Рю Мураками Дети из камеры хранения

Глава 4

Когда мальчики перешли в школу средней ступени, Кадзуё увидела, что одежда стала им мала, и они втроем отправились в Сасэбо. Сюда они приезжали уже не раз, и почему-то здесь всегда было пасмурно. Кику и Хаси с удовольствием предвкушали прогулку, зная, что на последнем этаже универмага увидят клетку с морским котиком.

В тот день в универмаге была толчея. Они купили одежду, заказали в кафе омлет с рисом, а потом поднялись на последний этаж, где вместо огромных крутящихся кофейных чашек оказалась сцена. На сцене стоял мужчина-конферансье с макияжем на лице, в огромных очках в форме бабочки и серебряном пиджаке. Рядом с ним была женщина с рыжими волосами в платье из искусственных роз. На сцене, украшенной разноцветными шарами, находилось еще пятеро пожилых музыкантов. Как раз за сценой и была клетка, в которой сидел их любимый морской котик, периодически подававший голос и требовавший сардин. Зрителей оказалось так много, что к клетке никак было не пробраться. Женщина с рыжими волосами принялась петь и танцевать. Усилители стояли совсем рядом; чтобы тебя услышали, приходилось кричать в самое ухо. Пела она совершенно бездарно. Кику хотел пойти в зоомагазин на первом подземном этаже. Интересно, продаются ли еще там щенки овчарки? Они с Хаси накопили денег, и им пообещали купить щенка. Мальчики и Кадзуё попытались протиснуться к выходу, но их зажали в толпе. Зрители продолжали подходить, пока не забили весь зал. Сзади напирали, поэтому Кадзуё с мальчиками пришлось продвигаться вперед, пока они не оказались возле самой сцены. Оказалось, что все тело рыжеволосой женщины покрыто пудрой. Сквозь красные чулки проступали белесые следы пота. Песня закончилась, и, хлопая в ладоши, вышел конферансье в серебристом пиджаке. У него был неприятный, трескучий, словно сломанное радио, голос, но говорил он складно. Певицу он назвал Канаэ-тян. Толстый слой пудры, покрывавший ее лицо, кое-где обсыпался, под ним проглядывала шершавая кожа. Певица оторвала от своего платья несколько искусственных роз, бросила зрителям и опять запела. Под розами была блестящая черная ткань. Кику еле переводил дыхание. Он держал в обеих руках покупки и каждый раз, когда толпа начинала колыхаться, изо всех сил тянул их на себя, отчего у него заныли пальцы. Кадзуё тоже хотела где-нибудь отдохнуть. И только Хаси, казалось, был рад – он обожал пение. Свои покупки он отдал Кику, а сам протиснулся в первый ряд. На рыжеволосой женщине были туфли из змеиной кожи с высокими каблуками, на которых она подпрыгивала, а после каждой песни поднимала одну ногу и, словно балерина, крутилась на другой. Пожилые музыканты безучастно переворачивали ноты. Снова появился конферансье и выпустил через трубочку несколько мыльных пузырей.

– А теперь, уважаемая публика, попросим Канаэ-тян показать нам акробатический номер.

На сцену выкатили полосатый красно-зеленый шар, певица сняла туфли на каблуках, надела тапочки на резиновой подошве и встала на шар.

– Канаэ-тян раньше выступала в цирке. Однако этюд на шаре не был ее коронным номером. Интересно, что же она там делала? Дрессировала слонов? Прыгала на львах через огненное кольцо?

Певица слезла с шара, взяла микрофон в руки и сказала:

– Нет, я выступала гипнотизером.

– А вы могли бы продемонстрировать нам свое искусство?

– Я многое позабыла.

– Давайте спросим у публики. Есть ли среди вас желающие пройти гипноз Канаэ-тян?

Тут же поднялся лес рук.

– Как много желающих! Канаэ-тян, но ведь гипноз – это очень страшно. Я бы, например, ни за что не решился. А наша публика такая смелая. Кого же нам выбрать?

– Четыре года назад я выпустила пластинку. Она довольно плохо продавалась, песни были неудачные, но тот, кто вспомнит название этой пластинки, пусть поднимет руку.

Зрители притихли. Никто не поднимал руку. Конферансье выглядел растерянным и посоветовал певице дать подсказку, как вдруг послышался тонкий детский голос.

– Что вы сказали, повторите, пожалуйста, громче!

– «Лепестки печали».

– Это верный ответ, спасибо.

Рыжеволосая женщина указала в ту сторону, откуда раздался голос. Это был Хаси.

Чтобы певица могла сосредоточиться, публику попросили не шуметь. Хаси, поднявшись на сцену, засмущался и помахал Кадзуё и Кику. Конферансье тихо спросил, случалось ли ему посещать психиатра. Хаси ответил, что нет. Ни ему, ни Кику не сообщили о том, что они проходили звукотерапию в психиатрической больнице. На сцену вынесли большой черный ящик. Хаси и рыжеволосая женщина забрались внутрь ящика. Когда десять минут спустя они вышли, глаза у Хаси были закрыты. Публика зашумела, женщина приложила указательный палец к губам.

– Как тебя зовут и сколько тебе лет?

– Куваяма Хасиро, тринадцать лет.

– Мы только что с тобой об этом говорили, повтори еще раз, где ты сейчас находишься?

– На Гавайях.

– Где именно?

– На берегу океана.

– И как там, на Гавайях?

– Жарко.

Публика засмеялась. В этот день все уже были одеты в пальто. Но Хаси действительно было жарко, и он принялся снимать с себя пальто. Кадзуё забеспокоилась, как бы он не простудился.

– Хасиро, а что ты делаешь на Гавайях?

– Сплю после обеда.

– Теперь ты уже проснулся?

– Да, проснулся и ловлю рыбу.

– Один?

– Нет, с Кику.

– Кто такой Кику?

– Нас считают братьями, хотя на самом деле мы друзья.

– А кто еще с вами?

– Куваяма-сан.

– Куваяма-сан?

– Да, наш отец.

Кадзуё всерьез забеспокоилась.

– Кику, как бы это остановить? Давай продвигаться вперед.

Хаси было тяжело. Он побледнел и водил рукой по шее.

– Ну хватит, Хасиро. На Гавайях слишком жарко, давай возвращаться.

– Куда?

– На этот раз Хасиро вернется в свое детство, когда он был совсем маленьким. Ты становишься младенцем. Раз-два-три, стрелки часов побежали назад, ты снова младенец! Что ты чувствуешь?

– Жарко.

– Что? Разве ты не вернулся с Гавайев? Где ты сейчас?

– Мне так жарко, просто умираю.

– Хасиро, ты уже не на Гавайях. Ты – совсем маленький, только что появился из живота мамы…

Кику закричал:

– Хватит!

Рыжеволосая женщина посмотрела на Кику и громко сказала:

– Помолчите.

В этот момент Хаси, задрожав всем телом, поднял голову в облачное небо и издал такой вопль, что все зрители замерли. Женщина испугалась и трижды хлопнула в ладоши перед лицом Хаси. Хаси открыл глаза и, не переставая дрожать, принялся ходить по сцене, с трудом переставляя ноги. Кику, растолкав людей, поднялся на сцену и обнял Хаси. Конферансье в серебристом пиджаке, рыжая женщина и все зрители ошеломленно смотрели на них. Кику, рассвирепев, ударил конферансье и ткнул женщину в живот. На сцене и в зале раздались крики, оркестранты скрутили Кику. Хаси смотрел на происходящее с грустным лицом, потом спрыгнул со сцены и, расталкивая зрителей, поспешил к выходу. Кадзуё пыталась его остановить, но из-за толпы не могла продвинуться вперед, и даже ее криков не было слышно. Хаси скрылся за дверью. Кику по-прежнему крепко держали, он слышал голоса служащих, решавших, вызывать им полицию или нет, и крики морского котика, требующего еды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Род листопадных деревьев, широко разводятся в качестве декоративных, также на их основе производят препараты для мозгового кровообращения.

2

Скоростной поезд.

3

Праздник поминовения усопших.