Побуждение Ума Сорок четыре

Еще не улетучившийся дневной зной разбавляла прохлада, исходящая от плавно протекающей реки. Берега реки были закованы в гранитную набережную со спусками к воде каждые пятьдесят метров. Шириной она была метров десять. Мутная, немного с серым отливом водяная масса мелкой рябью мирно текла в сторону залива.

— Здравствуй, это я, Виктория. — услышал я за своей спиной.

— Здравствуй. — оторвав свой взгляд от воды и повернувшись, ответил я. И, улыбаясь, добавил: — А это я.

Передо мной стояла девушка, наверное, лет девятнадцати. Угловатой, но интересной и можно даже, не преувеличивая, сказать, что красивой внешности. Темные вьющиеся волосы до плеч очень хорошо подходили к ее голубым глазам. Лицо заостренной формы со слегка выдающимися скулами идеально подходило к ее худобе. Одета Виктория была просто, но красиво. Желтый очень легкий сарафан, который слегка просвечивался, при разглядывании позволял разглядеть слегка угадывающийся силуэт ее стройных ног и небольших бедер.

— Если честно, то я даже и точно не знал, нужно приходить или нет. — начал я разговор.

— Я тоже. Но решила рискнуть и прийти. — улыбаясь и прищуриваясь от солнца, сказала Виктория. — Хорошо, что с работы отпустили пораньше.

— Ты не против того, чтобы пройтись? — спросил я.

— Нет, наоборот, только рада буду. — ответила она, и мы пошли вдоль реки по набережной в тени деревьев.

Пока мы гуляли, я, как и планировал, поговорил с ней про работу, про увлечения и хобби. Правда, ушло на это не двадцать минут, как я планировал, а пятнадцать. Пока мы шли, я пытался уловить аромат ее духов, но он настолько был легок, что, кажется, его можно было различить, только прижавшись носом вплотную к ней. Но темы, заранее заготовленные, закончились, а дальше идти было уже некуда — начинался порт. Я предложил сесть на скамейку, которая стояла так, чтобы можно было любоваться мимо проходящими речными трамвайчиками. Место было спокойное и легко обдувалось ветерком. Мы сели.

Между нами возникло неудобное в такие моменты молчание. Мы сидели и оба смотрели на порт. Я понимал, что долго так нельзя, иначе встреча может закончиться внезапно. А мне почему-то так не хотелось расходиться. Я вполоборота повернулся к Виктории и решился все-таки заговорить.

— А ты вот так уже встречалась? Познакомившись в интернете. — спросил я.

— Нет. Я вообще никогда бы не пошла на такую аферу — встретиться с незнакомцем из сети, да еще и женатым. — ответила Виктория, поправляя свой локон, который ветер теребил, пытаясь закрыть ее лицо. — А здесь случайно и спонтанно как-то вышло. Я вообще пришла к катеру просто проверить, придешь или нет. Вдруг ты бы пришел, а я нет. Некрасиво бы получилось. А ты часто находишь себе подруг в сети?

— Ты мне так и не поверила? Я же тебе уже говорил, что случайно тебя добавил, чтобы приложение запустить в соцсети. Я тебя не обманывал.

— Да ладно?

— Честно, даже более того. За последние несколько лет я вообще ни разу не знакомился и не общался с посторонними девушками. Только если по работе.

— Ну, мы с тобой же уже познакомились, теперь я не посторонняя. — улыбаясь, сказала Виктория и протянула мне свою нежную ручку. — Теперь будем друзьями!

— Будем. — ответил я и сделал шутливое рукопожатие. Ее ладонь была приятно прохладная и нежная. А затем спросил я, улыбаясь: — Тебе не кажется это безумием?

— Что именно?

— То, что мы вот так разок в сети списались, а теперь сидим здесь вместе. Мы же не школьники.

— Я сама не знаю, но мне с тобой так легко разговаривать и быть рядом, как будто бы мы давно уже знакомы. — смотря на меня своими красивыми глазами небесного цвета, сказала Виктория.

На самом деле я чувствовал то же, что мне описывала Вика. Непонятное чувство близости. Нет, это не возбуждение. Любовью тоже назвать не могу. Мне хотелось просто быть с ней, но не так, как рассказывают люди во время влюбленности. Кроме нее я так же все еще хотел бы быть со своей женой, Мариной. Вообще я сейчас сидел озадаченный. Так как понимал, что хочу быть ближе к Виктории, но так же я начинал испытывать то же самое и к Марине. Как будто бы Виктория топит лед в моей душе, и я становлюсь более чувственным.

— Ты не поверишь, но я чувствую то же. — После чего я улыбнулся и дополнил: — Вот только не любовь ли это?

— Я помню, как мы обсуждали в сети про любовь, может, это она и есть? Но я никогда такое не испытывала, очень странное чувство. То, что я раньше представляла любовью, казалось мне несколько иным.

— Не знаю, говорят, что когда любят, не могут думать больше ни о ком, кроме как о предмете вожделения. У меня немного другое чувство. — немного волнуясь, начал я, но после того как увидел, что Виктория воспринимает меня всерьез, продолжил: — Я чувствую непонятное тепло к тебе, мне хочется делать для тебя все, чтобы тебе было хорошо. Даже готов согласиться на то, что если ты найдешь себе пару, уйти в сторону.

— А я готова быть с тобой, не обижаясь и не ревнуя тебя к жене.

Получается так, что мы одинаково мыслим и то, о чем думаю я, Виктория думает так же и о том же. Мне так сильно захотелось прикоснуться к ней, что я непроизвольно аккуратно обнял ее правой рукой. Она взяла в свои нежные, по-прежнему прохладные руки мою вторую. Несколько секунд мы так и просидели на скамейке, смотря друг другу в глаза, затем медленно коснулись губами друг друга, и я наконец-то почувствовал аромат ее духов. Необыкновенно сладкий поцелуй опьянял меня. Я закрыл глаза и провалился в бездну наслаждения. Рукой, которая лежала у нее на плече, я прижал ее к себе сильней, а левую руку медленно и нежно положил на ее нежную и упругую талию. Через легкое платье я чувствовал ее стройное, приятное тело. Мне хотелось целовать ее вечно.

Мы прекратили поцелуй и разомкнули губы. Она обняла меня с необыкновенной откровенностью, на что я ответил, запустив одну руку в ее волосы. Мне приятно было чувствовать ее нежное, хрупкое тепло в своих руках. В груди приятно что-то трепыхалось. Мы сидели вместе, я слушал ее дыхание, она слушала мое сердце, прислонившись ухом к моей груди. Я никогда не испытывал такого умиротворения.

Когда мы шли обратно к моей машине, я держал Викторию за талию. Чувствовалось, что она любит заниматься спортом, ее плоский животик был тверд и этим возбуждал еще сильнее.

— Я в замешательстве. — как-то грустно вдруг сказала Виктория. — Меня разрывает изнутри. Мне хочется быть с тобой всегда. Мне кажется, что именно это и есть истинная любовь. Мне и стыдно, и хочется большего. Мне стыдно перед тобой, что у нас с тобой первая встреча, ты женат, а мы с тобой уже так сблизились. Раньше я плохо отзывалась о девушках, которые на такое способны, но с другой стороны, у меня никогда больше такого не было, и я уверена, что не будет.

Я, честно сказать, немного испугался таких чувств. Хоть я чувствовал то же самое к Виктории, но я боялся, что вдруг она способна на такую глупость, как разлучить меня с женой, чего я очень не хотел. Я остановил Викторию, повернул ее к себе, обнял за талию, прижал к себе. Смотря прямо в ее глаза, я сказал ей:

— Виктория, ты можешь мне пообещать одну вещь?

— Какую? — смотря через мои глаза в мою душу, спросила она.

— Как бы это ни эгоистично звучало, давай договоримся, что наши отношения будут только между нами. Мне очень стыдно, что я прошу тебя об этом. Но я не хочу расставаться или бросать свою жену, и ты должна понимать, что как бы я ни был близок к тебе, я больше времени буду проводить с ней. Пообещай мне, что ты не будешь вставать между мной и женой. Не проси меня ее бросить.

— Да, да, я на все согласна. Только бы хоть иногда бывать с тобой рядом. — нежно сказала она и наградила меня таким же нежным поцелуем. — Я тебя понимаю и чувствую к тебе то же, о чем ты мне объяснял на скамье. Мне хочется, чтобы тебе было хорошо в этом мире, даже если ты перестанешь со мной общаться, то я буду радоваться от твоих достижений и побед. Мне кажется, что я сошла с ума. Я не представляла, что такое возможно.

Мы шли дальше к машине и разговаривали. В наших чувствах было что-то смешанное между родственной связью и любовной. Мне кажется, я с Викторией был ближе в душевном плане, чем с женой, Мариной. Мы могли сказать друг другу, не тая в себе ничего. Общение было таким, каким я себе представлял в мечтах. Я не боялся показаться глупым в ее глазах, она тоже говорила глупости. Я знал, что могу предложить ей что угодно, и она согласится. А если и не согласится, то не обидится, а просто скажет об этом. Я так же мог простить ей все. Все мысли, даже в материальном плане, у нас сходились. Она рассказывала, как любит экономить, как хочет жить в роскоши и что жить в квартире ей тесно. Мы говорили, целовались, обнимались. Мы шли вдоль реки, и были только я и она. Остальной мир для нас перестал существовать.

Когда мы подошли к моей машине, я предложил Виктории довезти ее до дома. Точнее не предложил, а сказал:

— Садись, я отвезу тебя домой. — даже не дав подумать, я открыл дверь и посадил ее в машину.

— Я здесь недалеко живу, могу и сама дойти, прогулялась бы. — сказала она, уже сидя в автомобиле.

— Не обсуждается. — утвердил я, и мы поехали. — Рассказывай, куда ехать.

Ехать оказалось действительно недалеко. Пока ехали, мы обменялись телефонами и договорились звонить в крайних случаях. А в основном договорились общаться в сети.

Приехав во двор, я припарковал машину в стороне от подъезда, за постройкой, которая, судя по всему, являлась электрической будкой. Справа и слева стояли другие машины, а сзади и на задних дверях у меня была глухая тонировка, поэтому мы могли спокойно разговаривать, не боясь, что кто-то из соседей Виктории, проходя мимо, увидит ее со мной в машине.

— Ладно, я пойду. — неуверенным голосом то ли спрашивая, то ли утверждая, сказала она.

— Постой. — остановил ее я и взял за руку. Ее взгляд пересекся с моим взглядом, и мы поняли, чего оба хотим здесь и сейчас.

Мы прильнули друг к другу губами. Я потянул руку промеж ее ног, она сомкнула их, задержав мою руку, и открыла глаза.

— Не сейчас. — испуганным взглядом прошептала она.

— Сиденье опустить. — шепнул я ей на ушко и поцеловал.

Она освободила мою руку, и я смог нажать на кнопку, чтобы откинуть спинку сиденья. Продолжая ласки, мы переместились на заднее сиденье и отдались порыву души. Ее нежная, небольшая и упругая грудь ласкала мое лицо. Я отвечал поцелуями и покусываниями. Руки мои охватывали ее бедра и задавали нежный, спокойный ритм. Виктория, выгибаясь и закусывая нижнюю губу, старалась сдерживать стоны, а я в эти моменты одной рукой поддерживал ее за талию, а другой рукой, ладонью, нежно держал ее за хрупкую шею. Я чувствовал каждый ее мускул, каждую клеточку ее тела. Было бесконечно приятно понимать, что я завладел таким нежным и хрупким созданием, как Виктория. Мы оба касались друг друга и получали от этого бесконечное удовольствие.

Сладкий запах любви заполнил в машине все пространство. Наш темп ускорялся все сильнее и сильней. Я, пытаясь сдерживать рывки Виктории, стараясь сильней прижать ее к себе, шептал на ушко: «Тише, тише». Но с невероятной силой она продолжала свое движение. Я уже не мог сдерживать ее и поддался, усиливая ритм. Она открыла глаза, ее безумно красивые глаза закатились, по телу пошла дрожь и беспорядочное сокращение мышц. Я понял, что все, можно расслабляться и улетать в мир грез и сладких удовольствий.

После произошедшего мы открыли люк автомобиля и развалились на сиденье. Виктория лежала на мне и рукой массировала мое плечо. А я, обхватив ее рукой, держал за грудь. Несколько минут мы пролежали в беспамятстве, пытаясь осознать, что все-таки происходит с нами.

— Я пойду. — сказала Виктория и, улыбаясь, поцеловала меня в губы. — Не надо провожать, не стоит.

— Точно? — спросил я.

— Точно. Не хочу, чтоб видели. — ответила она.

Я смотрел через окно машины ей вслед. До чего же необычная и одновременно красивая фигура просвечивалась через платье. Перед тем как зайти в подъезд, она обернулась и махнула мне рукой.

Возвращаясь домой, я понял, что необходимо где-то помыться или хотя бы сполоснуться, а то Марина обязательно почувствует, что я был с другой женщиной. Решил заехать в сауну. Там были слегка удивлены тем, что, заплатив за час, я сбегал в душ и сразу же уехал.

Зайдя домой, я увидел Марину. Она спокойно что-то читала, лежа на диване, кажется, какой-то журнал. Мне необыкновенно сильно захотелось обнять ее и приласкать. Я как будто бы стал сильнее чувствовать, как будто бы растаяла моя душа. Я разделся, снова сбегал в душ. И, не одеваясь, зашел в комнату. Марина удивленно посмотрела на меня, но по виду было видно, что удивление ей приятно. Я подошел к ней ближе, и мы отдались друг другу с такой откровенной любовью, что мне кажется, никогда раньше не любили друг друга так. Было все: стоны, всхлипывания, хлопки и крики. Мы были полностью увлечены друг другом так, что не считались ни с этикетом, ни с культурой. Фонтан эмоций и буря счастья одолели нас.

После чего мы, обессиленные и мокрые от пота, остались обездвижено лежать. Как будто исповедь очистила меня. В душе так тихо и спокойно стало. Неужели этой жизни мне не хватало? Я лежал и чувствовал, что нет людей счастливей меня. Я чувствовал тот самый забытый трепет в душе по отношению к Марине. Я сжал ее нежное тело посильней в объятиях и сладко, но нежно поцеловал. Она запустила свою руку в мои волосы, слегка потянула за них, как бы с издевкой, а затем тоже поцеловала и шепнула:

— Пойдем, я покормлю тебя.

Глава 11

На следующий день после работы мы с моим коллегой Игорем решили посидеть в «Либертариании» за бокалом пива, поболтать о работе, о жизни. В принципе Игорь — неплохой парень. Не злоупотребляет спиртным, не зануда. Характер у него вполне человеческий, внешность приятная, накачанный торс. Единственный его минус для девушек — это его холостяцкое убеждение. Но мне вообще кажется, что это его защитный механизм от окружающих проблем и неурядиц с девушками. Ведь гораздо легче каждый раз проводить время с разной девушкой, чем иметь постоянную, на которую нужно тратить свое внимание и время.

Мы сидели, разговаривали про работу, затем про политику, потом снова про работу. А затем пришло время и откровенным беседам.

— Знаешь? Вот честно сказать, надоело мне. — переменив тему, начал говорить мне Игорь. — Надоело каждый раз начинать и заканчивать день одному. Я уже нагулялся, хочу приходить домой, а там чтобы ждала моя любимая женщина. Моя, только моя! И я буду только ее. Как же мне надоели все эти разовые отношения и разовые девушки! Эти безумные феи, которые живут одним днем и наслаждаются запретными плодами, сразу появляются там, где веселье или деньги. Хочу быть чьим-то, чтобы та, которую я буду считать только своей, так же считала меня только своим!

— Неожиданно. Только недавно ты говорил совершенно иначе, не узнаю тебя. — ответил я.

— Да я уже давненько подумываю об этом. Хочется уже стабильности в отношениях. Хочется быть подкаблучником своей женщины. Ведь только настоящий мужчина может с достоинством быть подкаблучником. Так же как и только подкаблучник может быть настоящим мужчиной. Ведь разве это жизнь? Сегодня одна, завтра другая. Никаких капризов, никаких обязательств. — быстро проговаривал все это он с какой-то досадой. — Вот сколько мне лет? Я уже прожил достаточно для того, чтобы у меня была семья. А что меня все это время сдерживало? Деньги! Я уверял сам себя, что сначала нужно накопить свой капитал, а уж потом заводить семью. А получилось что? Капитал есть, но не настолько большой, чтобы можно было всем этим жертвовать ради откровенно счастливой жизни. У моих ровесников уже почти у всех есть свои дети, а некоторым детям уже всего в два раза меньше лет, чем мне. Ведь только подумай, что я всю свою жизнь жертвовал, а ради чего — до сих пор не понимаю. Все зря, полжизни прожито зря!

— Но у тебя ведь еще есть время все изменить, ты еще не старик, хоть завтра можешь изменить все, что тебя окружает.

— А ты прав! — согласился Игорь со мной. — Вот завтра и начну новую жизнь. А начну с того, что выброшу старый номер к чертям! Чтобы все эти клубные девицы больше не вторгались в мою жизнь!

— У тебя все просто. — улыбаясь, сказал я. — Вот у меня сложнее. Я сейчас в такой щекотливой ситуации. Я на днях познакомился в сети с девушкой, сначала мы даже и не собирались встретиться, но случайно, из-за шутки, мы вчера встретились.

— Да ладно? Это именно то, про что ты рассказывал, что хочешь разнообразия и так далее? — удивленно спросил меня Игорь.

— Несколько не так я говорил. Я не разнообразия желал, а хотел иметь вторую девушку, с которой я мог бы испытывать те чувства, которые невозможно испытать с Мариной.

— Не верю, неужели у тебя все так просто получилось?

— Получилось. Я теперь в замешательстве. А также еще раз убедился, что мысли материальны. Я с ней чувствую именно то, чего раньше не чувствовал с женой. Но так же я стал и к жене чувствовать то, что никогда ранее не чувствовал. Я как будто бы стал более добрей, или как выразиться правильно, чувственней.

— Ну, об этом многие говорят, что поход налево укрепляет брак.

— Не о походе налево речь идет. Это мерзко, измена. А в моем случае я не чувствую измены или чего-то предательского. Моя новая знакомая как будто бы имеет такую же душу, как и я. Мы, разговаривая, выяснили, что думаем о том же, что чувствуем одинаково. Как будто бы в ней та часть моей души, которая меня покинула когда-то давно, и пока я нахожусь рядом с ней, мой внутренний мир наполняется новыми ощущениями, эмоциями, которых раньше я не чувствовал.

— Может, ты влюбился?

— Нет, я не могу назвать это влюбленностью. Любовь и влюбленность — это когда думаешь об одном человеке, а других не замечаешь. А здесь мои чувства усиливаются одновременно к двум: к Марине и к ней.

— А она не против того, что ты к ней ходишь только поразвлечься, а живешь с другой, тем более женой?

— Нет, не против. А более того, я так же спокойно отнесусь, если она найдет себе кого-нибудь и будет с ним. Мне даже это будет приятней. Я чувствую к ней очень смешанное и трогательное чувство. Мне хочется, чтобы ей жилось лучше всех.

— Если честно, мне кажется, что это обычная измена, обычный роман на стороне. — слегка улыбаясь, сказал Игорь.

— Я не могу назвать это изменой. Я не могу признать, что отношения с ней — это измена Марине. Я просто не хочу этого делать.

— Но как же? Как это еще назвать?

— Мне кажется, что изменой можно было бы назвать секс с другой по прихоти, только по платоническим позывам. А здесь я встретил родственную душу. Ты не представляешь, насколько мы близки друг другу. Мы как будто бы знакомы тысячу лет и знаем друг друга наизусть.

— Мне тогда кажется, что это можно назвать любовью. Тогда зачем тебе Марина? Бросай ее и живи с новой знакомой.

— Нет, я не хочу бросать Марину. Наоборот, от этого знакомства Марина стала мне еще дороже. Новая знакомая как будто бы научила меня любить, как будто помогла мне научиться это делать откровенно.

— Ну как ты теперь дальше будешь жить? На два фронта?

— Пока не знаю. Но жизнь одна, а как ее проживать, никто не знает. А советы могут давать только люди с манией величия. Я вообще в последнее время очень сильно стал сомневаться в правильности и достоверности обычаев и норм.

— Это как?

— Я не понимаю, зачем все эти ограниченья и кто придумал их?

— Какие?

— Ну например, если я хочу жить с двумя девушками одновременно, почему нельзя? Кто это установил?

— Как кто? Общество. Как ты будешь объяснять детям, кто из них мать?

— Да никак, если не ставить рамок, это будет не важно. Я не готов точно сказать, что и как должно быть. Я еще не обдумывал подробно эту ситуацию. Я просто не пойму, зачем все эти ограничения?

— Мне кажется, чтобы не было хаоса. А то что ж начнется-то? Бардак.

— Нет, я не согласен с тобой. В чем же бардак начнется, если я буду обеспечивать двух женщин? Конечно, ссоры могут быть между ними, ревность там, но мне кажется, с этим справиться можно будет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.