Рокси Нокс Наследница для босса

Глава 5

Оказывается, у Мирона Амировича аллергия на лак для волос, поэтому он едет на встречу с журналистами с красными слезящимися глазами.

– Я же выпил антигистаминные, почему не проходит? – спрашивает он возмущенно, смотрясь в мою пудреницу.

Мы едем на его Роллс-ройсе с водителем. Босс сидит на заднем сидении рядом со мной, и всю дорогу я вдыхаю свежий аромат его одеколона.

– Вы их выпили полчаса назад, – отвечаю, – нужно время, чтобы подействовали.

– Я думал, что лаки для волос остались глубоко в прошлом, – захлопывает пудреницу и возвращает мне.

Мне его жаль, выглядит, как скорбящий мужик.

– Даша, я как сказал, смотреть на меня? – хмурит брови. – Томно! А не с жалостью.

– Простите, Мирон Амирович, просто… Такое чувство, что Вы плачете.

– Мужчины не плачут. А что обо мне теперь подумают журналисты? Что я соплежуй, да? Или что нанюхался клея?

– Ну что Вы… Мы скажем, что это всего лишь сезонный приступ аллергии.

– Она еще и сезонной бывает?

– Конечно. На пыльцу, например. Или на тополиный пух.

– Не было у меня никакой аллергии до сегодняшнего дня. И отсядь от меня подальше, кажется, я сейчас опять начну чихать. В носу щекочет.

Нормально. Сам сел ко мне близко и теперь требует отсесть. Куда? За дверь?

Когда мы появляемся в ресторане, босс приходит в норму. Глаза всё еще красные, но, по крайне мере, больше не слезятся.

Ловлю на себе заинтересованные мужские взгляды. Необычно, потому что я привыкла быть невидимкой. Босс тоже замечает, что на меня смотрят посетители ресторана, и хватает меня за руку.

– Ты – моя невеста, – объясняет свой импульсивный поступок.

Его горячая рука обдает меня кипятком. Мне и приятно, и странно идти с ним за ручку. Во-первых, я это делала последний раз в школе – ходила за руку. Во-вторых, раньше Мирон Амирович не касался меня. Случайные прикосновения не счёт. А сегодня трогает везде, где хочет: и щеку, и волосы, и руку. Таким макаром к концу вечера и до груди доберется. Нужно быть начеку.

– А вот и наш клиент, – босс кивает за столик, где сидит мужчина в стильных очках, и мы идём к нему.

– Мирон Чадаев! – журналист подскакивает с места, чтобы поздороваться с моим начальником за руку. – Что с Вашими глазами? На улице ветрено?

– У меня аллергия, чтоб её… Здравствуй, Борис.

– Познакомьте с Вашей прекрасной спутницей, – просит Борис, оценивая мой внешний вид.

– Это моя невеста и помощница в одном лице Дарья Савочкина. Будущая Чадова.

На меня нападет кашель, но я стоически держусь и не произношу ни звука. Даже улыбаюсь этому Борису и пожимаю руку.

– Какая красавица, Ваша будущая жена.

На меня нападет истерический смех, и я таки издаю смешок и ловлю на себе грозный взгляд босса. Действует, прекращаю внутренне ржать и сажусь на какой-то неудобный табурет. Вроде приличный ресторан, а сидушки, словно на домашней кухне.

– Даша, – шепчет мне босс, – это стул для твоей сумочки.

Ох, черт. Вот это я облажалась. Натягиваю на лицо извиняющуюся улыбочку и пересаживаюсь в плетеное кресло с подушкой. Вот теперь комфортно, но стыдно. Борис, наверное, сразу догадался, что я в роскошном ресторане впервые, раз перепутала сидения.

– Ничего, – говорит Борис, – многие девушки путают стулья. Всё нормально, Дарья. Или можно просто Даша?

– Как Вам будет угодно, – отвечаю.

В бокале стоит водичка, и я делаю пару глотков, чтобы успокоить горло, в котором першит.

– А где же Ваша спутница, Борис? – интересуется Чадаев.

– Опаздывает, как всегда. Моя помощница не такая собранная и ответственная, как Ваша, – стреляет в меня глазами. Посылаю журналисту в ответ сладкую улыбочку и вспоминаю, что вообще-то должна улыбаться и строить глазки боссу. Вот хоть убейте, не могу поднять глаза на Мирона Амировича, и ему улыбнуться. А он, наверное, этого ждет.

– Даша у меня – золотой человек. Уже почти год вместе работаем. Как только она переступила порог моего офиса, я сразу понял, что влюблюсь в неё, – сочиняет босс так убедительно, что, не зная всей правды, я поверила бы.

Борис кивает и кушает сказку. Чувствую под столом шевеление, а потом несильный, но ощутимый толчок. Мирон Амирович только что меня пнул! Поднимаю на него возмущенный взгляд и ловлю мысленное сообщение: не сиди молча, поддержи мою ложь, иначе тебе не поздоровится.

– Да, так и было, – киваю и растягиваю губы в улыбке, нежно смотря на босса.

Стыд заливает лицо, как будто я делаю что-то неправильное, непристойное. Это игра, всего лишь игра – напоминаю себе. Но как он смеет угрожать мне взглядом? Я и так делаю, что в моих силах. В следующий раз пусть ведет на встречу профессиональную актрису. С его связями найти её будет несложно.

Мирон Амирович накрывает мою руку своей и сжимает пальцы. По телу проносится электрический импульс и эхом отдается где-то за ушами. Господи, все это так не правильно…

– Мирон, расскажите, как Вам удалось создать такую большую и успешную компанию? Вы являетесь одним из крупных застройщиков. Как Вам это удалось?

И босс пускается в долгий рассказ о своей семье, погибшем отце и своем призвании строить удобные дома для людей. Половина – враньё для образа хорошего парня. Но его отец Амир Чадаев и вправду погиб в крупной аварии вместе со своей женой. Я помню, как на весь город трезвонили об этом.

На Бориса производит впечатление рассказ босса. Плюс красные слезящиеся глаза. Думаю, сделка с журналистом у Мирона Амировича в кармане. Он напишет про него хорошую статью, и шеф выиграет вожделенный тендер на строительство ТЦ.

– Добрый вечер! – слышу приторный женский голос сбоку.

Мы все трое поднимаем взгляд на рыжую девицу в дизайнерском фиолетовом платье.

– А тебе отдельный привет, Мирончик, – говорит она.

Босс меняется в лице и чертыхается:

– Привет… Анна.

– Я Жанна. Ты даже имени моего не помнишь, нахал.

Жанна садится за столик, напротив босса, и смотрит на него обидой.

Ясно! Еще одна бывшая.

– Так вы знакомы? – удивленно спрашивает Борис.

– Пересекались, – мрачно отвечает Чадаев.

– В горизонтальной плоскости, – добавляет Жанна с усмешкой.

– Жанна, – одергивает ее Борис, – Мирон пришел со своей невестой.

И только теперь она обращает на меня внимание. Окидывает меня зеленым змеиным взглядом и ухмыляется:

– Невестой? У него не длятся отношения дольше недели.

– Мы с Дашей работаем вместе уже год. Так что, как видишь – длятся.

– Хм, ясно. Тогда сделаем пару фото для статьи?

Жанна достает из сумки фотоаппарат и кивает в сторону эстетично оформленной фотозоны.

– Конечно, – отвечает Мирон и помогает мне выйти из-за стола.

Становимся рядом, и я чувствую на своей шее его дыхание. Мирон Амирович приобнимает меня для фото. От его руки исходит тепло и разливается по всему телу. Даже рыжая Жанна перестает раздражать. Не понравилась она мне с первого взгляда. Обычно я терпимо отношусь к девушкам босса. Но эта… не знаю, как сказать. На ведьму похожа. И дело не в рыжине, а во взгляде. Такой лучше дорогу не переходить.

– Отлично смотритесь вместе, – язвительно говорит журналистка.

В её взгляде сквозит ревность. Неужели, у них было что-то большее, чем секс?

– Жанна, можно тебя на два слова? – недовольно просит Чадаев.

Босс куда-то уводит под руку рыжую, а я возвращаюсь за столик к скучающему Борису.

Глава 6

– Дашенька, хотите попробовать мой десерт?

– Спасибо, Борис. Я не ем из чужих тарелок.

Краем глаза наблюдаю, как босс что-то говорит Жанне, а та хмурится в ответ. Он крепко сжимает её локоть. Но та не выворачивается.

Борис смеется, поправляет стильные очки и следит за моим взглядом:

– Ревнуете своего жениха?

– Нет, что Вы. Просто переживаю за Жанну, как бы Мирон А… – вовремя вспоминаю, что жениха называют без отчества, – ээ… мой жених руку ей не сломал.

– А что, были прецеденты?

Моментально спохватываюсь. Мы сегодня должны представить босса в наилучшем свете, а я несу чушь.

– Конечно, нет. Это была шутка. Вы правы – я ревную.

Пусть лучше так, чем портить выхолощенный образ Чадаева.

– Не стоит. У Жанны есть мужчина. Так что, отношения Мирона и моей помощницы далеко в прошлом.

Тонкий намек на то, что её мужчина – это он, Борис?

Парочка возвращается к нам. Мирон Амирович наклоняется ко мне и демонстративно сладко целует в щеку. От неожиданности роняю на пол вилку, которой ела свой десерт.

Официант тотчас несет мне новый прибор, а упавший забирает.

– Простите, я такая неловкая.

Сначала на табурет для сумки села, теперь вилку уронила. Сразу видно, что я ресторанный завсегдатай.

Вот же босс, предупреждать надо о знаках внимания! Ага, и как бы это выглядело? Внимание, Даша, сейчас будет поцелуй! Кто ж предупреждает свою невесту о таких вещах? К счастью, никто из присутствующих не стал заострять внимания на моём конфузе. И чтобы не бесить босса, я каждые пять минут смотрю на него с улыбкой, как мне кажется ласковой.

– Ты бы видела саму себя, – сокрушенно говорит босс, когда мы выходим в вестибюль, – смотрела на меня, как гадюка, замышляющая оттяпать от моей ноги кусок мяса!

– Что-о? – пораженно останавливаюсь. – Я смотрела на Вас ласково.

– Ласково?! А когда я тебя поцеловал, ты передернулась от отвращения! Разве любящие невесты так делают? Ты всем своим видом показывала, что едва меня терпишь, – продолжает высказывать мне Мирон Амирович.

– Это просто было неожиданно и… – вяло оправдываюсь. – Я не актриса, Мирон Амирович, мне сложно играть в Ваши игры.

– Надеюсь, они поверили в наши отношения, иначе мне звезда.

– Они поверили, Борис уж точно. Подумал, что я ревную Вас к Жанне, – издаю истеричный смешок.

– А может и вправду приревновала, а? – смотрит на меня в упор.

– Мирон Амирович, я уже привыкла к Вашим женщинам за год работы. Я не то чтобы ревную, я даже имена их не запоминаю.

– Да я же пошутил. Что ты так завелась?

Открывает передо мной дверь своего Роллс-ройса, и я юркаю в салон.

– Мой вечерний наряд принесу на работу после химчистки, – говорю боссу.

– Оставь себе. Он не в аренду взят, я купил все три платья. Только зеленое при мне не носи.

Мне бы и в голову не пришло заявиться на работу в вечернем платье. Но зачем такие траты? Я не видела ценник, но догадываюсь, что наряды дорогие. Хоть он и раскритиковал зеленое платье, но оно явно не из Китая. Куда мне их носить? Кроме офиса нигде не бываю.

– Спасибо, конечно, но… не стоило тратиться. Мне негде выгуливать такую красивую одежду.

– Возможно, тебе придется сыграть роль моей невесты еще раз. Так что пусть остаются.

Нет, только не это!

– Ещё раз? – переспрашиваю, нервно потеребив сумочку.

– А что тебя так удивляет? Борьба за тендер идет нешуточная, поэтому будем применять все доступные средства. Победитель получит колоссальную выгоду, ты даже не представляешь, о каких деньгах идет речь! Ты тоже не останешься внакладе. Перестанешь меня шугаться, я подниму тебе оклад вдвое.

Ничего себе! Ради этого можно потерпеть. И даже на курсы актерского мастерства записаться, чтобы спецы помогли сыграть чувства к боссу.

– Так что? Заинтересовал? – проводит пальцем по моей ноге.

Дергаюсь от неожиданности, а он закатывает глаза.

– Перестань шугаться, как будто я полез тебе в трусы, а не ногу погладил. Я тренируюсь вообще-то, чтобы выглядеть естественно.

– Да кто Вас знает, куда полезете!

– Ой, перестань. Я предлагаю тебе фиктивные отношения, а не секс. Твои трусы меня не интересует, будь уверена. У меня сейчас другая проблема, еще похуже, чем выиграть тендер.

– Какая проблема?

– А, не забивай себе голову. Дед задачку задал. Ты всё равно не сможешь мне помочь, или… – замолкает, сверля меня глубоким задумчивым взглядом.

Ерзаю на сидении, опять эти игры в гляделки. Пробирает-то как! К счастью, звонит его мобильный, и ему приходится ответить на звонок.

Подъезжаем к моему дому, и я выбираюсь из машины самостоятельно.

– До свиданья, Мирон Амирович.

– Подожди, а как насчет поцеловать жениха на ночь?

– Вы где-то видите поблизости Бориса или Жанну? Или нас снимает скрытая камера? Нет? Тогда спокойной ночи, – разворачиваюсь и иду к подъезду.

Наверняка, босс обескуражено смотрит мне вслед. Жаль, что у меня нет глаз на затылке. Даже не знаю, что за дерзость на меня напала. Просто захотелось поскорее сбежать от него и его красивых карих глаз.

В подъезде встречаю соседа Серегу. Будто сидел и меня ждал. Странненько.

– Привет, – отделяется он от подоконника, на котором сидел.

– Привет, – вытягиваю шею, чтобы посмотреть в окно, уехал ли Роллс-ройлс или стоит?

– Ты откуда такая красивая?

– Из ресторана.

– Мм, ясно. Тогда нет смысла на жареную курочку приглашать, да? – спрашивает весело.

– На курочку – нет. Я объелась. А вот на чай можно.

Сергей радуется и делает приглашающий жест в сторону своей квартиры.

Зачем я иду к нему? Понравился мне? Этого сказать не могу. Обычный мужик. И почему у него на рубашке шерсть? В прошлый раз никакого кота в квартире не было.

– Можешь не разуваться, – говорит Сергей, пропуская меня в прихожую, – я не успел полы помыть.

– Ничего, бывает. Тоже делаю уборку раз в неделю. Чаще, увы, не получается.

Прохожу на кухню и сажусь на удобный табурет, вспомнив при этом свою оплошность в ресторане. «Обожаю» мысленно себя казнить за промахи.

Я в своем элегантном наряде выгляжу неорганично на скромной кухне Сереги. Он снимает ветровку, оставаясь в майке без рукавов. Вижу татуировки на его руках. Модно это сейчас – себя украшать с помощью иглы. Но Серегины тату выглядит как-то иначе – низкого качества что ли.

Сосед ловит мой взгляд на своих живописных рисунках и смущенно улыбается:

– Увлекся малость.

– Мгм, понятно.

Тело у него не такое накаченное, как у Мирона Амировича, но и не хилое. На стройке же все-таки работает. Но в целом я к нему равнодушна, не вызывает он во мне девичьего трепета.

Сергей заваривает чай и разливает по кружкам.

– Ой, что-то крепкий чересчур, – хихикаю, попробовав. – Не уснем потом ночью.

– Ты можешь остаться у меня. Выключим свет, и будем говорить всю ночь напролет.

– Нет, мне завтра на работу. Так что извини. Спасибо за чай, я пойду.

Не знаю, что меня напрягло? Татуировки, крепкий чай или предложение остаться? Наверное, всё и сразу.

– Оставайся, Даш, – ловит меня за руку и прикладывает к своим губам.

Его прикосновения не вызывают у меня никаких теплых эмоций. Отрицательно качаю головой, отнимаю руку и иду в прихожую.

Наклоняюсь, чтобы поправить расстегнувшуюся застежку на босоножках и чувствую на своей заднице липкие ладони Сергея…

Глава 7

Мирон

И как она посмела оставить последнее слово за собой? Подобных дерзновений за своей секретаршей раньше не замечал. Что это еще такое, блин? Отказать МНЕ в такой пустяковой просьбе и сбежать!

Вот догоню её сейчас и заберу, что хотел. Если не тренироваться, то никто не поверит в то, что мы жених и невеста. Где это видано, чтобы невеста шарахалась от своего возлюбленного? Как будто я держу её в заложниках. Нет, так не пойдёт.

Решительно иду за Дашей в подъезд, но услышав, что она с кем-то разговаривает, останавливаюсь. Какой-то мужик… У нее что, есть муж? Или это просто сосед?

Судя по разговору, просто знакомый. Но почему она идёт в его квартиру? Может, любовник? Тогда хочу знать: ему понравилось, как Даша вылезла из моего Роллс-ройса?

Хлопает дверь, оставляя меня без поцелуя на ночь. Что за дела? Кто девушку ужинает, тот и танцует! Кормил, значит, я, а все сливки снимет какой-то стремный стрипиздик.

Стою возле двери, обитой дерматином, а потом решительно поднимаю руку, чтобы позвонить в звонок.

Но дверь распахивается сама, и из квартиры вылетает Даша. Едва успеваю отскочить, чтобы она не ударила меня по носу.

– Что Вы тут делаете? – притормаживает.

– Эй, послушай, он тебя обидел? – указываю пальцем на дверь.

– Да. То есть нет… Всё нормально, пойдемте отсюда, – тянет меня за рукав.

– Нет, я вернусь и начищу ему рыло. Ты взволнованная. Приставал? Отвечай! – повышаю голос.

– Перестаньте командовать. Мы не в офисе, а в моем подъезде.

Стряхиваю Дашину руку и поднимаюсь вверх на три ступеньки. Звоню в звонок. Дверь открывает тот самый дохляк.

– Что ты сделал с этой женщиной? – спрашиваю, указывая на свою секретаршу.

Мужик смотрит на меня безумными глазами. Я смотрю на него и с первого взгляда определяю, что он – бывший зек. Такие татуировки делают только на зоне.

– Мать твою, Даша… – качаю головой и смотрю на неё осуждающе.

– А ты, послушай меня, – шевелю пальцем, чтобы приблизил своё ухо и вникал, – ты съезжаешь отсюда прямо сейчас. Завтра с утра я проверю. Если обнаружу в квартире твой дух, то… – остальное договариваю грозным шепотом, чтобы не напугать свою секретаршу.

– Ты всё понял? – уточняю.

– Да-да… Я понял, – заикаясь, отвечает зек. – Всё равно аренда скоро заканчивается.

– К этой девушке больше не приближайся. Уяснил?

– Уяснил.

Разворачиваюсь и спускаюсь по лестнице, полностью уверенный в том, что мне в спину не прилетит нож или пуля. Не посмеет, ублюдок, скорее всего, он мелкий жулик. Наверняка на зоне занимал самую низшую касту. Завтра пришлю охранника, пусть проверит: свалил или про яйца вспомнил и ослушался?

– Какая квартира твоя? – резко останавливаюсь, и Дарья влетает мне в грудь. Принимаю её в объятия, но она отстраняется.

– Спасибо, я дальше сама.

– С тебя поцелуй. Давай, тренируйся, я жду, – подставляю ей щеку.

– Вы колючий.

– Привыкнешь.

Её глаза округляются.

– Вы что, на постоянной основе будет просить Вас целовать? – складывает руки на роскошной груди.

Меня так и тянет смотреть в её декольте. Весь вечер глаз с него не сводил – и не надоело. Прям гипнотизирует, как качающийся маятник.

– Куда Вы смотрите? – выдыхает возмущенно.

– На твою грудь, Дашенька.

– Мирон Амирович, – с упреком качает головой. – Вам срочно нужно найти новую девушку взамен Валерии.

– Я её уже нашел, – усмехаюсь.

– Вот как? А Борис сказал, что они с Жанной вместе.

– А при чем тут Жанна, – морщусь, вспоминая эту пиявку, которая даже не умеет делать минет. Исцарапала своими зубами мне член. Интересно, а Даша умеет делать минет? – смотрю на её губки. Хороши. Должна уметь.

– А разве Вы не о ней?

– Нет. Я жду поцелуй, хватит заговаривать мне зубы, – свожу брови к переносице.

Даша вздыхает, как будто я оставил её в офисе работать до утра, потом тянется к моей щеке и едва ощутимо касается щетины губами.

– Так не пойдет, – хватаю её за затылок, чтобы не вырвалась, и требовательно целую в губы.

Это ей за то, что пререкалась и пошла к едва знакомому опасному, между прочим, мужику. Такому ничего не стоит взять её силой и отправиться по 131 статье УК топтать зону – в свой родной дом.

Губки у неё сладкие, мм. Отпускаю, вдоволь ими насытившись, и она вытирается тыльной стороной ладони после поцелуя. Ах ты, бестия! Противно, значит?

– Вы… Вы чего? – смотрит на меня расширившимися глазами.

– Ничего. Спокойной ночи. И завтра не опаздывай на работу, а то оштрафую. На еще один страстный поцелуй.

Посвистывая, спускаюсь вниз по ступенькам. Я тоже умею уходить красиво, не только она одна.

Сажусь в машину и велю водителю ехать домой. Звали меня сегодня в одно местечко, но не хочу. Если играть роль человека с отношениями, то до конца. Мне это даже нравится. Нравится, как Дашка краснеет и бледнеет от моей наглости. Она еще совсем молоденькая, но в ней чувствуется стержень. Никогда не думал, что когда-нибудь так скажу о бабе. Хотя ей не подходит «баба». Жанна и Валерия – бабы. А Даша сладкая девочка.

Совсем уже с катух слетел, Мирон. И чем она меня так зацепила, не пойму? Когда успела? Почему я не замечал, что в моей приемной уже почти год сидит симпатичное сокровище? Куда смотрел?

Смешно, но я только сегодня поинтересовался её фамилией, чтобы знать, как представлять её Борису. Дарья Савочкина, с ударением на первую А. Почти как Совочкина от слова совок.

Мне тут пришла в голову идея, что Даша подходит не только на роль моей невесты, но и матери моей дочери. Дед шутить не будет с такими вещами, как проклятье. Поэтому мне нужна наследница, хоть в лепешку расшибусь, но достану девчонку.

Моя секретарша – блондинка, это раз. Далеко не дура – это два. Она успела зарекомендовать себя как смышленый и расторопный сотрудник. Значит, дочке достанутся хорошие гены. Симпатичная – это три. Даша не подложит мне свинью – это четыре. Ей можно доверить такое серьезное дело, как появление на свет наследницы.

Всё, решено, завтра же везу её в сауну и по-быстрому заделаю ребеночка. Через девять месяцев дед получит свою правнучку, пустит скупую слезу и перепишет на меня всё свое имущество. А Руслан – мой старший брат, не получит ни хрена. Он мне по отцу только брат, матери разные. Поэтому мы всю жизнь цепляемся друг к другу и конкурируем. Руслан даже фирму строительную открыл, чтобы мне нос утереть, но пока только пыль глотает, пытаясь поспеть за моими успехами.

Надеюсь, Катерина не решится на четвертого ребенка. А вдруг решится? Тогда мне придётся поспешить. Нет времени уговаривать Дашу, поставлю перед фактом, денег дам – куда она денется? Сумма за ребенка будет ощутимая, любая рада будет предоставить свою матку для рождения моей наследницы за такие деньги.

Так, значит, никакого алкоголя сегодня. Нужно быть чистым перед таким ответственным мероприятием. Даже рад, что всё случится естественным способом, получим обоюдное удовольствие и разойдемся.

Дома, сам от себя не ожидая, ищу информацию о том, что нужно делать, чтобы получилась существо женского пола.

По китайской примете, чтобы зачать девочку, во время полового акта женщине надо лечь головой на юг. Мда, придется компас брать с собой в сауну. Скажи мне кто-нибудь неделю назад, что я буду этим заниматься – двинул бы наглеца по уху.

Читаю дальше, пока волосы на голове не начинают шевелиться от множества несуразных поверий. Но ради наследницы я готов на всё!! Даже положить под подушку по время секса детское розовое платье.

Маразм подкрался незаметно, называется…

Глава 8

Даша

Просто нет слов, какой наглец!!

Без спроса, без разрешения поцеловал в губы, словно я его любовница, а не подчиненная. Босс явно заигрался. И надо держать его на дистанции, чтобы угомонился.

А угомонится ли теперь?

Раньше я была невидимкой для него – как это было здорово.

Вздыхаю и снимаю нарядное платье. Вечер дался мне тяжело. Нелегко было уследить за собой под горячими взглядами Мирона Амировича. И я так боялась посадить пятно на белую одежду. Но обошлось. Вешаю роскошный наряд в шкаф и ложусь в постель.

Когда я почувствовала на своей пятой точке руки Сергея, то почему-то не испугалась. Мирон Амирович настолько избаловал меня своим вниманием, что я даже привыкла к тому, что меня могут потрогать.