Ольга Кипренская Яга. Дом, кот и богатырь в придачу

Глава 2

Я проснулась поздним утром и, что поразительно, поняла – выспалась на все сто. Голова была ясной и чистой, как новенькая стеклянная чашка. И такой же восхитительно пустой. Вчерашний разговор с котом казался сном, но вместе с тем я была уверена – всё это правда. От начала и до конца.

Солнечные лучи пятнышками лежали на полу и полосатом половичке, обещая погожий денёк и температуру, с трудом припоминаемую старожилами, но в самой избе было тихо и прохладно. И никакой духоты!

Я встала с постели и тут же споткнулась о дорожную сумку, которую кто-то заботливо подкатил прямо под ноги. Чертыхнулась и полезла в глубины: надо переодеться и разложить нехитрый скарб. Вчерашняя решимость взять багаж и гордо зашагать вдаль, хоть в общагу, хоть в лес волкам на съедение, пропала, а взамен её зародилось любопытство. И я не уйду отсюда, пока не посмотрю, чем дело кончится! И всё не разузнаю.

Вчерашнее чёрное-пушистое наверняка зажало самую интересную часть. Тоже мне Шахерезада меде ин такая Гарь.

Быстро переоделась в льняные брюки и футболку и выглянула в горницу. Ожидаемо никого. На столе нашлась полбяная каша (так называется?) накрытая рушником, молоко и туесок с лесной земляникой. Интересно, кто это обо мне так позаботился? Надо бы кофе найти, на одном молоке и замычать недолго. А молоко откуда? Коровы вроде нет.

И насчет баньки уточнить, или хотя бы корыта помывочного. А то ходить на речку постоянно странно. Летом ладно, ряска сойдёт за мочалку, а зимой как? Или зимой не испачкаешься? Да и не хочу я сейчас на речку, жарко там пока.

.

Хм… я отставила чашку в сторону и крепко призадумалась. С чего это я так подумала о зиме, будто собираюсь тут остаться? Неужели вхожу во вкус неспешной деревенской жизни? Или просто прикидываю на всякий случай?

Бальтазар появился будто ниоткуда. Только не было, и вот он сидит на лавке и сверлит меня огромными глазищами.

– В магазин надо, – отвлечённо начал кот. – Глянь, чего прикупить. Мыла там, муки, спичек, ещё что придумаешь. У Елистрата спроси, если сама не можешь, он тут хозяйством заведует.

– Зачем? – не поняла я. – Припасы кончились?

– Припасов полно, – Бальтазар зевнул, продемонстрировав острые клычки. – Но надо с народом познакомиться да на люди показаться. Для них ты внучка местной авторитетной знахарки, грыжу там заговорить, или ещё что. Об истинной сущности им знать не обязательно. Вот и сходи, покажись, дай повод кости тебе перемыть. Посудачат да забудут.

– В смысле? Они не знают о Перекрестье?

– Нет, конечно! Догадываются, что-то чувствуют, но не более. Ещё чего не хватало, деревню посвящать в такие дела. Будет не Перекрестье, а перекрёсток в час пик. То-то мавки обрадуются! Так что для любого постороннего твоя избушка – не более, чем избушка с ведьмой, каждой приличной деревеньке положенной. Привычное дело. Но сходить надо, показаться, осмотреться, – гнул свою линию кот.

– Хорошо, схожу, – сдалась я. – Но потом ты, – я ткнула пальцем в кота, – рассказываешь мне о моих родственниках! И о моём отце! И где птичка? – я мотнула головой в сторону пустой печки. – Улетела? И чем её кормить?

– Ворон сам кормится, – кот принялся намывать лапу, – иди уже, хозяюшка.

В сенях нашлась холщовая сумочка с вышитым орнаментом, которую я тут же нарекла шоппером. Денег немного у меня, поэтому лучше действительно спросить у Елистрата, что нам срочного надо, раз уж он здесь на должности дворецкого-избушечного.

Я обошла подворье и обнаружила полное отсутствие живых душ, закрытый сарай с сеновалом, искомую баньку, калитку в лес и посетила туалет в виде деревянного домика.

Огород оказался на удивление чистеньким, с картошкой, капустой и чем-то напоминающим редиску листочками. Аккуратно отгребла землю у одного корешка – ну точно редиска, только жёлтая.

Ради интереса заглянула в тот далёкий сарайчик у кромки леса. Хм, скорее это чья-то комнатка. Стол, топчан в углу, накрытый то ли овчинным тулупом, то ли шкурой, мутное окошко под самым потолком и крошечная печурка в другом углу.

Интересно, а кто тут ещё обитает? Комнатушка выглядела убого, но была вполне обжитой, что ли. Надо спросить у кота, кто тут у меня в соседях. И терзают меня на этот счёт смутные сомненья… Нехорошие сомненья, прямо скажем.

И всё-таки, где же этот богатырь-домовой? Или дворовой? Не сильна я в этих нюансах, однако. И Бальтазар, чтоб его. Раздал ценные указания и слинял. Истинный кот, хоть и баюн.

– Елистрат, – почему-то шёпотом позвала я. Молчаливость двора придавливала, заставляла вести себя тише, прислушиваться и вслушиваться, будто ты не в деревне, довольно большой деревне, а в лесу. – Елистрат, ты где?

– Я здесь, – раздалось сзади над ухом. – Чего надо?

Я подпрыгнула от неожиданности и резко обернулась. Мысленно я уже представляла себе здоровенного богатыря, наподобие Ильи Муромца, с картин Васнецова, с окладистой русой бородой, палицей в одной руке и мечом-кладенцом в другой.

Ну что ж… я угадала только с мастью. У Елистрата действительно были светлые волосы, я никогда не видела такого именно что пшеничного оттенка русого, переходящего на концах кудрей в золотистый. Слегка вьющиеся густые локоны до плеч были схвачены в низкий хвост.

Выглядел он года на двадцать три, но вот выражение лица было слишком серьёзным, словно ему кратно больше, так что если не сильно всматриваться, он казался старше. А может возраста прибавляла ещё небольшая щетина, уже немного заметная, но до полноценной бороды не доросшая. Высокий, почти на голову выше меня, та самая косая сажень в плечах, одетый в непонятную холщовую рубаху и штаны неопределенного цвета, без всяких броней с палицами.

Правый глаз у него был голубым, а левый – зелёным. Я бы назвала его красивым и даже очень, вот только он смотрел на меня с такой ненавистью, что я невольно отшатнулась, как от удара. Так можно смотреть только на кровного врага, на могиле которого ты будешь отплясывать лезгинку с переходом в канкан до упаду.

– Чего хотела? – буркнул парень. Странно, что трава изморозью не покрылась от такого тона. – Или от нечего делать звала?

– Мне это… Бальтазар велел уточнить, что в магазине купить для хозяйства, – пролепетала я и для убедительности потрясла шоппером. – Вдруг что надо, а я не знаю.

– Купить? – Елистрат на мгновение задумался. – Для хозяйства вроде всё есть. Посмотри, где зерна достать живности, но это не к спеху. Хлеба купи, сахара, соли. Или себе, что надо. У нас тут разносолов да сластей нет. Не для кого держать.

– А тебе? – пискнула я. Всё-таки старается человек, то есть богатырь, дом поддерживает. Наладить бы отношения, которые как-то вот не задались сразу. Я ж ещё ничего не сделала, только пришла! Хотя, кажется, тут со всем нашим родом о-о-очень давние счёты.

– Что мне? – Не понял Елистрат, и тон его голоса похолодел ещё на пару градусов, остановившись где-то в районе абсолютного нуля.

– Ну, тебе ничего не надо? – ох, зря я это затеяла. – Может, хочется чего-то вкусного? Ну, или я не знаю…

– Хочется, – мечтательно протянул богатырь, – чтобы вы все сдохли… Можешь сделать, нет? Ну и ничего мне от тебя не надо, сам разберусь.

Вот и поговорили.

Я быстро развернулась и пошла прочь. Замечательно! Просто великолепно! У меня дома живёт говорящий кот с говорящим именем и богатырь-маньяк на хозяйстве. Господи, за что? Где ж я так нагрешить-то успела?

Какого черта я вообще согласилась на это наследство? Зачем вообще сюда приехала? Хотя и так понятно, зачем. Я вздохнула. По всему выходит, что это единственное место, где мне рады. И где меня ждут.

Хотя что-то мне подсказывает, что ждут со своей корыстной целью! Скорее даже поджидают! Но ждут же!

Магазин оказался на противоположной стороне села, и путь до него я проделала под палящим июньским солнцем. К моменту, когда я подошла к зданию с выцветшей надписью “Сельпо”, я хотела только одного – упасть на травку под деревьями и лежать, лежать, лежать. Но травка под деревьями оказалась заставлена добротными лавочками, а сами лавочки заняты конкуренствующими бабками. У самой стены стояло несколько мужиков средних лет и один дедок, проводивший меня цепким снайперским прищуром.

– Здрасте, – я улыбнулась во все тридцать два зуба и помахала толпе ручкой. Толпа нестройно поздоровалась, во всяком случае, я очень надеюсь, что мало различимое "бур-бур-бур" было именно словами "приветствую тебя, о великая", а не "чтоб ты провалилась, ведьма проклятая"!

Ну и ладно. Камнями не кидаются, факелами не размахивают, дробовик серебряными ложками не заряжают – уже хорошо. Значит, будем жить. Не факт, что долго и благополучно, но будем. Пока и это прекрасно.

В магазине оказалось на удивление прохладно: старая плитка на полу, прилавки, ворох тазов и вёдер вперемежку с мылом и порошком в одном углу, стеллажи с хлебом в другом. На самом видном месте лежали белые мятные пряники и несколько видов конфет в пестрых обертках.

За прилавком стояла полная бойкая женщина с чёрными короткими волосами, а перед прилавком, чинно сложив ручки на авоськи, – три бабушки в косынках и совсем не чинная и нестройная пятёрка парней в светлых футболках и шортах. Оживлённый разговор божьих одуванчиков оборвался на полуслове при моём появлении так резко, что даже парни умолкли и уставились на меня, как на мировую звезду. Я направилась было в конец очереди, но толпа так ловко расступилась, что я оказалась прямо перед прилавком.

– Дайте, пожалуйста, три батона, булочку с повидлом и пачку соли, – я мысленно обустроилась в роли рачительной хозяйки и добавила: – еще муки и перловки. – Вспомнила об Елистрате и попросила конфет. Может, на конфеты его удастся приманить? Ну не пиво же ему совать, в самом деле.

Тип, конечно, неприятный, но, с другой стороны, если вспомнить, что он у меня на подворье сидит не по своему желанию, а по хотению моей какой-нибудь прапрапрабабки, то как бы здоровая реакция. На дружбу не напрашиваюсь, но, может, поймет, что я не враг. Жить бок о бок с человеком, мечтающим лицезреть мои пышные похороны, мне не улыбалось.

Под пристальным взглядом сложила покупки в сумку и направилась к выходу, стараясь идти прямо. Мука была явно лишней, и шоппер здорово оттягивал плечо, давая крен вправо.

Толпа у магазина будто выросла и провожала меня настороженным молчанием в спину. Шур-шур-шур возобновилось с утроенной силой, стоило мне отойти.

Я уже повернула на соседнюю улицу, чтобы там прямиком и к домику, но на повороте, выпрыгнув из кустов, как каноничный серый волк, меня перехватила женщина в пестром платье и белой косынке в голубой мелкий цветочек.

– Здравствуй, девонька, – женщина вцепилась в руку повыше локтя и заговорщически подмигнула. – Как устроилась? Не надо ли чего? Если что там, вдруг крышу подлатать – прохудилась, ещё чего-то – говори, мы поможем. Мы бабушке твоей всегда помогали, хорошая была женщина! И она всегда всем помогала, а мы тебя так ждали, так ждали, Варварушка перед смертью, царствие ей небесное, сказала, что внучку вместо себя оставит, людям помогать…

– Спасибо, ничего не нужно, – выдавила я, ошарашенная таким напором. – Всё хорошо и крыша целая, не поехала пока.

– Эх, – выдохнула женщина, как мне показалось, с огромной долей сожаления. – Меня Тамара зовут. Не надо отчество, просто тётя Тамара.

– Яра. Очень приятно.

– Да я знаю, девонька, – закивала тётя Тамара. – Тут такое дело… у меня корова прихворала, не зайдёшь, не посмотришь на неё?

– Сочувствую вашему горю, – я деликатно пыталась вырваться. Не получилось. – Но я вряд ли чем-то смогу помочь, я не ветеринар.

– А что, бабушка тебя совсем ничему не учила? – притворная ласковость стекала с тётки, как патока по блинчику.

– Не учила, – вздохнула я.

– А может, книжки какие где бабушкины есть? – глаза тёти Тамары зажглись странным хищным огоньком. – Ты б мне дала ту книжечку, а дальше я сама уже.

– Может, где есть, я ещё не разбирала, – ответила я, стараясь скрыть недовольство. Сумка была тяжёлой, день жарким, а тётка подозрительной.

– Жа-а-а-аль. Ну, бывай, девонька, доброй дороги, – тётка нехотя меня отпустила и отступила в родные заросли придорожной вишни. – Если бабушкины книжки найдёшь, ты их сразу мне принеси, сама гляну, что с коровкой моей. По хозяйству обращайся, если что – поможем.

– Обязательно, – пообещала я и очень быстро зашагала вниз к реке, перестав чувствовать отдавленное шоппером плечо. Настолько быстро, что ещё чуть-чуть – почти был бы бег.

Странная тётенька: корову ей посмотреть! Пусть ищут ветеринара – что это за Средневековье? Главное, выловили же из-за кустов, нет, чтобы подойти нормально! И в магазине то ли прокажённая, то ли святая, с ходу и не разберёшь. А может, всё разом. Иногда одно другое вовсе и не исключает, а вполне дополняет.

Я пнула камешек и вздохнула. Улица была абсолютно пустая, нет больше таких дураков, которые по раскалённой, как сковорода, дороге пойдут гулять. Одна я, как жертва кошачьего эгоизма и предусмотрительности, тут хожу. Что он там говорил – познакомиться с местными жителями? Ну вот, познакомились! И почти что познакомились с хворой буренкой.

– Подожди! Стой! – окликнули меня сзади.

Я медленно обернулась, намереваясь чуть что, тут же дать стрекача. Да, скорее всего, я заслужу репутацию странной, но, как говорится, куда уж хуже?

Ко мне быстрым шагом подходил парень, один из тех, которых я уже видела в магазине. Высокий, жилистый, но мускулистый, с короткими тёмно-русыми волосами и ясными серо-голубыми глазами. Лицо открытое, сразу видно – нормальный человек, не то, что моя придомовая наследная маньячина.

– Чего надо? – неприветливо буркнула я. Если и этот что-то скажет о корове, то я за себя не ручаюсь. Да даже если и о козе – всё равно не ручаюсь.

– Фух, – парень остановился и отдышался. Лицо его раскраснелось, а пряди волос налипли на лоб. Я невольно залюбовалась, а потом опустила глаза. Вот знаете, есть такой тип людей, которые очень красивы, но они при этом не знают, что красивы, и ведут себя естественно, не подчёркивая это. Вот тот самый случай.– Еле догнал. Я думал, быстро домой заскочу, а ты вон уже где!

– Что-то не припомню, чтобы мы договаривались о встрече.

– Не договаривались, – согласился он. – Просто я подумал, а вдруг, ну… тебе нужна помощь с покупками. Тяжело нести там.

– Да нет, терпимо, – плечо, как назло, заныло ещё сильнее. – Сама дойду.

– Давай всё-таки помогу, раз уж догнал, – слегка смущённо улыбнулся парень. У него была открытая и светлая улыбка с ямочками. – Тебе ещё далеко идти. Я знаю.

– И все это всё про меня знают, – я протянула сумку. Почему бы и да, раз сам напросился. Пусть побудет вьючной лошадкой.

– Должность у тебя такая, – он улыбнулся ещё шире. – Меня Даня зовут. Можно Даниил, Дэн и все остальные производные.

– Яра. Ярослава и все остальные производные.

– Очень приятно, – Даня пристроил на плече мою сумку. – Веди.

– А то ты не знаешь, где я живу, – шагать без сумки стало значительно легче и веселее.

– Знаю, конечно, – не стал отпираться Даня. – Ну как-то некрасиво, если даже не уточню, – и внезапно хихикнул. – Вот разговоров завтра будет.

– Завтра? – фыркнула я. – Мне кажется, уже сегодня будет разговоров более чем достаточно! Приехать не успела – меня уже корову попросили посмотреть!

– Тётя Тамара, что ли? – понимающе протянул парень. – Эта может, да. Зорька вроде давно болеет, а она на ветеринара жмётся, думает, что как-нибудь так сможет решить. Она же тебе плату не предлагала, нет? – я замотала головой. – Ну, я так и думал. Моя бабушка вообще её не любит, говорит, что Томка хитрая, везде свою выгоду ищет. Может, и врут, но всё равно поаккуратнее с ней. Бабушка Варя её тоже вроде не жаловала. Может, и правильно, что не жаловала, вы же больше других знаете. Ну, в деревне говорят так.

– Может, и правильно, – согласилась я. Обсуждать действия прабабки мне не улыбалось. – А сам не боишься? Мы, как говорят, не просто так на отшибе живём.

Впереди показалась вожделенная речка с домиком. Я ускорила шаг, не знаю, магия ли это, или просто близость воды, но во дворе у меня было довольно прохладно, в отличие от жара деревенских улиц.

– Нет, – неожиданно серьёзно сказал Даня. – Не верю во все эти россказни.

– А вот жалеть меня не надо, – я остановилась и резко обернулась. Тоже мне, благодетель нашёлся! С детства терпеть не могу, чтобы жалели!

– А я и не жалею, – тихо ответил Даня и опустил глаза. Дальше шли молча. У самой калитки он всё так же молча протянул мне сумку.

– Спасибо, Дань, – я примирительно улыбнулась. – К себе не приглашаю, у меня там не прибрано. У меня там говорящий кот размером с пуделя и древний богатырь с убийственными помыслами, – добавила я мысленно.

– Я и не настаиваю, – всё так же тихо согласился Даня. – Слушай, – внезапно встрепенулся он, – я послезавтра в город поеду, может, тебе нужно чего?

– В город? – я перебрала необходимое и вспомнила о корме для неведомой и необозначенной скотины. Блин, а у меня ещё кот и ворон! Хотя кот распрекрасно ест, что дают, точнее, что у меня найдёт, а ворон… мышкует, наверное, где-то. – Я подумаю, что мне надо, и завтра скажу, идёт?

– Так я завтра зайду? – возрадовался парень. – Заодно список мне напишешь.

– Завтра? – немного растерялась я. – Ну, заходи.

Даня улыбнулся, помахал рукой и потопал восвояси. Я стояла с сумкой и смотрела ему вслед. Потом вздохнула и отправилась в избу. Всё-таки быть человеком хорошо. Как жаль, что я не ценила этого раньше.

– Чё купила? – на пороге избы соткался кот.

– Всё, что просили, – огрызнулась я и поставила сумку на лавку. – И немного конфет.

– Это хоро-ошо, это пра-авильно, – промурлыкал Бальтазар. – Одобряю. Только в следующий раз учти, что лучшие конфетки – это колбаски!

– Какие колбаски? – не поняла я.

– Мясные! – придавил авторитетом кот.

– Давай, всё выкладывай, и нам ещё в парочку мест сходить надо. Но потом, ближе к вечеру.

– Куда это? – подозрительно уточнила я, распаковывая сумку.

– За речку, – просто ответил он. – Не нравится мне тамошняя активность. Приструнить бы.

– Кого?

– Ну, есть там всякие, – попытался уйти от ответа баюн.

– Не увиливай! – я сдвинула брови и попыталась придать себе максимально строгий вид. Скользкий тип мой напарничек. Или кто он мне?

– Ну, например, Водяник, – перешёл на конкретику кот. – Разгильдяй, лентяй и увлекается непотребствами.

– Это характеристика из доноса, что ли? – не поняла я.

– Из бестиария, – грустно ответил кошак. – Очень лестная характеристика, между нами говоря.

– Кстати о бестиарии, – вспомнила я и пошла умываться. – Какие-то книги сохранились, или что-то такое? Или мне предлагают познавать дивный новый мир методом научного тыка?

– Есть, как же не быть, – согласился кот. – В сундучке в спальне всё и лежит. Как и положено, рукописное. Почитаешь. Если будет время, – добавил он в усы. – Познакомилась с деревенскими?

– Да уж, познакомилась, – фыркнула я, вытираясь вышитым и таким чистым, будто хрустящим, рушником. Коротко пересказала о магазинных бабульках, подкустовой тёте Тамаре и Даньке.

– Люди не меняются, – прокомментировал кот услышанное. – А Томка… часто она сюда бегала, в ученицы напрашивалась или пыталась чего на халяву ухватить. Оберег или ещё чего. Въедливая и прилипчивая. Ну да не страшно – отстанет сама. Даню своего нагрузи доставкой зерна, гусям надо.

– У меня есть гуси? – удивилась я.

– Есть, – подтвердил баюн. – Гусыни и гусак.

– Лебеди?

– Нет, просто твари, – он как-то нервно дёрнул хвостом, спрыгнул на пол и велел, – пошли, покажу твои книжки. Всё равно до сумерек сидеть.

– А может, не надо сумерек? – я красочно представила хтонического Водяного и не менее хтонических русалок, при свете луны тянущих ко мне свои бледные шкарябалки и напевающих гнусавыми голосами заунывную мелодию в ля минор. Выходило очень гнетуще и душераздирающе. – Может, если прям очень надо, я при свете солнышка сбегаю?

– Сбегай, если хочешь, толку не будет. Но сможешь записать в актив занятие

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.