Пелевина Катерина В темноте

Глава 4.

Алексия Широва (Алекс)

Домой к Алёне приезжаю в смешанных чувствах. Из-за той машины теперь у меня все мысли в кучу. Да ещё и уехал с ней. Фу… Как же неприятно, блин. Сама не понимаю почему. Ведь он не обязан обходить её стороной, только потому что она мне не нравится, блин.

– Привет, готова?

– Да, мне лень, конечно…

– Хах… Понимаю. Заходи…

– Руки только помою… – иду в ванную и снова оценивающе смотрю на себя в зеркало. Пребывание на морозе хоть немного меня оживило. А то совсем была бледная. Сейчас хоть щёки покраснели… А ещё эти дурацкие веснушки. Нет, я не рыжая, но… Светлая. Глаза зелёные и это, видимо, какая-то врожденная особенность. Когда не пользуюсь никакими мазалками, а это бывает крайне редко, рыжие точки на моём лице видно особенно сильно.

Быстренько выхожу оттуда и закатываю рукава, дожидаясь, когда Алёна достанет учебник и тетрадь.

– Готовилась сама? Что-то решала?

– Немного совсем. По тригонометрии… Там…

– Ладно, сейчас, – иду к ней и смотрю в окно. Там метель опять начинается, блин. Капец.

Я терпеть не могу такую погоду. Вечер, дождь… Почему я просто не родилась где-то, где круглый год стоит жара, а… Я знаю, что так говорить плохо, но. Порой у меня ощущение, что мёрзнет не только моё тело, но и душа… Меня ничто в этом мире не греет. Кроме Генриха… Тот способен согреть любой даже самой холодной ночью. За это я и люблю котов… Они просто ван лав для меня.

Оборачиваюсь, поёжившись, а Алёна тем временем сидит и горбится на диване, зажавшись, словно у неё что-то болит.

– Эй, ты чего? Всё нормально? – спрашиваю, нахмурившись и присев напротив за стол.

– Да, просто что-то… С животом…

– Может лучше к врачу тогда? Маме звонила?

– Нет… Не звонила… У неё сейчас хватает проблем с моим братом.

– Понятно, не знала, что у тебя есть брат.

– Он не здесь живёт.

– Ясно. Слушай, ну, если совсем невмоготу станет – скажи и мы вызовем такси… поедем в больницу, угу?

– Да, конечно…

Поглядываю на неё, объясняя, как что-то решать. Она делает, но у меня чувство, словно сквозь силу. Зачем же так себя мучать, а?

– Слушай, дорогая… А есть у тебя медицинский полис здесь, да же?

– Есть, да, тут лежит… – указывает она на стопку, разваленную на столе. Это, конечно, чисто черта математиков – хаос… И среди этого хаоса мы можем за секунды отыскать то, что нужно. Парадокс, но это правда. Сотни тысяч маленьких бумажек с решениями или цифрами, оторванных и валяющихся на столе… Я кое-как приучила себя, чтобы не делать так… И то до сих пор где-то нахожу. Но поскольку квартира съемная, я стараюсь держать её в чистоте и порядке, насколько получается…

– Я вызову скорую…

– Хорошо… – помогаю ей прилечь на диван. Её аж всю скрючивает.

За период, что мы ждём, уже успеваю сто раз перенервничать, потому что для меня любые болезни и недомогания – целый триггер. Я с опаской отношусь к врачам. У меня боязнь белого халата. И я любую болячку потом проецирую на себя. Не знаю, что за высокая эмпатия такая. Но факт. Даже тело болеть начинает, словно переняв часть боли у моей ученицы…

– Наконец-то, – открываю дверь, едва услышав звонок. – Проходите… – пропускаю бригаду скорой, и Алёну начинают осматривать.

«Так болит… Так? Что ели сегодня?...».

Стараюсь не реагировать, пока вдруг врач не обращается ко мне.

– Нужно будет в больницу ехать. Сделать узи и проверить не аппендицит ли… Соберите документы. Вы сестра?

– Нет… Репетитор… Но я соберу. Да, сейчас, – начинаю носиться по квартире, как тайфун. Собираю её рюкзак с вещами для первой необходимости. Рюкзак, домашняя одежда, сменное бельё. Не любитель, конечно, копаться в чужих вещах, но она же ребёнок ещё. Мне её жаль.

Нужно, наверное, её маму предупредить… Но как? Или она сама?

– Алекс, ты можешь со мной поехать? – спрашивает она и смотрит на меня так, что мне тяжело отказать. У меня были занятия. Но вот как я просто возьму и…

– Да, конечно. Поеду с тобой. Не вопрос, – соглашаюсь, кивая. Сердобольная добрая Алекс… Когда-нибудь твоя жалостливость сыграет с тобой злую шутку, но сейчас… Это просто молодая беззащитная девочка, которой и ты была год назад… Только ты со всем справлялась в одиночку, к сожалению. Жаль, что у меня не было репетитора… Зато я помню, как мне хотелось иметь старшую сестру, которая реально была бы для меня сестрой, а не как моя Настя… Ей вообще всегда было на меня пофиг. Есть я или нет. То же самое и у Жоры. Не знаю почему… Они ни играть со мной не хотели, ни с уроками помогать. Вообще ничего… Как-то у нас не задалось. Видимо, потому что когда я родилась, денег в семье стало ещё меньше… Печалька…

– Спасибо.

– Угу, не за что…

Дальше всё, как в кошмарном сне. Я словно не в этой реальности. Пока едем, у меня у самой чуть инфаркт не случается. Для меня всё это слишком конечно. Любые её зажатия и шипения от боли. Я готова прямо здесь сознание потерять, но держу её за руку… Словно реально её сестра. А что остаётся?

Когда доезжаем, меня оставляют в приёмном покое, а её забирают. Я не знаю, что мне делать, но решаюсь подождать кого-нибудь, чтобы спросить, как у неё дела… Что именно в итоге решили.

Сижу час… Отменила все занятия на сегодня. На карте по нулям. Ладно хоть еда есть в холодильнике… И мелочь на проезд в кармане.

И всё… Гол как сокол.

Порой я завидую девочкам с обеспеченными родителями. Которым помогают с учёбой и жизнью в городе. Но что же я могу изменить? Жаловаться не в моей природе. Для меня это слишком нагло, что ли… В отличие от моих старших.

А потом я вдруг вижу, как в дверь залетает какая-то заполошная женщина.

– Извините… К Трифоновой. Можно?

– Только поступила, на осмотре, – отвечает ей медсестра.

– Вы мама Алёны?

– Да… Ой… Алексия, верно? Я же помню, как ты выглядишь… Совсем распереживалась. Столько проблем… Спасибо, что отвезла её…

– Пожалуйста… Я тогда пойду?

– Да, конечно, я как раз мчалась сюда… Большие детки, знаешь ли… Чем старше, тем… – отмахивается она, но я лишь неловко улыбаюсь на прощанье, не понимая, зачем она мне это говорит? И побыстрее убегаю оттуда, надеюсь успеть принять хотя бы Даню. Сегодня он у меня в семь, и я смогу спокойно отложить на поездку.

Он положительно реагирует на моё предложение. Хорошо, что занятие всё же состоится. А то я уже и впрямь расстроилась…

Парень он тоже умный. Единственное, что меня в нём напрягает – взгляды. Порой они какие-то совсем уж странные, а быть может, я себя просто накрутила, не знаю. Ему семнадцать. В таком возрасте, наверное, все подряд нравятся. Ну, мальчикам уж точно.

– Так что нужно делать через эту теорему, понятно?

– Да…

– И тогда через производную. Приравниваем к нулю, ищем точки экстремума…

– Ты такая умная, блин, Алекс… Я туплю рядом с тобой.

– Ну… Спасибо, конечно. Только не надо рядом со мной… Тупить, – смотрю на него, а он на мои губы. О, Господи. Ещё чего не хватало. – В общем. Решай лучше… На вот тебе… Только тут изменю. Другой ход решения, учти!

– Угу, – утыкается он в тетрадь, а мне душно теперь. Ужас. В жар бросило… Не хватало замутить с одиннадцатиклассников для полного лузерского счастья. Хотя не в этом, конечно, дело. Просто он мне ну вообще внешне не нравится. Да и в целом. Не мой типаж. А какой мой?

Пока думаю об этом, даже не замечаю, как заканчивается время занятия, и уже пора прощаться…

– И вот ещё, – даёт мне поверх, а я ему обратно.

– Нет. По договоренности…

– Но тебе же нужны деньги… Что не так?

– Потому что я зарабатываю. А не беру у тебя взаймы…

– Я не прошу отдавать. Чисто по-дружески, – улыбается он, пока яч кривлю губы и застёгиваю свою куртку.

– По-дружески, значит? Увы… Так тоже нет…

Он качает головой и роняет взгляд.

– Ты мне нравишься просто, – вылетает неожиданно, и я как стояла, так и зависаю, ощущая как мои ноги прирастают к полу.

– Это пройдёт.

– С чего ты взяла?

– Сейчас закончишь школу, мы перестанем контактировать. Ты поступишь, у тебя появится множество вариантов, – объясняю, но он так упёрся.

– А что если не появится? Если мне пофиг на эти варианты? Потому что есть только один правильный… Как в математике, Алекс…

– Математика – не отношения, Даня. Всё… Я пошла.

– Давай я провожу… поздно же уже, темно, – хватает куртку с вешалки, и я тут же делаю шаг назад.

– Нет, меня не нужно провожать. К ЕГЭ лучше готовься! – бросаю напоследок и выбегаю из его квартиры. Блин, это капец вообще…

Как вот теперь с ним заниматься? Как?

Я понятия не имею, как теперь

Домой возвращаюсь к половине девятого по темну. И у меня чувство, что за мной кто-то идёт. Тут у нас достаточно людно. Фонари горят. Но я всё равно слышу эти подозрительные шарканья за своей спиной. Только когда оборачиваюсь – ничего… Фигня, блин, какая-то! Не надо было сериалы про зомбаков на ночь смотреть, Алекс, ты дура! Это же не может быть Даня, верно?!

В подъезд вбегаю в лёгкой истерике. Снова оборачиваюсь – тишина…

Выдыхаю и быстро пулькой захожу в квартиру.

Снимаю ботинки и сразу же иду на кухню, начав греть себе ужин. Краем глаза смотрю на утюг, которым утром подглаживала гадскую складку на джинсах. Шнур аккуратно скручен и сам утюг отчего-то стоит на подоконнике. Я вроде бы…

Да ну, бред какой-то… Я вообще никогда шнур не скручиваю!

Генрих сидит передо мной и мявкает, как ни в чём не бывало.

– Ты опять всё съел, да? – трогает миску лапой, выпрашивая, и я вытаскиваю пачку… В этот самый момент я понимаю, что забыла купить ему корм, ведь у него оставалось совсем на дне. Я чётко это помню. Однако, передо мной прямо сейчас рядом стоит точно такая же нераскрытая. Которую я беру в одном единственном зоомагазине, потому что он у меня аллергик… А только туда завозят специальный корм. У меня аж сердце в тиски сжимается…

Я не покупала его… Я точно не покупала…

Паника подкрадывается к горлу.

Здесь ведь совершенно точно кто-то был…

Глава 5.

Алексия Широва (Алекс)

Разумно было бы вызвать полицию? Но если я так сделаю, тогда они приедут, осмотрят всё, спросят, как Вы это поняли и что пропало… А я назову тупые аргументы, подкрепляя это всё тем, что не спала до четырех ночи, зависая в сериале и получу штраф за ложный вызов. Сто процентов, блин, так и будет…

Ещё, конечно, ничего не случилось, а я накрутила себя уже на сто лет вперёд. Однако таков склад моего ума. Я не могу иначе. Всё время думаю, что же дальше…

Я ведь хотела жить так, чтобы мой дом – моя крепость, а теперь получается… Что нифига это не так, блин. Осматриваюсь и по сто раз проверяю замок на двери. Никаких дефектов. Если бы что-то было… А вдруг хозяйка всё-таки приходила? Может, я забыла отключить утюг, и она в ужасе убрала его куда-подальше… Или?

Если я буду думать об этом, то точно свихнусь раньше времени, а оно нам не надо.

Генрих вьётся под ногами, как заводной волчок. Мурчит. Он у меня кастрирован по показаниям врача, и стал таким ласковым, что просто не передать словами. Можно только увидеть. Так что и на чужака он бы, наверное, тоже доброжелательно отреагировал…

Моюсь с открытой дверью, потому что боюсь, что кто-то опять зайдёт. Ванная как раз рядом с прихожей, и я постоянно отключаю воду, чтобы прислушиваться. Дурдом просто. Иначе не назовёшь.

Однако, ничего так и не происходит… Ни-че-го…

Ложусь спать на этот раз без сериалов. Всё, что планирую отныне смотреть будет о феечках и единорогах, иначе у меня случится нервный срыв.

От усталости и стресса засыпаю достаточно быстро с котом на руках. Если и помирать, то только так… С пушистым чудом, мурчащим у тебя на животе…

***

Утром просыпаюсь, как обычно… Генрих как спал, так и спит. Даже ухом не ведёт, а я оглядываюсь на предмет посторонних предметов и подозрительных изменений. Слава Богу, сегодня ничего не замечаю. Может, у меня просто крыша поехала? Ужас какой-то…

На этот раз чётко проверяю утюг, насыпаю коту корм и сама завтракаю.

Собравшись, с опаской открываю дверь и слышу странный шелест.

Смотрю вниз и вижу, что по площадке рассыпались деньги. Соблазн схватить их, конечно, велик… Очень велик. Да и камеры у нас только на входе, кажется… Во всяком случае, я не вижу, чтобы здесь была. Вот чёрт… Неужели кто-то затолкал их мне в дверь? А вдруг это Даня?! Он же вчера мне предлагал… Надо вернуть, блин… и откуда он вообще узнал, где я живу??? Следил всё-таки?!

Собираю купюры и пересчитываю. Пять тысяч рублей по пятьсот. Капец…

Оставляю их в доме и по пути на лекции пишу Дане гневное сообщение.

«Это не смешно. Я верну их твоей матери! Я же сказала, что не приму, блин! Кто так делает?!».

Бесит просто ужасно. Иду на остановку со злостью. Он не отвечает.

Я разгневана до состояния трясучки. Стою и жду автобуса, как вдруг к остановке подъезжает та самая машина. У меня в мгновение комок застревает в горле. Пока окно вдруг не открывается.

– Садись, подвезу, – бросает Яромир услужливо, а я стараюсь даже не смотреть в его сторону, перебирая ноги.

– Спасибо, но нет. Дождусь автобуса.

– Холодно же… Замёрзла, наверное.

– Нет, мне тепло, – лгу как можно убедительнее, пока он кривит губы и открывает дверь. – Садись, говорю. Задубеешь. А мне потом оправдывайся, что оставил в опасности.

Смотрю на него и хмурюсь, но перспектива отморозить тут пальцы, конечно, так себе… И я психованно иду в сторону его машины, присаживаясь на переднее сиденье.

Едва залезаю, как вдруг слышу голос какой-то женщины.

– Молодые люди, может и меня подвезёте?

– Вам куда? – спрашивает Яромир, и она называет адрес, после чего он смотрит на меня вопрошающим взглядом.

– Что?

– Ну это по пути? Ты знаешь? Я как бы из Курска… Уже говорил.

– Блин… Ну да, в целом, да…

– Садитесь, – говорит он ей, и она садится позади. А я только хотела ему высказать между прочим… За вчерашнее… Приходится молчать в тряпочку, пока едем и смотреть на его руки, плавно и аккуратно держащие руль. Он почти не касается его даже. Ведёт одним прикосновением.

– Вот спасибо Вам, я уж думала замёрзну, – улыбается женщина. А мы с ним переглядываемся. Довозим её до нужного места, и она ещё сто тысяч раз повторяет эту фразу.

– До свидания, – прощается он с ней, а потом встречается со мной взглядами. – Что?

– Вчера… Ты что следил за мной?

– А ты не очень-то благодарна, да? Поучилась бы манерам у этой прекрасной женщины, – ржёт он, пока я скрещиваю на груди руки.

– Я серьёзно, Яромир. Почему ты стоял на той остановке?

– Я просто друга ждал, вот и всё. Нахера мне за тобой следить, если мы с тобой только вчера на паре познакомились?

– Это ты мне скажи… И вообще… – замолкаю, чтобы не выглядеть, как истеричка. Потому что он мне не должен ничего. – Спасибо в общем.

– А? – звучит ехидное из его уст.

– Ты слышал, – отвечаю и отворачиваюсь к окну. Не могу на него смотреть. Интересно, он всегда ходит зимой в толстовке… Понятное дело, что на машине, но… Выходить же всё равно приходится…

– Ты разозлилась, что я вчера не тебя повёз, что ли?

– Что? Нет! Конечно, нет! Из-за того, что напугал! – тут же возникаю я, ощущая, что мои щёки горят. Будет шикарно, если он подумает, что я не успела с ним познакомиться, уже ревную, блин.

– Ну я не хотел тебя пугать. И ты не выглядишь уж больно пугливой… – делает он заключение.

– Да ну… И какой я выгляжу?

– Злючкой, – отрезает, чем просто неистово меня бесит, но я держусь.

– Нет, я не такая. Я вообще редко на кого-то злюсь.

– Значит, я – исключение…

– Да с чего ты взял? Нет, я на тебя не злилась совсем…

– Ладно, ок. Значит, показалось… – пожимает он плечами и заворачивает на парковку к универу.

– Спасибо, что довёз, – пытаюсь отстегнуть ремень и нифига у меня не получается. Пятьсот раз нажимаю на фастекс, толку – ноль.

Пока его напряжённая рука совершенно аккуратно не касается кнопки и не отстёгивает его за меня. Господи. Так близко. Коснулся моей ладони своей. У меня аж голова закружилась.

– Спасибо, – выпаливаю и резко дёргаю за ручку, буквально вываливаясь из его машины. Сердце в груди носится как умалишенное. Да и я сама, кажется, веду себя так же. Рядом с ним с организмом происходит какой-то капец…

Не контролирую себя и даже ноги кажутся мне ходулями. С трудом залетаю в универ. Надеюсь, он не видел, как я шла… По льду просто как корова. Хотя та же Катерина бежала на своих цырлах неподалеку со злостью взглянув на то, как я вылезаю из его дорогущей машины. Надеюсь, он ещё не успел стать её парнем, а то мне точно прилетит за это по голове…

Сажусь на своё место подальше. Повыше… В надежде, что тут сердцу станет легче и я просто перестану думать о своём позорном поведении, но едва Яромир находит меня взглядом, как я понимаю, что идёт ко мне. Господи, Боже…

– Что? Тут занято…

– Да? Кем? Святым духом?

– Нет, сюда Алина сядет, – лгу я, и он тут же смотрит вниз.

– Это вон та что ли Алина? Что-то не похоже, что она сюда торопится… – выдаёт он с усмешкой. – Алина?! – зовёт её, и она тут же оборачивается, пока я стыдливо прикрываю рукой лицо. – Ты сюда точно хочешь пересаживаться?

– Нет…

– Ну вот и отлично, – швыряет свой рюкзак и плюхается рядом.

– Ты же вчера с Катей уехал… Разве вы ну… Вы с ней не начали… – бормочу, на что он только изгибает свою бровь.

– Не начали… Что? Алексия…

– Ну… Встречаться… Всякое такое, – говорю и сама ушам не верю, блин. У меня даже слова коверкаются, словно я не в состоянии нормально произнести.

– Мы не начали встречаться и всякое такое, можешь не переживать, Алексия. Будут ещё какие-то вопросы или…

– Знаешь что?! – пыхчу я разгневанно. – Я не в том смысле спросила и сказала… Ты мне не интересен! Я не то имела в виду… А просто не хочу, чтобы твоя девушка потом на меня кидалась…

– У вас здесь что так принято? – шепчет он с опаской.

– Что?

– Ну что девушки кидаются друг на друга?

Придурок улыбается, а я закатываю глаза.

– Ты…

Неожиданно мой телефон издаёт звук оповещения, и я отвлекаюсь на него, не договорив с новеньким. Тогда как он сам отвлекается на преподавателя.

– Вынуждена предупредить, что мне срочно нужно отлучиться. Вам придётся ознакомиться с материалом самостоятельно. Договоримся, чтобы вы сидели тихо, хорошо? С пары не уходим…

– Хорошо, Евгения Викторовна, – отвечает староста, и она быстренько покидает аудиторию, а я снова перечитывая сообщение…

«Я не понимаю о чём ты», – приходит ответ, и меня начинает бомбить ещё сильнее. Потому что он ещё и обманывает меня после всего. Ну не с ума же я сошла в самом деле! Не могли мне эти деньги померещиться! Да ещё и целых пять тысяч!

«Не ври, я про деньги, Даня! У меня из двери торчали!».

«Ты что-то путаешь. Я даже не знаю, где ты живёшь».

По коже проносится дрожь, и я хмурюсь, глядя на экран, ощущая дыхание Яромира возле своего уха.

– Всё в порядке? Ты побледнела…

– Нет… В смысле да, всё в порядке… Мне просто нужно выйти, – я тут же собираю свои вещи, кидаю их в рюкзак и стремлюсь к выходу, потому что мне что-то резко стало не по себе…

Оказавшись в пустом холле, начинаю набирать Данин номер.

– Привет, – здоровается он первым. – У меня урок.

– Привет, я понимаю. Но не нужно так шутить со мной, иначе мы перестанем заниматься…

– Я не шутил. Я серьёзно. Я ничего не делал.

– Что-то не верится. Вчера ты сам предлагал мне деньги, а утром они оказались у меня в двери! Странно? Очень! Совпадение? Не думаю! – выпаливаю на эмоциях, устав возле окна и глядя вдаль на серую промозглую улицу.

– Слушай, но это правда… Если не веришь, то не знаю даже… Как я могу доказать тебе обратное? Я бы мог, конечно, догнать тебя и проследить… Но в чём проблема была просто сунуть тебе их лично? Бред… Вдруг бы кто-то вытащил их из твоей двери раньше тебя…

– Не знаю бред или нет… По мне так всё это бред… Ты ведь никогда не брал ключ от моей квартиры, да?

Он вдруг начинает смеяться. А мне после вчерашнего дико страшно.

– Это не смешно совсем!

– Нет, блин, Алекс, конечно, нет… Ты чё?!

– Не знаю, мне кажется, что у меня едет крыша…

– Ну давай провожать тебя буду, раз всё так плохо, – добавляет и я тут же напрягаюсь. Он ведь опять всё подводит к этому. Словно специально создал такую ситуацию, в которой меня надо провожать…

– Нет… Меня не нужно провожать, блин, Даня! – выкрикиваю, собираясь отойти от окна и развернуться, и со всей силы врезаюсь в Яромира. Будто он ждал, когда это случится. И телефон тут же падает из моих рук на пол. – Блин!

– Кто такой Даня? – спрашивает у меня, нависая сверху, пока я поднимаю телефон с пола и проверяю экран на предмет трещин. Ещё спрашивает так, будто я обязана перед ним отчитываться. Капец…

– Никто… Тебе какое дело?! Тебе чего там не сидится?

Ловлю взгляд его чёрных глаз. Жуть какая. Они блестят, словно ночное небо.

Он вдруг становится таким напряженным и злым, словно сейчас взорвётся от гнева. Мышцы напрягаются. И даже лицо растворяется в озлобленной гримасе.

– Иди, Яромир… Я тебя не звала…

Секунды не проходит, как он разворачивается и уходит, сложив руки в карманы, словно кулаки там свои прячет… Вообще не понимаю, что за драма разворачивается вокруг меня… И я ли тому вообще причина? И, может, мне дополнительно к коту завести себе взрослого питбуля на всякий случай?

Глава 6.

Алексия Широва (Алекс)

Телефон, слава Богу, не пострадал. Иначе пришлось бы ещё на него раскошеливаться… У меня и так сейчас плачевное финансовое положение, если не считать найденных пяти тысяч рублей, которые я теперь даже не знаю кому отдавать…

Возвращаюсь обратно и сажусь за прежнее место рядом с ним, отчего у меня повсюду лёгкое недомогание, как и всегда. Не знаю даже он ли его вызывает. Или это в принципе моя большая проблема… Находиться рядом с парнями настолько близко и не ощущать тахикардии и того, что мой язык прирастает к нёбу каждый чёртов раз.

Но ведь рядом с Даней я себя такой ущербной не чувствую.

Молчу… Ибо его взгляд угнетает. Он вроде бы и не на меня смотрит, но…