Роман Рыков Тайский гамбит

Глава 1

Шасси стремительно оторвались от бетонки, и гудящий «Боинг» начал свой подъём в холодное московское небо. Большинство пассажиров внутренне тряслись от страха, и только Илья Эдельман испытал небольшое облегчение. Ведь он покидал Россию не ради отпуска. Он бежал.

Молодой парень прильнул к иллюминатору. Миллионы огней рисовали в ночи захватывающую дух картину. Там, внизу, сияла своей древней радиально-кольцевой планировкой столица России. И чем дальше она отдалялась, тем легче становилось Эдельману.

Несколько сотен людей в этот момент были объединены одной целью — через 5 часов приземлиться на турецком берегу Средиземного моря. Анталию и окрестности ещё называют «турецкой Ривьерой».

«Чёртова скотовозка!» — ноги Ильи упирались в кресло впереди. Летящий перед ним пассажир откинул спинку на полную амплитуду. На чартерном рейсе до Анталии не было бизнес-класса, только тесные ряды пассажирских сидений.

Рядом с Эдельманом сидел какой-то работяга в растянутой белой майке. После взлета к нему подошел такой же наружности знакомый. Они распотрашили пакет из duty free и стали распивать какой-то импортный ликёр прямо из бутылки.

— Гуляй рванина! — сверкнул золотым зубом сосед программиста, сделав несколько глотков.

— Кайф! — заорал стоящий рядом турист. — Мы рассрочку с Маришкой взяли на тур. А вы за наличку?

— Ага. Главное успеть вернуться. Через понедельник уже смена на заводе.

Илья отвернулся от компаньонов. Он старался не обращать внимания на окружающих людей. Но глаза машинально сканировали попутчиков. Впереди вальяжно откинулись два пижона в ярко-кислотных худи. Сквозь гул турбин доносились обрывки фраз: «зимовка», «крипта», «Тиндер».

В туалет туда-сюда сновала парочка средних лет. Мужчина и женщина носили золотые часы и синхронно заплыли от жира. У обоих были плотно забитые поясные сумки, которые они щупали поминутно.

«Явно вывозят наличку мимо налоговой службы» — предположил Эдельман. «Копят на старость где-нибудь в банках Северного Кипра»

Все пассажиры были разные, но каждый строил четкие планы на ближайшее будущее. Пожалуй, один Илья плыл по течению. Он сидел у окна, вцепившись в подлокотник так, что побелели костяшки пальцев. Ещё недавно молодой предприниматель основал успешную криптобиржу. А теперь он почти банкрот, потерявший всё: любовь, дружбу и деньги.

Длинноногая стюардесса подкатила тележку.

— Что желаете? Чай, кофе, воду, а может быть, что-нибудь из горячительных напитков? — спросила она, сияя белоснежными зубами. Её улыбка, слишком широкая и дежурная, напомнила Илье Лизу. Та тоже так улыбалась — до того, как ушла к Максу.

— Пиво, — выдавил Эдельман из пересохшего горла.

А перед глазами крутилась вся жизнь, словно кино на проекторе. Илья с детства увлекался программированием. В маленьком городке было тесно, поэтому пришлось ехать в Москву. На матфаке учился играючи, а в мир криптовалют окунулся сразу и бесповоротно. Но сейчас цифры и алгоритмы отступили. В голове билась лишь одна мысль: как всё могло так глупо получиться.

Чтобы стартап взлетел, пришлось привлекать инвестора. Его ровесник Максим Петров, известный в определённых кругах как Макс Феромон, охотно вложился в идею. Познакомились и подружились парни на одной из вечеринок. Что-то вроде неформальной венчурной встречи. С одной стороны — взъерошенные программисты, с другой — лощёные ребята с расстёгнутыми на несколько пуговиц рубашками.

Макс был одним из лощёных. Молодой мажор козырял богатством и связями. А ещё быстро подружился с Ильёй и высоко оценил его идею сделать криптобиржу и криптообменник.

«Люди платят реальные деньги, чтобы купить эти закорючки на своём аккаунте. А затем также легко могут конвертировать их обратно», — горячо объяснял Илья. Макс лишь кивал, потягивая виски со льдом. Слишком внимательно он слушал.

Как оказалось, его отец был высокопоставленным офицером экономической безопасности. Его департамент как раз курировал финансовую сферу — этакая финансовая разведка. Кроме службы Родине, генерал Петров занимался отъёмом стартапов у «очкариков». Когда идея выстрелила, к Илье пришли. Двое уставших ребят, одетых как офисные клерки, развернули корочки красных книжек и предложили продолжить встречу в кафе.

За чашкой ароматного какао с молоком «кураторы в штатском» показали фотографии в смартфоне. Снимки его квартиры, машины, мамы у магазина в родном Цурюпинске.

— У нас широкий выбор статей, — продолжал давить старший. — Мошенничество, незаконная банковская деятельность А если понадобится, найдём и пакетик с порошком. Или, скажем, материалы запрещённого содержания на ноутбуке. Обыск — дело пяти минут.

Но Илье благосклонно дали и стратегию выхода. Парень оставляет у себя «немного крипты на жизнь» и валит на несколько лет из страны. Естественно, что бизнес оставляет своему партнёру, оформив соответствующие процедуры в МФЦ.

Заступиться за Ильюшу на этом свете было некому. Ну чем могла помочь в этом большом кошмаре старенькая мама, работница библиотеки в провинции? Дрожащей рукой пришлось вычеркнуть себя из учредителей своей же компании. Это было сродни отказу от собственного ребёнка в пользу соседей.

На этом падение в бездну не закончилось. Когда стало понятно, что бизнес жениха уплывает, Лиза ушла к Максу. Илья рассчитывал отсидеться в Таиланде с любимой девушкой. Они познакомились в тренажёрном зале, когда пытались отточить свои фигуры. Девушка в обтягивающих легинсах быстро ворвалась в его жизнь и вскоре должна была стать женой. Но красотка исчезла буквально через неделю после злополучной «сделки».

Илья закинулся успокоительным, чтобы крепко уснуть. Есть совсем не хотелось, поэтому самолётную еду в ланчбоксах можно было пропустить. Как назло, во время полёта борт угодил в воздушную яму где-то над Чёрным морем. И так нервы ни к чёрту. Было совсем тошно слушать крики испуганных домохозяек и детишек. Некоторые брали в чужую страну совсем малышей.

— Мамочка, мамочка, мы все умрём

— Господи, спаси и сохрани, спаси и сохрани

Илья так и представлял, что самолёт врежется в белоснежный Арарат.

«Ну хоть недолго побываем на вершине», — грустно усмехнулся он.

Спрессованное в тесном салоне самолёта время неожиданно стало разворачиваться вширь. Эдельман открыл глаза из-за яркого света. Тут же командир экипажа сделал объявление:

— Дамы и господа! Займите ваши места и пристегнитесь. Мы приступаем к снижению.

Люди, сбивая друг друга, сразу бросились к своим креслам. Пассажиры испытывали мандраж перед посадкой и нервно озирались. Многие уже успели переодеться в шорты и гавайские рубашки в туалете. Пёстрые и насыщенные цвета явно диссонировали с бледной, как русская зима, кожей.

После посадки программист выходил из салона последним. Он жутко не любил толпиться в узком проходе и предпочитал пропустить спешащих вперёд. Уже на выходе стюардесса просветила его насквозь цепким и изучающим взглядом. Несмотря на улыбку, глаза были холодными.

Все пассажиры отправились на пограничный контроль. Лишь Эдельман остался в транзитной зоне, чтобы сделать пересадку. Сменить несколько самолётов было его попыткой замести следы. На самом деле он летел в Таиланд.

Тихую тропическую гавань выбрал методом исключения. В Европе слишком скучно, в Израиле, гражданином которого он являлся наравне с Россией, небезопасно, в Индии слишком грязно, Латинская Америка слишком далеко. Юго-Восточная Азия казалась надёжным убежищем. Недорогие виллы, лето круглый год, есть с кем дружить на русском языке.

Из Анталии белоснежный лайнер доставил его в столицу Арабских Эмиратов — Дубай. А уже оттуда по израильскому паспорту сел на рейс до Пхукета. До заветного места назначения он добирался целые сутки.

За это время Илья уже успел превратиться в зомби. Самолёт приступил к неспешному снижению сквозь белые облака. Он вновь провёл потухшим взглядом сквозь круглое окно.

Внизу о жёлтый песчаный берег плескалось лазурное море. Слишком яркое и слишком чужое. Выпускник матфака мог запомнить сложные комбинации. Но, несмотря на сильное успокоительное, сейчас всё вылетало из головы. В кармане джинсов он нащупал бумажку. На ней был пароль от криптокошелька. Это все его сбережения, не считая пары сотен баксов наличными.

Особый трепет вызывало прохождение через границу. В голове пульсировал ещё один вопрос: «Кто-то знает, что я прилетел в Таиланд?»

Илья вроде и не совершал никаких преступлений, но долгий пограничный контроль изматывал нервы. Тем более что вместе с туристами из Дубая в Таиланд въезжали ещё несколько больших групп. Шумные индийцы и не менее шумные китайцы. Все они смешались в одну большую толпу.

Когда очередь всё же дошла до россиянина, таец в форме пристально посмотрел сначала на паспорт, а затем на него.

— Мистер Эдельман, вам придётся пройти в комнату для досмотра, — сказал он на ломаном английском.

Сердце Ильи бешено заколотилось. Похоже, что здесь его уже ждали.

Глава 2

В комнате для допросов в аэропорту горел давящий тусклый свет. А кондиционер морозил так, как будто россиянин прибыл на север. Помещение напоминало подземный бункер, хотя дело было на втором этаже международного аэропорта «Пхукет».

За столом напротив сидели двое. Маленький, но злобный таец в безупречно чёрной форме с ярко-серебряными знаками различия и девушка-офицер в белой блузе с погонами. Первый был за главного, а его младшая коллега переводила на русский.

«Неужели меня уже Интерпол ищет?» — недоумевал Илья. Всю дорогу через несколько стран он пытался не привлекать внимание к своей персоне. Даже облачился в свой любимый чёрный цвет, чтобы как можно больше походить на тень.

— Господин Эдельман, — начала офицер. Азиатские глаза смотрели лукавым прищуром. — Цель вашего визита в Королевство Таиланд?

Илье казалось, что он смотрит на эту нелепую картину со стороны. У него до сих пор гудело в ушах — то ли от удара судьбы, то ли от изнурительных авиаперелётов. Он собрал волю в кулак, чтобы выдержать допрос.

«111×111 = 12 321», — Программист с детства мог перемножать трёхзначные числа у себя в голове.

Сейчас внутренний калькулятор помогал занимать мозг и отстраниться от собственных страхов. У японцев в культуре существует понятие «Хоннэ и татэмаэ». Истинное «Я» прячут за фальшивым фасадом. Чтобы скрыть бессилие, Эдельман натянул маску пренебрежения к происходящему.

— За витамином D, — неожиданно для себя съязвил Илья, хотя напряжённая обстановка не сулила ничего весёлого. — Хотел переждать в вашем королевстве суровую русскую зиму. Проживать планировал на арендованной заранее вилле. Она уже забронирована.

Девушка перевела начальнику, и он что-то надменно и громко произнёс переводчице, демонстрируя всем, кто в комнате является властью.

— Почему Вы покинули Родину как гражданин России, а въехали в нашу страну по другому паспорту?

— Это запрещено?

«222×222 = 49 284».

Тайцы переглянулись. Им не понравился ответ вопросом на вопрос.

— Вы путаете следы?

— Вы же провели личный досмотр и вытряхнули весь мой багаж. Насколько я понимаю, ничего запрещённого найдено не было? Рентген и собаки показали, что я законопослушный гражданин.

«333×333 = 110 889».

— Верно. Тем не менее мы должны были соблюсти процедуру.

Фантазия Ильи пробивалась сквозь цифры в голове. Сейчас он изо всех сил держался на рани сна и реальности. Воспаленный мозг рисовал картину: ему протягивают конверт из плотной бумаги.

— Наши коллеги из России попросили Вам кое-что передать, — сказала девушка. Она сунула ему в руку запечатанный конверт. На нём был двуглавый орёл и печать. Всё это выглядит как сюр и бутафория.

— Могу ли я его вскрыть?

— Да, конечно.

Дрожащие пальцы срывают печать. Внутри не то телеграмма, не то шифровка из Центра. На плотной бумаге напечатана всего одна фраза:

РОДИНА ЗА ТОБОЙ СЛЕДИТ, СЫНОК!

«444×444 = 197 136» — упражнения с цифрами вернули его из мира грёз и кошмаров в реальность. Илья несколько раз моргнул и посмотрел руки. Никакого конверта в них не оказалось.

— Вы можете быть свободным, мистер Эдельман. Добро пожаловать в Таиланд, — девушка широко улыбнулась.

— Спасибо, спасибо, — выдыхая напряжение, ответил Илья. Миролюбивую интонацию подсказывал инстинкт самосохранения, хотя в этот момент хотелось послать их подальше.

Выйдя из охлаждаемого здания аэровокзала, Эдельман почувствовал резкий контраст. На улице уже стояло адское пекло. На небе не было ни облачка, а в нос ударил запах раскалённых смол, напоминающий сауну. Пахнуло что-то сладким, как будто рядом на солнце плавились какие-то экзотические фрукты.

Первыми к ногам прилипли черные джинсы — верный признак того, что нужно надевать поскорее шорты.

— Ну, наконец-то, дружище! — радостно воскликнул риелтор Гриша. — Я тут уже час маринуюсь.

— Да, багаж опять потеряли. Азия! — отшутился Илья.

Это был невысокий, коренастый весельчак. С юности бреющий голову, чтобы скрыть выпадение волос. Причёска, а точнее её отсутствие, добавляла ему брутальности к внешнему виду. Парни уже были знакомы заочно, списались в мессенджере насчёт аренды виллы.

— Гриша, — протянул юркий риелтор увесистую руку.

— Илья.

— Братан, первый раз здесь на острове?

— Всё бывает в первый раз.

— Я тут уже третий год, — напористо продолжал новый знакомый. — Если что надо, можешь обращаться. И не только по недвижке. Авторские экскурсии, хорошенькие девочки, веселящие порошки. У меня тут всё схвачено. Можем даже по-дружески в ночной клуб сходить. Надолго приехал?

— Как получится.

— Слушай, есть разговор. Сядем в тачку, а то я уже пропотел, — Гриша жестом пригласил Илью в свой белый седан с тотально тонированными окнами. Кожа на его бритой голове налилась красным цветом от яркого ультрафиолетового излучения.

Когда дверь машины захлопнулась изнутри, знойный воздух сменился более приятной для россиян прохладой. В машине работал кондиционер. Рядом, под забором, Илья заметил флегматично лежащую собаку, которая спасалась от жары в тени.

— Смотри, бро! Ты забронировал классную виллу и всё такое. Но сам понимаешь, это не супервариант. Чисто для тебя за эти же деньги могу предложить более элитный объект.

— Ну допустим — Илья вымотался после перелёта, и меньше всего ему хотелось сейчас заниматься квартирным вопросом, тем более что он уже выбрал виллу по своему вкусу.

— Это чудо находится в бухте Банг-Тао, — продолжал крепыш. — Это самый модный русский райончик. Его уже успели все американцы и европейцы прозвать Little Moscow. Там селятся самые упакованные дядьки, если ты понимаешь, о чём я. Познакомишься с любой русскоязычной девочкой, скажешь, что ты с Банг-Тао — и всё будет на мази.

Предложение было заманчивым. Изначально выбранная вилла находилась в весьма уединённом месте, вокруг особо ничего нет. А на Банг-Тао хотя бы какая-то инфраструктура — гольф-клубы, рестораны (хах, крипта-то ещё осталась), супермаркеты. По московским меркам глухомань, но по местным — одна из пульсирующих жизнью точек на карте Пхукета.

Гриша протянул свой смартфон, с открытыми фотографиями виллы. Илья пролистал несколько изображений и закрыл вкладку. На заставке экрана лысый риэлтор обнимал маленькую девочку.

- Это моя гордость, моя доченька! - Похвастался папаша, забирая смартфон. Было понятно, что они с ребенком давно не живут вместе и видятся лишь время от времени.

- Ну так что с виллой?

— По фоткам мне нравится, — честно признался Илья. Белоснежное здание, изысканная мебель и лазурного цвета бассейн. Ну что ещё надо истосковавшемуся по солнцу русскому?

— Давай заедем сначала туда? Если понравится, то сразу отдам ключики. Договор я тоже приготовил, — Гриша, не дожидаясь ответа, сразу свернул с основной трассы в какой-то переулок. Он умел чувствовать клиентов.

Затем они вовсе выехали из жилой застройки в пальмовую рощу. Деревья давали густую тень. Илья опустил тонированное окно, чтобы оценить эту красоту без фильтров.

— Вуаля! — весело сказал водитель. За окном показался роскошный посёлок. За территорией, обнесённой забором, виднелись элегантные постройки. Стиля добавляли стеклянные элементы — широкие панорамные окна и прозрачные бортики балконов.

Их машина плавно остановилась у одной из вилл. Гриша, словно фокусник, кнопкой на брелоке поднял дверь в гараж.

— Это гостиная с кухней, — начал по-хозяйски рассказывать риелтор, когда парни вошли в жилую часть. — Тут две спальни, кладовка. И самое кайфовое — джакузи. Сам бы здесь жил, да ценники кусаются.

Они вышли на улицу. Также на небольшой, но уютной, утопающей в зелени территории плескался бассейн. Участок был на склоне горы, и большое солнце медленно дрейфовало на запад, отражаясь в лазурном Андаманском море. У Ильи защемило в груди от восторга.

— Я знал, что тебе понравится, братан, — хохотнул Гриша, считав выражение лица своего визави.

«Так, стоп! Как-то слишком сладко всё получается». - В голове Ильи начался хаотичный просчтет вариантов. - «Предложили одно место, потом заманивают в другое. Не может ли этот лысый хрен быть подсадной уткой? Вдруг он на Петровых работает?»

— Илюха, что-то не так? — риелтор сделал вид, что готов выслушать любую доверительную вспышку откровения.

— Вилла классная. Но почему сдаётся так дёшево? На этих простынях кого-то порешали или оттрахали против его воли?

— Слушай, да всё проще. Здесь жил один мутный тип, тоже русский. Его все называют Мич. Непонятно, за какие деньги гуляет, но всегда в тусовке. Покер, гольф, дискотеки, вечеринки на яхтах. Пару недель назад он тупо исчез. В полицию никто не заявлял. Все думают, что просто уехал. А хозяин виллы — очень жадный китаец. В дату платежа он не получил бабки и просто разорвал контракт с арендатором в одностороннем порядке. Вызвал клининг, всё отдраил, а чемоданы с барахлом вывез на помойку. Такие дела, брат.

— А если я хату сниму, а Мич вернётся? Неудобная ситуация.

— Ну, коммон, чувак! Китайский лендлорд делает всё по закону Джунглей. Ахахахах, — в эту секунду Гриша излучал полную уверенность и беззаботность. — Хозяину понадобились срочно деньги. Вроде дочери нужно на операцию. Поэтому он делает скидку новому арендатору, лишь бы поскорее получить стабильный денежный поток.

— Ладно, давай, — снисходительно поддался на уговоры Илья. Роскошная вилла, сдающаяся с дисконтом, стоила того. — Могу рассчитаться в крипте.

— Конечно, бро. Мы тут не в каменном веке живём, — Гриша достал из холодильника бутылку игристого. — Отметим новоселье?

«Ну и хитрый жук этот крепыш. Даже шампанское приготовил заранее», - подумал Илья.

— Давай. Но ты же за рулём?

— Да пара бокалов не считается. Переведи бабки за первый месяц и ещё один платёж в виде депозита. Ну и про мои скромные услуги не забудь. Сразу выдаю тебе ключи, и можешь наслаждаться жизнью богача. Завтра-послезавтра моя помощница довезёт пакет документов, чисто подмахнуть.

На голодный желудок холодное шампанское лихо ударило в голову. Ноги у Ильи слегка подкосились, а маска напряжения на лице сменилась отрешённостью. Пожав руки, компаньоны распрощались. У Ильи на руках осталась связка из трех ключей. Один от калитки, другой от самого дома. Сил выяснять от какого замка третий ключ у него совсем не было.

Огромный огненный шар солнца клонился к закату. В этих местах, что рядом с экватором Земли, обычно темнеет в одно и то же время, около шести вечера. Тайская ночь накрыла остров чернотой в считанные минуты решительно и неумолимо, как будто кто-то из небесной канцелярии резко нажал рубильник.

Свой модный рюкзак с ноутбуком и чемодан на колёсиках Илья кинул где-то в прихожей. Идти до спальни было жутко лень. Программист плюхнулся на диван прямо в гостиной, чтобы раствориться в сладостной неге. После длительного перелёта хотелось как следует выспаться.

Сколько он проспал, было непонятно. Продрав глаза, он увидел лишь темноту. Илье приснилось, что кто-то пытается проникнуть на виллу. Наверно, это и есть мания преследования. Он прислушался к шорохам на втором этаже. Или это ему не снится?

— Кто здесь? — заорал россиянин. То ли от испуга, то ли чтобы спугнуть авторов пугающих звуков. Шорохи резко прекратились, и в этой тишине Илье казалось, что он слышит стук своего сердца.

Включив фонарик на своём смартфоне, он побежал в кухонный уголок. Из набора ножей инстинктивно выбрал самый большой — шеф-нож для разделки мяса.

— Кто здесь? — ещё раз зычно крикнул Илья.

Эдельман услышал звуки приземления на улице, как будто неизвестный лазутчик спрыгнул с дерева. Перехватив тесак поудобнее, новый постоялец виллы выбежал на улицу. Показалось, что тень мелькнула на заборе.

Илья выключил фонарик. На трясущемся лезвии ножа отражалась яркая луна. А за забором явно кто-то притаился.

Глава 3

Утренний пляж Банг-Тао выглядел словно открытка. Купальщиков в ранний час было немного, что добавляло этому месту первозданной дикости. Несколько десятков лет назад никто и не думал о туризме в этих местах – в маленьких шахтах добывали олово. Теперь качают деньги из кошельков приезжих.

Эдельману в глаза сразу бросились куча вывесок на кириллице: «Массаж у Вани», «Фрукты для друзей», «БАР СУК». Толпы русских туристов обслуживали сотни бизнесов и заведений.

Одно из таких модных мест держит в своей железной хватке Толя Кальян. Его бич-клаб находился не на первой линии у моря. В дело вложился влиятельный партнёр из Москвы, а на сухие плечи невозмутимого парня легла обязанность по поддержанию порядка в этом хаосе. Ленивый тайский (и не только) коллектив нужно всегда держать в тонусе.

— Ну как тебе кальян? — спросил Гриша Илью. Их столик на веранде бич-клаба был одним из ближайших к морю. — Это сам Толя забивал! Не доверяет собственному персоналу такое ответственное дело, когда речь идёт о дорогих гостях. Он лучший кальянщик на острове, несмотря на статус соучредителя заведения.

Гриша продемонстрировал театральное благоговение перед приятелем жестом, снимающим шляпу.

«Обрастаю полезными связями», — усмехнулся про себя Эдельман, а вслух произнёс:— Да, забивка что надо!

Непонятно было, поздний это завтрак или ранний обед. Перед Ильёй остывала яичница с беконом и тосты, а в полупустом бокале плескалось пшеничное пиво. Пришлось нарушить данный себе зарок – с началом новой страницы биографии перейти на здоровый образ жизни.

— Да это вообще могут быть обезьяны, — продолжал обсуждение вчерашнего инцидента на вилле Толя. Он сделал паузу, чтобы сделать затяжку и выпустить из лёгких густые клубы ароматного дыма. Сегодня курили табак со вкусом черники. — Как-то раз к нам эти твари попытались пробраться в открытое окно. Стырили Маринкины очки и панамку Санечки. Мы теперь спим только с закрытой форточкой, а то ещё ненароком и ребёнка прихватят с собой в джунгли.

— Да не парься, братан, — успокаивал Эдельмана Гриша. — Там же есть камеры видеонаблюдения. Это элитный комплекс как-никак. Допьём по бокалу пенного и поедем к охране. У них должны сохраниться записи.— За рулём нельзя пить, — заметил Толя. Он не терпел нарушения правил не только от своих подчинённых, но и от друзей.— Да я после пива только лучше вожу, — заразительно засмеялся риелтор. — Габриэла, repeat one beer, please.— Мне тоже, — сказал Илья по-русски. Широкобёдрая курчавая официантка с Кубы всё поняла и помчалась выполнять пожелания двух господ.

— Ух, какая попочка, — проводил её взглядом Гриша. — Куба либре, но пасаран!

Через час ставшие уже почти закадычными друзьями Гриша и Илья, шурша жирной резиной по горячему асфальту, подъехали к клубному посёлку, где располагалась вилла.

— Открывай, служивый! — крикнул Гриша охраннику из приспущенного окна машины. Машина нырнула за послушно поднятый шлагбаум.

Русские парни вошли в сторожку. Там на десятках мониторов передавались данные с камер видеонаблюдения.

— Нам нужно посмотреть, кто вчера пытался залезть в апартаменты 21, — напирал Гриша.— Не получится, сэр, — сказал пожилой таец на плохом английском. — Вчера сломались камеры. Был перебой с электричеством.— Ну правильно! — воскликнул Илья. — Эти гады нажали рубильник перед тем, как пойти на дело.— Ты видел что-то подозрительное? — спросил у тайца лысый хищник. Серьёзные намерения должны были показать жёсткий тон голоса, глаза навыкате и раздувающиеся ноздри.— Нет, — ответил таец и отвернулся в сторону, погружаясь в себя. В этой стране принято отвечать на давление отстранённостью. Такой менталитет.— Ладно, пошли осмотрим территорию, — рвался вперёд крепыш и размял толстую шею резкими кивками головы в разные стороны.