Печально свесив уши к земле, пес жалобно и безутешно скулил. Он скулил и скулил, понуро поджав хвост. Внезапно дрожь предчувствия сотрясла все его тело и заставила коротко, резко залаять. Листва на деревьях зашелестела, словно все понимая, а пес сжался в комок у входной двери. Некоторое время он напряженно прислушивался к какому-то отдаленному звуку, но потом снова впал в безысходную тоску. Повинуясь внезапному порыву, он вдруг вскочил и стал скрестись в дверь, оставляя глубокие борозды в покрытом резьбой дереве. Потом, откинув голову, он по-волчьи разразился пронзительным воем.
Из-за угла дома послышались тихие шаги мягких подошв, и старческий голос произнес:
– Бруно, БРУНО! Успокойся, наконец. Нельзя тебе входить, хозяин очень болен, – И подумав, добавил: – Пойдем-ка со мной, я привяжу тебя в сарае, там ты никому не будешь мешать.
Старый садовник порылся в кармане и достал обрывок шнура. Продев один конец в ошейник, он повел пса к стоящей в стороне группе деревьев. Пес подавленно поплелся следом, опустив голову и не переставая скулить.
– В чем там дело, Джордж? – спросил женский голос из кухонного окна.
– Эх! Чувствует пес, что у нас творится, в этом все дело! – ответил Джордж на ходу.
Женщина обернулась к невидимой товарке и тихо промолвила:
– Никогда бы не подумала, что эти безмозглые твари могут так хорошо чувствовать происходящее, вот что я вам скажу.
Шмыгнув носом, она повернулась спиной к окну и снова принялась за работу.
В большом старом доме царила тишина. Ни стука посуды, ни отголосков обычной домашней суеты. Тишина. Почти замогильная. Назойливый телефонный звонок прогремел, словно взрыв, и кто-то торопливо поднял трубку. Металлическое стрекотание дальнего абонента и ответ глубоким баритоном:
– Нет, сэр, боюсь, что нет. Надежды никакой. Сейчас у него доктор. – Пауза, затем снова металлическое стрекотание в трубке и новый ответ: – Да, сэр. Я передам ей ваши соболезнования при первом же удобном случае. Всего хорошего!
Издалека послышался тихий звон дверного колокольчика, короткий и полный сочувствия. Торопливое шарканье шагов и едва слышный скрип открываемой двери.
– Ах да, отец мой! – произнес немолодой женский голос. – Вас уже ждут, я проведу вас наверх.
Старая экономка и священник молча прошли по устеленным коврами коридорам и поднялись по широкой лестнице. Неуловимо легкий стук в дверь спальни, и тихий шепот ответных слов священнику. Дверь беззвучно отворилась, на площадку вышла молодая женщина и прикрыла ее за собой.
– Он быстро угасает, – сказала она священнику, – и он просил о беседе с вами наедине. Доктор покинет комнату, когда вы войдете. А теперь идемте, пожалуйста, со мной. – С этими словами она провела его в спальню.
Это была просторная комната, очень просторная, настоящий реликт минувшей эпохи. Тяжелые шторы на высоких окнах были задернуты, не допуская в комнату ни света, ни звука. На стенах красовались старинные картины и портреты полузабытых предков. Стоящая у широкой старой кровати лампа под зеленым абажуром озаряла неверным светом мрачный покой. На огромной двуспальной кровати неподвижно замерла маленькая иссушенная болезнью фигура – исхудавший и немощный человек с кожей, напоминающей выгоревший пергамент. У постели сидел доктор, который тут же поднялся навстречу священнику.
– Он очень хотел вас видеть, – сказал врач. – Я сейчас выйду и подожду за дверью. Он очень слаб, так что если будет нужно, позовите меня.
Коротко кивнув, он обошел кровать и вместе с молодой женщиной вышел из комнаты.
Священник чуть повременил, окинув взглядом покой, а затем поставил на прикроватный столик шкатулку со святыми дарами.
– Ах! ЭТО мне не нужно! – прошептал сухой, как пыль, голос. – Лучше поговорите со мной, отец мой!
Священник приблизился к постели, наклонился и сложил вместе ладони умирающего старика.
– Подготовлена ли ваша душа, сын мой? – спросил он.
– Вот об этом я и хочу вас спросить, – прохрипел старческий голос. – Что будет со мной, что я увижу По Ту Сторону? ЕСТЬ ли иная жизнь после этой?
И священник тихо заговорил, рассказывая лишь то, что разрешала либо знала его религия. Дыхание страдальца становилось все короче и слабее. Священник поспешил к двери и махнул рукой доктору.
– Не пора ли дать ему последнее причастие? – тихо промолвил он.
Доктор подошел к постели и поднял иссохшую руку. Не нащупав пульса, он попытался стетоскопом прослушать сердце больного. Затем, печально покачав головой, он натянул простыню на лицо умершего и пробормотал:
– Как бы я хотел знать, отец мой, что ТАКОЕ эта Иная Сторона Жизни. Как бы я хотел знать!
Исходя каждая из собственных соображений, западные религии не особенно распространяются о смерти, хотя в конечном счете смерть, как и рождение, для всех нас является очень серьезным предметом. Поэтому можно считать вполне логически оправданным то, что глава о смерти следует за главой о медиумах. Ведь если бы никто не умирал, никакие медиумы не пытались бы установить контакт с умершими. Вот мы и поговорим здесь о смерти, ибо независимо от того, кто мы такие, смерть приходит ко всем нам так же, как приходит рождение. Дело, однако, в том, что смерть – это фактически то же рождение! Рассмотрим, как это происходит.
Младенец в утробе матери умирает для теплой, уютной жизни в ее чреве и с большой неохотой выходит во внешний холодный и суровый мир. Муки рождения – это и муки смерти, смерти для старого, рождения для нового состояния. Человек умирает на Земле, и муки смерти для него – это муки рождения в иную форму существования. В большинстве случаев смерть – собственно смерть – это вполне безболезненный процесс. При приближении смерти сама Природа с помощью различных метаболических изменений вводит в организм некое подобие анестезии. Она притупляет фактические ощущения, позволяя в то же время телу производить некие рефлекторные движения, которые и принимаются окружающими за предсмертные муки. Собственно говоря, у людей боль неизменно ассоциируется со смертью, или, если угодно, – смерть с болью, поскольку в большинстве случаев тяжело больные люди явно умирают в мучениях. Следует, однако, помнить, что это не боль смерти, а боль, причиняемая самой болезнью. Возможно, это рак так воздействует на органы тела, терзая или пожирая нервные окончания. Но не будем забывать, что эта боль есть боль недуга, а не самой смерти.
Смерть, то есть состояние фактического перехода из этого мира в иной, состояние оставления данного физического тела, – это процесс совершенно безболезненный, благодаря тем анестетическим свойствам, которые большинство тел обретает в момент смерти. Кое-кто из нас хорошо знает, что такое умереть, все запомнить и вернуться в этот мир, ничего не забыв. В процессе умирания функции тела, пораженного недугом, постепенно угасают. Но не будем забывать, что если угасают все функции, то с ними угасает и способность воспринимать, осознавать или ощущать болевые импульсы. Мы знаем, что иногда создается такое впечатление, будто люди умирают в мучениях, однако это всего лишь иллюзия.
Умирающее тело – это тело, которое, как правило (если речь не идет о несчастном случае), достигло предела отпущенного ему срока и больше жить не в состоянии. Его механизмы отказываются служить, метаболические процессы не могут более восстанавливать угасающие органы. В конце концов сердце останавливается, дыхание прекращается. Человек считается клинически мертвым, если зеркальце, поднесенное к его губам, остается незатуманенным. Человек мертв клинически и юридически, если не прощупывается пульс и не прослушивается сердцебиение.
Человек, однако, не умирает мгновенно и весь сразу. Вслед за тем, как перестает биться сердце, а легкие прекращают закачивать в организм воздух, наступает очередь головного мозга. Мозг не в состоянии долго прожить без драгоценного кислорода, но даже и он не умирает мгновенно. На это уходит не одна минута. Известны абсолютно достоверные случаи, когда людям отрубали голову, и эта отсеченная от тела голова выставлялась затем на обозрение толпы. Губы ее все еще шевелились, и умеющий читать по губам мог разобрать произносимые слова. Разумеется, лишь умеющий читать по губам был в состоянии понять сказанное, поскольку при отсеченной шее прекращается поток воздуха из легких, и никакого голоса не может быть и в помине. Ведь звук образуется только потоком воздуха, проходящим через голосовые связки.
После того, как умирает мозг, после того, как он перестает функционировать из-за недостатка кислорода, постепенно начинает умирать все тело. Примерно в течение одного дня умирают различные органы. К исходу третьего дня тело становится лишь грудой разлагающейся протоплазмы. Однако тело не имеет уже никакого значения. Бессмертная душа, Сверхсущность – вот что важно. Впрочем, вернемся к моменту клинической смерти.
В данном случае тело лежит на кровати. Дыхание остановилось. Находящийся здесь же ясновидец видит, как над телом образуется как бы облачко легкого тумана. Оно тонкой струйкой вытекает из тела, как правило, из пупка, хотя у разных людей точки выхода Серебряной Нити могут находиться в разных местах.
Постепенно это облачко становится все плотнее, его молекулы уже не столь рассеяны. Понемногу над телом вырастает похожий на тень образ. По мере продвижения смерти этот образ все больше приобретает очертания тела. В конце концов, с отмиранием все большего числа органов, облачко разрастается и густеет, пока не приобретает точную форму тела, над которым оно зависло.
Нить, которую мы называем Серебряной Нитью, связывает физическое тело с астральным, ибо это облачко, в сущности, и есть астральное тело. Понемногу эта нить становится все тоньше, растворяется в воздухе и прерывается. Только теперь тело по-настоящему мертво, только теперь истинная сущность человека отлетела в иную жизнь, к иной стадии развития. Как только этот туманный образ отлетает прочь, дальнейшая судьба его плотской оболочки не имеет никакого значения. Ее можно сжечь, можно похоронить в земле – все это уже не важно.
Здесь, пожалуй, самое время отвлечься ненадолго к проблеме, которую можно даже назвать предостережением, поскольку слишком уж многие до крайности затрудняют недавно «умершим» переход к новой жизни! Когда человек умирает, его, по возможности, следует на два-три дня оставить в покое. Выставление же тела усопшего в гробу в каком-нибудь ритуальном зале ради того, чтобы целые процессии благонамеренных людей бормотали в его адрес неискренние надгробные похвалы, не принесет ничего, кроме вреда.
Пока не прервется Серебряная Нить и не разобьется Золотой Сосуд, парящая над телом астральная форма улавливает мысли тех, кто произносит какие-либо замечания при отходе. Впоследствии, если тело подвергается кремации раньше, чем через три дня после смерти, астральный образ испытывает сильнейшую боль, причем, как ни странно, боль эта не от жаркого пламени, а от лютого холода. Поэтому, если вы действительно дорожите теми, кто ушел раньше вас, и если вы поступаете с другими так, как хотите, чтобы поступали с вами, всемерно старайтесь предоставить умершему три спокойных дня, чтобы позволить ему полностью отрешиться от физического тела.
Но вот мы пришли к моменту, когда дух или астральная форма покидает тело. Дух отправляется туда, где он встречается с другими духами, и там, разумеется, они друг для друга так же вещественны и осязаемы, как люди на Земле. Это вашему взору предстает только так называемый «призрак» – прозрачная или полупрозрачная фигура, поскольку у призрака вибрации более высокого порядка, чем у человека из плоти и крови. Однако – я и не думаю здесь шутить – два призрака являются друг для друга совершенно осязаемыми людьми точно так же, как двое людей из плоти и крови.
Если взглянуть на ту же картину из иного измерения, то вполне возможно, что и в их глазах живые люди похожи на призраков, ибо подумайте вот о чем: двухмерный предмет отбрасывает одномерную тень, трехмерный предмет отбрасывает двухмерную тень, но четырехмерный предмет (опять это четвертое измерение!) отбрасывает трехмерную тень. А посему откуда вам знать, что для четырехмерного существа вы не окажетесь всего лишь полупрозрачной тенью?
Итак, дух покинул тело и удалился прочь, и если это дух развитой, то есть если он подготовлен к жизни после смерти, тогда ему могут указать путь к месту, известному как Зал Памяти, где просматриваются все события минувшей жизни, где осознаются и получают должную оценку все ошибки. Согласно некоторым религиям, это и есть Судный День или Зал Страшного Суда, но, согласно НАШЕЙ религии, Человек судит себя сам и нет для него более сурового судьи, чем он сам.
Нередко, к сожалению, случается так, что человек умирает, не веря в жизнь после смерти. В этом случае он некоторое время парит во тьме, словно в бездонном черном тумане. Так он безвольно носится во мраке, чувствуя себя все более несчастным и жалким, пока наконец не осознает, что пребывает в некоей форме существования. Затем, возможно, на помощь ему придут какие-то познания, полученные в детстве. Может быть, когда-то он посещал воскресную школу. Причем не важно, христианин он или мусульманин, главное, чтобы в свое время ему были преподаны основы. И если только у него есть хоть какое-то представление об этих вещах, ему еще можно помочь.
Если, скажем, этот человек был воспитан в христианской вере, то у него могут быть свои мыслеобразы Рая и Ангелов и всего остального. Если же он воспитывался где-нибудь на Востоке, в его представлении возникнет иной рай, где все плотские наслаждения, которых он не смог получить в течение жизни, или, вернее, не мог получить, пока пребывал в теле из плоти и крови, теперь к его услугам.
Итак, наш человек, имеющий самое поверхностное представление о религии, попадает на некоторое время в воображаемый мир, населенный им же самим сотворенными мыслеобразами – мыслеобразами ангелов или прекрасных дев, в зависимости от того, из какой части света он явился. Там он находится неопределенное время, пока, наконец, не начинает замечать различные мелкие недостатки и погрешности в том, что его окружает. К примеру, он может обнаружить, что крылья ангелов покрыты плесенью, либо, если это человек с Востока, что прекрасные девы вовсе не так прекрасны, как он ожидал! Христианин может прийти к выводу, что не так уж хорош этот рай, где люди носят медные нимбы, поскольку не могут же они только и делать, что играть на арфах, рассевшись по облакам в праздничных ночных рубашках. Так закрадывается сомнение, сомнение в мыслеобразах, сомнение в реальности того, что у него перед глазами. Рассмотрим, однако, другую сторону.
Наш приятель при жизни не отличался благонравием, и потому думает об аде и претерпевает всевозможные страдания и муки, так как перед ним возникает образ старикана Сатаны, который тычет ему вилами в самые чувствительные места. Его одолевают мысли о пламени, сере и тому подобных атрибутах, подходящих скорее для фармацевтической лаборатории. И снова начинает закрадываться сомнение: в чем же смысл всех этих мучений и боли, и как это его протыкают насквозь, а крови нет и в помине, и как это каждые пять минут можно заново ломать ему кости, и так далее!
Постепенно сомнения нарастают, постепенно его духовный разум становится открытым для тех, кого мы могли бы назвать «работниками социальной службы» духовного мира. И наконец, когда оказание помощи становится возможным, они берут его в свои руки, убирают прочь все театральные декорации, выстроенные его воображением, и позволяют ему увидеть истинную реальность, позволяют увидеть, что та сторона смерти – это намного лучшее место, чем эта (земная) сторона.
Давайте еще раз немного отклонимся от темы. Это, правда, уже входит в привычку, но все-таки. Представим себе человека перед микрофоном на радиостудии. Допустим, он издает определенный звук – «А!» Это «а» покидает его, входит в микрофон в виде воздушных колебаний, преобразуется в электрические импульсы и странствует весьма сложными путями. В конечном счете, пройдя через бесчисленную аппаратуру, оно становится высокочастотной разновидностью все того же «а». Так же и тело на Земле – это голос, вибрирующий на низкой частоте. А Дух, или Душа, или Сверхсущность, или Атман, словом, называйте это как хотите, может быть сродни радиочастотному варианту звука «а».
Следите ли вы за ходом моей мысли? Весьма непросто объяснить это понятие, не прибегая к санскритской терминологии и не вдаваясь в философию буддизма, но пока что мы не собираемся этого делать. Имея дело с реальными явлениями, будем оперировать реальными категориями. Смерть – это вполне реальное явление, все мы вновь и вновь проходим через нее, пока, наконец, не освобождаемся от страдания и мук рождений и смертей на Земле. Но помните, что, даже если мы продвигаемся в высшие сферы и в иные формы существования, нам все равно приходится переносить тяготы «рождения» и «смерти». Однако чем выше мы поднимаемся, тем безболезненнее и приятнее становятся две эти стадии нашего существования.
Что ж, вернемся теперь к нашему бедняге, которого мы оставили в духовном мире. Может быть, он уже устал нас дожидаться. Запомним, однако, что духовный мир или, вернее, астральная ступень – это ступень промежуточная. Некоторые религии соотносят ее с земным раем; для них существует земная сфера, земной рай и, наконец, рай небесный – если только жертву сначала не отправляют в ад.
Наш человек попадает в духовный мир, чтобы увидеть, до какой степени он загубил свою жизнь. Выполнил ли он то, что должен был сделать? Делал ли то, чего делать был не должен? Если это нормальный человек, то в обоих случаях ответ будет «да». И вот он отправляется в Зал Памяти увидеть, что он натворил в минувших жизнях и как не усвоил того, что должен был усвоить. И обозревая свои проступки и достижения, он обсуждает их с особого рода проводниками – кстати, отнюдь не с какими-нибудь краснокожими индейцами и не с престарелыми длиннобородыми китайцами – а с проводниками особого склада, принадлежащими к тому же земному типу, что и сам человек, с теми же представлениями о жизни и т. д., словом, с людьми, знающими те проблемы, с которыми он сталкивался. Они знают, через что пришлось пройти ему, знают, как сами поступали в подобных ситуациях. Они чуть более развиты, чуть более подготовлены, им видно, что этому человеку еще предстоит усвоить. Они чем-то похожи на опытного советника по вопросам карьеры, который может подсказать человеку, как приобрести определенную квалификацию, чтобы впоследствии претендовать на определенную должность.
После такой встречи условия и обстоятельства подбираются таким образом, чтобы этот человек снова вернулся на Землю в теле младенца, возможно мужского, а возможно – и женского пола. Кое-кого из вас это, вероятно, приведет в замешательство, но люди приходят на эту Землю то в мужском, то в женском обличье. Все зависит от того, какой облик наиболее подходит для усвоения конкретного урока. И если сейчас вы мужчина до мозга костей или до крайности женственная женщина, то это вовсе не значит, что вы сохраните свой пол и в следующей жизни или в той жизни, которая придет за нею. Вам, возможно, понадобится изменить точку зрения, понадобится увидеть, с чем приходится мириться человеку другого пола.
После того как раз за разом человек проходит череду рождений, для него наступает состояние, при котором он никогда больше не будет рожден в земной сфере. Однако почти всегда человек, проживающий на Земле последнюю жизнь, испытывает тяжелейшие невзгоды, жизнь его преисполнена бедствий, страданий, нищеты и непонимания. Но как бы там ни было, все эти бедствия, непонимание и всевозможные страдания можно было бы назвать прощальным даром, который в конечном счете возвышает человека и делает его доброй душой (добрым духом) вместо безразличного ко всему человеческого существа.
Человека, живущего на Земле в последний раз, нередко считают (на Земле) редкостным неудачником, хотя на самом деле ему повезло, так как он живет здесь в последний раз. Все невзгоды этих людей связаны с тем, что они проходят очищение, готовятся к отъезду, платят долги и т. д. Некоторых уроков им уже не усвоить в грядущей жизни, потому в этой они и получают все полной мерой. И вот они умирают, и почти всегда, стоит лишь им об этом задуматься, они бесконечно этому рады.
Вернувшись в духовный мир, они вдоволь отдыхают, поскольку вполне это заслужили. Во время этого отдыха они могут погрузиться в сон на добрых несколько лет по земным меркам. Затем они восстанавливают силы, поправляются, так сказать, выздоравливают. И после этого они все начинают сначала, ступив на путь, ведущий вверх, вверх, все время вверх. Так тот, кто был в одной из жизней великим пророком, познавшим все, что можно было познать, или считавшим, что познал все на свете, переходит к иному этапу развития, на котором должен овладеть бесчисленным множеством талантов и способностей, которых у него прежде не было. Что-то похожее происходит с мальчиком, которому достался велосипед, – сначала он учится ездить на этой зловредной штуковине. Затем, научившись не падая держаться в седле, он пробует себя на мотоцикле. Здесь уже задача посложнее, потому что надо освоиться еще и с разными рукоятками. С мотоцикла на автомобиль, с автомобиля на самолет, с обычного самолета на более сложный, реактивный. И все время человек обучается все более сложным вещам.
Когда мы засыпаем, все мы – ну, для точности скажем, примерно девяносто процентов из нас – совершаем астральные путешествия, мы отправляемся в духовный мир, астральный мир. Как сказал Христос: «В доме Моего Отца много Палат. Я иду приготовить вам путь». В духовном мире есть много сфер существования, много «Палат». Сфера, ближайшая к Земле, – это сфера астральная, за которой лежит так называемый духовный мир. Люди, умершие на Земле, отправляются в духовный мир, но при желании они могут спуститься в астральный мир, чтобы увидеть тех, чьи земные дни приходят к концу. Это похоже на посещение узников в тюрьме. Впрочем, для вас, возможно, послужит утешением то, что, находясь в духовном мире, вы временами можете повидаться с теми, к кому были привязаны на Земле.
Перейдя в высшую сферу, вы утешитесь еще больше, когда осознаете, что находясь в духовном (не астральном) мире, вы сможете видеться только с теми, кто с вами как-то совместим. Там вы никогда не встретите тех, кого ненавидите сами или кто ненавидит вас. Вас будут окружать только те, кто вам приятен, и встречаться вы будете только с теми, с кем вас объединяет совместимость, доброта, уважение или любовь.
В астральной же сфере вам будут часто попадаться люди, которые не особенно вам нравятся. При жизни на Земле вам может быть резко неприятен какой-нибудь человек, но стоит вам обоим покинуть ночью свои тела и отправиться в астральную сферу, как вы встречаетесь с ним и начинаете беседу на языке астрала, либо по-испански, по-английски, по-немецки или на каком-нибудь ином языке. И тогда вы, может быть, решите, что можно попытаться как-то сгладить существующие между вами разногласия. Вы можете почувствовать, что трения между вами давно ушли в прошлое. И тогда вы и ваш противник, оба находясь в астральной сфере, вступаете в беседу и решаете, что можно предпринять, чтобы найти путь к примирению.
В астрале вы также можете обсудить то, что собираетесь предпринять в физическом мире на Земле. В астрале вы можете повстречать тетушку Фанни, которая живет в Аделаиде или еще где-нибудь, и она вам скажет: «О, Мария-Матильда (или назовет иное имя), некоторое время назад я написала тебе такое-то письмо, и завтра, когда ты вернешься в свое земное тело, ты его получишь». Наутро, когда вы просыпаетесь, у вас остается неясное воспоминание о тетушке Фанни или еще о ком-то, и вы подсознательно дожидаетесь появления почтальона у вашего почтового ящика, после чего вас уже не удивляет получение письма от тетушки Фанни из Аделаиды или о ком вы там еще думали.
К тому же, находясь в астральном мире, нередко можно встретить обитателей мира духовного, имеющих доступ к определенному знанию. Такой человек может сказать: «Теперь, когда ты сделал все что мог, там, на Земле, через одну-две недели тебе предстоит столкновение с автобусом, в котором победу одержит автобус. Поэтому приведи в порядок свои дела, так как ты почти завершил выполнение своего задания в этой жизни». Пока человек пребывает в астрале, он испытывает огромную радость при мысли, что его жизнь на Земле приблизилась к концу. Но вернувшись на Землю, он угнетен и встревожен. Он делится своими тревогами с женой, если она у него есть, рассказывает, что ему приснился страшный сон, в котором он увидел, что она скоро станет вдовой. Она, разумеется, старается скрыть свою радость, но когда он уходит на службу или в магазин, поспешно бросается к сейфу, чтобы убедиться, что с лакомым страховым полисом все в полном порядке и все взносы аккуратно выплачены.
Другой способ для высокоразвитого человека узнать о будущем состоит в следующем. Он способен отправиться за пределы астральной сферы вверх, в то место, которое за отсутствием лучшего названия мы можем именовать первичным[5] духовным миром. Там он может заглянуть в Хронику Акаши либо в Хронику Вероятностей, ибо совсем нетрудно увидеть, каковы вероятные пути развития событий в жизни человека или целого народа. Не всегда можно сказать с точностью до астральной минуты или часа, что произойдет с тем или иным человеком, но совершенно уверенно можно предсказать судьбу отдельной страны или всего мира.
Что ж, в этой главе мы ведем основательный разговор о смерти, и вам следует относиться к ней как к очень приятному явлению, как дети с нетерпением дожидаются последнего звонка, который означает для них завершение школьной жизни. Давайте немного поразмыслим о том, как готовиться к смерти. Ведь если, к примеру, человек тщательно готовится к собственной свадьбе, он получит больше удовольствия, зная, чего следует ожидать.
В Тибете этим вещам посвящено несколько книг. Тибетская Книга Мертвых – это один из величайших классических трудов Востока. В ней до мельчайших подробностей повествуется обо всем, что может произойти с душой, которая покидает тело и отправляется в путешествие к следующей жизни. В Тибете лама, отличающийся особым ясновидением и прошедший особую подготовку, сидит у постели умирающего и поддерживает с ним телепатический контакт, так что даже после того, как астральное тело покинуло тело физическое, разговор может быть продолжен. Позвольте мне самым решительным образом заявить, что независимо от того, что могут сказать западные скептики, люди на Востоке ЗНАЮТ о возможности получать послания от так называемых «мертвых». Все это рассказано в мельчайших подробностях – и что происходит, и какие при этом бывают ощущения.
У египтян тоже была своя Книга Мертвых, но в те времена жрецы предпочитали ни с кем не делиться своими познаниями. Потому они создали множество символов, связанных с богами Гором и Озирисом, и взвешивание души на одной чаше весов и пушинки – на другой. Это очень красивая сказка, но она не соответствует реальным фактам. Разве что приученные ко всем этим вещам египтяне уходили в смерть с умами, до того напичканными всякими предвзятыми идеями, что и в самом деле видели бога Озириса, видели Судебную Палату, переживали глазами разума все эти забавные несуразицы, где душа порхала, словно птичка, где обитала кошачья богиня Бубастис и иже с нею. Но не будем забывать, что это всего лишь красивая картинка, которая должна быть разрушена, прежде чем человек сможет перейти к Реальности. Это напоминает попытку жить в диснеевском мире вместо мира настоящего.
У многих людей есть свои предвзятые представления, которые подкреплены либо какой-то определенной верой, либо отсутствием всякой веры. Они не знают, чего им ожидать, стоя на пороге смерти, и потому оказываются в плену ими же созданных фантазий или, что еще хуже, оказываются во власти мрака и тьмы из-за недостатка понимания.
Я прошу вас взглянуть на это с открытым разумом. Не имеет значения, верующий вы или нет. Пусть ваш разум просто будет открыт, и подумайте над тем, что я вам сейчас скажу. Позднее это вам поможет.
Посвятите час или два медитации (см. главу о медитации ниже) на тему смерти, подготовьте себя к восприятию идеи того, что, когда придет ваше время покинуть эту Землю, вы совершенно безболезненно высвободитесь из этого ужасного глиняного тела, которое понемногу будет остывать и цепенеть, а затем соберетесь в облачко над этим распростертым телом. Потом, уже в форме этого облачка, вы направите ментальный призыв о помощи к тем вашим близким, кто раньше вас отправился в иную жизнь. Вы можете не слишком разбираться в телепатии, но это не имеет никакого значения. Когда вы покидаете эту жизнь для Высшей Жизни, телепатические способности приходят к вам автоматически. Но чтобы помочь вам сейчас, позвольте мне сказать вот что: умирая, старайтесь припомнить самого дорогого вам человека, который находится теперь ПО ТУ СТОРОНУ. Постарайтесь представить его зримый образ, постарайтесь направить к нему мысленный призыв явиться и оказать вам помощь. Ведь отправляясь в путешествие, вы иногда посылаете телеграмму со словами: «Встречай такой-то поезд». После этого засыпайте спокойно, вас охватит ощущение легкости, ощущение того, что вы вырвались из тесного, гнетущего подземелья.
Сохраняйте разум открытым, не допускайте ни насмешек, ни слепой веры. Просто хорошенько все обдумайте, поупражняйтесь, что вы станете делать, когда к вам придет смерть, поупражняйтесь, как будете выбираться из умирающего тела в новую жизнь. Подумайте о том, как это похоже на рождение, подумайте, как будете звать на помощь самого дорогого вам человека, и впоследствии, когда пробьет ваш час, вы обнаружите, что ваш уход будет безболезненным, а все то, что испытывает ваша плоть, ни в малейшей степени вас не потревожит.
Вы обнаружите, паря над своим телом, что соединяющая вас с ним Нить становится все тоньше и тает, словно струйка дыма на ветру. И вы отплывете вверх, в объятия ваших близких, которые явились вас встретить, Пока Нить не прервется, они не так уж много могут для вас сделать. Но ведь и вы не можете пожать руки друзьям, пока поезд только подходит к станции.
Одна из загадок смерти, тревожащая многие умы, заключается вот в чем: почему все испытывают непреодолимый страх перед смертью, если за нею ожидает лишь покой и дальнейшее развитие? Ответ очень прост. Если бы живущие на Земле люди знали, как хорошо им будет после ухода из этого мира, они не захотели бы жить здесь. Тогда совершалось бы множество самоубийств, и это было бы очень плохо, ибо самоубийство есть грех. Поэтому люди приходят в этот мир с врожденным страхом смерти. Так предусмотрела сама Природа, чтобы отвратить людей от сведения счетов с жизнью или попыток удовлетворения своего «желания смерти».