- Рейтинг Литрес:4.9
- Рейтинг Livelib:5
Полная версия:
Павел Купер Пути Империи. Лисья Охота
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Ему нравились как простые люди, подчинённые установленному и узаконенному ритму жизни, спешили по своим делам, создавая силу и мощь империи.
Каждый занят своим делом: торговцы доставляли редкие заморские товары, крестьяне и охотники привозили свою нехитрую продукцию, а ремесленники создавали предметы, необходимые для жизни подданных императора.
За много лет он видел развитие Халкиды – построили новые крепостные стены, вырос порт, улицы становились шире, дома обрастали черепицей, скопище корявых богомерзких идолов сменили величественные храмы Единой Церкви. Жить становилось лучше, жить становилось веселее!
А ведь он сам сжёг это место, с его позорным демоническим капищем. Бывшая столица низвергнутых богов севера стала ему домом.
С самого приезда, уже практически неделю, Пятый Герцог каждое утро любовался городом. С бокалом любимого лёгкого вина наблюдал за человеческим муравейником часами. Но сегодня он прервал своё увлечение, договорился о важной встрече. Пришлось надеть яркий дворцовый костюм, в этот момент он завидовал людям из Приказа Тайных Дел, которым положено носить чёрное.
Герцог решил посетить резиденцию легата провинции, она находилась прямо у границ его дворцового ансамбля, располагаясь ближе к городу. Их связывала длинная лестница, которая шла по склону утёса и насчитывала триста семьдесят две ступени. Герцог уведомил о неофициальном визите, поэтому спустился по лестнице один, без сопровождения. Этот спуск был абсолютно безопасным и по факту являлся внутренней территорией резиденции.
Легат провинции Халкидосс вышел в сад для неформальной встречи и сразу вскочил встречать Пятого Герцога, как только слуга доложил о его приближении, за ним последовали и две приглашённые дамы, которые при приближении гостя сделали элегантные реверансы.
– Приветствую дам и господина почётного имперского консула, Ориген, вы лучший легат на моей памяти. А я многих повидал.
Глава провинции кашлянул:
– Добрый день, милорд. Не каждый год вы навещаете нас. И так скромно: вы попросили о встрече в саду, без лишних слуг и официальных церемоний. Спустились сами, а не вызвали меня наверх.
– Не такой уж я и скромный, просто хотел прогуляться. Меня интересует другое: когда вы подготовите корабль? Я готов отправиться в столицу не позже, чем через месяц. Что насчет графа Тимеи? Он будет со мной? – Герцог повернулся к полной даме, на платье которой красовался небольшой личный герб. – Исмея, ваш муж мне очень нужен.
– Милорд, к сожалению… – Графиня Тимеи следила за малейшими изменениями в мимике герцога. – Наша дочь гостила в загородном имении, поближе к святыням. Граф отправился за ней, она тоже выехала навстречу. Из-за плохой погоды дочь задержалась. Без нее мой муж в столицу не поедет. Он считает, что хорошую партию для дочери сможет отыскать только в столице. Хочет взять ее с собой, я уже договорилась с рядом подруг из нашего круга…
– Хорошо, госпожа Исмея, это важное дело для вашей семьи. Уверен, вы найдете ей прекрасную партию, – перебил графиню герцог. – Нам нужен представитель знати от провинции на расширенном сборе Тайного Совета. Святая сила у вашего мужа явно мощнее, чем у других местных дворян. Аристофан мне нужен на зимних переговорах в столице. Ничего страшного, если он задержится, отправлюсь и без него. Буду ждать его не позднее, чем к концу года. Поверьте, это важно, впереди выборы императора.
– Милорд, – покорно заявил легат Ориген, – граф точно прибудет к тому времени. Гарантирую это со стороны всех чиновников провинции. Хочу добавить, мы подыскали корабль, однако корабля первого ранга в порту не оказалось. Их, впрочем, и не предвидится. Вас устроит фрегат?
– Более чем. Не люблю линкоры11, в путешествиях я не прихотлив. Послезавтра предлагаю провести встречу дворянства в моем дворце, в узком кругу, человек тридцать. Подберите их из своей фракции. Не хочу никого обременять скорыми и долгими поездками, пригласите тех, кто рядом. Обсудим «важные» политические вопросы. – Сказав это, Пятый Герцог расслабился и заговорил менее деловым тоном. – Поделитесь новостями и слухами?
Вчетвером они беседовали до обеда, вскользь упоминая классическую поэзию и литературу, упомянули торговые преференции для лесозаготовок графини Исмеи. Рассматривали новые гравюры и по-дружески определили налоги для ряда отдаленных мест.
К сожалению, во время игры в шахматы Оригену, с разрешения герцога, пришлось одобрить несколько указов о телесных наказаниях, грубость которых опечалила дам. Графиня Тимеи, Исмея, даже пожаловалась:
– Милорд, вы знаете? Эти варварские обычаи, с отрезанием носа за воровство, мне не нравятся! Это дикость! Почему их никак не отменят?
– Закон неповоротлив. Услышав вас, я сделаю все для введения более гуманных наказаний.
– Да? Я так рада! Пусть лучше ворам руки рубят, – уверенно заявила графиня. – Милорд, вы спасете красоту нашего мира, ведь на безносых смотреть противно!
Глава 5. Морок
Апокрифы скрывают за собой не тайное знание, а злой умысел писавшего. Особенно это касается еретических учений и баек о демонах. Никакие нечистые силы сами не решают, куда отправить душу, не определяют кто заслужил свет, а кто достоин покоя в ином мире.
В связи с этим «Сказ о Хозяине и его рабыне Марго» признан еретическим. Запрещён к распространению в пределах империи.
Имперский цензор по делам веры Линос.
Шестнадцатый день, третьего месяца весны, 1125 года от образования империи.
Провинция Халкидосс, где-то между городами Фивином и Халкидой.
Клык начал осознавать, что долго банда не продержится, стражники и люди в чёрном заполнили дороги, сидели в каждой деревушке. Кольцо облавы сужалось. Головой он это понимал. Однако ему стоило больших усилий решиться бросить друзей, предать атамана по прозвищу Папа и бежать. Одному явно проще скрыться, чем всей ватаге. Да и не понимали бандиты угрозы, не чувствовали. Как он им не объяснял. Даже Хвост говорил, что рано или поздно они выберутся из капкана и всё станет как раньше. Устав от споров, Клык начал готовить побег.
Он окончательно решился, когда Папа приказал под утро захватить самый затхлый постоялый двор у тракта и ждать. Приказ Папы звучал просто:
– Сегодня наша цель – кабак "Толстый Утёнок" на краю тракта! Захватить его! Разнести всё в щепки! А главное – бить, убивать и веселиться от души! Я жду там одного старого друга. Покажем, как гуляют настоящие разбойники!
Явный бред у вожака начался, во время облавы решил сидеть в придорожном заведении, не в лесу или пещере. Клык не стал медлить. Бросив бо́льшую часть награбленного, чтоб друзья не гневались и не преследовали, взял самое необходимое из еды, снаряжения и одежды. Вышел в ночь, чувствуя себя ужасно виноватым. Но что-то говорило ему вернуться. Поборов этот внутренний голос, он шёл в темноте.
Уйдя перелесками и дойдя до горных расщелин, он осознал, что заблудился. Вдруг в один миг появился густой туман. Ничего не видно, даже на расстоянии вытянутой руки.
Двигаясь медленно, молодой разбойник ходил несколько часов среди камней и скользких круч, пока не споткнулся. Этого оказалось достаточно, чтобы потерять равновесие и покатиться вниз с косогора. Ухватиться за поверхность не вышло, лишь кожу на руках стесал, да ногти обломал. От дикой боли он рефлекторно сжался калачиком, отчего покатился ещё быстрее. Прошло мгновение, а Клык уже с воем летел вниз.
Сколько он пролежал? Наверное, недолго, туман не развеялся, и тьма не отступила. Утро не наступало.
Несмотря на трясущиеся руки, он попытался встать, но резкая боль в ноге помешала. Из-за неё он издал громкий стон, упал в грязь. Приглядевшись сквозь тьму, Клык увидел торчащую из ноги кость и лужицу крови. Видимо, он тут и умрёт.
Вдруг ласковая женская рука дотронулась до его плеча, он сразу понял, что рука женская, и не испугался.
– Ты как? – заботливо поинтересовался голос, одновременно похожий на материнский и сестринский.
– Я упал, по горе летел. – Сказал Клык, в попытке не зареветь от боли и не опозорится перед женщиной. – Где мы?
– Ты свалился к моему жилищу, – голос излучал спокойствие и заботу. – Я помогу тебе.
Разбойник с трудом повернул голову и увидел самую прекрасную девушку, какую только встречал. Её заботливые глаза смотрели на него, успокаивали.
– Я тебя донесу до дома, – мурлыкнула она.
Когда Клык очнулся, раны не болели. Девушка в горской одежде смазывала его царапины. Он снова поразился её красоте. На своей ноге он обнаружил конструкцию из деревянных брусков и глины. Бандит видел такую, когда лекарь лечил перелом у соседа. Воспоминание всплыло из прошлой, городской жизни.
– Вот еда, – незнакомка разложила перед ним булочки и пирожки, – не стесняйся, ешь. Их у нас много.
Он начал есть, вкус оказался родным, словно из детства…
– Я тебе вытру рот, – красавица прикоснулась платком к его губам. – Вот. Так точно будет лучше!
В её глазах мелькнули искорки огня, наверное, это отражение пламени. Он обратил внимание на светлый угол, где в большом и теплом камине разгорался огонь. Он такой видел в доме дворянина. Наступило спокойствие.
В тёмной пещере стояла лиса – демон, она прижгла раны маленького разбойника. Какой-то палкой с парой камней закрепила сломанные кости на ноге. Своей силой убрала боль, навеяла ощущение теплоты и уюта. Затем присела, взяла в руки голову юноши, посмотрела ему в глаза:
– А ты интересная личинка человека. Не владея силой, из чар моих, убежал. Сильные эмоции, значит. Хороший материал для лепки. Будешь вместо Варсиса.
– Ты очень добрая, ты одна в горах? – рука молодого человека потянулась к заботливо разложенным горкам червяков, больши́м слизням и трупикам горных крыс. – Я ещё булку возьму?
– Конечно, бери, их у меня много, – она сама протянула ему крысу без головы.
– Варсис уже всё, – размышляла вслух демон, – старую марионетку надо сломать, получить полный комплект её боли. Выпить ужас и страдания всей его ватаги.
Она подумала и решилась:
– Я вытру твои губы!
Демон с силой нажав, разомкнула челюсти юноши, показала свой ехидный и довольный оскал. Ещё бы, она увидела приятное и аппетитное зрелище, из сырой разжёванной крысы и крови разбитых губ. Это всё перемешалось во рту человечка.
– Сейчас крови станет больше! – сказала демон.
Пальцами правой руки она взяла бандита за передний зуб, левой рукой прижала лоб. Голова раненого упёрлась в землю. Резким движением демон вырвала верхний резец. Повторила эту операцию несколько раз. Человек дёргался от острой боли теряя зубы, но быстро приходил в своё безмятежное одурманенное состояние.
Лисе не хотелось тратить на исцеление мужчины с трудом накопленную демоническую силу, но она знала, кто ей поможет.
Шестнадцатый день, третьего месяца весны, 1125 года от образования империи.
Провинция Халкидосс, где-то между городами Фивином и Халкидой.
Эйрин в хорошем настроении разогревала воду, работая на кухне. Они остановились на постоялом дворе с милым названием Толстый Утёнок.
На втором этаже рыжая Семел укладывала в кровать новую молодую госпожу, дочку графа Тимеи.
Странная хозяйка, зачем-то по святым местам паломничала. Редкостью это стало для дворян. Молчала больше, чем приказывала. Смотрела на всех отстранено, даже не улыбалась! Силы святой за ней Эйрин не заметила, хотя кто этих благородных знает? Странные они.
А эта госпожа более чем странная! Пообещала служанок простой буквенной грамоте обучить. Семел расстроилась, она в школе еле отучилась. Жалко, что единственная подруга такая – неграмотной живёт и безграмотной помрёт.
Сама Эйрин всегда считала себя прилежной. Ей нравилось обучаться, в течение четырёх лет девочки из школы служанок хором разучивали божественные писания, правила поведения, необходимые им в жизни законы. Много раз повторяя непонятное, вместе со всем классом, она смогла понять математику! Складывать и вычитать Эйрин умела лучше всех! Как услышала про таблицу умножения, хотела и её хором разучивать. Просила учительницу, но оказалось, что служанкам не положено.
У Эйрин отлично получалось учиться! Ей нравилось учиться. Учиться – это же хорошо? Да, точно так! Её за это хвалили.
Теперь она с радостью ждала новых занятий по простой грамоте. Главное, чтоб новая госпожа не обманула. Дворяне легко обещают, быстро увлекаются, часто остывают и надёжно забывают.
К ночи она заснула вместе с тёплой и мягкой Семел, рядом с ними улеглись и другие служанки, в отдельной комнате для женщин.
Раздался резкий шум, затем с хрустом открылась дверь. К служанкам ввалились плохо пахнущие, чумазые и одетые в лохмотья головорезы. Будто неделю в горах сидели. От них пахло потом, кострищем и кровью. Жирный главарь хвалил какого-то Хвоста, мол, молодец он – удалой.
Все девушки вскочили на ноги, в одних ночных рубашках. Эйрин стало стыдно. Беззубый толстяк, державшийся главным, увидел растерянную Семел и ударил её. Сопротивление не помогло – гигантский бандит взвалил ошарашенную девушку на плечо, словно мешок с мукой, и утащил прочь. Из-за двери он заорал на прощание:
– Белобрысая малявка – твоя, Хвост!
Худой бандит тут же ткнул испуганную Эйрин ногой в живот. Боль была такой силы, что из глаз посыпались искры. Так больно ей ещё никогда не было. Она упала, а головорез, ухмыляясь, поднял её голову за волосы.
– Милая мордашка, – заявил молодой бандит с гнилыми зубами. Встряхнув девушку, словно тряпичную куклу, два других разбойника поставили Эйрин на ноги. От них разило потом, грязью и дешевым табаком. Хвост с силой потянул её к себе:
– Не тронь! Эту Варсис мне подарил!
Хвост тащил её, как полено. По дороге она видела убитых слуг и людей из охраны. Их тела валялись в неестественных позах, лица искажены гримасами ужаса. В коридоре валялась разорванная рубашка Семел. Какой-то дикарь развешивал окровавленную требуху по кустам – неужели человеческую? Запах крови и разложения бил в нос, вызывая тошноту.
Она попала в ад…
Ругаясь последними бранными словами, вонючий урод затащил Эйрин в сарай, пропахший навозом и гнилью. Ударил по лицу грязным кулаком, чтобы сильно не сопротивлялась. А она о таком даже и не думала. Страх сковал девушку, парализовал волю.
Из носа текла кровь, смешиваясь со слезами. В сарае бандит грубо связал её. Веревки больно врезались в кожу. Подвесил за руки к перекладине, и она повисла, как туша на крюке.
Хвост начал тискать Эйрин ниже поясницы, грубо и похотливо. Она рыдала, захлебываясь слезами и соплями. Наглые руки ушли выше, разорвали ночнушку, больно крутили соски небольших грудей. Бандит лизнул вонючим языком её щеку, оставив слизкий след. Слезы полились ручьем…
– Папа Варсис мне тебя подарил, – прошептал подонок, глядя на нее мутными, похотливыми глазами. – Никто без моего спроса теперь не попортит, так что жди в этом курятнике, как несушка! Пойду гляну на трофеи, может, кого еще поиметь можно. Скучно тут у вас, но бабы… бабы всегда скрасят досуг.
Нанеся жертве смачный удар в лицо, от которого в глазах потемнело, бандит вышел, злобно хохоча. Эйрин продолжала рыдать и шмыгать кровавым носом, чувствуя себя сломанной и униженной. Тяжелая дверь скрипнула и закрылась, громыхнул засов. Подвешенная девушка осталась одна, во власти отчаяния и страха.
Шестнадцатый день, третьего месяца весны, 1125 года от образования империи.
Провинция Халкидосс, где-то между городами Фивином и Халкидой.
Чёрные подобрались близко, этот надоедливый Лавр чётко шёл по пятам марионеток, сама лисица легко обходила такие ловушки, но её сподручным точно настал конец. В этот раз Приказ Тайных Дел сработал на удивление быстро.
Она из ниоткуда появилась во дворе Толстого Утёнка, за высоким забором и закрытыми воротами – кто так банально назвал заведение?
Появление в ночи стало неожиданным для окружающих. Подстроенным. Она позволила себя увидеть.
– Ты кто такая, чаво надо? – просипел Горшок, уставившись на грациозную молодую женщину, которая его лихого вида ни разу не боялась. За ним стоял Молчун и ещё несколько бандитов. Совсем недавно настала их очередь охранять двор.
– Я мама вашего Папы, – в словах лисицы не было и тени уважения к главарю банды, она продолжила говорить с иронией в голосе, – сынок мой совсем от рук отбился.
– Уа-а-а-а! – вдруг завопил Молчун, упав на землю, затрясся, между сжимавшимися в припадке челюстями появилась пена. Он пытался выговорить. – У-у-у-й-ди де-е-е-м-мон!
– Как громко. Бесит. Замысел меняется, – красавица подняла изящную руку и властно щёлкнула пальцами.
Припадок Молчуна усилился. Раздельная речь окончательно пропала, перейдя в хрипы. С ещё большей силой сжались зубы разбойника, один аж треснул. Через секунду изо рта и носа припадочного потекла уже кровавая пена. Молчун утих навсегда. Его товарищи в неестественном ужасе и непонятном оцепенении смотрели на девицу.
– В отличие от вас я играла с ним много, в его снах. Он знал меня, всегда узнавал, внутри своего ужаса ценил, хоть и боялся до смерти, – девушка мило и игриво улыбнулась. Казалось, все звуки прекратились на постоялом дворе. Она, виляя бёдрами, подошла к бандитам, протянула руку к лицу одного из разбойников – А вот и мой Горшочек. Ты помнишь, как убивал? Для меня старался, по живому резал? А девку деревенскую у сарая? Насиловал… знаешь, чего она за три дня натерпелась? Какого вкуса её страх был? Ты ей даже палец оттяпал, чтоб не брыкалась больше. Эх ты, затейник! Вкуса страха не знаешь, а вот палец её сожрал, гурман.
– Э-э-э-э… – На Горшка потоком упали воспоминания со всех его зверств, он осознал всё. Рассудок его затуманился, он даже согнулся из-за потрясения, вызванного появившимися картинами в памяти.
– Впрочем, мне сейчас некогда играться, от всех вас нужно избавиться. Парни, порешитесь живо! – Лиса поглядела в их непонимающие лица. – Мальчики, скажу понятнее – убейте себя!
Лисица давно подчинила их, постепенно приручая. У самых интересных при личной встрече забирала часть тела. Путём демонического наваждения и через приятную обстановку виде́ний втиралась в доверие. Она постепенно меняла действительность на собственный морок, узнавала мысли и желания попавшихся людей.
Наладив близкую связь, лисица являлась к бандитам во снах и грёзах. Постепенно захватывала их слабенькие мозги. Питалась страхом, мраком и болью всех бандитских жертв. Страданиями самих лихих людей тоже не брезговала. Сделала их рабами общей боли.
Неудивительно, что пешки выполнили последний для себя приказ. С ужасом и слезами в глазах резали себе горла. Она выпила вкусный коктейль ярких эмоций и боли. Демон знала – человеческое и её марионеткам оказалось не чуждо, за это она их и любила.
Варсис лежал на кровати, мелкую благородную графиню он не тронул, хотел обменять на деньги её папаши, если госпожа позволит. Так-то благородная ей в подарок шла. Любила она людишек, силой наделённых замучить, пусть малявка от графа и небольших способностей уродилась…
Спрятал главарь благородную в кладовке, опасной силы он в девчушке не заметил. Запер на засов.
Раздумывая над выкупом, он разглядывал лежащий на полу нагой труп рыжеволосой девушки. Хорошая была, фигуристая, жаркая. А как он с ней игрался, представая перед жертвой в разных образах. Амулет госпожи давал ему такую силу. Не только бандитам мозги пудрить мог.
Выступал он и в образе старого управляющего, и в виде знакомого девушке стражника, а то и какого-то благородного. Именно его рыжая лучше всех обрабатывала, называла господином.
Пытать деваху между приятным он тоже не забывал. Как раз в одной из пыток и переусердствовал.
Заходил к нему Хвост, расстроил, испортил своим появлением прекрасную сцену, когда Варсис в роли герцога «изменял» какой-то Стефане с этой рыжей служанкой.
Наказал Хвоста
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Легат– личный представитель любого из герцогов империи, управляющий чиновниками отдельной провинции. В ранней империи звание Легата выдавалось высокопоставленным военачальникам.
2
Майоратные имения– имения, унаследованные согласно порядку майората, при котором имущество целиком переходит к старшему в роду или семье.
3
Обучение служанок в империи не подразумевало обучения грамотности. Будущие слуги всё запоминали наизусть, при помощи развитых практик многократного повторения, в том числе пения.
4
Коитус– половой акт, половое сношение, совокупление, секс.
5
Митра– головной убор высшего духовенства, принятый в Единой Церкви.
6
Саккос– это богослужебное облачение высокорангового священника. Это длинная просторная одежда с широкими рукавами.
7
Жетон (в данном случае) – специальная пластина из золота, на которой указан титул и положение в империи. Заменяет чиновничий мундир, а также любые документы, удостоверяющие личность. Его подделка карается смертью.
8
Магистрат– в империи коллегиальный исполнительный орган местной власти любого города, как большого, так и маленького. Также, так называют чиновника, возглавляющего данное учреждение.
9
Галера– деревянный военный парусно-гребной корабль, использующий для передвижения преимущественно вёсла.
10
Тяжелый самострел– дальнобойное оружие, основанное на использовании мускульной силы человека, силы тяжести, упругих свойств дерева, энергии скрученных или растянутых волокон. Эти орудия, чаще всего, применяются вместе со Святыми Силами.
11
Линкор– большое многопалубное парусное судно, предназначенное для боевых действий в составе эскадры. Обладает мощным метательным вооружением, создано для боя с применением Святых Сил.
