Litres Baner
Борьба за огонь

Сергей Павлович Курашов
Борьба за огонь

Бесцеремонно отпихивая ногами назойливых детей и подростков – женщины стояли поодаль – Орунг последовал в пещеру. Он знаком показал охотникам, где положить добычу. Заострённым плоским камнем он раскроил грудную клетку самой крупной козы, вынул сердце. Молча, без полагающихся приветствий отдал его Вождю.

Все понимали, что Орунг сам хочет быть вождём и только ждёт смерти старика. Но прямо заявить об этом он не мог. Не все в племени поддерживали его. Однако, скрывать своё отношение к старику Орунг не хотел. Ведь, охотиться Вождь уже не мог, и власть его держалась только на жизненном опыте, авторитете и привычке соплеменников подчиняться ему.

Так же молча Орунг разделил добычу между охотниками. Они знали, что он убил только одну козу, но всю добычу считал своей. Однако, никто не спорил. Отрезав изрядный кусок сочившейся кровью свежей мякоти, он подозвал девушку, которая так громко его хвалила.

– Сядь возле меня и съешь это мясо! – сказал он благосклонно, что вызвало вспышку ревнивой зависти у сверстниц красавицы.

Все терпеливо и молча ждали, когда охотники насытятся.

– Зугрр добыл большого оленя! – закричал вдруг Волчонок.

Это был нескладный, жилистый, очень подвижный подросток. Волчонком его прозвали за вечно голодный взгляд, из глубоких глазниц.

– Смотрите, они еле его тащат! – сорвавшись с места, продолжал он. – Поможем же им!

За ним бросилась целая ватага мальчишек.

– Зугрр убил оленя! – кричали они.

Реку переходили вброд четыре охотника. Они несли на плечах толстую жердь, к которой за ноги был привязан довольно крупный олень. Им трудно было бороться с течением реки, имея на плечах такую тяжесть. Мальчишки толпой вбежали в воду, поднимая тучи брызг. Одни подхватили оленя за рога. Другие за спину. Общими усилиями вытащили его на берег.

– Зугрр, ты подаришь мне копыта оленя? – просил один мальчик. – Я привяжу их к ногам и стану таким же быстроногим!

– Подарю, Ежонок, – отвечал Зугрр со смехом. Только сначала мы его съедим.

Зугрр любил детей, и они отвечали ему тем же. Именно к нему обращались они с просьбами обточить правильно камень или научить снять шкурку с пойманной крысы.

– А мне подари рога, – просил Волчонок, – я сделаю из них много ножей.

– Молодец, такому мальчику как ты уже пора делать оружие!

На грубом, заросшем русой бородой лице Зугрра изобразилась гримаса, напоминающая улыбку. Всё-таки, это было лицо уже больше человеческое, чем обезьянье. Нижняя челюсть тяжеловата, надбровные дуги ещё слишком нависали над глазами, но синие глаза излучали симпатию к этим маленьким существам-человечкам. Он был самым высоким из мужчин племени. Его уважали за ловкость и быстрый бег при преследовании зверя. Силой в руках тоже обладал немалой, но самым сильным не считался. Предводителем охотничьего отряда он стал за способность в стремительном броске догнать оленя и точно поразить его копьём. Он мог предусмотреть, куда побежит жертва и умел правильно расставить людей при загоне.

Также, все восхищались его одеждой, которую сшил он сам. Это был балахон из кусков шкур с тремя дырами – для головы и рук. Но, самое главное – балахон имел несколько карманов, в которых Зугрр носил с собой: острые ножи из раковин моллюсков, несколько камней, ремешки и верёвочки разной длинны. За спиной висела увесистая суковатая дубина, притороченная к плечам чем-то вроде портупеи, связанной из ремешков. Копьё он тоже не держал в руке, а подвешивал специальной петлёй к правому плечу. Руки его всегда оставались свободными, что давало преимущества на охоте или в драке с врагом. Многие соплеменники старались перенять его изобретения, но тщетно. Словом, Зугрр был интеллектуалом каменного века.

Общими усилиями оленя втащили в пещеру.

– Зугрр принёс хорошую добычу, – вымазанное высохшей кровью лицо Орунга выражало зависть, – нелегко загнать и убить большого оленя.

– Да и ты, Орунг, пришёл с хорошей добычей, – отвечал Зугрр.

– Ешьте, люди, мясо, – говорил Зугрр, разделывая тушу, – наедайтесь. Возьми, Вождь, сердце этого оленя. Пусть сила его продлит твои годы.

Голодные люди жадно хватали истекающие кровью куски оленины. Матери жевали его вместе с кореньями и кормили этой жвачкой младенцев. Беззубая старуха Медведица разрывала мясо на кусочки, била по ним камнем и глотала. Взрослые охотники, стараясь казаться спокойными, запихивали большие куски в рот и мощно пережёвывали их своими тяжёлыми челюстями, высасывая кровавый сок.

Солнце клонилось к горизонту. Уставшие охотники, насытившись и обсудив подробности сегодняшней охоты, расположились на отдых. Старухи и женщины угомонили детей. Пещера заснула.

2.

Несильный, но устойчивый южный ветер, дувший весь прошедший день, сделался влажным. Он, противостоя холодному дыханию Большой Льдины, пригнал последнюю в это лето грозу. Огромная, брюхатая ливнем туча, втягивая в себя мелкие облачка, вылезла на середину неба, заслонила звёзды, подмяла под себя месяц. Ветер усилился. Вот он начал метаться шквальными порывами. Зашумели кустарники.

Стоящий напротив пещеры у реки полузасохший дуб-гигант, выросший ещё с тех времён, когда Большая Льдина была слабым ледничком, заскрипел своими голыми ветвями, забил ими друг о друга, зашелестел жалобно слабыми листочками, ещё сохранившимися на одной из ветвей. Всё вокруг засветилось голубым светом, и огромная молния встала между гигантским умирающим дубом и небом! И сразу хряснула ужасно в предродовой муке туча! Шквал ветра бросил её за реку, и она разродилась там проливным дождём из разорванного о скалы брюха.

Рейтинг@Mail.ru