Тишина. Где-то вдалеке слышалось карканье ворон, разговаривающих о чем-то своем, непонятном для людей. Ветер холодил, пробирал до самых костей и гнал, всё гнал и гнал тёмные листья по улицам и скверам, авеню и паркам. Один листочек, волею случая оказавшийся в маленьком дворике одного английского городка, застрял в волосах рыжеволосой девушки. Она лежала без сознания, положив ладошки на серый асфальт. Ей снился странный сон, больше похожий на неясные видения. Наверное, поэтому память о нём тут же растворилась в омуте мыслей, стоило Эбигейл открыть глаза. Голова словно налилась чугуном, и вставать совершенно не хотелось, да и на это не было сил. Но ноябрьский вечер никогда не славился своей добротой к маленьким девочкам, лежащим посреди улицы. Пальцы девушки посинели от холода. Эбби поняла, что вставать всё равно придется, иначе последствия могут быть плачевными. Приняв вертикальное положение, придерживаясь при этом за деревянный забор, девушка осмотрела себя и окружающий её мир. Однотипные дома, образовывающие кривоватую коробку, что именовалась двором, остались стоять на своем законном месте. Покосившийся забор, покрашенная в красный цвет лавочка, маленькие окошки, в которых не горел свет – ничего не изменилось. Но при этом всё было совсем другим, словно кто-то внёс в тусклую картину улицы свои невидимые детали. Это не просто будоражило сознание, но даже пугало.
Эбби сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Ноги не слушались, и забор был единственным оплотом сейчас. Девушка опустила глаза к полу, надеясь, что странное видение исчезнет. К своему удивлению, она заметила, что в ладони всё ещё что-то сжимает. Набор деталей от прибора, раньше именовавшегося часами, и был тем самым предметом. Эбби была уверена, что часы находились в относительной целости буквально пару часов назад, а сейчас они буквально рассыпались в руке. Но её волновало совсем не это. С памятью о часах и миссис Гринвуд, вернулись и воспоминания о Тенэбре. Жуткий парень со шрамом на лице, охотившийся не то на часы, не то на Эбигейл.
Девушка ещё раз осмотрела улицу, прижимая к себе обломки часов, что позже спрячет в карман куртки. Единственное живое существо поблизости – серый кот, шипящий на полиэтиленовый пакет. Легче Эбби от его присутствия не стало. Она, перехватив покрепче рюкзак, медленным шагом побрела прочь от этого места. Город, что всегда Макгоуэн считала таким родным, в одночасье превратился в незнакомое пространство дорог и домов.
Где ресторан итальянской кухни, расположенный в самом центре перекрёстка? Где тату-салон напротив? Почему магазин Сэинзбери находится в обветшалом здании, если буквально несколько лет назад его отремонтировали? Так Эбигейл и бродила бы длинными запутанными улочками, если бы на глаза не попался газетный киоск. С боковой стороны стеклянного ларька висела афиша, рекламирующая новинки кино. И всё бы ничего, если бы мягким белым светом не подсвечивалось название фильма. «И грянул гром», а снизу красовался слоган «Некоторые правила никогда не должны быть нарушены». Эбби несколько раз моргнула, а затем протерла глаза, надеясь, что ей показалось.
Она всегда любила книги Рэя Брэдбери и точно знала, что этот фильм вышел как минимум десять лет назад. Обойдя ларёк, девушка заметила полную женщину, сидящую в киоске и мирно почитывающую журнал моды. Она посмотрела на Эбби, но, не дождавшись ни слова от девушки, продолжила читать. Ларёк был завален не только газетами и журналами, но и различными закусками и даже газировкой. Единственное, что сейчас интересовало Эбби – металлический стеллаж со свежими газетами. Девушка взяла одну из газет, на первой полосе которой освещалась проблема массовых беспорядков во Франции. Но самым удивительным стало то, что газета издана в субботу 26-ого ноября 2005 года. На губах Эбигейл появилась нервная улыбка.
– Это шутка? – спросила она у самой себя.
– Что, простите? – женщина отвлеклась от чтения, вопросительно смотря на возможную покупательницу, но в ответ получила лишь истеричный смех. – Девочка, с тобой всё в порядке? Если хочешь газету почитать, то сначала заплати.
Эбби прекратила улыбаться и тряхнула головой, возвращая газету на место.
– Какое сегодня число?
– Двадцать седьмое, – женщина смотрела с недовольством, явно думая что-то вроде «ох уж эти подростки».
– Две тысячи пятого года?
– Ты издеваешься надо мной?
– Нет, что Вы.
– Пятого, какого ж ещё, – она вздохнула, возвращаясь к журналу.
– Спасибо…
Следующие тридцать минут Эбби помнила плохо. Она куда-то шла, но совсем не разбирала дороги, будто бы её обволакивал густой туман. Оказавшись на уличной скамейке, девушка обняла свой рюкзак и закрыла глаза. Растерянность, страх, тоска – всё навалилась разом, подчиняя мысли и чувства. Плакать не хотелось, единственное желание сейчас – оказаться дома в мягкой постели, забыв о часах, Тенэбре и миссис Гринвуд. «Точно, миссис Гринвуд!» – пронеслось в голове девушки. Она расстегнула замок рюкзака и достала несколько смятых конвертов. Бумага зашуршала, когда она вскрыла один из конвертов, на лицевой стороне которого выделялась цифра один, оставленная жирными синими чернилами.
«Дорогая Эбигейл, – гласило начало послания, – прежде чем отправляться в прошлое, следует должным образом подготовиться. Путешествие может затянуться, поэтому лучше всего иметь при себе еду и сменную одежду. Я постаралась предусмотреть все неожиданности и курьёзы, что могут возникнуть, в том числе касающиеся денег. В другом конверте мною оставлены тридцать фунтов. Только помни, что пользоваться ты можешь только этими фунтами. Твои деньги будут не действительны, ведь выпущены они, скорее всего, позднее того года, где ты будешь находиться. Конечный маршрут – город Анкорн, 62 Стейшен-Роуд, 2008 год. Именно тогда, под Рождество, часы, что ты ищешь, будут активны. Ты их сразу узнаешь, ведь внешне они похожи на твои. С их помощью ты сможешь вернуться в своё время. Если твои часы сломаются, то не стоит переживать. Они изначально не работали на всю мощность, а значит, могут и не перенести такой нагрузки. Несмотря ни на что храни их.
Ниже я оставила несколько схем и таблиц, как рассчитывать количество оборотов заводного механизма, чтобы оказаться в нужном году. К сожалению, я не могу рассчитать время с точностью до дня».
Дрожащими руками Эбигейл сложила письмо вчетверо, поднимая взгляд. Тонкий силуэт липы, чьи изогнутые ветви напоминали паучьи лапы, чернел под серебряным светом полной луны. Под деревом, выгуливая маленького ушастого терьера, стоял мужчина. Он то и дело зевал, поглядывая на время.
– Простите, не подскажите который час?
– Время? – он встрепенулся, не до конца понимания к нему ли обращается девушка.
– Да, мой телефон не работает, – это было чистой правдой: после странного пробуждения Эбби обнаружила, что мобильник отказывается включаться.
– Восемь десять. Ну, то есть, десять минут девятого, – мужчина добродушно улыбнулся.
– Спасибо большое.
Малыш терьер залаял, виляя хвостиком – ему очень хотелось поиграть с незнакомой девочкой в голубых сапожках. В любой другой ситуации Эбби погладила бы пёсика, но сейчас она могла лишь печально улыбнуться. Впереди ждал долгий путь.
Поспать удалось лишь в поезде, положив голову на твердую спинку кресла. Анкорн – небольшой прибрежный городок, самый близкий путь к которому лежал через железную дорогу. Поезд всегда считался дорогим удовольствием, так что к утру денег у девушки почти не осталось. Помогли этому и бутылка фруктового чая, и сырная булочка. Проснулась Эбби задолго до того, как встало солнце. Плавное покачивание поезда успокаивало, и девушка уже совершенно спокойно смотрела в окно, где можно было разглядеть лишь тёмные мелькающие очертания деревьев. За спиной беловолосый старичок похрапывал в такт движения поезда, каждые двадцать минут просыпаясь и спрашивая, не проехал ли он свою станцию. И вот, словно по будильнику, мужчина открыл глаза и близоруко огляделся по сторонам.
– Мы уже проехали станцию К….
– Нет, – устало произнесла женщина, сидящая рядом с ним.
– А какая следующая?
– Анкорн.
Эбигейл поёрзала на месте. Скоро уже придётся выходить. Ей всё ещё не верилось, что это происходит в реальности, а не в каком-то странном сне. Ситуацию усугублял и тот факт, что очутиться стоило не в две тысячи пятом, в две тысячи восьмом году. Но выбора не было, нужно действовать, а иначе не выбраться из этого «сна».
Металлический голос объявил об остановке в Анкорне, и люди начали вставать, забирая свои вещи с верхних полок. У Эбби вещей не было, если не считать фиолетового рюкзака, так что она резво пробралась к выходу, ожидая остановки. В тамбуре горел тусклый фонарик, а на двери виднелись наклеенные на стекло буквы с простым требованием «Не прислоняться!». Поезд начал тормозить, когда подъезжал к станции, издавая при этом протяжный скрип. Тамбур заполонили люди. Кто-то разговаривал, кто-то, опираясь о железную стену, зевал, а кто-то, как Эбби, молча стоял и вглядывался в огоньки фонарей за стеклом. Наконец дверь открылась, и на станцию вывалились люди.
Проводница прощалась с уходящими и желала им счастливого пути. Вокзал в Анкорне не отличался роскошью, но всё равно встречал вновь прибывших приятной атмосферой. Повсюду стояли резные лавочки и столики, а за небольшим забором из белого кирпича – детская площадка, чтобы дети не скучали, ожидая прибытия поезда. Эбигейл никогда раньше не бывала в Анкорне, поэтому с любопытством оглядывалась по сторонам. «Днём, наверное, здесь красивее», – подумала она. В обычной жизни такая обстановка не вызвала бы удивления, но мысль о том, что этот вокзал несколько лет назад жил своей жизнью, именно такой, какой Эбби выпал шанс сейчас лицезреть, будоражила сознание. А ведь ей тогда исполнилось всего четыре года.
Выйдя за пределы вокзала, девушка растерялась. Куда идти? Миссис Гринвуд оставила послание с адресом, но бродить ночью по чужому городу, выискивая нужное место, казалось идеей, как минимум, небезопасной. Поэтому Эбигейл, заметив детский городок недалеко от вокзала, сразу направилась к нему. Детский городок представлял собой комплекс, состоящий из нескольких высоких деревянных горок, полосы препятствий, лошадок-качалок и маленькой копии поезда с крутящимся рулём внутри. Последнее, судя по всему, пользовалось большой популярностью среди юных машинистов. Эбби не причисляла себя в эту группу, поэтому, забралась на горку. Свесив ноги вниз и положив голову на скрещенные руки, девушка вглядывалась в скромные дома вокруг.
– 62 Стейшен-Роуд, – тихо твердила она, пытаясь придумать, как найти заветную улицу.
Солнце начинало восходить, окрашивая небо в розово-сиреневые оттенки. Дома тонули в лучах рассвета, становясь больше похожими на бескрайний океан. К этому времени Эбигейл успела замёрзнуть, и теперь её действительно волновала мысль о простуде. Заболеть в чужом городе, в чужое время – совсем не привлекающая затея. Девушка шла безмолвными улицами, спрятав руки в карманах. Дома располагались далеко друг от друга, и из-за этого местность казалась пустующей. Вокруг только дорога и редкие деревья. Всё это стало очень непривычным для человека, выросшего среди сплошных таунхаусов. Но чем ближе Эбби приближалась к центру городка, тем обыденнее становился пейзаж. Мимо проезжали автомобили, а на тротуарах начали появляться люди. Девушка вглядывалась в их одежду, стиль и манеру поведения, но не могла найти существенных различий с людьми своего времени. Разве что кнопочные телефоны в руках выдавали нынешний год. Но Эбигейл всё равно ловила странные взгляды, заставляющие чувствовать себя неловко.
Солнце уже успело окончательно подняться над городом, а Эбби всё также растерянно бродила по улицам, посматривая на витрины магазинов. Аптека, парикмахерская, магазин одежды для собак – всё просыпалось ото сна и начинало каждодневную, рутинную работу.
– Простите, не подскажите, где находится улица Стейшен-Роуд? – обратилась Эбби к прохожему.
– Далеко, – парень махнул рукой и торопливо зашагал в свою сторону.
«Может, опаздывает» – с тоской подумала она. Продолжая поиски, Эбигейл заметила одиноко сидящую на остановке девушку. В руках та держала книжный том и совершенно не обращала внимания на окружающий мир.
– Извините. Можно Вас немного отвлечь?
– Я что похожа на старушку? Просто на ты, – девушка усмехнулась. – Можно-можно, только пока автобус не придёт.
– Ладно, – Эбби обрадовалась: новая знакомая была настроена доброжелательно. – Как попасть на улицу Стейшен-Роуд, 62?
– Дай подумать, – она почесала подбородок, становясь максимально сосредоточенной. – Садишься вместе со мной на автобус, но выходишь у библиотеки. Оттуда всё время налево, а потом по домам сориентируешься.
– Ага, поняла.
Ждать долго не пришлось: автобус приехал через несколько минут. Девушка, представившаяся Хлоей, с энтузиазмом принялась рассказывать о городе, стоило ей узнать, что Эбби неместная. Всего за несколько десятков минут она подробно описала историю города, лучшие места для посещения и ближайшие достопримечательности.
– А ещё советую посетить рождественскую ярмарку, если задержишься у нас. Самое долгожданное событие, между прочим!
– Ярмарки я люблю, – отвечала Эбби, чувствуя, как начинает болеть голова от такого количества информации.
– А ещё парк развлечений на берегу очень крутой! Вход бесплатный, если что. Там такая сладкая вата – пальчики оближешь!
Электронный голос объявил название следующей остановки и Эбигейл с облегчением выдохнула.
– Мне пора. Спасибо за помощь, – она протиснулась к выходу.
– Да не за что, – Хлоя подмигнула. – Наслаждайся времяпровождением в Анкорне. Обещаю, такого нигде не встретишь.
Двери автобуса закрылись, увозя разговорчивую собеседницу. Эбби помахала ей на прощание рукой, а когда транспорт скрылся за горизонтом, продолжила свой путь, ориентируясь на ближайшие дома. Таблички с адресом вели её всё дальше и дальше. По другую сторону от жилых домов непроходимым забором росли кусты, а за ними всё, что можно было разглядеть – поле. Но вот уже прямая дорога закончилась и перед девушкой возникла развилка. Идти прямо или свернуть? Эбби потопталась на месте: усталость брала своё, и наматывать лишние круги совсем не хотелось. «Может всё-таки повезёт», – с надеждой подумала девушка, сворачивая направо. Зелёная стена из густой растительности открывала ворота, куда и ступала Эбигейл. По узкой дороге не ездили даже машины, а всё что можно было услышать среди тонких переплетающихся между собой деревьев – это редкий собачий лай и птичья трель. В голове крутилась только одна мысль: куда меня занесло? Эбби хотела развернуться и пойти обратно, но вдруг на одном из домов заметила тот самый номер. Не веря своим глазам, девушка подбежала к низкому каменному забору, на котором и висели заветные цифры «62».
– Ну, наконец, – Эбби победно улыбнулась. Она несколько раз нажала на звонок, висевший у калитки, но ответа не последовало.
А чего стоило ещё ожидать? Сейчас от силы одиннадцать утра, владельцы дома наверняка на работе. Да и если бы они остались дома, как объяснить сложившуюся ситуацию? Попросить отдать какие-то часы под предлогом путешественника во времени казалось очень глупым развитием событий. Эбби хотелось кричать от досады, ведь сил ждать ещё несколько часов не осталось. Вся продрогшая от холода, сонная, уставшая девушка с разбитыми в кровь ладонями готова была зайти в дом без приглашения. И она была настроена очень серьёзно. Какая разница, всё равно ведь прошлое. Не посадят же её в тюрьму. Перепрыгнуть через забор оказалось очень просто. Сложнее задачей стал путь в дом. Двухэтажный дом голубоватого цвета с небольшой пристройкой, служившей гаражом. Окна на первом этаже крепко закрыты, а железная дверь не оставляет и намёка на доступность. Единственное, что остаётся – задний двор. Но прямого пути туда Эбби не нашла. Скорее всего, он располагался в доме. А дом надёжно заперт.
– Круг замкнулся, – тихо произнесла она, поглядывая на крышу гаража. Не очень высокая постройка, да и забраться туда не составит большого труда. Девушка прикатила мусорный бак, стоящий у забора, к гаражной двери. Проверив устойчивость, Эбби забралась на него. «Я или стала гением преступного мира, или дурочкой», – подумала она, преодолевая крышу гаража и спрыгивая вниз.
Внутренний дворик возник перед девушкой аккуратным садом, с множеством теплиц и клумб. Некоторые цветы росли даже сейчас. Но любоваться ими не было времени. Эбби поднялась по невысоким ступенькам на террасу и, не раздумывая ни секунды, повернула ручку стеклянной двери. Дверь скрипнула, впуская неожиданную гостью внутрь.
– Бинго! – воскликнула девушка.
Внутреннее убранство дома не отличалось богатством. Небольшая гостиная со старинным бежевым диваном и креслами, скромная кухонька и столовая, уборная – комнаты, что составляли устройство первого этажа. Эбби осмотрела несколько комодов в коридоре и осознала, что пытаться найти в чужом доме часы, всё равно, что искать иголку в стоге сена. Но не зря же она, нарушая закон, забралась сюда. Девушка решила для начала проверить все комнаты, чтобы хотя бы знать, сколько работы ей предстоит. К счастью, на втором этаже находилось всего три комнаты.
Доски неприятно скрипели под каждым шагом девушки, выдавая в тиши дома присутствие чужого человека. А вдруг хозяин дома вернётся раньше времени? Это был, пожалуй, худший вариант из всех возможных. Эбби зашла в одну из трёх комнат, которая к её ужасу оказалась доверху забитая вещами. Это явно была спальня подростка. Девушка опустилась на пол, закрывая лицо руками. А если часы не здесь? Что если она никогда не выберется из этого времени? Эбигейл ощутила настоящую панику. Но всё хуже стало тогда, как только на первом этаже послышался скрип двери и чьи-то шаги.
Эбби мгновенно подскочила со своего места, стоило раздаться шуму на нижнем этаже. «Это конец», – пронеслось в голове. Она отчаянно закрутила головой, пытаясь найти спасение. Окно? Крепко закрыто, а дрожащие руки не могут его открыть. Под кровать? Глупо, любой зашедший заметит. Шкаф? Пожалуй, единственный стоящий вариант. Эбби открыла створку шкафа и, выкинув мешающую одежду, что сразу же оказалась под кроватью, залезла внутрь. Сердце колотилось быстро-быстро, и казалось, будто вошедший человек без труда услышит аритмичный стук. Тук-тук. В коридоре послышались возня и шаги. Тук-тук. Дверь открылась. Тук-тук. Кто-то прошёл мимо шкафа и лёг на кровать. Девушка затаила дыхание, прислушиваясь к каждому шороху. Послышалось тихое бурчание и шелест фантиков. Через несколько минут неизвестный разочарованно вздохнул и встал с кровати, запинаясь о выброшенные из шкафа вещи.
– Ну и что это? – раздался тоненький голосок.
Эбби зажмурилась, всем сердцем надеясь, что этот кто-то не догадается открыть шкаф, но как оказалось зря: дверцы шкафа распахнулись, и на девушку удивлённо смотрел мальчик лет десяти. Он несколько раз моргнул, а потом пугливо отскочил к кровати.
– Воришка! – закричал он.
– Я не вор… – Эбигейл пыталась подобрать слова, но могла даже не стараться: мальчик слушать всё равно не собирался. Он пулей выскочил из комнаты и, судя по грохоту, сверзился с лестницы. Неловко поднявшись на ноги среди царившего бардака, девушка побежала вниз. Как она и предполагала, мальчик лежал на полу, потирая ушибленный лоб. Но стоило ему увидеть Эбби, сразу встал и принял боевую позу.
– Не подходи, а то ударю, – сказал он с полной серьёзностью во взгляде.
Девушка окинула взглядом мальчика напротив и звонко рассмеялась. Хоть этот смех был скорее истерикой, ситуация действительно забавляла её. Пухлый, с большими щеками, мальчик казался похожим на маленького воинственного хомячка. А круглые очки с толстыми стёклами, делающие его большие синие глаза ещё больше, только усиливали впечатление. Осознав, что его не боятся, мальчик надулся и с умным видом поправил очки. Он без слов подошёл к стационарному телефону и несколько раз прокрутил колёсико, набирая номер.
– Алло, это полиция?
Эти слова отрезвили Эбби. Она выхватила из рук мальчика телефон и положила трубку на место. Мальчик поджал губы.
– Ты вор.
– Нет, не вор, – она чувствовала себя спятившей. Сначала забралась в чужой дом, а теперь пытается объяснить ребёнку, почему она так поступает. Но как это возможно объяснить? – Я не желаю ничего дурного, честное слово.
– Я тебе не верю.
– Понимаю, выглядит странно, но я действительно пришла по делу.
– Ко мне? – мальчик прищурился.
– Можно сказать и так, – Эбби притворно улыбнулась. А что если рассказать правду? Он ведь может поверить и отдать часы.
– Девушка? Ко мне? – он придирчиво осмотрел девушку с головы до ног, оценивая. – Ну ладно, выкладывай, как ты тут оказалась, а я подумаю, что с тобой делать.
«Метр с кепкой, а уже такой нахал» – подумала Эбигейл, но в ответ лишь тактично кашлянула.
– Я из будущего. И у меня есть одна очень важная миссия в твоём времени.
– Я тебе не верю, – после короткой паузы повторил мальчик.
– Это чистая правда. Я могу доказать, – девушка сняла с себя рюкзак и достала оттуда миниатюрный блокнотик, протягивая его мальчику. – Посмотри, там есть календарь на две тысячи восемнадцатый год. Если и это для тебя не аргумент, то открой последнюю страницу и взгляни на дату выпуска.
Мальчик с опаской принял блокнот и зашуршал страницами. Чем больше он вглядывался в блокнот, тем круглее становились его глаза.
– Ты… Правда из будущего?
– Я же сказала, – она пожала плечами.
– Стой! Здесь нельзя разговаривать о таких вещах.
Не успела Эбби спросить, почему здесь нельзя говорить, как мальчик потащил её в свою комнату, взяв за руку.
– Вот, теперь можно, – он закрыл дверь на замок и зашторил окно.
– К чему такая предосторожность? Может, хотя бы окно откроешь?
– Ладно-ладно, – мальчик сдвинул штору в сторону, впуская солнечный свет в комнату. – Как тебя зовут? Сколько лет? Зачем ты прилетела в наше время? Мой шкаф – машина времени?
– Слишком много вопросов. И нет, твой шкаф совершенно точно не машина времени.
– Блин, а было бы круто.
– Как есть, – девушка усмехнулась. – Я Эбигейл.
– Допустим. Разрешите тогда и мне представиться. Меня зовут Луи. Луи Филипп. Ничего не напоминает? – Луи с предвкушением посмотрел на собеседницу.
– Ну… Как тушь для ресниц?
– Как французский король, – с явной обидой сказал мальчик.
– А, точно. Извини.
– Больше никогда так не говори. Н-и-к-о-г-д-а.
– Не буду, – Эбби всё больше забавляла серьёзность Луи. – Я пришла не просто так. Мне нужны часы для того, чтобы путешествовать во времени. Поэтому я забралась к тебе в дом.
– Всего лишь часы? Легко!
Ножки стула издали протяжный скрип – мальчик потянул стул к стене, на которой висели круглые часы.
– Постой. Я про другие часы говорю, – сказала она, скептично следя за действиями Луи.
– Про какие? У меня в доме много часов.
– Маленькие. Карманные. Очень-очень старые, вроде этих, – Эбби показала ему свои сломанные часы.
– Таких нет, – ответил Луи, садясь на стул.
– Быть такого не может. 62 Стейшен-Роуд?
– Ага.
– Тогда должны быть. Может у твоего папы или мамы есть?
– Я никогда не видел своих родителей, – совершенно спокойно произнёс мальчик.
– Вот как, – с досадой сказала Эбби. – А с кем ты живёшь?
– С бабушкой Евой. Но у неё точно нет таких часов, я уверен.
– Неужели всё зря… – она прислонилась к стене, устало выдыхая.
– Безнадёга?
– Ещё какая.
Повисла пауза. Эбби с отчаянием перебирала все возможные варианты выхода из ситуации, но ничего стоящего в голову не приходило. Луи чистил очки, разглядывая неожиданную гостью.
– Есть одна идея, – вкрадчиво начал он. – Но мне, скорее всего, влетит от бабушки.
– И всё же, какая?
– Поискать на чердаке. Несколько лет назад бабушка скупила весь хлам с блошиного рынка и заперла его на чердаке. Там и часы были, только они страшные очень, да и тем более наручные.
– Точно! – воскликнула Эбби, ободряясь. – Я видела, как из карманных часов делали наручные. Возможно это то самое, что я ищу.
– Я проведу тебя на чердак, но взамен хочу, чтобы ты всё рассказала о путешествиях во времени. И про будущее.
– Не думаю, что это хорошая задумка. Всё-таки будущее на то и будущее, чтобы остаться загадкой.
– Но я же имею право знать, – он насупился. – Или часы не отдам.
– Шантаж? Плохое дело, между прочим, – Эбби вздохнула. Стоило ли рассказывать этому мальчику правду о часах? Луи не был похож на злого гения, который мог использовать информацию в корыстных целях. – Я сама многое не знаю. Представь, что есть такие часы, способные перемещать тебя в прошлое. Меня послала сюда одна женщина – она кто-то вроде хранительницы часов. Я должна найти часы в твоём времени и вернуть их ей, прежде чем меня опередят… Нехорошие люди. Они тоже ищут часы, но ничего хорошего явно не задумывают.
– У меня всё равно осталось много вопросов, – он почесал подбородок. – Почему именно тебя отправили?
– Не знаю, попалась под руку, вот и всё.
– Те часы, которые ты показывала тоже волшебные? Ты же как-то сюда попала.
– Да, но они сломаны. Я не могу вернуться назад. От того, найду ли я часы в твоём времени, зависит моё возвращение в настоящее. Ну, то есть в будущее. Ещё вопросы?
– Много, но я, пожалуй, пока помолчу. Надо переварить то, что ты мне сказала.
Они снова замолчали на некоторое время. Первой нарушила молчание Эбби, закрыв рюкзак и поднявшись со своего места.
– Идём на чердак?
– Ладно, если всё так, как ты сказала, то я готов тебе помочь.
Замок щёлкнул, и Луи вышел в коридор. На чердак вела раскладная деревянная лестница, скрытая от посторонних глаз в люке на потолке. Мальчик открыл люк, забравшись на комод, и разложил лестницу, пропуская Эбигейл вперёд. Девушка кивнула и поднялась по узким ступенькам. Пришлось постараться, чтобы по пути не удариться головой о низкий потолок.
– Только аккуратней, а то там много хрупких ве… – не успел договорить он, как послышался скрежет на первом этаже. Кто-то вставил ключ в дверной замок и несколько раз повернул его.
– Только не это… Вот же! – Луи быстро забрался по лестнице на чердак, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.
– Бабушка? – Эбигейл взволнованно посмотрела вниз, но мальчик с силой пихнул её в бок.
– Помоги лучше.
Шарниры заскрипели, когда мальчик начал поднимать складную лестницу. Девушка проследила за его движениями и взялась с другой стороны, потянув за верёвки со всей силы. Люк с грохотом закрылся, и тут же послышался стук входной двери.
– Пронесло, – прошептал Луи, распластавшись на полу.
– Почему ты так боишься? Я думала, что ты только меня спрячешь, – она прикрыла рот ладошкой, чтобы не чихнуть от пыли, витавшей в воздухе.
– Я… Должен быть в школе.
– Прогуливаешь? Как не хорошо, – девушка вяло улыбнулась.
– Да какая разница, – он отвернулся, вслушиваясь в каждый шорох.
Им пришлось пробыть в полной тишине несколько десятков минут, пока снизу не перестали доноситься звуки. Эбигейл села на потрёпанный рундук и принялась заплетать волосы в толстую косу.
– А они у тебя от рождения рыжие? – Луи поднялся с пола, указывая на волосы девушки.
– Да, – негромко ответила она, не понимая, с чего вдруг мальчик заинтересовался её волосами.
– Все рыжие ведьмы?
– Я не ведьма, – Эбби нахмурилась. Ещё несколько таких реплик и коротышка нарвётся на грубость.
– Шучу, – с серьёзной миной сказал Луи, подходя к ней. – Встань.
Эбигейл послушалась, давая мальчику открыть рундук. Внутри лежало множество коробочек разного размера. Луи, даже не задумываясь, вытащил только одну.
– Прошу, voyageur, – он достал часы с серым ремешком, покрытым по всей длине орнаментом трещин.
– Как ты меня назвал?
– Путешественник по-французски. Я француз, так что не удивляйся.
– Француз? Как ты оказался в Англии? – Эбби хотела забрать часы, но мальчик прижал их к себе. На губах его играла довольная улыбка, как будто он считал своё происхождение главным достижением в жизни.
– Ну… Я родился в Англии.
– А, значит, твои родители были французами?
– Ну, вообще они тоже были англичанами.
– Бабушки и дедушки?
– У меня имя французское, – гордо изрёк Луи.
– Так не работает, Луи, – она покачала головой. – Давай разберёмся с часами.
– Работает. Очень даже работает, – он поджал губки и надул щёки, ещё больше становясь похожим на хомяка. – Ты хочешь забрать часы? Насовсем?
– Не знаю, – на самом деле Эбби знала: часы мальчик уже вряд ли увидит, но боялась, что Луи передумает отдавать их. – Я думала, что мы с тобой договорились.
– А в будущем ты слышала что-нибудь про известного художника Калвера?
– Нет, первый раз слышу. А кто это?
– Да так, никто, – с тяжёлым вздохом ответил Луи и вручил девушке часы. – Не забудь обо мне рассказать там, в будущем.
– Расскажу, – Эбигейл улыбнулась.
«Нужно прокрутить колёсико так, чтобы минутная стрелка сделала тринадцать оборотов» – подумала она, вспоминая письмо миссис Гринвуд.
– Была рада познакомиться, – сказала девушка, совершая последний оборот.
Сердце застучало быстрее, и Эбби приготовилась к не очень мягкому приземлению. И вот… Ничего не произошло.
– Это я не заметил или так и должно быть? – приподняв бровь, произнёс Луи.