Павел Анатольевич Вершинин Шагают в бессмертье полки
Полная версия:
Павел Анатольевич Вершинин Шагают в бессмертье полки
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Павел Вершинин
Шагают в бессмертье полки
© П. Вершинин, текст, 2026
ISBN 978-5-908132-89-3 © Издательство «Четыре», 2026
Из глубины веков
Три поля
Три поля ратных есть в России.Три поля помнят о борьбе,На них когда-то вражью силуНаш русский воин одолел!Давно, на поле КуликовомМамая-темника разбив,Полки Димитрия ДонскогоОтчизне славу принесли!Второе поле – под Москвою,Огромный памятник оно.На нас обрушившись грозою,Запомнил враг Бородино!А третье – Прохоровки поле.Скрыт раскалённою бронёй,Здесь наш танкист железной волейКорёжил вражьих танков строй!Солдатский долг – войны стихиюВстречать, затем уничтожать!Три поля ратных есть в России,О них не надо забывать!Три поля, три суровых вехи;Так, может, хватит воеватьИ в наступившем новом векеОгнём России угрожать?Не лучше ли, забыв про силу,Нас уважать и в мире жить?Три поля ратных есть в России,Но пусть четвёртому – не быть!Боевые страницы
Парад сорок первого года
Мы не дрогнем в бою
За столицу свою!
Нам родная Москва дорога!
Нерушимой стеной,
Обороной стальной
Разгромим, уничтожим врага!
А. Сурков. Марш защитников МосквыНоябрь. Мороз свирепеет.Фашисты стоят под Москвой.И вражьи бинокли глазеютНа лес из берёз над рекой.Возможно ли в это поверить:У каменных башен КремляПарад, как всегда, в сорок первомСедьмого пройдёт ноября!Но твёрд левитановский голос:По площади главной МосквыПройдёт не фашистская сволочь —Солдаты Советской страны!В тот праздничный день над столицейПогода нелётной была.Врагу вопреки состоитсяНа площади Красной парад!И первыми войско встречают,Давно уж заняв пьедестал,Два стража Покровского храма —Пожарский и Минин Кузьма.Однажды они с ополченьемСпасли и страну, и народ;И новая чёрная нечистьСегодня в Москву не войдёт!Будённый серебряной шашкойС коня салютует войскам.Бойцы в полушубках и шапкахСтальными рядами стоят.У танков, украшенных инеем,Покуда молчат дизеля.Хранит на бойцов и машиныНадежду родная земля.И воинство благословляютНа уничтоженье врагаДва стража Покровского храма —Пожарский и Минин Кузьма.А с ними – блаженный ВасилийС терновым венцом на челеВозносит в неведомом миреМолитвы о русской земле.Пусть воины даже не слышатБлаженного старца слова…Пусть много в строю коммунистов,Но Родина всем дорога!В шеренгах застыли солдаты,Металлом сверкают стволы,И к яростной, грозной атакеГотовы стальные ряды.Товарища Сталина словоУсилил в разы микрофон:– Пусть наша страна под угрозойИ враг вероломный силён,Пусть мы города потеряли,Но славный советский народПобеды от вас ожидает;Вы сила, что мир наш спасёт!Сражайтесь за Родину смело:Пусть вас вдохновляют на бой,Пусть станут отваги примеромИ Невский, и Дмитрий Донской!Пожарский и Минин – герои,Суворов, Кутузов – ониДля недругов стали грозою,Защитники нашей земли!Товарищи! Будьте отважны,Чтоб вами гордились отцы!Под знаменем Ленина краснымИдите к Победе, бойцы!Звучит у Покровского храмаКак гром боевое «Ура!».На битву солдат провожаютПожарский и Минин Кузьма.И с ними блаженный Василий,Невидимый, рядом стоит;Уверен: народную силуПротивнику не победить!И чувства, и помыслы чистыУ всех, кто идёт на врага!Не верят в Христа коммунисты,Но Родина всем дорога!Парад сорок первого годаПо площади Красной идёт.Союз нерушимый народовФашистов возьмёт в оборот!По камню стуча кирзачами,Шагают в бессмертье полки.Над миром, над материками,Над площадью Красной гремит:– Мы не дрогнем в боюЗа столицу свою!Нам родная Москва дорога!Нерушимой стеной,Обороной стальнойРазгромим, уничтожим врага!1941 г. Подмосковный декабрь
Заснежено. Холодно. Ясно.И ветки синички трясут.Растительность всю перекрасилМороз в подмосковном лесу.На елях качаются шишки,А дятел долбит по стволу.В шинели мерзавец фашистскийБредёт, утопая в снегу.Незваных гостей в непогоду«Катюша» накрыла огнём.От артиллерийского взводаОсталось три фрица всего.А ночью по гадам-фашистамУдарил свирепый мороз:Один из троих застрелился,Второй задремал и замёрз.В шинели бредёт уцелевший,Перчаткою рожу закрыл,Споткнулся на холмике снежномИ взгляд на себе ощутил.За ярко блестящею ёлкой,Украсившей снежный бугор,Стоит малолетка-волчонокИ смотрит на фрица в упор.Точь-в-точь любопытный ребёнок,Наивный, смешной карапуз;Совсем ещё юный волчонокНе пробовал крови на вкус.Стоит малолетняя кроха:Пушистый, размерами мал,Стоит и внимательно смотрит;И вальтер убийца достал.Достал и оскалился хищно:– Сегодня уже не помру,Расстреливал русских детишек —И крошку-волчонка убью.Нежданную встретил удачу,Беда стороной обойдёт:Напьюсь его крови горячей,От холода шкурка спасёт.Снежинки кружат хороводом,И рада им ёлка-краса;Убийце-фашисту волчонокДоверчиво смотрит в глаза.Создала зима-мастерицаГирлянду из снежных кустов.А крошка глядит на убийцуИ робко виляет хвостом.Не знает фашистская морда,Что рядом с детёнышем – мать,Готова зверюге любомуИ глотку, и брюхо порвать!Не знает, в мозгу у убийцыОдна лишь мыслишка: спасён!Перчатка на ствол опустилась,И щёлкнул железный затвор.Малыш неподвижен хвостатый,Как серенькой шерсти комок.И вскинул убийца свой вальтер,И мать совершила бросок.И челюсти мощные волчьиСомкнулись на правой руке.И треснули жалкие кости,И зверем убийца взревел.Рукав у шинели суконнойОт крови мгновенно намок.Надолго малышке-волчонкуЗапомнится мамин прыжок.Волчица свирепая выла,Убийцу пуская в расход,Фашиста рвала, будто мстилаЗа славный советский народ!Сражалась не хуже, чем бьётсяЗа Родину храбрый боец,Содрала шинель, гимнастёрку;Пришёл оккупанту конец.А серенький юный охотникВцепился убийце в бедро,Волчонок не знал вкуса крови —Сегодня узнает его!Клыками – оружьем природным —Грызёт и терзает врага,Волчонок – он хищник, охотникИ наших лесов санитар.1942 г. Линкор «Октябрьская Революция»
На Ораниенбаумском плацдарме,Образовав при построенье клин,С крестами на бортах стояли танки —Полсотни бронированных машин.Ничто не ново: западные силыОпять хотят Восток предать огню.Как будто снова клич: встречай, Россия,Тевтонских псов, закованных в броню!Готовься снова, Родина, к сраженью,Чтоб отразить очередной набег!‥А против танков – рота ополченья.И в ней осталось сорок человек.Уже прикрыты касками солдаты,Курильщики успели покурить,Уже распределили все гранаты;В стволе у ПТР[1] патрон сидит.Но тут средь гимнастёрок цвета хаки,Как Финского залива синева,Заметны стали синие рубахи:Морские пехотинцы в форме-два[2].Вот лейтенант – комроты ополченьяГлавстаршине лихому руку жмёт:– Известно нам, что вы морские черти.Но – только отделенье? Если б взвод…– Не дрейфь, пехота, не пропустим танки.У Балтики готов сюрприз для них!Припомним, что сказал товарищ Сталин?Пусть враг силён, но будет он разбит!С берёзоньки, как с дальномерной вышки,Морпех, в бинокль обозрев простор,Радисту приказал: «Давай, братишка,Стучи координаты на линкор!»Тем временем на берегу заливаНа якорь встал балтийский наш линкор.Его на флоте звали «Октябриной»,Два слова сократив до одного.В эфире среди вражьих голосочков,Средь шума, хрипа, музыки, речейСигнал радиста из тире и точекУслышала четвёртая БЧ[3].Команда «Товсь!» зловеще прозвучала,И комендоры, яростны и злы,Четыре тонны грозного металлаЗагнали в орудийные стволы.ГУО[4] всем башням цели указала;Седой каптри[5] отдал команду «Залп!».Четыре тонны грозного металла,Как птицы, улетели в небеса.Когда моторы танков зарычали,Разбуженные лающим «Vorwärts!»[6],Четыре тонны грозного металлаНа технику обрушились с небес.Раскрыв глаза, смотрели пехотинцы,Как крупповская сталь огнём горит,Как в нём горят фашистские убийцыИ что творит на свете мелинит[7].А мелинит прошёлся смерчем страшнымИ маски орудийные разнёс,От корпусов оторванные башниВ полёте бились о стволы берёз.А в корпусах рвались боекомплекты,К чертям уничтожая экипаж,Кровавое тряпьё цеплялось к веткам,Как будто совершая пилотаж.И тут на обезумевших тевтонов(Линкор подкорректировал прицел)Обрушились ещё четыре тонны —Чтоб уничтожить тех, кто уцелел.– Что ж, дали прикурить! Силён был немец,Но к Балтике, скотина, не прошёл! —И подобрал на память ополченецНе до конца сгоревший шлемофон.На Ораниенбаумском плацдармеОчистил лес от танков мелинит.И оказался прав товарищ Сталин:Силён был враг – но всё же он разбит!1942 г. Сталинград. Высота 102
От автораМожно ли упомянуть в одном стихотворении хотя бы самых известных защитников города на Волге?
Простите – у меня не получилось…
Хотелось бы сказать и о командарме-64 Шумилове, снайперах Зайцеве и Пассаре, защитниках дома Павлова, морпехе Паникахе, санинструкторах Королёве и Качуевской…
Но как?
Примите, что написано…
По Мамая-хана повеленьюВоины из тюрок и алан,Зачерпнув земли железным шлемом,У реки насыпали курган.С той поры он, полулегендарный,В волжской отражается воде.«Высота 102» – так обозначенБыл курган на картах ТВД[8].Век двадцатый. От войны суровойТолько что оправилась страна.Девятнадцать мирных лет – и сноваНачалась великая война.Далеко прорвался враг отпетый,Но разбиты немцы под Москвой.Следом за тяжёлым, но победнымСорок первым – год сорок второй.В неудачах обвинив морозы,Фюрер новый отдаёт приказ;После зуботычины московскойВраг решил прорваться на Кавказ.Через степь вперёд рванули танки,На пути – широкая река.Волга голубые волны катит,И на Волге – город Сталинград.Фридриха фон Паулюса ордамРоковою костью в горле всталСталинград, могучий Сталин-город,И над градом – высота сто два.Атакуют Сталинград фашисты,И горит огнём степной курган;Вот задача: максимально быстроВыбить русских с высоты сто два!Авианалёт! Звереют фрицы,Воет канонада. Чёрта с два!Мы не дрогнем, не сдадим позиций,Не отступим с высоты сто два!Вновь противник боевым железомФарширует высоту сто два.Новый натиск снова бесполезен,Не пройдёт фашистская орда!Вынесем любое напряженье,За спиной – родимая страна!Наше не сломить сопротивленье,Неприступна высота сто два!Но велик расход боезапаса;Чтоб атаки гадов отразить,Высоте нужны боеприпасы:Транспорт есть – но некому водить!На фронтах мужчины и машины,В деревнях давно шофёров нет!На колхоз – всего один водитель.Девочка. И ей тринадцать лет.Дали малой новый студебеккер[9],Чтоб боеприпасы подвозить.Под огнём фашистской батареиУчится девчонка шофери́ть.Руки на баранке, слёзы градом,Справа – взрыв, удар и звон стекла,Рёв и всхлипы вперемежку с матом,Газ, сцепленье, тормоз… Довезла!Котелком с остывшей пшённой кашейНаградил шофёра старшина.Вновь заговорили пушки наши,Что стоят на высоте сто два.В городе ещё одна твердыня:Сталинградский тракторный завод.День и ночь бронемашины чинит,День и ночь Победы меч куёт!День и ночь стучат станки, машины,День и ночь работают цеха,Чтобы танки Т-34Поддержали высоту сто два!Бьют бойцы нацистов-кровососовВ рукопашных схватках городских,Чёрной смертью волжские матросыСтали для фашистов в штыковых!Под удар попали сами фрицы,Бронекатера громят врагов,И ведёт парашютист Родимцев[10]В бой полки своих сорвиголов.Замолчать заставим вражьи пушки!Метко артпозиции врагаРазмолотим залпами «катюши»И поддержим высоту сто два!Сгинули фашистские колонны,Выпала им страшная судьба.Не прорвать вражинам оборону!Не сдаётся высота сто два!Бьют по фрицам гаубицы, пушки;Батов[11] встал у Сталинграда стен.Герр фельдмаршал, вы уже в ловушке,Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
ПТР – противотанковое ружьё.
2
Форма-два – форма № 2 ВМФ (синего цвета).
3
БЧ – боевая часть; четвёртая БЧ (БЧ-4) – боевая часть связи.
4
ГУО – группа управления огнём.
5
Каптри – капитан 3-го ранга.
6
Вперёд! (Нем.)
7
Мелинит – взрывчатое вещество.
8
ТВД – театр военных действий.
9
Студебеккер – американский грузовик, поставлявшийся в СССР по программе ленд-лиза.
10
А. И. Родимцев – командир 5-й гвардейской (бывшей парашютной) дивизии.
11
П. И. Батов – командующий 65-й армией.
