Разведка и её деятельность

Рон Полборн
Разведка и её деятельность

РАЗВЕДКА И ЕЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СО СТОРОНЫ

Ситуации удивительно быстро меняют друг друга. Нарастают, накладываются друг на друга, постоянно создавая возможность запутаться, утратить контроль и принимать неверные решения. Разведки могут утешать себя только тем, что все они, без исключения, опаздывают за этим изменением. Кто-то существенно, а кому-то удается настигать ушедшее, чтобы, почти сразу, вновь отстать от, всегда неожиданно, поменявшихся условий. И в этом одна из главных особенностей разведывательной деятельности современного периода, т.е. конца ХХ начала ХХI века.

Такова главная характеристика условий разведывательной деятельности, в которых, и это надо наконец-то признать, современная разведка изменила самой себе. Она, по преимуществу, превратила себя в разведку реагирования на ситуацию и информирования о ситуации, утратив отличающую ее функцию – созидание ситуации. А те попытки по созданию ситуаций, которые можно было наблюдать в последнее время (Ливия, Солсбери, Сирия и т.п.) трудно отнести к явно удачным. Скорее это просчеты, сигнализирующие либо об утрате профессионализма, либо о потери ее взаимосвязи с другими функциональными подразделениями государства. И все же эти потуги разведок реанимировать свою основную функцию по созданию ситуаций говорят о том, что может быть не все еще утрачено и кто-то в разведке осознает существование кризиса и пытается каким-то образом преодолеть его.

Возможно одной из основных причин кризиса стала параноидальная зависимость исполнителей власти от собственного страха перед разведкой. Именно страх стал одной из причин концепции исполнителей власти, на основании которой разведка должна была стать инструментом информирования и прогнозирования, придав ей пассивную роль Кассандры, которая, как известно, плохо кончила. На один из результатов реализации такой концепции указывал руководитель разведуправления Министерства обороны США Лоуэлл Джакоби – «информация, которую одна группа аналитиков расценивает как пустые слухи, может предоставить важнейшие ключи или раскрыть важнейшие взаимосвязи после ее изучения другой группой аналитиков». Дальнейшее следование за этой концепцией неизбежно приведет разведку к тому, что она «погрязнет в заблуждениях» (Нассим Талеб)

Все попытки разведки преодолеть эту концепцию приводят только к возрастанию страха исполнителей власти. Это связано с: 1. Присущей исполнителям власти ориентации на борьбу за власть, когда любые действия любых субъектов рассматриваются как часть такой борьбы, 2. Не знанием и не пониманием исполнителями власти разведки и ее деятельности, ее природы и закономерностей, когда любые попытки разведки объяснить и помочь понять их, так и остаются безрезультатными, 3. Принципиальным различием в мотивации деятельности исполнителей власти и сотрудников разведки, стремлением одних максимально долго оставаться в системе власти и служением других своему государству и народу, 4. Доминированием «коммерческого» подхода к деятельности разведки – кто платит, тот и заказывает музыку, хотя в действительности разведка существует на деньги всех и каждого.

Современный кризис разведки особенно сказывается на проблеме кадров. Многолетний опыт разведывательной деятельности разных стран показывает – успех разведки определяют профессионализм и мотивация ее сотрудников. Это вполне банальное утверждения, казалось бы, не требует ни доказательства, ни расшифровки и любая разведка делает, как ей кажется, все возможное для качественного отбора и подготовки своих сотрудников. Вот только понимание того, что такое профессионализм и какова действительная мотивация сотрудников разведки существенно отличаются в зависимости от ментальности, традиций и кадровой политики в разных странах. Не секрет что работа в разведывательном сообществе США рассматривается как один из возможных вариантов карьерного роста и пути к жизненному успеху. Известно, что бывшие руководители ЦРУ достигали самых высоких постов в государстве. Работа в разведке может стать определенным трамплином в карьере, но тот, кто так относится к своей работе в разведке не сможет стать профессионалом.

Известно и то, что на работу в советскую разведку практически ежегодно направлялись бывшие партийные функционеры, карьерный рост которых оказывался, по разным причинам, ограниченным в зависимости от индивидуального потенциала. Да и саму разведку длительное время возглавляли те, кто пришел из иной управленческой системы, весьма отдаленно связанной с разведывательной деятельностью. Даже пройдя соответствующую подготовку, вряд ли такие сотрудники становились в полном смысле профессионалами, посвятившими всю свою жизнь именно разведывательной работе.

Происшедшие в Советском Союзе фундаментальные изменения создали мощный идеологический вакуум в работе российской разведки. С другой стороны, опустевшую идеологическую нишу быстро стали заполнять конъюнктурные, индивидуалистские тенденции комфортной жизни, когда материальная сторона профессии приобрела доминирующий характер. Разведка никогда не относилась к тем профессиям, в которых затраты на ее исполнения могли хотя бы как-то материально компенсироваться. Попытки решать свои материальные запросы работой в разведке совершенно бессмысленны и приводят только к предательству самого себя и своего служения государству.

Существенным отличием является, как кажется, кадровая политика английской разведки, работа в которой никогда не являлась чем-то «дурнопахнушим». Наоборот. Ее сотрудниками становились представители так называемой элиты английского социума, причем это не приводило к формированию клановости в разведке, с передачей «по наследству» своей профессии. Избирательность, статусность, традиции, поведенческая нормативность и максимальная корректность в отношении к своим сотрудникам отличали профессиональный подход английской разведки.

События 11 сентября поставили многие вопросы. И среди них, возможно главным, стал вопрос о дальнейшем направлении эволюции западной цивилизации. Пойдет ли она по пути глобализации интересов, либо основным станет проблема национализма в самом широком смысле слова. Борьба этих двух тенденций продолжается. И разведка занимает в этой борьбе свое, значимое место. От того, какие задачи она будет решать, с помощью каких средств и методов будет действовать, во многом будут зависеть и будущие результаты и, самое главное, последствия этих результатов. Победа будет за той разведкой, которая будет не угадывать и предсказывать, а активно формировать эту борьбу, своими действиями во многом определяя цели, задачи, тактику и стратегию своих государств и правительств.

январь, 2019 г.

тем, кто ушел…

Человек – существо, которое не только есть, но и знает, что оно есть. Уверенный в своих силах, он исследует окружающий его мир и меняет его по определенному плану. Он вырвался из … процесса, … неосознанного повторения неизменного…

К.Ясперс

В конце ХХ века разведка исчезла… Иногда о ее существовании напоминали редкие скандалы, которые, впрочем, быстро затухали, как воспоминания из прошлого. Впрочем, от этого никому не было ни хорошо, ни плохо. Может быть, только сама разведка почувствовала, что столкнулась с проблемой, которую тогда так и не смогла осознать.

Лишь в конце первого десятилетия нового, ХХI века, вести о разведке стали все более и более распространяться, что в очередной раз продемонстрировало – разведка жива, только ее жизнь стала какой-то иной. И при всей кажущейся парадоксальности оказалось, что разведке необходима популярность, которая … как бы оправдывает и ее существование, и все то, что она делает, может делать и … почему-то не делает. Только вот о наличии у нее проблем она никому не хочет рассказывать. Может быть потому, что не способна признаться в их наличии и самой себе.

Кажется, разведка оказалась в интересном положении … полной неопределенности своего существования. Было бы слишком просто объяснить эту неопределенность происшедшими на рубеже веков социально-политическими переменами. Хотя бы потому, что сами эти перемены во многом стали последствием действий самой разведки, которая к концу века достигла максимума своей компетенции, той самой компетенции, которая, в итоге, и привела ее к утрате понимания – что будет дальше?

В попытках восстановить это понимание, разведка стала осуществлять хаотические действия по обретению самой себя, на самом деле лишь стремясь восстановить свое уникальное положение в социальной системе в первую очередь с помощью предложения своим партнерам по «игре в разведку» новых правил, которые, однако, она сама еще не полностью осознала и потому просто не смогла четко и определенно сформулировать.

Кто-то после этих слов скажет – «Эту книгу стоит не просто отложить в сторону. Ее нужно отбросить как можно дальше…». Но, может быть, не стоит спешить. Возможно, в ней что-то есть. Иной взгляд, иная точка зрения… При этом вовсе не хочется кого-то разочаровать, задеть чье-то самомнение и самолюбие. Но, конечно, более всего хочется предотвратить возможную обиду у тех, кто по праву гордится своей работой, посвящая свое существование сложной и противоречивой разведывательной деятельности. Многие из них, по крайней мере, в начале своего пути, искренне верят в справедливость и необходимость того, что делают. И лишь потом, возможно, осознают все сделанное, и … так и несовершенное. Им, с благодарностью, и посвящается эта работа.

Немного зная об этих людях, с уважением относясь к их служению своей Родине, предложение написать учебник о разведке, было воспринято автором как шутка. Было очевидно, что такой учебник могут написать только профессионалы. Однако идея оказалась слишком заманчивой. И автор решил ограничиться попыткой представить разведку в качестве социальной системы, специфического феномена, порожденного и управляемого социумом, рассмотреть ее деятельность с позиции теории игр, и попытаться определить, гляди со стороны, что ее ждет в ближайшем будущем.

 

Работа оказалось настолько интересным и увлекательным занятием, что автор бросился в нее, не осознавая сложности и многоплановости проблемы. И потому он с особой благодарностью вспоминает тех, кто прочитал книгу в рукописи, даже не за то огромное количество замечаний, которые были сделаны, а за удовольствие заинтересованного общения, благожелательность и проявленную терпимость. Без этого участия книга просто не состоялась бы, и автор не только приносит всем свою благодарность, но и готов поделиться ответственностью за ее издание.

Автор

1. Что …? Разведка?

Разведка, как и всякая социальная система, связана с ожиданиями, по большей части несбыточными, о том, что будут достигнуты некие жизненно необходимые результаты.

П.Сэлфинг

Разведка предупреждает конфликт. … она является инструментом мира.

А.Захариас

Эта тема не может быть не только исчерпана,

но и однозначно определена…

Канувшие в историю ситуации можно

рассматривать как завершенные, ибо они

уже известны нам в своем значении …,

наша же собственная

ситуация волнует нас тем, что действующее в ней мышление продолжает

определять, чем она станет.

К.Ясперс

Большинство даже не задумывается о том, быть разведке или ее стоит ликвидировать. Ее существование считается чем-то само собой разумеющимся. Тем более странным кажется постоянное «волнение» самих сотрудников разведки о собственном существовании. Среди них «прописался» наверное постоянный вопрос о выживании… разведки. И вовсе не удивителен призыв одного из бывших директоров ЦРУ Джеймса Вулси к комиссии конгресса: «Не троньте разведку, она нас всех кормит.»

Борьба за выживание… Это уже было. Когда-то и где-то. Вдруг оказывалось – никакой разведки вовсе и не нужно. Все как-то будет решаться само собой. И разведка помнит такие времена перехода от одного качества социума к другому. Как бы этот переход не назывался. Может быть поэтому разведка «страдает» от неуверенности в необходимости собственного существования?! А может быть потому, что в такие времена перехода она всякий раз вынуждена решать по сути один и тот же вопрос – оставаться в системе уже принятых правил существования и функционирования, в рамках существующей парадигмы, т.е. быть прежней или необходимо разрабатывать и предлагать новые правила «игры» – надо меняться. При этом она осознает – премией за правильный ответ будет не просто самосохранение, а выживание того социума, который представляет разведка. А наказанием за отсутствие ответа или за неверный ответ – поражение и долгосрочная деградация этого социума.

Вовсе не обязательно что в этот момент разведка должна осознавать свое «вползание» в кризис. И уж тем более она редко когда понимает – это ее очередной кризис соответствия, т.е. утрата ощущения своего соответствия, соответствия своей деятельности условиям этой деятельности.

При этом разведка, почти всегда вдруг, перестает понимать как же и что же она должна делать, ради чего существовать и какие задачи решать. Условия деятельности выходят из-под ее контроля, что особенно напрягает, т. к. формирование таких условий является одной из основных задач разведки. Ее шокирует открывшаяся истина – все ее действия, все усилия по решению стоящих задач, все достижения неизбежно приводят к негативным для нее самой последствиям. И прежде всего выходят из-под контроля условия деятельности. Ей начинает казаться, что своими успехами она вредит самой себе и никак не может избежать этого.

Предотвратить развитие такого кризиса или блокировать его разведка самостоятельно не может – проблема в сознании, в мышлении всех участников разведывательной деятельности, разведчиков и ее сотрудников, всех тех, кто является ее партнерами. Проблема в обретении новых смыслов, в понимании необходимости и способности определить причины кризиса и разработать пути выхода из него. Но и этого мало. Действительного успеха может добиться только тот, кто сможет «оседлать» этот кризис действуя в соответствии с его закономерностями.

1. Соответствие: кому-чему?

позиция:

разведка способная эффективно действовать только в соответствии с самой собой и теми условиями, в которые она погружена.

Все люди знают ту форму, посредством которой я победил, но не знают той формы, посредством которой я организовал победу.

Сунь-цзы

Кризис соответствия в который «погрузились» национальные разведки в конце 20 века не очень заинтересовал большинство социума, который просто его не заметил. Впрочем, и сама разведка до сих пор в полной мере не осознает этого кризиса, более того уверяя, в первую очередь саму себя, что никакого кризиса не существует, а есть только временные трудности, которые бывают всегда. И все же некоторые признаки такого кризиса становятся все более явными, вновь и вновь принуждая анализировать ту ситуацию, в которой оказали национальные разведки.

Вероятно наиболее ярко кризис разведки проявился в … «утрате врага». Большинство абсолютно уверено – разведка находится на острие борьбы с противником и она точно знает своего врага. Эта иллюзия вполне устраивает разведку уже потому, что она оправдывает используемые ею средства и методы, позволяя запрашивать «соответствующее» финансирование. В действительности у профессиональной разведки нет: по крайней мере, внешнего, врага. Точно также как у нее нет и противника. «Содержать» врага слишком дорогое удовольствие, требующее особой эмоциональной энергетики, которая возможна только при принципиальном идеологическом противостоянии наций и государств. Это могли позволить себе, пожалуй, только СССР и США, что завершилось известными событиями.

Вполне естественным результатом такого «исчезновения врага» стал его поиск и национальные идеологи и политики в полной мере помогают своей разведке найти его и в качестве такового предлагая того, кто и раньше им считался. Пожалуй «новым» врагом можно считать весьма спорное «изобретение» «международного терроризма», который оставляет возможность некоторого сотрудничества национальных разведок. Однако все эти попытки определиться с «врагом» как раз и указывают на кризис соответствия разведки самой себе.

Дело в том, что действительно профессиональная разведка не имеет внешнего врага, она не борется с кем-то, а взаимодействует со своими партнерами, которыми для нее являются в частности специальные службы других стран. Да. Такое взаимодействие иногда приобретает весьма острый характер, а партнеры обмениваются жесткими ударами. Но и они всего лишь форма взаимодействия. Но когда в сознании сотрудников разведки происходит изменение, связанное с ощущением – «нет врага, не с кем бороться» – то можно ставить диагноз о формировании кризиса ее соответствия.

Таким же признаком этого кризиса является и столь же внезапные «изменения» в том контингенте, на который ориентировалась разведка. Кажется, что он стал другим или вообще исчез, и работать по приобретению новых источников информации стало практически невозможно. В действительности эта, еще одна группа партнеров разведки, никак не изменилась. Кризис в сознании сотрудников разведки, которые утратили ориентиры во взаимодействии с возможными партнерами-источниками информации и пока еще не сформулировали новые, соответствующие изменившимся условиям.

В этой ситуации разведка перестает «узнавать» и других своих партнеров – заказчиков, которые, что для них вполне свойственно, экстренно меняют свои ценности, социальные установки и способны в новых условиях демонстративно отказываться от ее услуг, впадая в популистские рассуждения об «открытом обществе, свободе, демократии, правах человека» и т.п. Сотрудники разведки, как представители одной из наиболее информированных социальных систем, должны осознавать патологическую изменчивость своих заказчиков, их адаптационные способности к различным условиям существования и соответствовать этим их характеристикам.

Итогом такого развития кризиса соответствия является готовность разведки браться за решение любых задач, искать новых потенциальных заказчиков и партнеров, вплоть до участия в активных, боевых операциях на территории то ли врага, то ли временного противника, то ли … возможного союзника. И это притом, что подобные попытки самосохранения угрожают разведке реальной деградацией, если она не сможет разработать, предложить и исполнять свою работу в новых для нее условиях. При этом стремление разведки всеми силами доказать собственную необходимость и состоятельность не только приводит к ошибкам и неудачам, но и становится еще одним признаком кризиса соответствия.

Самым простым выводом о нынешнем состоянии национальных разведок и их деятельности может быть признание несоответствия старых средств и методов новым, казалось бы, принципиально иным условиям. С таким выводом никто и в первую очередь сами разведки не будут спорить. Наоборот. Они максимально будут его поддерживать, тут же предлагая выход в разработке новых адаптивных средств и методов. И если национальные разведки действительно верят в истинность такого диагноза, то они видимо «решили» довести дело кризиса до своего логического финала – до саморазрушения, делая вид, что все нормально. А те, кто смог осознать существующий кризис, не спешат выдвигать реальные предложения по каким-либо изменениям. Кто-то считает, что еще рано, кто-то уверен в том, что ничего сделать нельзя, а кто-то чувствует себя обиженным, т.к. его не спросили – Что делать?

Кризис соответствия –это всегда кризис соответствия самому себе, своему потенциалу и определяемым им целям и функциям.

Осознать наличие кризиса и тем более кризиса соответствия разведке мешает укоренившийся и господствующий принцип «наивного реализма», в основе которого: а) рассмотрение проблемы по составляющим ее частям, а не в их взаимосвязи; б) попытка достигнуть результатов любой ценой, а не стремление получить необходимые последствия этих результатов; в) субъективная уверенность в необходимости совершенного, при отсутствии действительных доказательств этой необходимости.

Еще одной причиной трудностей в осознании кризиса соответствия и тем более в его преодолении является … существующее взаимодействие национальных спецслужб. Для выхода из кризиса недостаточно какой-то одной из национальных разведок разработать и предложить новые «правила игры». Оказывается, что для принятия этих правил нужно дожидаться «подтягивания» всех основных национальных разведок до определенного уровня их способности осознать существование кризиса и необходимость новых «правил игры». Только потом может начаться новая «игра». В ином случае это будет не игра, а кулачный бой без правил, бой за выживание, и совершенно необязательно, что победит та сторона, которая первой осознала переживаемый кризис. Тот игрок, которому реально грозит уничтожение, способен на все, и это в разведке понимают отнюдь не теоретически.

Помочь разведке осознать наличие кризиса соответствия, определить его основное содержание и тенденции развития способны периодические нарушения одного из основных принципов ее деятельности – принципа корреляции. Разведывательная деятельность, возможно более чем иные виды деятельности, может быть эффективной только если все ее составляющие (блоки) состыковываются между собой и не могут быть изменены по раздельности друг от друга, а всякое их изменение с необходимостью требует соответствующего корректировки и всех остальных. Такими блоками разведывательной деятельности можно считать:

а. Разведку, как социальную систему, с ее целями и задачами, функциями, требованиями и ожиданиями и т.п.;

б. Исполнителя разведывательной деятельности (разведчика и сотрудника разведки, обеспечивающего его деятельность);

в. Партнеров разведки (заказчика, собственные спецслужбы, спецслужбы партнера-противника, иностранца, исполнителя разведывательных заданий).

Мы вполне сознательно исключаем из состава этих блоков так называемые «условия разведывательной деятельности», которые сотрудники разведок называют по-разному, имея ввиду по сути одно и тоже. Любые условия для функционирование социальных систем являются результатом их взаимодействия в качестве партнеров и потому должны включаться в уже перечисленные блоки разведывательной деятельности. При этом иногда целесообразно эти условия выделять в качестве предмета исследования, но не в качестве отдельного блока самой разведывательной деятельности.

Точно также рассмотрение каждого из блоков по отдельности в лучшем случае может приводить лишь к систематизации информации по каждому блоку, в то время как осознать соответствие разведки самой себе, своей природе, сущности и содержанию, можно только при исследовании закономерностей взаимодействия всех ее блоков. При этом не никаких приоритетов ни за каким-либо блоков. Это в особенности касается некой особой, руководящей роли партнера-заказчика, который, в силу своей функции, всегда претендует на роль идеолога и управляющего. Отчасти такую иллюзию у партнера-заказчика поддерживает сама разведка, демонстрируя одну из своих специфических особенностей – жертвенный характер своей деятельности.

 

Впрочем, в этой особенности нет ничего метафизического и тем более мистического. Деятельность разведки никогда не была и не может быть рациональной. Разведка служит самой себе и через это своему социуму, который использует ее как инструмент своего выживания, постоянно жертвуя им, а затраты, понесенные разведкой ради сохранения социума, самим социумом никогда не могут быть восполнены в принципе. Существование разведки странно и противоестественно, т.к. она может осуществлять свою деятельность только за счет пассионарности, специфической предрасположенности, своих сотрудников, которые могут и хотят заниматься именно и только такой деятельностью.

Разведка – жертвенная система, существующая исключительно благодаря пассионарному служению своих сотрудников.

Кризис разведки начинается с того момента, когда она перестает соответствовать самой себе, перестает служить себе, что заменяется, подменяется некой идеологией, которую предлагает ей социум в лице исполнителей власти-основного заказчика разведки. Эта идеология не только в качестве некой абстракции, но и в виде конкретных, готовых мотивов деятельности, предлагаются каждому ее сотруднику. И если это внушение удается, то, доведенная до абсолюта, подобная идеология становится ловушкой и для разведки, и для каждого ее сотрудника.

Подобная «идеология разведывательной деятельности» всегда готовят исполнители власти – партнеры заказчики, включая в нее те ценности, установки, мотивы, которыми, по их мнению, разведка обязана руководствоваться. Принятие разведкой такой идеологии становится для нее ловушкой. Она, поневоле, вынуждена этими критериями оценивать, оправдывать-обосновывать-объяснять и свои успехи, и свои неудачи, забывая о том, что они взяты не из разведки, не соответствуют ее природе и функциям, а привнесены от социума и потому просто не могут использоваться. Какое уж тут соответствие самой себе.

Обрети себя в даровании себя.

П.Сэлфинг

Поддавшись управленческому воздействию власти, разведка утрачивает соответствие самой себе. Это вовсе не означает, что на основе такой «идеологии» разведка способна совершать только ошибки. Правда удачи разведки в этом случае вовсе не следствие верно избранной идеологии, а скорее проявление ее самости вопреки этой идеологии. И нельзя сказать, что власть не понимает этого. Однако доминирующий мотив – исполнителей власти – сохранить стабильность и подчинение разведки – позволяет им пренебрегать интересами «своей» разведки, «прощая» ей неудачи, являющиеся результатами этой идеологии. заложником власти.

В итоге разведка оказывается в «интересном положении», когда навязываемая ей идеология вступает в противоречие с теми ценностями, которые определяются характером разведывательной деятельности, и теми мотивами, которыми только и может руководствоваться разведчик. И если разведка и ее сотрудники приняли какую-то идеологию, признали ее в качестве «своей», они будут служить преданно и верно до тех пор, пока эта идеология не будет разрушена. Для каждого сотрудника разведки подобная измена равносильна краху всей его мотивации, измена тем ценностям, которые он считал единственно истинными.

Разведка сама способна и должна разработать идеологию собственной деятельности.

Кризис соответствия разведки – это кризис навязанной и чуждой ей идеологии, критерии оценки которой не соответствуют особенностям ее деятельности. Предлагаемая социумом идеология дает сотрудникам разведки ложные ответы на вопросы – зачем, что и как должна делать разведка.

Разведка, по молчаливому согласию социума, не нуждается в легитимации, признании законности своей деятельности. Социум либо соглашается на существование разведки, либо отказывается от нее, либо оправдывает используемые ею методы и средства, либо шумно и демонстративно осуждает их, вводит, всякий раз временные и гримерные, ограничения. Для того, чтобы снять с себя какие-либо упреки исполнители власти стремятся легитимировать, узаконить разведку. Именно в этом контексте и следует понимать тот светлый образ разведки с романтизированными героями, персонажами «реальной жизни» разведки. Это всеми воспринимается как норма. Но когда разведку преследуют неудачи, то социум столь же активно и даже с каким-то мазохистским удовольствием открещивается от своей разведки, обвиняя ее в отходе от «законных» средств и методов. В действительности, когда разведку призывают использовать «законные» средства и методы и она начинает следовать такому призыву, то это приводит только к фактическому отказу от ее основных функций.

Реальная легитимация разведки состоит в признании социумом присущих только ей функций, с использованием требуемых для этого средств и методов. При этом исполнители власти должны осознанно отказаться от любых попыток использовать разведку в борьбе за власть или как средство решения внутренних ситуативных задач, ради сохранения себя во власти. А любые попытки самой разведки доказать собственную легитимность означают существования кризиса соответствия, неуверенность разведки в своем положении, переживаемое ею состояние неопределенности из-за позиции социума и исполнителей власти.

Итак -

Признаками кризиса разведки могут быть:

– попытки объяснить собственные неудачи, отсутствие значимых результатов сложностью условий,

– усиленные «поиски врага», борьба с которым должна усилить мотивацию сотрудников,

– деградация мотивации сотрудников разведки и доминирование карьерных устремлений, стремление к решению своих материальных проблем,

– втягивание исполнителями власти разведки в политическую деятельность, использование ее для сохранения собственной власти,

– хаотические попытки разведки решать не свойственные ей задачи, ее авантюрные предложения по расширению собственных функций,

– повторение одних и тех же ошибок, без их признания и попыток что-либо изменить,

– количественный рост кадров с постоянным требованием к его еще большему расширению,

– поиск новых средств и методов с параллельным и недостаточно обоснованным отказом от уже существующих,

– утечка информации о деятельности и увеличение количества сотрудников, разоблаченных в связи с противником,

– усиление идеологического и управленческого влияния исполнителей власти на разведку,

– активизация требований социума к разведке о законодательном ограничении ее функций.

Современная разведка и ее деятельность являются предметом и результатом своеобразного и, конечно, никак не юридически не закрепленного соглашения между: 1. социумом и разведкой, 2. заказчиком (исполнители власти) и разведкой, 3. между национальными разведками различных государств; 4. между национальными разведками различных государств и другими спецслужбами этих государств; 5. между участниками-исполнителями разведывательной деятельности (разведчиками и агентами).

Подобный договор в той или иной форме существовал всегда и менялись только условия его условия. Когда-то разведка официально не признавалась государством, в то время как сейчас ее существование публично, законодательно оформлено, в качестве социальной системы, а ее деятельность считается специфической функцией государства. Однако реальная деятельность разведки представляет собой фактический набор «правил игры в разведку», который никогда официально не принимался и уж тем более не публиковался. Но это отнюдь не препятствовало следованию этим «правилам игры» до тех пор, пока одна из сторон, по тем или иным причинам, не изменяла им и тем самым не изменяло status quo, сложившееся положение. Иногда национальные разведки были способны прогнозировать такие изменения и адекватно реагировали на новые «правила игры», а иногда это было совершенно неожиданно для всего разведывательного сообщества, за чем следовала полная неразбериха и нарушение всеми всех неформальных «правил». И такой «разведывательный беспредел» продолжался … до оформления нового «договора».

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru