Рэй Харт Телохранитель для крошки

Пролог

Кабинет моего нового начальника отдалённо напоминал мне любимую комнату моего отца. Там пахло табаком, который, кажется, въелся в тяжёлые шторы навечно. Гордеев сидел напротив меня, сложив руки на полированной столешнице цвета тёмного дуба. Его густую седую бороду можно было использовать как подушку для иголок, подумалось мне. Хотя внешность у него была скорее из разряда «добрый, но слегка поехавший дедушка» из голливудских комедий. Финансовое состояние Константина Сергеевича, судя по моим справкам, было побольше, чем у нашего действующего президента.

Я слушал Гордеева, сложив руки за спиной, по стойке «смирно» - привычка, выработанная в армии, которая въелась в позвоночник надёжнее всяких там йог. Константин Сергеевич говорил размеренно, с небольшой ленцой, как человек, который привык, что его слова имеют вес.

- Моя дочь, Мия, - произнёс он с таким выражением, будто собирался рассказать, что у него дома живёт ручной василиск. - Девушка... странная. Со своими молодёжными особенностями. Если вы меня понимаете, конечно, вы ведь человек их поколения. Я уверен, что если вы так же хороши, как указано в рекомендациях, то продержитесь дольше предыдущих. Месяц - это уже большой рекорд.

Я мысленно провёл черту в голове. Месяц. За месяц можно привыкнуть даже к тому, что твой подопечный считает себя Наполеоном в юбке. Я повидал всякое.

- Понимаю, Константин Сергеевич, - коротко кивнул я, стараясь говорить спокойно, без ярких эмоций. Голос у меня от природы низкий, что иногда пугает собеседников. Сейчас я специально сделал его мягче, чтобы не выглядеть как терминатор, присланный из прошлого.

- Три месяца назад на неё напали. - Гордеев потер переносицу. Усталые глаза, заслезились. Видно, бессонница и беспокойство за дочь - его постоянный спутник. - Мия провела несколько недель в реанимации. Теперь ей нужна постоянная защита. Круглосуточная. Если она скажет остаться в её доме - остаётесь. Если она скажет спать под её кроватью - спите. Есть дополнительные вопросы?

Вопросы были. Например, почему я вообще согласился. Ответ оказался довольно прост: зарплата, которая позволит мне купить тот самый мотоцикл. Но вслух я сказал:

- Без вопросов. Я готов.

Константин Сергеевич одобрительно хмыкнул. Борода его дрогнула, как желе на праздничном столе.

- Она паникует. Частенько случаются приступы. - Гордеев понизил голос. - Медицинская помощь - это, знаете, не просто пластырь приклеить. У неё иногда... - он покрутил пальцем у виска, - едет крыша. Не все телохранители выдерживают. Понимаете, она становится неуправляемой. Поэтому... на вас вся надежда. Если вы провалитесь, я даже не знаю, где искать специалиста с такой же безупречной рекомендацией.

- Я вас не подведу, - кивнул я с долей самоуверенности, которая, впрочем, была подкреплена пятью годами службы. Пять лет - это когда тебя учили не только стрелять, но и разговаривать с психопатами, которые держат заложников. Чем, интересно, отличается богатая папина дочка от психопата? Ответ: обычно ничем.

- Отлично. - Гордеев нажал кнопку селектора. - Светлана, пригласите Мию, она, уверен, в кофейне напротив или устроила очередной пикник в оранжерее.

- Да, Константин Сергеевич, - раздался ответ.

Я ждал. Мысленно перебирал варианты: высокая блондинка со стервозным взглядом, худая истеричка, которая упадёт в обморок при виде меня. Настоящий спектр богатых капризуль.

Дверь открылась ровно через три минуты. Вошла она.

Мия.

Если честно, первая мысль была: «Твою ж дивизию... да она же ребенок». Лет семнадцать, тёмные длинные волосы, большие карие глаза, которые смотрели на меня с таким откровенным любопытством, что мне захотелось проверить, не расстёгнута ли у меня ширинка. Бледная кожа, тонкие пальцы, обхватывающие стаканчик с кофе. Вроде ничего особенного. На вид милейший ангелок. Эдакий херувим с ямочками на щеках. Я почувствовал себя Гулливером, попавшим в страну лилипутов, где лилипуты пьют латте.

- Мия, дорогая, - начал отец, с нежностью в голосе. - Это Леон Исаев. Твой новый телохранитель. Будь с ним помягче, умоляю тебя. Сдерживай свой порыв, хотя бы на время. Надеюсь, он задержится у нас подольше. Очень хотелось бы чтоб Леон продержался у нас этот год. Я уже устал искать тебе новых ребят. Это как работа в цирке - каждый новый клоун смешнее предыдущего.

Мия словно сканер пристально оглядела меня. С ног до головы. Её глаза задержались на моих плечах, потом спустились к груди, и я внутренне сжался, потому что в этом взгляде было нечто совершенно не детское.

- Леон, - протянула она, облизнув розовые пухлые губы. - Лев - значит. Какое необычное имя. Ну, посмотрим, насколько тебя хватит, мой маленький львенок.

Она поставила стакан на стол, подошла к отцу и чмокнула его в колючую щеку. Я почти услышал, как его борода скрипнула под её губами.

- Спасибо, папочка, за новое развлечение. - Голос у неё был сладким, как карамельный сироп.

Она повернулась ко мне, улыбнулась мне показывая ямочки на щеках и я подумал: «Ну, проработаю месяц, получу деньги и сбегу. На этом ангельском личике, явно, написано «Администратор ада».

- Жду тебя в машине, Лев.

Моя новая подопечная направилась к двери, и я уже начал расслабляться, как вдруг она, проходя мимо, смачно, с явным удовольствием, сжала мою задницу.

Я стоял как вкопанный, но уши у меня, кажется, дёрнулись, как у собаки, которая услышала свисток. Но я не сдвинулся с места. Железобетонная выдержка. Служба, мать ее.

Константин Сергеевич поднял брови. Он поджал губы выглядывающие из-за густой бороды, и в его глазах я прочитал: «А я же тебя предупреждал. Она немного ку-ку».

Именно в этот момент я понял, что моя военная выправка не спасёт меня от этой маленькой темноволосой чертовки. Неужели она теперь всё время будет лапать мои ягодицы?

- Удачи, Леон, - пожелал мне Гордеев, и клянусь, в его голосе мне послышалось искреннее сочувствие.

Я коротко кивнул, повернулся и пошёл на выход. Мне хотелось то ли рассмеяться, то ли немедленно уволиться: «Боже, храни нефтяных магнатов и их дочерей. Особенно их дочерей».

Глава 1

В руках у меня были ключи от новенького Rolls-Royce. На службе я водил военный внедорожник, который радовал меня только тем, что не глох на морозе и имел бронированные стёкла.

Тут же под пальцами пульсировала кожаная оплётка, а на приборной панели было столько кнопок, что я почувствовал себя пилотом истребителя, который забыл пройти переподготовку.

Настроение, чёрт возьми, поднялось. Даже с учётом того, что мне предстояло везти в этом чуде техники девушку, которая только что прощупала мою попу на предмет упругости.

Мия уже сидела на заднем сиденье. Разулась. Маленькие ножки, какой там у неё размер - тридцать пятый? - с идеальным педикюром были закинуты на спинку переднего пассажирского кресла. Она что-то быстро печатала в телефоне, иногда поглядывая на меня в зеркало заднего вида. Изучала. Как удав кролика.

Я сел за руль, отрегулировал зеркала и отодвинул назад сиденье, ноги у меня были явно длиннее, чем у предыдущего водителя. Теперь я был не просто телохранителем этой крошки, а вдобавок и личным водителем. И, судя по её взгляду в зеркале, ещё и новой игрушкой.

- Что мы ждём, Лев? - спросила она, продолжая печатать с такой скоростью, будто диктовала статью в утреннюю газету.

- Куда едем? - тут же спросил я. - Мне нужно знать ваш распорядок, чтобы больше не задавать лишних вопросов.

- Ненавижу чёткие распорядки, - цокнула она языком и заёрзала на сиденье, устраиваясь удобнее.

Мия была в белой майке. Отложив телефон, она ловко, практически не глядя, стянула через подмышку бежевый лифчик и небрежно бросила его на соседнее сиденье.

Я сглотнул.

Майка, как выяснилось, была почти прозрачной. Сквозь тонкую ткань я видел её маленькие аппетитные груди, а соски торчали, как две пики, готовые пронзить мою профессиональную невозмутимость. У меня давно не было женщины, и, кажется, мой "боец" решил, что сейчас самое подходящее время для внепланового построения. Он начал натягивать брюки с явным намерением прорвать оборону.

Этого только не хватало.

Я гордился своей многолетней выдержкой. Служба, мать её. А тут какая-то малявка завела меня просто тем, что скинула кусок кружевного белья. Нет, это никуда не годится. Нужно подумать о чём-то нейтральном. Как там быстро разобрать автомат Калашникова? Затворная рама, возвратный механизм, газоотводная трубка...

- Поехали, я покажу тебе, где я живу.

Мия назвала адрес, и я завёл мотор. Боже, как он гудел. Я, кажется, получил свою суточную дозу дофамина, когда эта малышка подчинилась повороту руля. Мне никогда не заработать на такую машину, это факт. Но если я задержусь на этой должности подольше, может быть, мне дадут её облизать.

Мы въехали на богатую улицу, где даже асфальт, казалось, был уложен вручную самим начальником транспорта. Ей принадлежал двухэтажный коттедж в современном стиле из кирпича и гранита - такая себе крепость для принцессы с психическими отклонениями. Большой ухоженный двор, охранник открыл ворота, едва завидев машину.

Мой "боец" за это время более-менее успокоился, и я вышел, чтобы открыть ей дверь. Главное - не наклоняться слишком резко, а то ещё проткну её своей пикой, когда она будет выходить.

Мия выпорхнула из машины босиком, даже не обувшись. Лифчик и кеды остались в салоне Rolls-Royce. Она прошла к дому, покачивая бёдрами с таким видом, будто каждый день ходит по мраморному полу без обуви. И, скорее всего, так оно и было.

На пороге нас встретила пожилая женщина с тёплой улыбкой. Она посмотрела на Мию, потом на меня и приветливо кивнула.

- А вы, наверное, наш новый сотрудник? - спросила она, и голос её был ласковым и приветливым как тёплое молоко.

- Да, Леон.

- А я Надежда, можете называть меня просто так. Я не люблю, когда меня зовут по отчеству, слишком официально. - Она окинула меня одобрительным взглядом. - Леон... Какое необычное имя. Вы наверняка голодны?

Честно признаться, я был голоден как, хм... как лев. Но, учитывая, что только что думал о себе в этом ключе, решил не продолжать шутку.

- Если честно, не отказался бы, - ответил я, пытаясь улыбнуться.

Мия, которая уже поднималась по лестнице на второй этаж, обернулась на мои слова и сверкнула глазами. И, чёрт возьми, по пути она стягивала джинсы. Оставшись в одних кружевных шортиках, она скрылась наверху, бросив на меня короткий взгляд.

Я мгновенно отвёл глаза. Профессиональная этика. И чувство самосохранения.

Надежда провела меня на кухню - просторную, светлую, пахнущую сыром и помидорами. Ей, видимо, не терпелось поближе познакомиться. Понятно: она почти всегда проводила время одна, не считая охраны и прислуги.

- Моя мама француженка, а папа русский, - обронил я, когда она поставила передо мной порцию шикарной, жирненькой лазаньи, от которой у меня заурчало в животе. - Отсюда и имя необычное. В школе дразнили, но я быстро вырос и начал давать им тумаков за любые клички.

Надежда улыбнулась, села напротив и подпёрла щёку рукой.

- Вы очень красивый, - со вздохом выпалила она. - У Мии ещё не было таких молодых и привлекательных телохранителей. Отец, Константин Сергеевич, предупредил вас про особенности работы?

- В общих чертах, - ответил я, жуя лазанью и стараясь не подавиться от удовольствия. - Он сказал, что она "немного ку-ку". Если это можно считать предупреждением.

- Да, это правда. Тут всего и не расскажешь, - Надежда вздохнула и покачала головой. - Наша девочка чудит всегда по-разному. С детства была немного особенной, а после нападения... совсем потеряла голову.

- Я всё слышу, как вы меня обсуждаете! - раздался крик со второго этажа.

- Дорогая, я ввожу Леона в курс дела! - крикнула Надежда в ответ, ничуть не смутившись. Она повернулась ко мне и добавила уже тише: - Вы ешьте, не стесняйтесь. Вообще, я заменила мать Мие, когда та умерла, девочке было всего два года. И я привыкла к её странному поведению. По сути, она обычный подросток. Или как сейчас говорят - молодёжь. Но в душе она раненый маленький ребёнок. Хотя ей уже скоро девятнадцать лет.

Я кивнул, продолжая жевать. Так ей девятнадцать, а не семнадцать, подумал я. Впрочем какая разница, мне всё равно сколько ей лет. Лазанья оказалась божественной. Эти лишние калории явно пойдут мне на пользу.

- Так что надеюсь, вы останетесь при ней намного дольше, чем предыдущие телохранители. Константин Сергеевич всегда выбирал мужчин постарше. А теперь, вижу, решил изменить свою тактику. - Надежда хитро прищурилась. - Вполне возможно, так и стоило давно поступить. Вы с ней будете на одной волне, и тогда, возможно, она будет чувствовать себя немного лучше.

Я доел лазанью. И ещё бы съел порцию, но постеснялся. В моей голове навязчиво крутился образ кружевных шортиков и аппетитной попки поднимающейся по лестнице. Я мысленно дал себе зарок не вестись на симпатичных девчонок. Нет, у меня больше к ним доверия. Все они изменяют и ищут свою выгоду.

- У неё есть какой-то график? Или адреса любимых заведений, куда она часто ездит? - спросил я, переключаясь на профессиональное.

- Да, я даю всем телохранителям вот этот буклет, - Надежда достала из шкафчика распечатанную брошюру. - Позднее ознакомьтесь. Но графика особого нет. Она всегда поступает как захочет, и никто никогда ей ни в чём не отказывает. Может целый день просидеть в своей комнате, и вы будете отдыхать в комнате для гостей и смотреть телевизор. Или захочет поехать в казино или ночной клуб - тогда я её не вижу дома пару суток. Мия сама непредсказуемость.

Непредсказуемых людей я не люблю больше всего. Но я осекся: тогда бы у меня не было такой хорошей зарплаты. А перспектива валяться и смотреть телек целый день, пока она торчит в комнате, так вообще шикарный отдых. Хотя я к такому не привык. Всю жизнь работал не покладая рук. Но кто я такой, чтобы отказываться от райского уголка?

- Я покажу вам вашу комнату, - кивнула Надежда, поднимаясь. - Иногда вам придётся оставаться с ночёвкой. Хочу, чтобы вам у нас понравилось.

Она была расположена ко мне очень доброжелательно. Что за милая женщина, подумал я. Впрочем, не так всё плохо, как я себе напридумывал. Ползать по окопам с автоматом в руках здесь явно не придётся. Нужно получать максимальное удовольствие от такой роскошной жизни.

Комната оказалась огромной. Сдержанные оттенки серого и чёрного, большая кровать, которая манила своей мягкостью как сирена моряков. Интересно, сколько здесь уже телохранителей ночевало до меня?

Я с удовольствием скинул чёрный пиджак, разулся и упал на постель. Пружины довольно прогнулись, подстраиваясь под мой вес.

"А всё не так плохо, как я предполагал", - подумал я и с глубоким выдохом закрыл глаза.

И тут с верхнего этажа донёсся громкий крик Мии:

- Лев! Я сейчас приду к тебе!

Я резко открыл глаза и уставился на дверь, которую, кажется, даже не притворил.

Мать честная.

Что этой крошке нужно в моей спальне?

Глава 2

Дверь распахнулась с грохотом. Она открыла её ногой. Я внутренне приготовился к новому испытанию на прочность, и, честно говоря, ожидал увидеть её снова в тех кружевных шортиках, которые уже успели прожечь мне сетчатку.

Вместо этого Мия появилась на пороге в домашнем сером костюме. Свободные брюки, простая футболка. Всё прилично. Почти.

Лифчик она так и не надела. Соски торчали сквозь мягкую ткань футболки, как два маленьких аккуратных привета от реальности, которая наотрез отказывалась быть приличной. Я заметил это сразу.

В руках она держала коробку, и с видом победительницы, которая только что захватила вражескую крепость, Мия плюхнулась на мою кровать. Прямо рядом со мной. Я ошалел настолько, что, кажется, забыл, как дышать через нос и глупо приоткрыл рот.

- Мия, - выпалил я, собрав всю волю в кулак. Голос прозвучал твёрже, чем я ожидал. - Я на работе. Если вам нужен друг или игрушка - поищите кого-то ещё. Я здесь, чтобы защищать вас, а не развлекать.

Я старался поставить границы. Ровные, бетонные, как стена моей крепости. Но стена оказалась из песка, потому что моя подопечная небрежно скинула с себя коробку и звонко рассмеялась.

- Ой, да ладно тебе, Леон. Ты слишком серьёзный.

Она открыла коробку. И я заглянул внутрь с тем же любопытством, с каким сапёр заглядывает в подозрительный чемодан.

Игральные карты. Шашки. Шахматы. Уно. Лото. Бинго. И какой-то набор для монополии.

Я уставился на неё.

- Что... это?

- Я хотела поближе познакомиться, - Мия улыбнулась. Совсем по-детски. Ямочки на щеках стали глубже, а глаза превратились в два тёплых карамельных омута. - А когда ещё можно хорошо поболтать, если не за настолками?

Она ловко закрутила тёмные волосы в высокий пучок, открывая тонкую шею, и я с трудом оторвал взгляд от её сосков, которые то и дело подпрыгивали под серой тканью.

- Весьма необычно, - буркнул я, садясь на кровати и на всякий случай придвигая подушку поближе. Для маскировки.

Мой "боец", кажется, решил, что настолки - это очень эротично, и начал подавать признаки жизни. Я накрыл его подушкой так незаметно, как только мог. Мия, к счастью, ничего не заметила - она с восторгом перебирала коробки.

- Что выберешь?

- Давайте карты, - предложил я. В армии я был асом по части карточных игр. Обыграть эту крошку в дурака - проще простого.

Мия хищно усмехнулась.

- Отлично. Давай в дурака, - она взяла колоду и затасовала её с такой ловкостью, которой позавидовал бы профессиональный крупье. - На что играем?

- Без понятия. А на что вы обычно играете?

- Я люблю на желания, - она посмотрела на меня с таким прищуром, что я понял: она знает, что делает.

- Тогда отлично, - я постарался, чтобы голос звучал по-мужски солидно. - Только ничего пошлого. Я ведь на работе.

- Что ты, Лев, - она склонила голову набок, глядя на меня из-под длинных ресниц. - Никаких пошлостей в моей голове давно нет. Но с твоим приходом на эту должность, признаюсь, меня одолевают некоторые мыслишки.

Я сглотнул. Она отдаёт себе отчёт в том что говорит? Я ведь тоже не железный!

Мы начали играть. Она раздала карты, и я почувствовал себя школьником-девственником, который впервые увидел голые сиськи в родительском журнале. Хорошо, что я всё-таки прикрылся подушкой.

- Сколько тебе лет? - спросила она, сбрасывая карту.

- Двадцать пять, - ответил я, не подумав. - А по документам написано, что тридцать. Так что если кто спросит - мне тридцать.

- Ясно. Можешь называть меня на «ты», - она улыбнулась. - Ты ведь тоже ещё молодой. Не такой, как мои предыдущие надзиратели.

- Ты как-то странно называешь своих телохранителей, - заметил я, сбрасывая шестёрку.

- А как мне их ещё называть? - она пожала плечами. - Они хотя и не запрещали мне делать то, что я хочу, но их пристальные взгляды меня немного смущали.

- Для меня главный критерий - хорошая зарплата и то, что ты будешь в безопасности. Остальное меня не касается, - бросил я, надеясь, что звучит достаточно убедительно.

Мия усмехнулась и сбросила козыря.

- Ты проиграл, Лев.

Я тупо уставился на свои карты. Она обыграла меня с разгромным счётом. Потом ещё раз. И ещё.

Что за чёрт? Мы сыграли шесть партий, и она выиграла все шесть. Я почувствовал себя идиотом, который пришёл в казино с бумажником, полным воздуха.

- Где ты так научилась играть? - не выдержал я.

- Когда лежала в больнице, - она спокойно перетасовала колоду, - там был один медбрат. Он и научил меня этим штучкам. Сказал, что в жизни всякое пригодится. И оказалось, он был прав.

- Везде нужно извлекать опыт, - немного нудно протянул я, пытаясь не выглядеть обиженным.

- Да, ты прав. И ты тоже набирайся от меня опыта, - Мия загадочно улыбнулась.

- Например какого? - спросил я, и в горле моментально пересохло.

Она подалась вперёд, и я увидел её тонкую шею с голубоватой жилкой, которая пульсировала. И родинку на ключице. Маленькую, тёмную, такую эротичную, что у меня перехватило дыхание. Я, кажется, не на шутку завёлся. Поскорее бы она ушла, потому что я чувствовал: ещё немного - и я кончу, как неопытный мальчишка, прямо себе в штаны.

- Итак, - Мия откинулась на подушки, и её руки легли на живот. - Я обыграла тебя шесть раз. Значит, ты должен мне шесть желаний.

Она постучала себя маленьким пальчиком по губам, задумчиво глядя в пространство.

- Я пока не придумала, какие именно. Хочу, чтобы ты исполнял их постепенно, - она посмотрела на меня. - Так это принесёт мне больше удовольствия. А сейчас я, наверно, пойду спать. Завтра с утра едем в тренажерный зал, а потом на шоппинг.

Мия поднялась с кровати, и я выдохнул с облегчением.

- Сегодня пока отдохни, - выдохнула она томно. - И подумай перед сном обо мне.

Моя подопечная наклонилась ко мне, и наши носы чуть не соприкоснулись. От неё пахло свежей чистой кожей и детским шампунем для волос. Ноздри потянулись за этим запахом, как у охотничьей собаки.

Я чуть не попросил её остаться. Не уходить. Провести эту ночь где-нибудь рядом. Вот это я осёл. Чуть не сломался в первый же рабочий день.

- Спокойной ночи, Лев, - Мия улыбнулась, прихватила коробку и выскользнула за дверь, так же быстро как и пришла. Но перед этим бросила короткий взгляд на мой пах, прикрытый подушкой. Заметила. Улыбнулась и тут же вышла.

Я вскочил, как ошпаренный, и щёлкнул замком. Боже. У двери я прислушался. Её шаги стихли на лестнице. Кажется, ушла в свою комнату.

Я пулей помчался в ванную. Закрыл дверь. Прислонился лбом к прохладной плитке.

И только тогда позволил себе выдохнуть.

Честно говоря, я не помнил, когда в последний раз так сильно хотел женщину. Даже на свою бывшую, которая изменила мне с моим же братом, у меня так не вставал мой "боец". А тут - какая-то малявка, которая ещё играет в настолки, улыбается ямочками и даже не подозревает, как действует на взрослого мужика.

Или всё же подозревает? Она явно подозревает.

Я снял штаны. В мыслях был только образ её шеи, родинки на ключице и запах её кожи. Я представил, как она сидит на моей кровати, смотрит на меня из-под ресниц, как говорит: «Подумай перед сном обо мне».

Я не выдержал.

Там, в ванной, я хорошенько подрочил, прежде чем моё сердце не остановилось окончательно. Кажется, пар чуть из ушей не пошёл. Такого напряжения я не испытывал даже при обстреле. Вот это я дал жару.

Потом я встал под душ. Смыл с себя всё накопившееся напряжение. Холодная вода немного отрезвила, но в голове всё равно гудело: голос, улыбка, запах и эта проклятая родинка.

«Ну и работёнка, - думал я, стоя под струями воды. - Может, стоит попить какие-то таблетки, чтобы они понижали моё желание? Или попросить Надежду, чтобы она кормила меня чем-нибудь безвкусным и успокаивающим?»

Я выключил воду, обмотался полотенцем и вышел в спальню. Запах её молодого тела до сих пор витал в комнате. Сладкий, лёгкий, дурманящий. Я включил телевизор, завалился на кровать и уставился в большой экран.

Сейчас я чувствовал себя почти счастливым. Идиотское, дурацкое чувство. Как будто я только что получил увольнительную на неделю.

Завтра будет новый день. Тренажёрный зал. Шопинг. И очередное испытание на прочность.

А вторая подушка, на которую она периодически облокачивалась, остался едва заметный след её запаха. Я притянул её к себе, уткнулся носом и провалился в сон с мыслью о том, что это будет самая странная и, вероятно, самая опасная работа в моей жизни.

Хотя кто я такой, чтобы жаловаться?

Глава 3

Ночью мне не дали поспать. Я уже начал привыкать к роскошной кровати и к мысли, что завтра буду возить Мию по бутикам, как вдруг случилось то, чего я совсем не ожидал.

Звонкий девичий крик. Он донёсся со второго этажа и резанул по ушам острее, чем сигнал тревоги в казарме. Я подскочил с кровати, ещё не понимая, где нахожусь, и в этот момент в дверь постучали.

- Леон! - голос Надежды был очень испуганным. - Вы уже не спите?

- Что случилось? - я распахнул дверь, стоя в одних трусах. Не успел даже сообразить, что голый по пояс. Надежда смотрела на мои бицепсы с таким же выражением, с каким смотрит ребёнок на витрину с конфетами, но быстро взяла себя в руки.

- Мия. У неё опять случился приступ. Она не разрешает мне зайти, сразу кричит, - Надежда прижала руки к груди. - Может, попробуете вы, Леон? С новым человеком ей всегда легче общаться.

- Легче, говорите? - я уже натягивал брюки, забыв про рубашку. - Ну, давайте разберёмся.