современная русская литература

сказки

детская проза

социальная фантастика

юмористическая проза

Так уж бывает, что родители решают за своего ребенка, с кем ему можно или нельзя дружить, на кого он будет учиться, где будет жить и кем работать. А теперь представьте, что в одном городе всех детей не просто рожают, а придумывают из самых разных вещей. И то, что было заложено родителями в малыша в миг появления на свет, определяет всю его сущность и всю его дальнейшую жизнь.

боевики, остросюжетная литература

боевая фантастика

космическая фантастика

приключения

Фея из сахарной ваты

Так уж бывает, что родители решают за своего ребенка, с кем ему можно или нельзя дружить, на кого он будет учиться, где будет жить и кем работать. А теперь представьте, что в одном городе всех детей не просто рожают, а придумывают из самых разных вещей. И то, что было заложено родителями в малыша в миг появления на свет, определяет всю его сущность и всю его дальнейшую жизнь.
В книге использованы музыкальные вставки:
NAMASTE, источник: AUDIONAUTIX.COM
Darren Curtis, источник: Darren's Commercially Free Music

стихи и поэзия

русская классика

литература 19 века

ЛитРес: чтец

серьезное чтение

cтихи, поэзия

Говорят, в Париже можно умереть дважды. В первый раз — когда остановится сердце. А во второй — когда исполнится твоё последнее желание.

Именно эту помощь оказывают двое мужчин в самом необычном рабочем кабинете города. Они не задают лишних вопросов и не лезут в душу. Их работа — помочь уйти окончательно. У них есть протоколы, щипцы и вид на Эйфелеву башню, который решает всё.

Это история не о мертвецах. Это история о двух одиночествах, нашедших друг друга в самом безнадёжном месте Парижа. И об одной простой истине: даже когда ты знаешь финал каждой истории, всё равно можно опоздать к самому важному откровению.

Здесь будут нелепые ситуации с отрубленными ногами, романтические аферы, опасные игры с мафией и рождественская загадка в запертом особняке. Но главное — здесь будет диалог. Между тем, кто уже всё видел, и тем, кто ещё способен удивляться. Между цинизмом и надеждой. Между последним «прощай» и немым «останься».

Это не страшно. Это — невыносимо человечно.

Сергей Гольдин