Пенелопа Дуглас Падение

Я посмотрела в ее изумительные карие глаза.

– Готовлюсь к работе. Мне предстоит заниматься с ребятами, которые идут в выпускной класс.

– Да, слышала. – Она по-прежнему смотрела на меня с озадаченным видом. – Я имею в виду, какого черта ты отсиживаешься в этом доме сейчас, когда впервые в жизни никто – ни Лиам, ни чертова Сандра Картер – не держит тебя на поводке?

– Ты знаешь, что я тебя люблю, – начала я, – но это чудесный, спокойный дом, и наверху у меня есть вибратор. Мне хорошо, – отшутилась я. – Кроме того, ты правда считаешь, что мне стоит нажить себе еще больше проблем, Шейн?

– Тебе не придется далеко ходить. – В ее дразнящем голосе послышались сексуальные нотки. – Разве от твоего внимания ускользнул тот факт, что по соседству началась вечеринка?

Ага. Теперь я все поняла. Я обвела взглядом ее наряд: черную мини-юбку в обтяжку и белый топ на лямках. Однако, в отличие от моей майки, ее топ был украшен блестками: они обрамляли вырез и одной длинной полоской спускались от центра вниз. С ее кожей цвета кофе с молоком, темными выпрямленными волосами, спадавшими ниже лопаток, и бесконечно длинными ногами она была потрясающе красива.

Я подумала, обращал ли Джекс на нее внимание, но тут же выбросила эту мысль из головы. Какая мне разница?

– Нет, это не ускользнуло от меня, – пробормотала я. – Вообще-то, весь дом сотрясается от грохота музыки.

– Лично я туда иду. И ты тоже.

– Ну уж нет, – я горько усмехнулась и, развернув пластинку мятной жвачки, отправила в рот. – От Джекса – одни неприятности. Я совершенно не хочу к нему в гости.

– Неправда, хочешь. Все хотят. И абсолютно все девчонки находят с Джексом общий язык.

Я не смогла удержаться. Подняла глаза и косо посмотрела на нее. Но снова поспешно опустила взгляд. В памяти промелькнули картинки – Джекс и две девчонки, с которыми я застала его пару лет назад. Со сколькими он переспал с тех пор, и… Я скомкала обертку от жвачки в кулаке.

Почему он так на меня действовал? Джексон Трент был просто дерзким мальчишкой, которому еще в старших классах нравилось меня доставать, – но по какой-то причине мое проклятое тело реагировало на него сильнее, чем на бойфренда, с которым я встречалась пять лет. Пока меня здесь не было, мне было плевать, чем занимается Джекс, но сейчас я, черт побери, не могла выкинуть это из головы.

О господи. Надеюсь, Шейн никогда с ним не спала.

Я едва не спросила.

– Ну уж нет, – проворчала я. – От Джекса ничего хорошего ждать не приходится. Он вообще куда-нибудь поступил?

– В Кларк, – быстро ответила она, и я моргнула.

Колледж Кларк?

Это было местное учебное заведение. Колледж находился достаточно близко отсюда, чтобы Джекс мог жить в Шелберн-Фоллз. Но при этом он был частным и имел высокий рейтинг учебных программ. От стыда мои щеки вспыхнули – а я-то предполагала, что Джекс вообще не создан для колледжа. Но оказалось, что он учился в гораздо более престижном учебном заведении, чем я.

– Так значит, он по-прежнему живет в соседнем доме вместе с Кэтрин? – решилась поинтересоваться я.

– Нет, в прошлом году Кэтрин вышла замуж за отца Мэдока и переехала к нему. Она оставила дом Джексу по окончании школы.

Так значит теперь это был дом Джекса.

Я закрыла ноутбук.

– А что это за машины на улице?

Полные губы Шейн, накрашенные глянцевой красной помадой, растянулись в улыбке, обнажив идеальные белые зубы.

– Многое изменилось, Джульетта.

– К чему такая загадочность? Что именно изменилось, черт побери?

Она пожала плечами, а потом откинулась назад и положила руки на подлокотники кресла.

– Сложно объяснить. Ты сама должна все увидеть. Мы идем на вечеринку, и ты оторвешься как следует.

Я покачала головой.

– Никто из нас никуда не идет. Я стараюсь избежать лишних проблем, а ты несовершеннолетняя, и тебе нельзя туда одной.

Ее глаза полыхнули огнем.

– О нет, – выдохнула она, прижав ладонь к груди. – Мне никак нельзя без спутника! – И с этими словами поднялась.

– Что ты делаешь? – спросила я, глядя на нее.

Она обошла кресло и направилась в сторону двери, ухмыляясь и по-прежнему не отнимая руки от груди.

– Без спутника я могу сделать какую-нибудь глупость, – продолжала она на ходу, – например, выпить сомнительный напиток с подмешанным в него гаммагидроксибутиратом[1], приняв его из рук татуированного бывшего зэка, который хочет затащить меня наверх и познакомить с приятелями! – Она открыла переднюю дверь как раз в тот момент, когда я поднялась с пола, и крикнула: – Пока!

С этими словами сестра выбежала за дверь и захлопнула ее за собой.

– Шейн! – прорычала я и бросилась за ней.

Черт, черт, черт! Я распахнула дверь, метнулась на крыльцо и… вот дерьмо! Развернувшись, влетела обратно в дом и засунула ноги в свои черные вьетнамки, стоявшие у двери.

Снова распахнув дверь, выскочила на улицу, спрыгнула с крыльца, перелетев через все ступени, и приземлилась на дорожку из плитки.

Ну и девчонка!

Шейн исчезла. Я повернулась влево, потом вправо, но ее блестящего белого топа нигде не заметила. Она уже была на вечеринке. Я пыталась отдышаться.

Восемнадцать. Без спутника. Единственный за долгое время человек, которого я могла бы назвать своей семьей. Все это были основательные причины для того, чтобы пойти туда и увести ее.

Я оценила свой внешний вид: небрежная и растрепанная, в мешковатой одежде, волосы в мелких завитушках – я не выпрямила их после душа – и почти без макияжа.

Ну и хорошо – так я хотя бы не привлеку к себе нежеланного внимания. Это уж точно.

Я решительно зашагала по газону, ощущая, как острые травинки царапают лодыжки. Солнце зашло час назад, но воздух был по-прежнему влажным и теплым. По спине, покрывшейся тонким слоем пота, пробежал холодок.

Длинная подъездная дорожка была уставлена автомобилями – в два ряда, по пять машин, – и проезжая часть тоже напоминала стихийную парковку. Большинство автомобилей я сегодня уже видела. Всевозможные марки и модели, одни – кричащих цветов и с аэрографией, другие – ухоженные, сдержанные, без рисунков на бортах.

Несколько машин стояло прямо посреди Фолл-Эвей-лейн, как будто жители соседних домов проезжей частью сегодня пользоваться не собирались.

Я заметила, что гараж, расположенный с другой стороны дома, расширили для трех машин. Дом был относительно недавно выкрашен белой краской, а ставни, которые прежде были темно-синими, теперь стали черными.

Я прислушалась, сразу же узнав только что начавшуюся песню, которую Ник частенько слушала в колледже.

Гости были повсюду; я поднялась на крыльцо и вошла в открытую дверь, стараясь не вспоминать последний раз, когда я здесь побывала.

И тут все мысли просто вылетели у меня из головы – я в изумлении уставилась на внутреннее убранство дома.

О боже. Вау.

Обновлен был не только фасад дома. Мой взгляд метался от пола к потолку, из стороны в сторону – я заметила новые смелые оттенки, благодаря которым интерьер стал казаться еще более современным. Ковер из гостиной убрали, открыв взору сверкающий деревянный пол. Все, что я видела, словно кричало, что здесь живет холостяк-любитель вечеринок.

Три огромных плазменных панели висели в ряд на стене в общей комнате, где по-прежнему стоял бильярдный стол. Мебель в гостиной заменили глубокими кожаными диванами, также дополнив обстановку плазменными панелями. А бросив взгляд в заднюю часть дома, я заметила, что и кухню обновили.

«Многое изменилось, Джульетта», – возник в моей памяти голос сестры.

Да, похоже, так и есть.

У Кэтрин Трент, которая теперь стала Кэтрин Карутерс, был вполне себе милый дом, но это… Я даже слов не могла подобрать.

Роскошно? Пафосно? Чувственно? Определенно.

Мне понравились красный цвет стен в гостиной, темно-синий – в общей комнате и стены цвета капучино в прихожей. Мне понравились снимки коренных американцев в различных головных уборах и украшениях. В черных рамках, они висели на стенах вдоль лестницы, ведущей на второй этаж.

И хотя черные кожаные диваны обычно вызывали у меня отвращение, те, что стояли в гостиной этого дома, дешевыми не выглядели. Они были глубокими, шикарными, дорогими на вид. Все вокруг выглядело ухоженным и опрятным.

– Кейси?

Я резко обернулась и увидела Лиама.

И проглотила чертову жвачку.

Я поморщилась, даже не пытаясь притворяться. При виде его невинных голубых глаз и вежливой мины у меня внезапно появилось дикое желание ударить его по лицу. Да что же это со мной такое?!

Он стоял в дверном проеме, держа за руку ту самую рыжеволосую девицу, с которой я застукала его в клубе на прошлой неделе. На ней было черное платье без бретелей, а пышные волосы сексуально спадали на плечи.

Чудесно. А я сегодня решила забить на свой внешний вид.

Я покачала головой при мысли, в какой ироничной ситуации оказалась.

Когда Лиам изменил мне в старших классах школы, я приняла его обратно. Сдуру. У меня тогда было такое чувство, словно я сама сделала что-то не так – оттолкнула его чем-то, – а он, казалось, искренне сожалел о содеянном. Я видела, как Джаред прежде обращался с Тэйт, и, если честно, была рада, что мой парень дарит мне цветы, когда я болею, и готов мириться с поведением моей матери.

Но когда пару недель назад я снова застала его с другой девушкой, то поняла, что с меня хватит.

– Лиам, – вздохнула я, стараясь принять скучающий вид. – Джекс вроде как терпеть тебя не может? Зачем ты здесь?

У него вытянулась физиономия, и я впервые порадовалась тому, что Джекс презирает Лиама. Хотя тем самым я как бы заявляла о том, что против меня Джекс ничего не имеет, а ведь это могло оказаться совсем не так.

–Все здесь, Кейси. – Лиам засунул другую свою руку в карман. – Это, кстати, Меган.

– Дам тебе знать, когда мне будет не все равно, – буркнула я.

Проигнорировав мои слова, он продолжил:

– Я привез ее сюда, чтобы познакомить с родителями.

Пофиг.

– Мы собираемся жить вместе, Кейси.

Мои проклятые колени едва не подогнулись. Я издала нервный смешок:

– Ты шутишь, верно?

Меган выгнула бровь, явно недовольная тем, что ей приходится мириться с моим присутствием, а Лиам полуприкрыл глаза, всем своим видом показывая, что смеяться тут не над чем.

Я выпрямилась.

– Ух ты. Сочувствую.

– Прости, что? – огрызнулась Меган.

– Я говорю, я заранее тебе сочувствую. Ведь он и тебе когда-нибудь изменит, – пояснила я. – Или ты всерьез считаешь, что он этого не сделает?

Она самодовольно улыбнулась, словно ей было известно что-то, о чем я и не подозревала. Я сомкнула руки в замок за спиной, коснувшись пальцем своего шрама.

– Мужчины изменяют, когда неудовлетворены, – с издевкой произнесла она. – А ты, судя по тому, что я о тебе слышала, совсем его не удовлетворяла.

И она изобразила, как берет член в рот и начинает давиться.

Я онемело смотрела на Меган, краем глаза заметив, как Лиам бросил на нее похотливый взгляд. В ушах раздавался стук собственного сердца. Меган разглядывала меня с самодовольной усмешкой. Эта девка изображала меня. Лиам рассказал ей…

Нет.

Комната была полна народу, и, обхватив себя руками, я потерла предплечья, пытаясь унять дрожь, пока щеки пылали от стыда.

Они продолжали глазеть на меня; пришел мой черед отвечать, но я держала рот на замке, тщетно размышляя о том, что мне теперь делать.

Однако мне нечего было предъявить. Я его не удовлетворяла, казалась ему жалкой.

Как мне поступить? Что говорить?

Вот Тэйт бы за словом в карман не полезла.

– Ты даже минет по-человечески не могла сделать, да? – поддела меня Меган.

Скажи что-нибудь!

Мои руки покрылись гусиной кожей – так мне было холодно, и я крепко зажмурилась.

Но затем спину вдруг обдало жаром. Я ахнула, и мои веки затрепетали от внезапного облегчения.

– Лиам, – раздался голос Джекса. Он обхватил меня руками за талию, и я ощутила успокаивающее тепло его кожи.

– Джекс, – пробормотал Лиам недружелюбно.

Я открыла глаза и увидела, как его взгляд мечется между мной и парнем, стоявшим у меня за спиной. По всей вероятности, он гадал, какого черта вообще происходит.

Блин, да я и сама не знала.

Опустив глаза, я увидела по-прежнему красивые руки Джекса, его сомкнутые на моем животе длинные пальцы, перепачканные машинным маслом. Я обхватила ладонями его предплечья, которые оказались гораздо мускулистее, чем тогда, когда я виделась с ним в последний раз.

Примечания