Пелевина Катерина Развод. Укради меня

Глава 3.

Субботнее утро начинается как обычно... Вчерашний разговор мы не поднимаем. Ну, понервничала жена, с кем не бывает. Мне кажется, Денис думает именно так. И хотя он смотрит на меня, когда что-то говорит, я ощущаю между нами огромную пропасть. С каждой секундой она становится всё больше и больше…

Часам к десяти он уезжает в автосервис, а мы остаёмся с сыном наедине... Занимаемся, я убираюсь. Параллельно готовлю обед. Настроение у меня, естественно, непонятное... И ребёнок, думаю, всё чувствует... Поэтому излишне нервничает. Но я стараюсь его успокаивать, разговаривать с ним. Из-за магнитных бурь у него частые головные боли... А как следствие и аутоагрессия... Он не знает, как показать, что ему больно и может начать лупить себя по голове. Смотреть на это жутко страшно и неприятно, но привыкаешь... Выбора не остаётся. Только жалеть его и нежить, чтобы успокоился. Есть варианты с психотропными препаратами, но мы пока их не даём. Ведь один раз, когда всё же решились, у ребёнка закатились глаза, и он потерял сознание. Психиатр объяснила, что это нормальная реакция организма, но я всё равно не смогла больше так его мучить... Ведь он был совсем ватным по пробуждению...

Поэтому мы пытаемся действовать по ситуации. Порой даю ему обезбол.

К двум часам муж возвращается. Вроде бы точно был в автосервисе... Вернулся в грязной одежде... И я ненароком успокаиваю себя... А вдруг это фотошоп? Вдруг этого не было... И на том фото был не он... Сейчас же куча всяких ботов, нейросеть и прочее... Мало ли... А я накрутила...

Боже, я жалкая... Ведь он ясно дал понять, что не любит меня больше… Теми словами, как стрелами прямо в сердце… Сколько можно искать оправдания?

– Как у вас здесь?

– Ничего. Собирали пазлы. Потом раскидывали кубики. Рисовали... А у тебя?

– Молодцы... Диагностику сделал, масло залил. Норм... Поездит ещё...

– Хорошо.

Всё у него его любимое «норм». Смотрю на него и так хочется разреветься на его плече... И спросить – за что? Но я не делаю этого. Ведь знаю, что последует дальше… Истериками любовь не вернуть, как не вернуть и уважение к браку. Для меня наш брак всегда был священным. Я никого не подпускала к себе. Ни разу даже не смотрела в сторону другого… И теперь, когда всё так явно… Боль в сто крат сильнее. Хоть и берёт какое-то чувство покоя, что я поступала правильно и по совести в отличие от него.

Около четырёх мы едем в игровую. Там Захар вымещает энергию. Прыгает на батутах, бегает, катается с горок, как обычный ребёнок. Денис опять в телефоне, а я на чеку. Бегаю и смотрю за Захаром, чтобы не навернулся и не ударил кого-нибудь... Хотя у нас обычно наоборот. Его обижают, а он не может дать никакого отпора, потому что не понимает.

Около семи он устаёт, и мы едем домой. Конечно, мы при этом как обычно почти не разговариваем. Только по делу... А когда возвращаемся, Денису кто-то звонит, и он говорит, чтобы мы ложились без него, потому что срочно нужно отъехать по работе... И раньше я искренне верила в эту чушь, но сейчас...

– Ты утром вернёшься?

– Не знаю. Как сделаю.

– М-м-м... Ясно. Аккуратнее за рулём.

– Всё норм. Доеду напишу.

– Хорошо.

Я закрываюсь за ним и вздыхаю. Чувствую себя отвратительно... Будь у меня возможность – проследила бы... Но как бы недостойно это выглядело со стороны. Господи, какой же ужас. Я совсем себя не уважаю… Растеряла всё, что было… Женственность, силу, гармонию… Всё.

Пока купаемся время проходит незаметно. Сегодня Захар уставший из-за игровой, и есть шанс, что уснёт пораньше... Так и происходит. Уже в одиннадцать его выключает, и я иду заниматься своими делами. Хотя бы маску для лица сделать... И всё бы ничего... Но около полуночи возле дома Авроры Степановны начинает долбить громкая ужасающая музыка... Очень и очень громкая. И я боюсь, что мой сын проснётся из-за этого. Но и идти туда на ночь глядя кажется мне так себе идеей...

Что же делать? Я выжидаю около двадцати минут и когда Захар начинает вертеться в своей кровати, как я и предполагала, иду туда, накинув прямо на пижаму пуховик с капюшоном. Ещё никогда я так не злилась на соседей... Точнее, на одного единственного соседа... Он уже начинает меня реально напрягать.

И я стучусь в забор, чтобы мне открыли... А затем... Из-за ограды вываливается он. С одной стороны какая-то шатающаяся деваха, с другой – стакан с чем-то, а за ухом торчит сигарета.

– Какие люди... Тусануть пришла? – издевается, увидев меня.

– Влад, можно тебя на пару слов...

– Влаааад, – недовольно тянет эта девушка, пока я жду, но он тут же отпускает её и выходит за мной.

– Слушаю...

– Влад, у меня ребёнок пытается спать... Извини, но если ты не выключишь музыку или не сделаешь тише, я вызову полицию. Решила предупредить...

– М-м-м... – смотрит на меня странным взглядом. – Не шутила про ребёнка?

– Что? Разве о таких вещах шутят? Убавь, пожалуйста, громкость. Я пошла...

– Стой, – он хватает меня за руку и в кровь моментально поступает адреналин. Я его чувствую, меня колотит на месте... Я в ужасе. Меня никто кроме мужа уже очень долго не касался. И это прикосновение словно ожог. Причиняет боль и безумный неконтролируемый страх.

– Влад, отпусти... И не делай так.

– Синеглазка, – бормочет он себе под нос, а потом орёт своему другу. – Жека?!

– А?

– Сделай тише. Мешаем... – говорит, и звук тут же убавляется. – Ещё тише!

– Да куда тише-то?!

– Тише я сказал! – повторяет, и музыка совсем перестает шуметь. Наши глаза снова встречаются. – Смелая ты, раз сама ко мне пошла. Где же твой муж на все случаи жизни?

– А вот это, Влад, – грубо вырываю я свою руку из его хватки. – Тебя вообще не касается! – и ухожу, пока Захар окончательно не проснулся и не потерял меня...

Но слышу в спину очередное и колкое:

– Задумайся, стоит ли он того…

И у меня не хватит слов, чтобы описать, что я чувствую при этом… С какой стати какой-то посторонний совершенно незнакомый мне парень будет говорить мне такие вещи?! Это же абсурд!

– Сделаю вид, что я этого не слышала. Возвращайся к своей девушке. Тебя потеряли.

– У меня нет девушки, хочешь ей стать? – ухмыляется напоследок, но я уже захожу внутрь своей ограды и вдыхаю морозный воздух, чтобы успокоиться… Ощущение, что всё это дурной проклятый сон… Завтра я открою глаза и снова стану той самой девочкой, у которой было столько амбиций и фантазий… Той, которая мечтала жить счастливой жизнью и быть любимой…

Но нет… Этого, к сожалению, не случится…

И буду ли я ещё хоть когда-то счастливой… Большой вопрос…

Глава 4.

Утром не слышу привычный храп мужа и понимаю, что вторая половина постели пуста и холодна... Он так и не возвращался. Тут же испуганно хватаю телефон, потому что боюсь за него... Авария, производственная травма... Да что угодно... Он берёт трубку не сразу, но всё же берёт.

– Извини, меня на работе вырубило, пока план делал... Блин...

– Господи, я испугалась... Всё нормально? – пытаюсь угомонить сердце.

– Да. У вас? Я сейчас... Доделаю ещё минут сорок и выдвигаюсь, – обещает он, зевая.

– Ну... Ты хоть немного поспал?

– Немного, да...

– Ладно... Аккуратнее за рулём...

– Окей...

Сбрасывает трубку, а я пытаюсь успокоиться. Сильно себя накрутила... На часах половина седьмого, и Захар начинает гудеть в детской... Я накидываю кофту и иду к нему. Дома прохладно, кажется, Денис забыл подкинуть вчера перед отъездом. Блин… Придётся идти самой.

– Как ты тут, мой золотой? Доброе утро... Пойдём умываться, завтракать, заниматься... Пойдём...

Всё, как и обычно, разве что надо сходить в котельную. Пока Захар играет с пластилином я так и делаю, там стоит ведро с углём, я подбрасываю и включаю авто поддув... Разгорается, и я радуюсь, что хоть чему-то научилась в этом дурацком доме...

Выхожу на крыльцо, и смотрю, как метёт. Ветрище просто ужасный, а затем от метеослужбы приходит и сообщение о том, что на дорогах сильные накаты, заносы и ветер до 25 м/с... Ещё чего не хватало... Такая погода ничего хорошего за собой не приносит…

Возвращаюсь к сыну, и мы завтракаем. Дениса так и нет. Хотя со звонка прошло уже больше полутора часов... Но он часто вот так, я уже не перезваниваю. Однако... В районе десяти утра мне звонят из больницы и сообщают, что мой муж попал в аварию… Это просто шок. Я даже не могу описать, как хреново себя чувствую…

Естественно, я не знаю, что делать… Тут же звоню маме и прошу её хотя бы на пару часов присмотреть за Захаром. Она, Слава Богу, соглашается, и я везу его на такси к ней, чтобы потом поехать к мужу. Меня колотит... Слышали, что всё плохое происходит скопом? Так вот... У нас так всегда...

Оставляю матери сына... Мне некогда с ней даже поговорить и объяснить всё. Сразу еду к супругу... Выясняется, что ехал муж совсем с другой стороны... Не там, где находится его работа... И это вовсе заставляет меня провалиться под лёд… Обидно и больно… А ещё пусто внутри.

– Он был без сознания. Сейчас пришёл в себя... Несколько переломов... Можете навестить его... Сейчас...

Меня довольно быстро заводят к нему в палату, и я тут же сажусь рядом, выбирай со щёк выступившие слёзы.

– Извини... Я не знаю, как так вышло...

– Ты в порядке?

– Да... Вроде... Где сын?

– У моей мамы... На такси довезла...

– Ты меня не навещай... Сложно будет... Врач сказал около недели тут... По поводу котла... Если вдруг что... Отец мой может помочь, подъехать...

Конечно, мы оба переглядываемся, ведь его отец постоянно в запое. И далеко не факт, что он приедет... Но нужно ведь сказать какие-то слова поддержки. Иначе как я совсем одна с ребёнком-аутистом в доме, где нужно постоянно справляться с обогревом и ездить на работу… Мрак.

– Я справлюсь. Всё нормально...

– Чувак выскочил на встречку, из-за метели нихрена не было видно... Со страховкой я разберусь...

– Хорошо... Денис... – прерываю я его, глядя в глаза.

– М?

– Ты... Откуда... Откуда ты ехал?

– С работы, – говорит испуганно. – Я же говорил...

– Авария произошла в другой стороне, Денис... Не делай из меня дуру... – наконец спрашиваю я, не сводя с него глаз. И он так нервничает… Зачем врёт? Не понимаю… Он боится разрушить семью?

– Я просто отъезжал за документами... Там и оказался... – сочиняет он на ходу.

– М-м-м... Ясно... Мы... У нас с тобой... – пытаюсь я подобрать слова, но, конечно, теряюсь… Потому что и сама всего боюсь.

Он вдруг берёт меня за руку... Впервые за долгое время. Сто лет не ощущала его касаний…

– Не накручивай... У нас всё нормально... Занятия с Захаром я отменю на неделю... Ты не успеешь из-за работы... И так из сада его без машины тяжко забирать...

– Что-нибудь придумаю... Ты, главное, выздоравливай...

– Выздоровею... Всё будет путём... Дома с гипсом похожу...

– Ага... А Захар тебе его раскрасит, – улыбаюсь я, кивая.

– Ты можешь привезти мне некоторые вещи? А потом сразу ехать... Чтобы не напрягать свою мать... Знаешь же потом сколько говна выслушивать...

– Знаю... Сегодня метель ещё... Я если что тебе видео запишу насчёт котла... Правильно ли сделала...

– Хорошо. Давай...

На душе... Боль... Ужасная и не проходящая... И я еду домой за вещами для Дениса... Всё, как метеослужба и обещала... Ветрище такой, что сносит с ног. Пишу маме сообщение, что поехала собирать сумку мужу, и когда приезжаю, вижу, что мой забор лежит мёртвым грузом на снегу. Пипец... Спасибо, Господи... Всё через одно место...

Зову нашего пса, осматриваясь, и понимаю, что его уже и след простыл. Сбежал... Что сегодня за день такой? Но мне некогда этим заниматься...

Захожу в дом, собираю вещи. Зарядку, одежду, мыльные принадлежности... Всё по списку, который он написал…

И неожиданно нахожу в кармане его джинсов презерватив... Хотя мы уже сто лет так не предохраняемся... И как простреливает между рёбер... Всё перед моим носом... Прямо в шкафу... Господи... Какая я дура... Почему ничего не замечала? Потому что доверяла… Потому что думала, что мы растим особенного ребёнка и главная наша проблема в этом…

Толкаю собранное в спортивную сумку и пишу в группу своего СНТ сообщение, узнавая, кто может за деньги отремонтировать забор. И заодно интересуюсь видел ли кто-то нашего пса... Он вечно убегает, как чуть что...

Уезжаю… Везу сумку мужу, пытаясь не думать о том, что висит на душе мёртвым грузом... Вижу по глазам, что он не хочет ломать отношения... И как он представляет нашу совместную дальнейшую жизнь? Не понимаю...

У него какие-то процедуры, а потом обед, поэтому я молча передаю его вещи медсестре, а сама еду за Захаром... Там я впервые делюсь тем, что чувствую... Но моя мама, как всегда, ломает меня ещё сильнее...

– Ну и что? Кому ты ещё такая нужна будешь? А начнёшь ему мозг пилить, так уйдёт он от тебя к другой... Про ребёнка забудет... Нафиг он ему нужен не будет. И ты одна останешься! Никому не нужная! Помяни моё слово, Аделька!

– Но он ведь не любит меня, мама...

– Госсссподи... Любит-не любит... Главное, что с ребёнком помогает и не пьёт. Деньги в семью приносит. Ничего страшного... Стерпится...

Я даже спорить не берусь... Потому что если начну, ответ будет один и тот же... Твой отец алкаш мне никогда деньгами не помогал, и я всё на себе тянула... Как всегда... А мне бы хоть раз хотелось услышать от мамы... Не волнуйся, дочка, мой дом – твой дом... И я всегда приму тебя. Любой... И без кобеля твоего мы справимся... И с ребёнком я помогу… Но нет...

Этого не будет. Никогда.

Уезжаю с ещё большим грузом на сердце... В дороге сын засыпает. И я думаю о том, как сейчас буду разбираться со всеми грядущими проблемами...

Но когда возвращаюсь, охаю на месте… Мой забор стоит на месте... А собака привязана к ручке на какой-то верёвке. И ничего... Ни записки, ни сообщения в чате... Невольно мысли сами по себе подкрадываются, но я боюсь об этом думать...

И мы с сыном выходим из такси, исчезая в нашей ограде...

Глава 5.

Жизнь словно начинается сначала... Без Дениса странно, но я стараюсь успокаивать себя, что его и так часто не было дома... Захар на удивление спокоен. Около четырёх часов дня мы с ним идём в тот самый здешний магазин. Я покупаю продукты для ужина, и ему разные вкусняшки... И, конечно, же Мария тут же начинает свою атаку.

– А твой где? Что-то не видно...

Не сказать, что я злюсь из-за этого, но и жаловаться не люблю… Однако сказать про ДТП нужно… Мало ли что может понадобиться.

– Да он... В общем... В аварию попал... Только не говорите никому...

– Ой, батюшки, конечно... Какой ужас... Ты навещала уже? Если что Захарчика приводи, посидим с ним... Такой он у тебя хорошенький... – сюсюкает она, глядя на него, но он смотрит сквозь неё… Потому что некоторых людей попусту не замечает.

– Спасибо Вам... Я навещала, всë в порядке, Слава Богу...

– Хорошо... Ой, а наша Аврора Степановна-то... Тоже ведь в больнице... Что за год такой...

– А что с ней?

– Заболела она сильно... Вот Владик и приехал... Положил её в частную клинику... Ездит к ней, ухаживает... Такой хороший парень... Из столицы сорвался, представляешь? – добавляет она, и мне становится грустно. Если честно, вообще не ожидала.

– М-м-м... А как же его родители? Не навещают бабушку? – чувствую, что Захар уже начинает нервничать и открываю ему киндер, чтобы занять хоть чем-то. Сама не знаю, зачем спрашиваю… Какое мне дело?

– Ой, родители... Да... Там беда... Умерли они, в общем давно...

– Господи, ужас какой...

Я и не знала… Никогда не интересовалась.

– Ага... Она его растила в основном... Но потом он уехал... Отучился... Она рассказывала, что жениться собрался... А потом что-то... Резко... Я и не думала, что приедет обратно... Но вот всё бросил…

– Понятно... – резко прерываю я её рассказ. – Ладно, Вы меня извините, нам уже пора...

– Ой, чуть не забыла... С забором-то у тебя что? Может Витьку вечером к тебе отправить?

– А... Спасибо, уже не надо... Я мастера вызвала...

– Да? Ну, хорошо... Ты если что, Адель, обращайся... Всё-таки тяжело такой хрупкой девочке одной в своём доме...

– Хорошо, – улыбаюсь я на прощанье. – До свидания... Скажи «пока-пока», Захар.

– Пока, пока, дорогой! – направляет она ему воздушный поцелуй, и мы выходим за руку... Домой не спешим возвращаться. Немного гуляем... Разговариваем... Хрустим снегом, рассматриваем снежинки…

Потом, оказавшись дома, раздеваемся, готовим ужин... Занимаемся. С коротким дневным сном в машине и с учётом раннего пробуждения он очень быстро засыпает... В десять... Да и спокойно как-то дома… Никакого напряжения. Так странно…

И я иду подкидывать, записывая мужу видео. Вроде бы всё правильно сделала. Выставляю температуру, ставлю таймер и быстро бегу обратно к сыну, пока он что-нибудь не учудил. В прошлый раз, когда я так его оставила, он забрался на подоконник и чуть не упал оттуда... А ещё он может просто так взять ножик из ящика и начать им размахивать, не понимая, что опасно, поэтому у нас всё на замках и спрятано с глаз, подальше…

Денис перезванивает сразу после моего сообщения.

– Всё правильно сделала... Как вы там?

– Не спишь?

– Нет... Чё Шерлок убежал? И забор лежит? Я сообщение твоё видел...

Блин… Я и не подумала, что он тоже в этой группе…

– Нет, мне показалось, всё нормально...

– Как это?

– Ну... Пёсель был за домом... А забор... Там просто дверь открылась... Видимо, я не доглядела, когда выходила, – выдумываю я, и он хмыкает.

– Ясно... Адель... Ты, главное, аккуратнее там... Отправляй фото сына, пожалуйста. Я скучаю...

– Хорошо, отправлю... Он уснул.

– Уже?

– Да... Так странно... Был спокоен и очень рано уснул...

– Понятно... Ну тоже тогда отдыхай...

– Так и сделаю... Завтра на обеде... Могла бы приехать к тебе... С работой договорюсь…

– Не надо, – резко обрубает он. – В смысле... Не мотайся. И так устанешь... У меня всё есть.

– Ладно, – проглатываю я ком и понимаю, что к нему, судя по всему уже должны приехать... И мне так обидно из-за этого... Я даже не знаю, как это стерпеть.

– Спокойной ночи, – бросаю напоследок и сбрасываю. Злюсь на всё и вся... Хочу хотя бы подышать и выхожу на улицу, на морозный воздух и пронизывающий студёный ветер, закутавшись в пуховик.

А мне ещё нужно предупредить начальника, что я чуть задержусь из-за детского сада... Да, много образовалось трудностей... Но ничего, я справлюсь, как всегда…

Пока хрущу сапогами по снегу, слышу тихий стук в дверь ворот и напрягаюсь.

– Да? – спрашиваю приглушенно, вдруг показалось.

– Синеглазка... Куришь? – спрашивает с хрипотцой за забором.

– Нет... Это ты?

– Что я?

Я тут же открываю калитку и смотрю на него.

– С забором ты?

– С каким забором?

– Влад... Мне не до шуток... – смотрю я на него волком. Сама не знаю почему... Он так помог, а я отчего-то вымещаю на него злость.

– Допустим... Я... И что? Мне обратно вернуть, потому что ты взбесишься?

– Нет... – отвечаю тихо. – Просто... Спасибо... Тебе, наверное, не до этого... Аврора Степановна...

– Всё нормально, Аделина... Ты одна? Можно мне? – пытается зайти, но я не даю.

– Я сама выйду...

Делаю шаг за ограду. Не хватало ещё чтобы слухи пошли... Что пока муж в больнице я вожу домой мужиков...

– Что такое?

Он медленно вынимает сигарету и закуривает... И это так странно, что меня тянет понюхать этот запах. Ведь я не люблю это... Денис тоже курит, и я терпеть не могу этот смок... А сейчас стою и вдыхаю с наслаждением... Какой же бред.

– Уснул ребёнок? – спрашивает, махнув головой в сторону дома.

– Да...

– Даже не буду спрашивать, где твой муж... Это... – ржёт он, чем причиняет мне боль. – Извини...

– Ты что-то ещё хотел? Я просто подышать вышла...

– Сам тоже вышел... Покурить... Услышал шаги... Будешь? – тянет мне свою сигарету.

– Не курю...

– Не удивлён... Спорю, бывшая отличница... Красный диплом? – насмехается, а я пожимаю плечами.

– Какая уже разница? Сто лет прошло...

– Прям-таки сто... – хохочет, всматриваясь в моё лицо, и я теряюсь... Не привыкла. И чувствую себя как под рентгеновскими лучами.

– Что?

– Не сказал бы, что тебе тридцать пять... Выглядишь... На восемнадцать, – лыбится он, и я чуть ли не лёгкие выплёвываю от смеха.

– Ага... Точно...

– Правда... Чё ты... – чуть толкает меня плечом, практически заигрывая, словно мы всю жизнь знакомы.

– Слушай... Ты помог... И я хотела спросить... Могу ли я заплатить тебе, чтобы отблагодарить?

Он вдруг меняется в лице и тушит окурок о металлопрофиль.

– Не надо так обижать меня, Аделина.

– Я не...

– Я помог, потому что ты была в безвыходной ситуации. Написала в группу. Вот и всё. Если честно, я в ахуе. Простите за мой французский. Что при живом муже… Хочется понять тебя, но я не могу... Сори за честность.

Смотрю на него и чувствую, как слёзы наворачиваются на глаза.

– Я пойду...

– Я обидел тебя?

– Нет, всё в порядке... – отмахиваюсь я, пытаясь уйти побыстрее, чтобы скрыть реакцию и поток эмоций, которые уже не остановить. Они захлёстывают меня с головой и так больно внутри…

– Погоди... Аделина... – прикрикивает он, но я уже даже не реагирую. – Да стой ты, блин!

Чувствую, как меня хватают за капюшон пуховика... И не понимаю, что происходит, но он резко разворачивает меня, крепко прижав к себе, и я начинаю рыдать, уткнувшись носом в его ворот...

Глава 6.

Чувствую его запах и полностью срастаюсь с ним. Это как прыгнуть в воду… Словно становишься её частью… Не понимаю, что происходит... Это, наверное, просто эмоции, высвобождение, катарсис... Сейчас они намного сильнее, чем когда-либо поглощают меня, ведь мне больно и неприятно из-за семьи, которая трещит по швам. Мне больно, что другой посторонний человек всё видит и чувствует… И я начинаю отходить, но он не отпускает.

Так крепко меня держит, что я слышу стук его сердца, а ещё чувствую, какой он горячий… Буквально пылающий.

– Влад, я не знаю, что на меня нашло. Отпусти... Отпусти, пожалуйста...

Мужские руки прижимают так сильно, что я толком и взглянуть в глаза ему не могу. А хочется обозначить… Что всё это ошибка. Подобное поведение с моей стороны недопустимо.