Роман Лотоцкий Предел относительности

Роман Лотоцкий lototskiy@mail.ru, тел.: 89526147190

Роман Лотоцкий

Предел относительности

Оглавление

Часть первая.

Глава 1. Возвращение

Глава 2. Земное блаженство

Глава 3. Герда

Глава 4. Бар «Львиное сердце»

Глава 5. Побег

Часть вторая.

Глава 1. У Михалыча

Глава 2. Дон Вито

Глава 3. Настя

Глава 4. Оазис

Глава 5. Космолёт

Часть третья.

Глава 1. Черная чайка

Глава 2. Леонард

Глава 3. Переход

Глава 4. Момент относителности

Глава 5. Предел

Глава 1. Возвращение

«Долгожданный дом, вечность тут не был», – с волнением думал Крис, разглядывая Землю в иллюминатор.

Это сколько же прошло времени? Хотя что за глупый вопрос? Я точно знаю – двадцать один год и три месяца по бортовому времени. Вообще-то тут немного кривлю душой – шестнадцать лет и семь месяцев я находился в стазисе. Итого получается четыре года, шесть месяцев. Ну а на Земле-е минуло аж сорок один год и два месяца.

А точно ли я дома? Ну что ж, посмотрим, ведь всё зависит от моей точки зрения. Относительность, мать её!

***

Крис стоял у трапа спускаемого аппарата, гордо выпятив грудь как будто в ожидании медалей, новых погон на плечи, ну и, конечно, девушек с цветами.

Ну ладно, об этом позже помечтаем.

А ведь так всё хорошо начиналось. Каким же наивным он был в те дни. Еще когда только готовилась миссия, его убеждали: «Лети. Говорят, ты еще не женат, вся жизнь впереди. Смотаешься туда и обратно – вернешься героем. Говорят, первый межзвёздный проходимец будешь. Тьфу ты, звёздопроходец».

Крис покривился: «Всё равно как-то не так звучит».

Что ему тогда только не на внушали: и то, что путь будет легким, всё равно почти весь полёт спать придётся, благодаря новейшим разработкам по введению человека в стазис; глазом не успеешь моргнуть, как будешь дома.

Вот только эти самые разработки создавались в условиях межзвёздной гонки, иными словами, в спешке, и на некоторых людей оказывали кое-какие неприятные действия после пробуждения, а именно: трехдневный понос, рвота от каждого кусочка пищи и дикая слабость от обезвоживания.

Холера тебя задери!

Рассказывали, что на одной из планет существует жизнь, там есть вода и даже замечены признаки деятельности бактерий.

Да, там действительно была жизнь.

Да в гробу я видал такую жизнь!

Ну и воняла же она, прямо как я после выхода из стазиса!

Это только в кино красивые инопланетные пейзажи фиолетовых, розовых и прочих неестественных цветов под лучами двух и более солнц. А там…

Черные поля грязи до горизонта под низкими багровыми тучами из паров концентрированной серной кислоты. Несколько месяцев по пояс в этой жиже я собирал образцы, молясь, чтобы не пошел дождь…

А когда возвращался в спускаемый модуль, надевал маску из комплекта химзащиты, ибо скафандр находился тоже внутри и вылезти из него, не испачкавшись, невозможно!

Если бы эти учёные умники только знали, что иная жизнь есть не только на других планетах, она буквально у них под носом, можно сказать по другую сторону пространства, просто другой способ перемещения нужен, и эти существа почему-то очень тяготеют к другим разумам. Мне с этим ещё предстоит разобраться. Но сейчас необходимо сосредоточиться на других вещах.

Тем временем площадь перед Крисом была подозрительно пуста, если не считать двух человек: мужчины и женщины. Неподалеку от них, судя по узнаваемым цветам, стояла машина скорой помощи.

«А она тут зачем?» – напрягся Крис.

За неимением других, более привлекательных ориентиров, он направился к стоящей парочке. Мужчина лет тридцати был высок и коротко стрижен. Рыжеволосая дама с легким интересом рассматривала Криса голубыми глазами.

Он уже хотел было торжественно произнести заученный доклад об успешно выполненном задании, но мужчина протянул ему руку:

– С прибытием, капитан, мы рады видеть вас в добром здравии и поздравляем с выполнением этой, без сомнения, трудной миссии. Моя спутница – доктор экзобиологических наук Джиллиан Пол. Я – особый представитель Департамента Внеземных Территорий Леонард Кейн, можно просто Леонард.

Его рукопожатие было крепким.

– Здравствуйте, капитан, если вам будет так удобнее, зовите меня Джиллиан, – ее рука, на удивление, оказалась не менее крепкой.

– Крис, – только и смог из себя выдавить он и прикинул: «Уже есть целый департамент? Когда улетал, только несколько человек успели ступить на другие планеты Солнечной системы, о территориях даже разговора не было, а экзобиология относилась к разряду гипотетических наук».

Медицинская машина с места поднялась в воздух, развернулась и полетела куда-то, наверняка по более важным делам.

Внимательно наблюдавший за Крисом мистер Кейн спокойно произнес:

– Не обращайте внимания. Вы очень долго находились в полете. Простая предосторожность – это логично. Но при необходимости вернуться она сможет очень быстро, не переживайте.

«Спасибо, я не переживаю, вот совсем, вот ни капли», – огрызнулся мысленно Крис.

Он был несколько обескуражен, ведь ожидал совсем другого после стольких лет, а получилось как-то буднично и непонятно. Тем не менее, Крис взял себя в руки и всё-таки доложил:

– Экипаж крейсера «Чёрная чайка» в лице капитана Криса Фишера успешно выполнил полётное задание к Проксиме Центавра b. На планете обнаружена жизнь, это преимущественно серные бактерии. Для колонизации планета не пригодна из-за крайне токсичной атмосферы. Краткий отчёт находится в памяти системы спускаемого аппарата. Подробный отчёт и образцы с поверхности планеты на борту моего корабля.

– Вашего корабля? – у Леонарда приподнялась правя бровь.

– Именно так. Борт-капитан крейсера в целях безопасности миссии запрограммирован подчиняться исключительно мне.

– Доклад принят, – бровь мистера Кейна вернулась на положенное ей природой место.

– Сейчас мы отвезем вас в ваш номер, где вы отдохнёте, а потом со свежими силами сможете ознакомиться со своим новым миром, – известила Джиллиан, и ее глаза на мгновение блеснули.

– Простите, Джиллиан, – задал Крис терзающий его вопрос. – Почему так?.. Как-то всё просто? Я ведь первый человек, который вернулся из межзвёздного полёта… привез биологические образцы с планеты, которая в нескольких световых годах отсюда.

– К сожалению, вы уже не первый, кто вернулся, – в ее голосе звучали нотки сочувствия, как к маленькому ребенку. – Их сотни. После того, как был создан прыжковый двигатель, расстояние в несколько световых лет больше не является препятствием. Прямо сейчас десятки кораблей держат курс на ближайшие звёзды и обратно. На многих планетах уже есть постоянные базы, в том числе и на той, которую вы посетили. – Джиллиан неуверенно посмотрела на Леонарда словно ища поддержки, но тот, казалось, ничего не заметил, – Мир изменился. И люди тоже.

У Криса голова пошла кругом: «Всё зря? Годы одиночества, тяжёлого труда и потерянного времени на Земле? – ноги стали ватными. – И может, они зря отпустили скорую помощь, а то, как грохнусь в обморок?»

– Нет, она не понадобится, – будто прочитав его мысли, сказал Леонард. – Доминатор провел анализ вашего физического и психического состояния – эта реакция была предсказана.

– Домина… кто?!

– Доминатор – тот, кто управляет метрополией и доминионами. Он всегда с нами на связи.

– Это что-то типа президента? Это должность такая? – происходящее начинало напоминать какой-то дешёвый роман.

– Не думаю, что слово «должность» является подходящим для нейросети. Доминатора не выбирали – его включили и дали определённые полномочия.

***

Серый фургон вёз их по улицам города. Именно вёз, а не летел, возможно, именно этим он притягивал взор прохожих, заставляя их долго смотреть вслед. Но некоторые из них словно вовсе ничего не замечали – они шли, глядя перед собой, с безупречной точностью обходя зевак. Крис точно бы так не смог, ведь в метрах пятидесяти и выше, на огромных скоростях летали самые разнообразные машины: какие-то аналоги мотоциклов, компактные семейные вэны и длинные сигары общественного транспорта; а летающие фуры носились так, будто последний день живут, ловко перестраиваясь из потока в поток и лихо ввинчиваясь между высокими домами.

Но эта транспортная вакханалия только казалась таковой – всеми этими летунами, как объяснили Крису, управлял Доминатор – всё-таки нейросеть высшего порядка, а по земле мы передвигались, чтобы поберечь его якобы ранимую психику. Наивные. Знали бы они, что я видел.

Как бы Крис ни вглядывался в улицы из окна машины, у него создавалось впечатление, что за сорок лет ничего нового и не построили: абсолютно узнаваемые улицы, всё те же серые глыбы домов и редкие оазисы сверкающих стеклом небоскребов; вся видимая разница – это транспорт в небе.

А люди?..

– Я не вижу детей и стариков, – констатировал Крис, глядя в окно.

– Проблема старения решена полностью, – Леонард тоже посмотрел в окно, немного удивлённо, словно впервые обратил внимание на это несоответствие.

– Доминатор помог разработать необходимое медицинское обслуживание. Смерть сейчас может наступить разве что при несчастном случае.

– О как! Я всегда думал, что вечная молодость будет доступна исключительно сильным мира сего.

– С экономической точки зрения правильнее дать активную неограниченную жизнь всем. Содержание пожилого населения обходится слишком дорого. Как и выращивание детей.

– Стоп! Вы так и не сказали с детьми-то как? Они что, сразу рождаются взрослыми? Брюхо у мамки не треснет?

– Не треснет? – особый представитель вновь приподнял прямую бровь, затем, видимо, включив выдающиеся логические способности, сообразил, что это была ирония: – Чтобы завести ребенка, нужно подавать заявку в Отдел Популяции и ждать соответствующей квоты – держать численность жителей на одном уровне рентабельнее. Я хоть и занимаюсь внеземными территориями, но в вопросах деторождения разбираюсь очень хорошо. Люди не очень-то и стремятся заводить детей. Зачем торопиться, когда у человека неопределённое количество времени впереди?

«Я попал в какую-то утопию», – Крис на мгновение потерял дар речи.

– Кстати, а прыжковые двигатели тоже Доминатор помог создать? – продолжил спрашивать он.

– Конечно, – удивленная бровь поднялась еще выше, мол, как можно спрашивать об очевидном?

Гостиница, куда привезли Криса, также являлась кусочком его прошлого. Еще будучи подростком, он часто наведывался к фонтану, расположенному перед зданием; катался на скейте с друзьями – такими же интернатовскими, как и он, просто дурачиться – всё лучше, чем созерцать унылые стены того почти казарменного дома.

Где теперь эти друзья?

Крис единственный из всех воспитанников детского дома поступил в университет, редко кому из них вообще удавалось подняться во взрослом мире – унылая правда жизни.

Глава 2. Земное блаженство

Какое же блаженство, оказывается, спать в самой обычной кровати, лежа на подушке и укутавшись казённым, но таким нежным одеялом. Так бы и валялся целую вечность.

– Доброе утро, Крис.

Крис резко сел в кровати, огляделся – комната пуста.

– Прошу прощения, что побеспокоил вас. Так как вы уже немного освоились, я решил представиться лично, – голос доносился из устройства, подаренного вчера Джиллиан.

Как говорила она: «Это старый коммуникатор, еле смогла найти, сейчас такими никто не пользуется. Он еще способен выполнять кое-какие функции связи, большинство давно уже пользуемся сетью напрямую», – и постучала пальцем по виску.

На взгляд Криса, однако, вещица была очень даже шикарная: выдавала изображение как на экран, так и в виде голографической проекции, а то и вовсе прямиком на сетчатку, создавая неотличимую от реальности иллюзию. Сам он так до конца и не разобрался с возможностями коммуникатора – оставил на потом.

– Здравствуйте, с кем имею честь говорить?

– За отсутствием другого имени зовите меня просто Доминатор.

– За такие шуточки и в бан отправить можно.

– Вновь прошу прощения, но я никогда не шучу – не умею. Чувство юмора мешало бы мне выполнять свои обязанности.

«О как! Мне бы так. Глядишь, не ввязывался бы во всякие межзвёздные авантюры», – хмыкнул про себя Крис.

– И какие же у вас обязанности, если не секрет?

– Здесь нет никакой тайны – физическое, психологическое и экономическое благополучие населения на вверенной мне территории. Оно складывается из многих факторов, и я контролирую их все.

– Ничего себе! – опешил Крис. – И как? Получается?

– К моему несчастью, не всегда, люди такие разные. Иногда невозможно предсказать все модели поведения, я могу просто не успеть, и тогда произойдет несчастный случай, или у человека случится какое-то горе, а то и вовсе кто-то встанет на противоправный путь, – в голосе прозвучала такая грусть, что на секунду это вызвало даже какое-то сочувствие.

Крис, конечно, удивился, но к чему-то подобному был уже готов. Еще до отлёта он был свидетелем, как на муниципальных выборах сразу две партии выдвинули в качестве своих кандидатов нейросети. Оба претендента заявляли о своей мотивации возглавить город практически одинаковые тезисы, словно их написал один и тот же политтехнолог: электронный руководитель имеет информацию обо всех управленцах в истории, а значит, имеет опыт их ошибок и достижений; он беспристрастен и неподкупен и к тому же быстро соображает.

Чтобы выяснить, чья сеть достойнее, не придумали ничего лучшего, как устроить дебаты в прямом эфире. И вот в судьбоносный день – провозглашения нового слова в политике, в студию выкатили два монитора. Для большего охвата аудитории пометка трансляции была 0+. Аудитории было глубоко наплевать, сколько там плюс красуется на экране. Зрители, вооружившись кто попкорном, кто чипсами, а кто и соленой рыбкой с соответствующими случаю напитками, целыми семьями собрались у экранов.

Дебаты начались стандартно: кандидаты по очереди выступали; по экранам бежали строчки возвышенных слов, дублируемые синтетическим голосом; ораторы обещали все мыслимые блага правильным гражданам и кару небесную неправильным.

Дело дошло до вопросов от ведущего.

Когда кандидатов спросили, в чём же отличие их программ, один из них ответил, что его программа создана на новейших квантовых процессорах, и хотя сейчас она находится в классическом железе, его более устаревшему оппоненту стоит идти лесом куда подальше.

Пауза в студии длилась недолго. На экранах зрителей 0+ сменился на 6+. Второй выступающий не стал подбирать слова и объяснил сопернику, какими интимными действиями он займется с его квантовой материнской платой, в недрах которой тот был рожден.

Трансляция уже шла под знаком 18+, и смотрящих становилось всё больше, но никто не решался прервать прямой эфир: с одной стороны – заоблачный рейтинг, а с другой – неизвестные, но вполне себе осязаемые последствия – партии, выдвинувшие своих ставленников, были очень влиятельные.

Тем временем в студии мат стоял такой, что некоторые мамы, смотревшие с детьми дебаты, зажали детям уши, но это было бессмысленно – все слова дублировались субтитрами на экранах в студии. Кто-то, большей частью из взрослого населения, на любом подвернувшемся клочке бумаги торопился записать витиеватые трехэтажные выражения в целях обогащения внутреннего мира, ведь у выступающих имелся бездонный кладезь лексики, накопленной тысячелетиями.

Младшая часть зрителей тоже не отставала, снимая всё на видео и с умопомрачительной скоростью барабаня пальцами по экрану смартфона, отрабатывала навыки из услышанного на своих контактах.

Неизвестно, сколько бы это продолжалось, но один из мониторов засветился синим экраном смерти, ввиду физической невозможности воплотить получаемые в свой адрес посылы. Со вторым, судя по всему, тоже не всё в порядке, ибо он транслировал бесконечное число восклицательных знаков.

Нельзя сказать, что у Криса были какие-то неприятные воспоминания об увиденном, но определённые выводы для себя он сделал.

– Надо же, тяжело вам, наверное, приходится, если можно так сказать в отношении нейросети.

Крис поднялся с кровати, обмотался одеялом, перекинув его через плечо, как-то всё-таки неподобающе вести беседу с малознакомым субъектом, находясь в трусах, и, гордо приподняв подбородок, продолжил:

– А я вот никогда не хотел быть лидером, не по мне такая ноша.

– Не зарекайтесь, молодой человек, когда возникнет такая необходимость, вашего желания никто не будет спрашивать.

«Философствующий Доминатор – это уже перебор», – решил Крис.

– Если вы не против, мне нужно привести себя в порядок после сна.

– Безусловно. Мне очень приятно было с вами познакомиться. До встречи, – сказал голос из коммуникатора, и в комнате наступила тишина.

«После стольких лет снова воспользоваться обычным душем, когда вода льёт мощным потоком, а не дозированной водяной пылью – это истинное удовольствие», – наслаждаясь почти забытыми ощущениями, думал Крис.

Вымывшись и обернувшись в полотенце, он подошел к окну, надеясь увидеть город, озарённый солнечным светом. Рывком поднял жалюзи и… Стремительная огромная тень заставила в испуге отшатнуться.

«Всего лишь фура, мать ее! Ладно, и к этому привыкну», – с бешено колотящимся сердцем он медленно опустил жалюзи на место.

Теперь следует подумать о своем месте в этом мире, а именно, на что и как он будет жить? С некоторой опаской Крис взял «старенький» смартфон, тот больше не пытался с ним беседовать – уже хорошо. С отдохнувшей головой гораздо легче было разобраться в функциях устройства.

В первую очередь Криса интересовало его финансовое положение. В полёте активная рабочая жизнь заняла четыре с половиной года, на Земле прошел сорок один год, и всё это время он фактически находился на службе с причитающимся ему жалованием и надбавками за риск, и никаких оснований для расторжения контракта с будущим «героем» не существовало. С помощью встроенных в коммуникатор помощников он быстро сумел найти свой счёт несмотря на то, что тот за прошедшее время несколько раз успел перекочевать из одного банка в другой.

Увиденное заставило Криса невольно присвистнуть. На экране красовалась восьмизначная цифра. Но если учитывать инфляцию и изменения курса валют, то он понятия не имел, много это или мало. От охватившего волнения разбираться самостоятельно уже не хватало терпения.

Крис набрал номер Джиллиан и вместо приветствия спросил:

– Это много? – он показал ей цифру на счете.

– Очень, – ответила она.

Ее спокойные голубые глаза, казалось, не моргали.

– Насколько много? – душа Криса ликовала.

– Больше, чем нужно нормальному человеку.

– А если я ненормальный?

– К сожалению, тут вы меня не удивите, – легкая улыбка тронула ее губы. – Позвольте дать вам совет: не торопитесь, узнайте окружающий вас мир получше, люди несколько изменились.

Крис немного насторожился, но всё же решил спросить:

– А если захочу купить большой дом или квартиру в центре, комнат эдак на десять, я могу это сделать?

– Можете. Но зачем? Что вы будете делать там один? – снисходительно спросила Джиллиан.

Крис немного растерялся. Ему самому не очень было понятно, зачем. Может быть, потому что никогда не имел ничего такого?

– Ладно, а эти ваши летающие машины?..

– Можно взять в аренду на любой вкус.

– А?..

– Яхту также можно арендовать. Какой смысл плодить собственность в невероятных количествах, если большую часть времени она будет простаивать? – рассмеялась Джиллиан.

«В чём-то она права», – думал Крис. Но еще он прекрасно помнил о людях, у которых было всё, и как они в неистовом безумстве выставляли это напоказ и не отягощались вопросом «зачем?». А что ему точно не нужно делать, так это торопиться, а с деньгами как-нибудь разберется.

Джиллиан внимательно наблюдала за Крисом, возможно, на его лице слишком явно отражались внутренние метания.

– Крис, я ведь прекрасно понимаю, из какого времени вы пришли, – мягко сказала она. – И по историческим меркам изменения произошли почти мгновенно. Знакомьтесь с настоящим, а я и Леонард поможем.

– Джиллиан, а вам какой интерес помогать мне?

– Научный, конечно, вы в каком-то роде пришелец, – серьезно пояснила она.

«Вот так-так. Летал, чтобы доказать возможность межзвёздных полетов, привезти образцы для исследований внеземной жизни, быть первым в конце концов, а оказался объектом, представляющим научный интерес. Но ничего, изучайте, я вам такие данные предоставлю! Так, что у меня следующим пунктом? Правильно. То, что всегда нужно было мужчинам, вернувшимся из путешествия, а именно – общество. Женское», – рассуждал он.

Глава 3. Герда

Крис спустился в холл, насвистывая, возможно, теперь только одному ему, ну, может быть, за исключением бездонной памяти Доминатора, известную мелодию пошлой песенки. Когда-то гостиница пользовалась заметным спросом у приезжих, но сейчас тут пусто. Привычный ресепшен отсутствовал, скорее всего, за ненадобностью, но диваны и столики расставили в изобилии, непонятно только для кого, ибо в огромном помещении находился только Леонард. Он сидел неподвижно, находясь то ли в трансе, то ли в глубокой задумчивости, лишь когда Крис подошел на пару метров, тот сфокусировал на нём взгляд и приветственно кивнул головой.

– Мне нужно арендовать женщину, – бодро известил Крис.

Бровь у Леонарда уже привычно поднялась в удивлении.

Крис понятия не имел, как точнее выразиться, в этом мире и так странное отношение к покупкам, а как тут с жрицами любви – это полная загадка.

– Ну, это… Я несколько лет провел в одиночестве, – он чувствовал, что начинает краснеть, но подходящие слова в голову отказывались приходить, и, наконец, выпалил: – Да у меня скоро джинсы треснут, там кол какой-то между ног, ходить уже мешает!

– Не продолжайте, – Леонард на всякий случай осмотрел его джинсы, – направо по улице, через два дома, находится салон для нуждающихся, там есть андроиды для любых ваших желаний.

– С роботом, что ли? – растерялся Крис.

– Вы не сможете отличить их от людей, достоверность полная.

Сгорая от стыда, Крис выбежал на улицу, едва не сбив с ног проходящего мужчину, чертыхнувшись, извинился. Тот пару секунд смотрел на него пустым взглядом, затем, будто только разглядев, что перед ним кто-то находится, улыбнулся и пошел дальше, словно ничего не произошло.

«Как-то странно всё это, – думал Крис, – то Леонард находится в какой-то прострации, то этот тип ведет себя как сомнамбула. Что с ними такое?»

Он рассматривал прохожих: жизнь в своей неумолимости несла их вперед, и они двигались навстречу будущему, не обращая внимания на одинокого наблюдателя. Но были детали, оставшиеся незамеченными ранее: многие люди брели с пустым взглядом, словно глубоко погруженные в мысли, и с механической точностью выдерживали направление. Крис и раньше встречал таких, только не в столь большом количестве.

Решив пока не думать об этом, он зашагал в сторону «озабоченного салона», как мысленно прозвал он его. Не то чтобы ему так хотелось переспать с андроидом, но вредность и любопытство оказались сильнее.

Дойдя до искомого дома, Крис в недоумении осмотрелся. Он помнил эту улицу, наполненную зовущими и сверкающими вывесками с предложениями подстричь, накормить, напоить и уложить, но сейчас видел только голые стены зданий со стыдливо прикрытыми окнами.

– Пожалуйста, смотрите через экран смартфона, – зычный голос Доминатора из кармана куртки заставил Криса подпрыгнуть.

Он рывком достал устройство с желанием бросить оземь и растоптать, как заползшего под одежду таракана.

Шумно выдохнув, подавил это желание и закричал, глядя на смартфон:

– Ты можешь не пугать так меня?

Несколько человек неподалеку шарахнулись в стороны, но один зазевался, возвращаясь из своей «нирваны», и, наконец, сфокусировав на Крисе взгляд, поспешил ретироваться.

– Искренне прошу прощения, – виновато произнес Доминатор, – впредь я буду аккуратнее.

– Так-то лучше, – Крис начал успокаиваться, – и спасибо за подсказку.

«Вот же зараза, аккуратнее он будет, так и до нервного тика довести можно, – негодовал он. – Ну да ладно, чёрт с ним, посмотрим, что там за дополненная реальность, даже в мое время это никого не удивляло».

Крис включил камеру, и переведя коммуникатор в режим фокусированной трансляции на зрачок, поднял устройство на уровень глаз. На и так непустой улице стало просто тесно. Он отскочил в сторону – это пятиметровый детина с длинными черными усами и улыбкой до ушей едва не зашиб его взмахом двухметрового батона и, скалясь ослепительно белыми зубами, показывал этой булкой в направлении стилизованной под старину пекарни. От резкого движения Крис потерял луч изображения и вновь оказался на улице с невзрачными стенами.