настороженно направив в нашу сторону свои стволы. Все верно, ни меня, ни сидевшего рядом Бориса сразу не узнали. И я в грязи, и Борис в окровавленной чалме из намотанных неумело мной бинтов тоже выглядит явно не собой.

Я открыл дверцу, высунулся и прокричал:

– Не пугайтесь, это мы с Борисом! И во второй машине наш новый друг!

Узнав голос, оба расплылись в улыбке и убрали оружие. Тамара поспешно спустилась во двор, и спустя полминуты створка ворот, похожая больше на огромную сейфовую дверь, поехала в сторону. Мы заехали во двор и вышли из кабины. Сатору въехал за нами.

– Да что это там с вами случилось! – заохала встретившая нас первой Тамара.

– Главное, все здоровы! – ответил я, – чуть позже все обсудим, в пожарной машине раненая женщина, надо ее на медкомплекс отнести.

Увидев подходившего к нам Сатору, представил их друг другу:

– Это Сатору, муж пострадавшей женщины. Это Тамара.

Затем мы забрались в пожарную машину. Юрико обрадованно подняла на меня глаза, но руки продолжала держать на грудной клетке своей матери:

– Приехали?

– Да, пару минут – и начнем лечение!

Мы с Сатору быстро подняли столешницу, а Борис и подошедший Степан помогли аккуратно вынести раненую из салона.

– Юрико, Сатору, это Тамара и Степан, родители моего друга, Петра, – на ходу продолжил знакомить всех я.

До медкомплекса добрались быстро. Вот и оправдалось решение поставить его в столовой прямо у входа – лечить людей удобно.

– Сатору, Юрико, пациента нужно полностью раздеть, прежде чем помещать в аппарат. Тамара поможет вам это сделать, а мы с Борисом и Степаном пока отойдем, – сказал я, когда мы опустили столешницу около медкомплекса.

Время, пока больную раздевали и загружали в медкомплекс, мы с Борисом зря не теряли. Направились к холодильникам, с утра поели мало, да еще этот стресс от игр в догонялки с монстрами.

– А куда рабочие подевались? – спросил я Степана, доставая из целлофанового пакета стопку сооруженных кем-то бутербродов с сыром.

– Да я утром как раз гулял, смотрел, как стройка идет, и вдруг начались звонки по мобильным у рабочих. Они, не прощаясь, сели по своим легковым машинам и уехали сразу. Мне Серега только после твоего звонка объяснил, что у монстров началась новая фаза – атака на населенные пункты. Видимо, родственники или друзья наших рабочих и вызвонили. Кран бросили, бетоновоз и одну из машин, нагруженную бетонными плитами. Да и бытовка осталась.

– Все, значит, не успели сделать? – спросил Борис.

– Какое там! – махнул рукой Степан, – вместо трех с половиной планируемых метров высоты чуть за три перевалили. Жалко, часов пять не хватило.

– Ладно, три метра так три метра! – сказал я, – надо будет только кран отогнать подальше, чтобы по нему никто к нам не залез. А то стрела висит как раз над забором, какой-нибудь гориллоид запросто залезет по кабине и окажется у нас внутри. Оно нам надо?

– Сейчас займусь, мысль правильная! Хоть бы только они ключи в замке зажигания оставили! – сказал Степан и направился к крану.

– Что дальше делаем? – спросил меня Борис.

– Надо тебя тоже подлечить в медкомплексе после японки, затем, наверное, вернемся в аэропорт, поможем им забрать тело их бойца. Заодно и прокачаемся, куда без этого. Так пойдет?

Борис кивнул. Дальше мы молча жевали, наблюдая, как Степан, найдя ключ, отгоняет кран подальше от забора. Вернувшись, тот показал связку ключей и сказал:

– Положу в прихожей. Никогда не знаешь, когда понадобится кран.

В воздухе бухнуло, как будто где-то далеко что-то сильно рвануло. Инстинктивно оглянулся, но никаких столбов дыма или грибов от взрыва в нашей глуши видно не было.

– Теперь, наверное, долго будет так, – сказал задумчиво Борис, – похоже, армия борется с монстрами. Хоть бы лес не подпалили. Здорово, что мы деревья выкорчевали на полсотни метров вокруг нового забора. Даже если и подожгут, с таким свободным пространством вокруг и за этой стеной спокойно пожар переживем.

– Тьфу-тьфу-тьфу! – сплюнул я, – по мне, вполне достаточно и Армагеддона. Лес я люблю, не хотелось бы жить на пожарище.

Из двери вышла Тамара и позвала нас:

– Все, мужики, пациентку вылечили и одели. Борис, твоя очередь лезть в аппарат.

Мы прошли в столовую. Прямо на входе между обрадованными Сатору и Юрико сидела вылеченная нашим аппаратом женщина и с совершенно ошарашенным видом слушала, что они ей говорят. Очень похожа на Юрико, но скулы побольше, а так и не скажешь, что мать – морщин практически нет. А глаза такие же огромные, впрочем, это может быть и от шока.

Судя по ее виду, она, в отличие от мужа и дочери, которые сидели с пристегнутыми мечами так уютно, как будто родились с ними, ничего о происходящем не знала и была ошарашена, что попала в Армагеддон. Ясно, что ей теперь очень нелегко все осознать. Но больше всего меня напрягало то, что я успел позабыть ее имя. Блин, имена-то непростые, я все про себя твердил имя девушки и ее отца, а ее имя и подзабыл. С ней-то не надо было общаться, она без сознания на столешнице лежала всю дорогу.

Тамара подвела Бориса к аппарату и громко сказала:

– Прошу всех на выход из помещения! Тут очередь следующего пациента.

Дочь и отец беспрекословно поднялись, сказали что-то женщине, поднялась и она. А я обрадовался – вполне возможно, что мать Юрико и не говорит по-русски – мне тогда с ней и поговорить не выйдет, не страшно, что имя забыл.

Все вместе мы вышли из столовой в коридор.

– Семён-доси, я хотел еще раз поблагодарить и вас, и ваших друзей. Вы совершенно бескорыстно помогли нам, и я чувствую себя в глубоком долгу, – церемонно поклонился мне Сатору, и я автоматически ответил тем же, – давайте пройдем к нашей машине, я хотел бы вручить вам небольшой сувенир. Он ни в коей мере не будет достойной компенсацией вашей помощи, просто станет знаком нашей признательности.

– Да нет, не надо сувениров, – взмахнул я рукой, – я хотел уточнить, может быть, вам тоже стоит пройти лечение в медкомплексе? Вы, конечно, выглядите неплохо, но вряд ли ваше здоровье такое же, как в молодости.

– Еще раз спасибо, Семен-доси, – вежливо сказал японец, – но наш сэнсэй тоже взял навык лечения, и недавно, в связи с ранением, полностью меня пролечил. Потратил много часов, но сказал, что я теперь почти как новенький. Да и регенерацию мне разогнали почти до максимума. Все же пройдем к машине, небольшой подарок – это минимум, чтобы я не чувствовал себя так неловко за оказанную помощь.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru