Пауль Влад Святая сталь

Веру она никогда не обсуждала. Не то чтобы стеснялась, просто не находила слов. Она не постилась строго, не читала молитвенное правило, ходила в церковь нерегулярно. Но за три года работы с людьми в самом нижнем слое, там, где человек уже почти не человек, где от него осталась только боль и привычка — она видела что-то, чему не было медицинского названия. Момент, когда человек решает жить. Не потому, что ему объяснили зачем. Просто — решает. Она видела это двадцать, тридцать раз. И каждый раз думала, это не я. Это что-то через меня. Это и была её вера. Не доктрина, а опыт. Вениамин, с которым она говорила однажды после службы, сказал ей тогда одну фразу: «Вы слышите людей так, как будто они вам важны». Она не нашлась, что ответить.

В половине восьмого вечера позвонил незнакомый номер.

Она редко брала трубку с незнакомых номеров, слишком часто звонили бывшие пациенты или их родственники, а она уже не могла помочь и чувствовала себя виноватой за то, что не может. Но этот номер она взяла. Сама потом не знала почему.

— Ирина Дмитриевна? — голос был ровным, негромким, без интонации вниз или вверх.

— Да.

— Меня зовут Константин Юрьевич. Вас рекомендовал общий знакомый. Отец Вениамин.

— Слушаю, — сказала она.

— Я хотел бы встретиться. Если вы готовы.

— О чём разговор?

Пауза. Короткая, но она её услышала.

— О работе, которая вам была бы интересна.

— Откуда вы знаете, что мне было бы интересно?

— Не знаю, — сказал он. — Именно поэтому хочу встретиться.

Савина смотрела на книгу на столе. Страница сорок два.

— Когда?

— Завтра, если удобно. В одиннадцать. Я предложу место.

— Предлагайте.

Он назвал кафе в районе Чистых прудов. Она знала его — небольшое, тихое, из тех, где можно говорить, не поднимая голоса.

— Хорошо, — сказала она. — Буду.

— Спасибо.

Он положил трубку. Без формул вежливости, без «до завтра» — просто положил.

Савина посмотрела на телефон в руке. Потом на книгу. Потом снова на телефон.

Она умела слышать то, что люди не говорят. Этот человек не сказал ничего — и она услышала достаточно, чтобы понять, это не обычный разговор о работе. Что именно это было — она не знала. Но страница сорок два перестала быть стеной. Она закрыла книгу, убрала со стола, пошла заваривать чай. За окном Москва шумела как всегда — ровно, равнодушно, не обещая ничего определённого. Савина крестилась перед иконой в прихожей. Не торопясь.

Глава четвёртая. Кафе на Чистых прудах

Он уже был там, когда она вошла. Сидел за столиком у окна, пальто висело на спинке стула, на столе стояла нетронутая чашка кофе. Он смотрел на вход и, когда она появилась на пороге, кивнул. Не встал, просто кивнул — спокойно, даже буднично.

Савина сняла пальто, повесила на вешалку у стены и подошла к столику. Тогда он поднялся — коротко, без лишних движений.

— Ирина Дмитриевна.

— Константин Юрьевич.

Они сели. Подошёл официант, Савина заказала чай.

Кафе было маленьким и тихим. Деревянные столы, окна на бульвар, лампы с тёплым жёлтым светом. Пахло корицей и свежим кофе. За соседним столом сидела женщина с ноутбуком и в наушниках, больше никого. За окнами стоял октябрь — серый, промозглый, с голыми ветками и низким небом.

— Вы давно знаете отца Вениамина? — спросил он.

— Не очень. Несколько разговоров после службы. Однажды он попросил меня поговорить с одной прихожанкой.

— И вы поговорили?

— Поговорила.

Он кивнул, словно это подтверждало что-то, о чём он уже думал раньше. Несколько секунд они сидели молча, и это молчание не было неловким — он умел молчать, и она тоже.

— Расскажите мне о вашей работе в центре, — сказал он наконец.

— Зачем?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.