Полная версия:
Сергей Редькин ЗОЛОТО ПРЕДКОВ
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
- Есть, кто дома? - рявкнул он, стараясь придать голосу будничную интонацию.
Юля, стоявшая у окна, вздрогнула. Она быстро прижала телефон к груди.
- Ладно, пока, - прошептала она в трубку, глядя на дверь, как на вход в клетку с тигром. - Не могу больше говорить. Маньяк вернулся.
Она сбросила вызов. В дверном проеме возник Виктор Павлович. Его губы растянулись в ехидной, липкой улыбке, от которой у Юли по спине пробежал холодок.
- Здравствуй, солнышко, - пропел он, медленно входя в комнату. Его взгляд, тяжелый и сальный, скользил по фигуре девушки.
- Я вам не солнышко, - отрезала Юля, чувствуя, как внутри закипает ярость, смешанная с ужасом. - И входить без стука, это некрасиво. Вас этому не учили?
Отчим сделал шаг, другой. Он двигался медленно, как паук, загоняющий муху в угол.
- Грубишь, детка, - пробормотал он. - А я этого не люблю. Я люблю покладистых.
- Не подходите ко мне! - Юля отступила к стене, ее голос сорвался на крик. - Я буду кричать! Я всё расскажу маме!
- Кричи, - он лишь усмехнулся, сокращая дистанцию.
Он оказался совсем рядом. Его рука, тяжелая и властная, легла на плечо девушки. Вторая рука потянулась к лицу, грубо погладив щеку. Юля дернулась, пытаясь сбросить его прикосновение, но он лишь сильнее сжал пальцы.
- Что ты ей расскажешь? - он рассмеялся, и этот смех был полон яда. - Она не поверит. А если попробуешь - я скажу, что это ты сама вешалась мне на шею. Что ходила тут полуголая, предлагала себя. Поверь, мне поверят быстрее, чем тебе.
Юля с силой оттолкнула его и бросилась к выходу. У двери она обернулась, бросив в лицо отчиму:
- Ну, вы и урод!
Она выскочила из комнаты, хлопнув дверью так, что со стен посыпалась штукатурка. Виктор Павлович остался стоять посреди комнаты. Его лицо исказила гримаса злобы. Он обвел комнату цепким, профессиональным взглядом сыщика.
Взгляд остановился на её кровати. Он подошел, откинул подушки, провел рукой по простыне и, наконец, приподнял матрас. Там, спрятанный от чужих глаз, лежал ежедневник Юли.
Виктор Павлович сел на кровать, открыл тетрадь и начал жадно читать последние записи девушки. Его глаза бегали по строчкам, впитывая каждое слово о золоте, о тайге, о карте, которую передал дед Диме.
Когда он дочитал последнюю запись, в комнате воцарилась мертвая тишина. Майор закрыл ежедневник, аккуратно положил его на место и разгладил покрывало, чтобы никто не догадался о его визите.
Он достал телефон. Его пальцы, еще минуту назад лапавшие девушку, теперь уверенно и холодно набирали номер. В его глазах больше не было похоти — только холодный, расчетливый блеск человека, который только что нашел свою золотую жилу.
- Алло, - произнес он в трубку, и голос его звучал как сталь. - У меня есть дело. Очень прибыльное дело.
Глава 8
ЗАБРОШЕННАЯ ШАХТА В СИБИРСКОЙ ТАЙГЕ - 1915г
Сквозь густой туман и шорох ветра, из мрака заброшенной шахты медленно вышли трое мужчин. Первым был высокий, статный золотопромышленник с суровым лицом, обветренным сибирским ветром и годами тяжёлого труда. За ним два инженера в аккуратных немецких костюмах, с кожаными портфелями и чернильными карандашами за ухом. Они тяжело вздохнули, стряхивая с одежды пыль и паутину. Громов, поправил широкополую шляпу, и огляделся вокруг.
В стороне, чуть поодаль, стояли сыновья хозяина. Они не спускали глаз с трёх упряжных коней, привязанных к старому пню. В руках - ружья, готовые к любому неожиданному визиту. Их лица были серьёзны и настороженны, как у настоящих охранников.
Инженеры, обменявшись взглядами, отошли в тень деревьев. Один из них достал из портфеля развернутый чертёж и стал делать быстрые наброски, второй - что-то бурно обсуждал, указывая на вход в шахту и окружающий ландшафт.
Младший из сыновей, не выдержав напряжения, подошёл к отцу и тихо спросил:
- Отец, а ты уверен, что этим немцам можно доверять?
Золотопромышленник, не спеша, повернулся к сыну. Его глаза блестели холодным огнём решимости. Старший сын, подошел к ним, улыбнулся, показывая зубы, словно хищник, готовый к охоте.
- Когда эти инженеры выполнят свою работу, - спокойно произнёс Громов, - мы их здесь и похороним.
Он подмигнул младшему, и в этот момент старший сын громко заржал, глядя на немцев, которые, не слышали о чем они говорили, продолжали спорить между собой на немецком.
Золотопромышленник шагнул к шахте, его тяжелые сапоги утопали во мхе и опавших иглах сосен. Вокруг царила глухая тишина, нарушаемая лишь редкими криками птиц и шорохом ветра.
- Тайга - наш вечный страж, - сказал он, глядя в темноту шахты. - Никто не найдёт то, что мы здесь спрячем. Никто.
Инженеры, наконец, закончив свои наброски, подошли к хозяину и протянули ему свёрток с картой и техническими расчётами. Золотопромышленник кивнул, и, повернувшись к сыновьям, сказал:
- Следите за конями. И помните - никто не должен знать, что здесь было.
Сыны кивнули, сжимая ружья крепче.
Немцы переглянулись, не подозревая, что их судьба уже решена.
Глава 9
В дальнем углу полупустого кафе, где воздух был пропитан запахом табака и ещё непонятно чем, сидел Виктор Павлович Белов. Он нервно теребил зажигалку, то и дело, бросая колючие взгляды на входную дверь. Перед ним стояла початая бутылка немецкого пива, но он к ней почти не притрагивался.
Дверь кафе с лязгом отворилась. В зал вошел молодой человек — невысокий, с бритой под ноль головой и повадками, которые не спутаешь ни с чем: в каждом его движении, в наглой, чуть кривоватой ухмылке читалась принадлежность к миру, где закон измеряется силой кулака. В правой руке он лениво перекатывал четки, чей сухой стук о костяшки пальцев казался единственным звуком, нарушавшим тишину заведения.
Заметив дядю, племянник вразвалочку направился к его столику.
- Ну, дядя, выкладывай, - бросил он, опускаясь на стул и небрежно кидая четки на стол. - Надеюсь, это что-то стоящее, а не очередная твоя муть.
Белов смерил его тяжелым, почти отеческим взглядом, в котором, впрочем, не было ни капли тепла.
- Язык прикуси, племяш, - процедил он сквозь зубы. - Забыл, кто тебя от тюрьмы отмазал? Еще пара месяцев - и гнил бы ты сейчас на зоне вместе со своими отморозками.
Племянник лишь усмехнулся, обнажив зубы.
- Ладно, ладно. Не заводись. Говори, зачем звал? У меня дел по горло, время - деньги.
Виктор Павлович придвинул к себе бутылку, сделал долгий, жадный глоток и с глухим стуком поставил её обратно.
- Знаю я твои дела: карты, девки, дурь. Но сейчас речь совсем о другом. Мы можем стать очень богатыми людьми. По-настоящему богатыми.
Племянник подался вперед, его глаза сузились, превратившись в две узкие щели. Майор начал рассказ. По мере того как он говорил, лицо племянника менялось: от ленивого безразличия не осталось и следа. Он то откидывался на спинку стула, то, подавшись вперед, упирался подбородком в сцепленные пальцы, впитывая каждое слово о золоте.
Когда родственик замолчал, в кафе повисла тяжелая пауза. Племянник медленно закурил, выпустив густое облако дыма в потолок.
- И много там, как ты думаешь? - голос его стал тише, в нем прорезался хищный азарт.
- Достаточно, чтобы забыть о том, как мы жили до этого, - ответил Виктор Павлович.
Племянник оскалился.
- Так в чем проблема? Давай накроем их, вытрясем карту, а самих - в расход. И дело с концом. Золото будет наше, а свидетелей - нет.
Виктор Павлович поморщился, как от зубной боли.
- У тебя всё просто, как в дешевом боевике. Замочим, заберем. Ты хоть понимаешь, что после этого нас повяжут через неделю? Нет, здесь их трогать нельзя. Пусть уезжают из города, подальше от глаз. А там, в глуши, мы их и грохнем. Обставим как несчастный случай - заблудились, замерзли, сорвались в овраг, звери сьели. Никто на нас и не подумает.
- Все равно, - племянник задумчиво постучал пальцами по столу, - надо бы их прощупать.
- Я сказал здесь нельзя, - отрезал майор, впиваясь в племянника стальным взглядом. - Ты меня понял?
Артем Белов на секунду замер, встретившись с ним глазами, затем коротко кивнул.
- Я тебя понял.
- Пока пусть твои псы пасут их круглосуточно. Каждый шаг, каждый чих - всё должно быть у меня на столе.
- Окей, - произнес племянник и поднялся, сгребая со стола четки. - Созвонимся.
Они обменялись коротким, сухим рукопожатием. Молодой Белов развернулся и, не оглядываясь, вышел из кафе. Виктор Павлович проводил его тяжелым взглядом, затем, тяжело вздохнув, поднял руку, подзывая официантку. Игра началась, и ставки в ней были выше, чем когда-либо в его жизни.
Глава 10
В комнате Димы, пахло предвкушением большого приключения. На диване, тесно прижавшись, друг к другу, сидели Олег и Наташа. Хозяин комнаты, погруженный в свои мысли, расположился в кресле.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
