Ольга Шо Девочка Майора

= 4 =

Трое мужчин, сидя за столиком в ресторане гостиницы «Royal», всматривались в посетителей, сменяющих один другого. Здесь не было простых людей — только те, у кого водились деньги. И немалые.

— Куда? — задумчиво протянул Камиль Булатов, поморщившись и сделав глоток вина. — А вино у них отвратное.

— Так не употребляй, — ответил второй мужчина.

— Так я и не употребляю. Так, балуюсь иногда. Расслабься, Артур. Сидишь нахлобученный, словно сыч, и пялишься на всех.

— Суженую выискивает, — произнёс сидящий рядом с Артуром высокий русоволосый мужчина, закуривая.

— Так куда? — повторил Булатов.

— На Кавказ, — ответил Артур как-то мрачно, делая глоток воды.

— Зачем?

— Всё за тем же.

Камиль знал: спрашивать конкретно — за чем именно — не стоило. Капитан Артур Громов, теперь уже неделю как майор Громов, ему об этом всё равно не скажет. Годы работы в ФСБ приучили его держать язык за зубами и знать, что и когда следует говорить, а что — нет. И кому.

— Получил на днях повышение — и сразу же последовало очередное задание? — уточнил Камиль.

— Ну, с полковником Гириным сильно не расслабишься. С тех пор как Калугин самоустранился от всех дел, Гирин везде использует меня как ту затычку, — добавил Артур.

— Этот с тобой? — Камиль кивнул в сторону русоволосого.

— Пашка всегда со мной, — хмыкнул Артур.

— Только вот ты, получив майора, Артур, не самоустранись, как и Калугин. Почему-то стоит только нашим орлам из отдела повыситься до майора — и они бегут со службы, — хмыкнул Павел, затягиваясь сигаретой.

— Я ведь позвал сюда тебя не просто так, Булатов. Мне нужна раскладка, — протянул Артур, всматриваясь в чёрные глаза Камиля и почти не замечая Павла.

Булатова Артур Громов знал уже два года. И Камиль стал одним из его самых лучших приобретений. Булатов в своё время был влиятельным криминальным авторитетом этого города — и согласился работать на спецслужбы.

Сначала Артур относился к нему с недоверием, впрочем, как и к информации, которую получал от Булатова, но со временем мужчины даже смогли подружиться. Это было почти нелепо, если учитывать тот факт, что Артуру пришлось прибегнуть к шантажу, чтобы прогнуть Камиля в нужном направлении.

— Объект, Артур? — уточнил Камиль.

— Рогозин Ахмет.

— Хм. А что с ним не так? Подонок, каких немало.

— Узнай через свои источники, что связывает Рогозина и полковника Климова, — Артур придвинулся ближе. — А потом доложишь мне лично. Знаю, что ты можешь, Камиль.

— Рогозин — один из лидеров кавказской группировки, Артур. Я о нём мало что знаю, — напрягся Камиль. Ему не нравилась тема этой беседы.

— Но ты ведь знаешь, кто может знать. Не так ли?

— Я не…

— Камиль, не увиливай. Мне известно, что твой дружок Рашидов прогнал через Рогозина весь нелегал, связанный с брюликами.

— Артур, это когда было? Год назад. Дамир Рашидов отошёл от нелегала.

— От нелегала — да, от криминала — практически нет. Но у него есть нужная мне информация.

— Которой он вряд ли станет делиться с тобой.

— Но он поделится ею с тобой.

— Артур, — Камиль уже начинал раздражаться, — ты хоть понимаешь, куда лезешь? Прости, друг, но у меня семья: жена, трое детей. Я не стану лезть к лидерам кавказских группировок. Рашидов тоже не станет. Ему, как и мне, есть чем рисковать — жену и своих близнецов он под удар снова не поставит.

Артур понимал: силой Камиля заставить работать не сможет. Что ж, видимо, слова Булатова не лишены смысла.

— Ты одиночка, Артур, тебе не понять меня, — добавил Камиль. — Но я уверен: придёт время, и ты сможешь понять.

— Я не могу тебе приказывать, Камиль. Но всё же…

— Чем смогу — помогу. Лады?

— Хорошо.

— Это Климову вы здесь на хвост присели?

— Климова водит Пашка.

— А ты кого?

— Прости. На эту тему говорить просто не могу.

— Понятно. Когда уезжаешь? — Камиль бросил странный, цепкий взгляд на Павла. Что-то не нравился ему этот напарник Артура — и всё тут. Вроде и мужик нормальный, но чуйку свою Булатов игнорировать не мог. Она у него годами отточена и доведена почти до совершенства. За Павлом Камиль точно будет приглядывать. А вот насчёт Рогозина…

— Через пять дней.

— Как надолго, Артур?

— А чёрт его знает.

Диана никогда в жизни, наверное, не одевалась так быстро, как сейчас. Через две минуты она уже стояла перед зеркалом, оценивая свой внешний вид.

В глазах плескался страх. Личико было встревоженным и бледным.

Холодным.

Необходимо хоть как-то снять эту маску ужаса с лица — иначе она себя выдаст.

Девушка покосилась на свои туфли на шпильке, взяла их в руку и осмотрелась.

Тихо.

Полковник лежал на полу у кровати и не шевелился.

Страшно было лишь от одной мысли, что она могла убить этого мерзавца. Диана не была наивной — она прекрасно понимала, что сделают с ней, если Климов склеит ласты по её вине.

За дверью номера должны дежурить двое парней Аксагова. Так было всегда, где бы он ни останавливался. Но сейчас ведь в номере Аксагова нет — он освободил его для Климова. Какова вероятность, что Арслан оставил парней и не забрал их с собой?

Прежде с таким Диана не сталкивалась. Так позорно Арслан Аксагов прежде никому и никогда не уступал — ни свою территорию, ни свою женщину.

Девушка приблизилась к дверям, взялась за дверную ручку и застыла, размышляя.

Какова вероятность, что там не стоят люди самого Климова? Ведь этот гад явно не явился сюда один. Все те, у кого рыло в пуху, сами не ходят — опасаются за свою драгоценную шкуру. И Климов был одним из таких людей. Впрочем, таким же был и Аксагов.

Нет. Нельзя открывать двери. Она точно попадётся.

Что же делать?

Девушка закусила губу от отчаяния, отошла от двери.

Вернувшись в номер, она обыскала пиджак полковника и забрала оттуда все наличные, какие нашла. Переложила деньги в свою маленькую сумочку и перекинула её через плечо. Деньги ей ещё пригодятся.

Надо сматываться отсюда.

Она вышла на террасу — она была огромной, впрочем, это неудивительно: номер был шикарен.

Девятый этаж… Чтоб его так.

Диана тоскливо посмотрела на соседнюю террасу. Разве что перелезть туда…

Но если она сорвётся — это будет последним, что она сделает в своей жизни. Высота очень приличная.

С другой стороны, у неё просто нет иного выхода. Звонить Аксагову она точно не станет. После его низменного поступка этот человек умер для неё. И умер не просто как мужчина — умер как личность.

Приблизившись к тонкой перегородке между террасами, девушка слегка перегнулась и кинула свои туфельки на соседнюю сторону. Там никого не было. На улице уже стемнело — вряд ли её заметят.

Ноги и руки тряслись. Необходимо успокоиться и взять эмоции под контроль — иначе ничего не выйдет.

Она жадно и глубоко вдохнула ночной воздух. Хорошо, что сейчас конец лета. Тепло — она не замёрзнет в своём коротеньком платье.

Взобравшись на перила, которые, к её счастью, оказались довольно широкими, она вцепилась руками в плоскую стену. Надо сделать всего два шага — и она окажется в желаемом месте.

Диана нервничала. Сделала два шага — и оба раза едва не сорвалась. Но всё же смогла перебраться на соседнюю террасу, правда, неуклюже стукнувшись коленом об пол и больно ударившись. Схватив туфельки, она босиком пробралась в номер.

Здесь было темно. Огромная комната казалась пустой. Она прошла вперёд — и застыла: на большой кровати спала какая-то женщина с маленьким ребёнком.

Стараясь не шуметь, девушка схватила чужой шарфик, висевший на спинке стула, прикрыла им свои огненные волосы и приблизилась к дверям.

Надо убираться, пока её не застукали. Очевидно, эта женщина здесь не одна — её мужчина где-то рядом и, видимо, скоро вернётся.

Артур увидел её сразу, как только девушка появилась в ресторанном зале. Даже при желании она никак не смогла бы затеряться в этой толпе.

Огненные пряди, выбивающиеся из-под шарфика, невозможно спрятать. Да и фигура у девушки была потрясающая. И что самое удивительное — красавица была одна.

Незнакомка остановилась на мгновение, осмотрелась — казалось, оценивала обстановку.

Взгляд женщины задержался на сцене, где выступали музыканты.

Юркнув в дальний угол за танцплощадкой, она села за маленький столик и едва ли не уронила голову на стол. Создавалось впечатление, что девушка пребывает на пределе эмоций.

Здесь было шумно и громко.

Артур отсалютовал Пашке и двинулся в сторону женщины — словно хищник, усмотревший добычу.

Он бросил недовольный взгляд на музыкантов, которые, казалось, решили спрятать нехватку таланта за повышенными децибелами, наивно полагая, что этот грохот скроет их фальшивое непопадание в ноты. Но запала и энтузиазма у них было не отнять.

Они выступали так, будто чувствовали себя звёздами мирового масштаба, постоянно дёргая клавиши и струны. Скрипач бесил своими длинными космами, а барабанщик знал одну каденцию — лупил, как ненормальный, по своему инструменту.

Артур уже собирался уходить, оставив дежурство на Пашку, но внезапно увидел ЕЁ.

Обычно Громов редко клеил женщин — и уж тем более в таких местах. Он был слишком правильным и серьёзным, чтобы заводить мимолётные интрижки непонятно с кем и непонятно где.

Но пройти мимо этой женщины он не мог.

Что-то в ней было такое — что-то притягивающее, как мотылька к огню.

Артур не относился к числу любителей увеселений. Ходить по сомнительным заведениям он был обязан по долгу службы, но сам по своей воле никогда бы сюда не отправился, считая, что по злачным местам шатаются лишь люди низкого сорта.

Этот отель был элитным — не злачным. И люди здесь были из верхов. Но и здесь Артур чувствовал себя напряжённо. Шум и толпы раздражали его, однако в связи со спецификой работы именно в таких местах чаще всего и приходилось коротать время.

Вряд ли Громова можно назвать снобом. Когда у Артура выдавались свободные дни, он сам выбирал, с кем и как их провести.

Сейчас он с интересом рассматривал девушку, невольно строя предположения. Девушка ждёт мужа? Парня? Любовника? Вряд ли она здесь одна.

Она молода — скорее всего, не старше двадцати пяти. И что тут такого? Сидит молодая женщина одна за столиком. Только вот она была слишком… излишне… очень излишне нервной. Острый глаз Артура мгновенно подметил: она безумно волнуется.

Эта рыжая бестия точно не выглядела как многодетная мамочка, ждущая детишек с прогулки, когда папа с ними нагуляется и приведёт их к обеду.

Взгляд женщины был полон ледяной уверенности — такой, какая обычно встречается у жён богатых мужчин, посещающих все престижные места города. Но вместе с тем в этом взгляде читалось волнение…

Странное сочетание: волнительная уверенность. Казалось, она знает, что делает — и одновременно не знает.

Взгляд Артура остановился на её безымянном пальце правой руки. Кольца нет. Зато на другой руке — четыре дорогущих кольца со сверкающими камнями. На шее — дорогое колье, стоимостью в пару его годовых зарплат. Платье брендовое, очень короткое, подчёркивающее красоту длинных стройных ног. И туфли на шпильке. Она была шикарна — просто сияла красотой и роскошью.

Девушка положила на столик маленькую сумочку и подпёрла щёку рукой.

Задумалась.

Артур обладал прекрасным аналитическим складом ума. Дедуктивный метод был одной из его сильнейших сторон. Поэтому он уверенно пришёл к выводу: эта женщина не замужем, не имеет детей, очень сильная и решительная, смелая, но сейчас взволнованна и напряжена — словно что-то случилось. А ещё, видимо, связана с каким-то богатым и влиятельным мужчиной. С кем — интересно?

Она не похожа на бизнес-леди. У неё явно есть покровитель.

Артур продолжал с интересом рассматривать девушку, подмечая каждую деталь, ловя её изумрудный взгляд, считывая эмоции с её красивого лица.

Он так увлёкся, что не сразу осознал: женщина смотрит на него. И рассматривает с не меньшим пристрастием, чем он её.

Проницательный взгляд зелёных глаз словно сканировал его насквозь. Ей бы в органах работать — цены бы такой не было…

Их взгляды скрестились. Сердце мужчины пропустило удар. Словно вспышка. Искра. Казалось, у женщины была такая же реакция. Ни один из них не отвёл взгляда.

Наконец она всё же отвернулась первой — явно почувствовав неловкость оттого, что так пристально смотрела на него.

Диана уже привыкла ловить на себе восхищённые взгляды мужчин.

Привыкла к тому, что мужчины рассматривают её, словно редкий и ценный музейный экспонат.

Но этот мужчина…

Потрясающе красивый кареглазый высокий брюнет с лёгкой щетиной на лице привлёк её внимание.

Он был одет в простую льняную синюю рубашку и чёрные брюки — явно не из дорогущего бутика. Но от этого он не становился менее привлекательным в её глазах.

При Арслане она не смела даже смотреть на других мужчин — боялась прогневить Аксагова, который испытывал комплекс собственной неполноценности перед молодыми и красивыми мужиками, каким сам уже не являлся.

Понятное дело, что сам Аксагов в этом себе даже не признавался. Но Диане не нужны были слова — она видела, чувствовала, знала…

Сейчас же она ощутила маленький глоток свободы, раздумывая, как покинуть этот отель, чтобы не засветиться у входа перед камерами. Да и подумать надо было — как быть дальше.

Уйти… или вернуться утром к Аксагову?

= 5 =

Артур остановился неподалёку, застыв в полутени колонны, наблюдая, выжидая, словно хищник, притаившийся в засаде и неотрывно следящий за дичью. Он здесь не просто так — наверное, не стоит заводить новые знакомства с женщинами, тем более тогда, когда ему придётся уехать… и надолго уехать, далеко-далеко.

Женщина была очень красива — нет, не так: она была шикарна. Понятно, что привлекла не только его внимание, но, как минимум, ещё двух мужчин, сидевших напротив и то и дело бросавших на неё масленые взгляды.

Артуру не нравились эти похотливые взгляды, которыми мужчины раздевали рыжеволосую девушку. Внутри всколыхнулось что-то глухое, незнакомое — собственническое, злое.

Девушка очень резко встала, словно приняла для себя какое-то важное, возможно, даже судьбоносное решение. Перекинула через плечо сумочку и сделала твёрдый шаг в сторону от своего столика.

Мужчины, сидевшие напротив, мгновенно оказались на ногах и обступили её, сомкнув кольцо. Один из них бесцеремонно приобнял её за талию, шепнув на ухо что-то такое, от чего зелёные глаза девушки сверкнули яростью — опасной, едва сдерживаемой, — а второй мужчина засмеялся грязным, понимающим смехом.

Женщине их общество было явно неприятно, до оскомины, до дрожи в пальцах, да и шуток их она не оценила.

Диана поняла, что сегодня — точно не её день. В номере лежит Климов, и неизвестно, жив ли он вообще. А теперь ещё и эти к ней прицепились, как репьи к юбке. Она не может позволить себе устраивать сцены, нельзя привлекать внимание. Но и позволять этим молодчикам издеваться над собой она так же не могла — не та кровь, не тот нрав.

Артур видел, как девушка нервничает, как пальцы её побелели, сжимая ремешок сумочки, — явно сдерживается через силу, чтобы не нагрубить, не влепить пощёчину. Понятно, что не желает внимания привлекать к себе. Но почему? Что заставляет такую яркую, такую своенравную с виду женщину прятать когти?

Рыжеволосая бестия аккуратно, но твёрдо сняла руку незнакомца со своей талии, напряжённо улыбнулась той самой улыбкой, за которой читалось «отойдите, пока целы», что-то сказала и сделала очередную попытку уйти от парочки.

Но мужчина был настойчив и явно не желал отпускать красотку просто так. Да и кто такую отпустит? Кто в здравом уме упустит это пламя из рук?

Рука одного мужчины вновь легла на талию девушки, а второй бесцеремонно обрушил ладонь на её ягодицу, легонько сжав, словно пробуя товар.

Сердце у Дианы пустилось в галоп — испуганный, загнанный зверёк в клетке рёбер.

Надо уходить с этими двумя. Только так. Ведь сцен устраивать нельзя, нельзя привлекать внимание, нельзя светиться.

Только вот что они с ней сделают потом? В тишине, в машине, в безлюдном переулке?

Наверное, не стоит об этом сейчас думать. Она будет решать проблемы по мере их поступления, как всегда, как учили когда-то давно, в другой жизни.

Сейчас надо покинуть эту гостиницу, а потом она каким-то образом отвяжется и от этих парней. Обязательно отвяжется. Она умеет.

Артур просто не мог больше спокойно наблюдать за этим всем со стороны. Что-то щёлкнуло в нём — может, совесть, может, инстинкт, а может, та самая древняя мужская глупость, что заставляет лезть в драку ради красивых глаз.

Решил вмешаться. Его карие глаза сверкнули — выбрал объект и цель, — и он решительно двинулся к парням, схватившим девушку.

Через минуту он жёстким, отточенным движением одной руки отодвинул одного парня, слегка оттолкнул второго, даже не глядя в их сторону — как надоедливую мебель. А рукой развернул девушку к себе лицом. Каждое его движение было точным, сильным, глаза горели такой решительностью, что спорить не хотелось даже самым наглым.

— Извини, солнышко, я встретил здесь своего знакомого, и мы с ним заболтались, — произнёс он громко, но с ленивой, почти домашней интонацией. — Не планировал оставлять тебя саму так надолго. — О! — Артур усмехнулся, наблюдая, как переглядываются между собой мужчины, оценивая, стоит ли связываться. — Наша любимая мелодия. Идём потанцуем, милая.

— Да, дорогой, — выдохнула девушка с таким облегчением, что у Артура кольнуло в груди. Она тут же вцепилась в локоть Громова мёртвой хваткой — не отпустят, не отнимут.