Под снегом. Том II

Олег Волков
Под снегом. Том II

Глава 1. Если как следует подумать

Официально полицейские Ничеево не обязаны подчиняться Турану, пусть его даже прислали из самой губернии. Организационные вопросы Туран обязан решать только через витуса Никвока, начальника полиции. Другое дело, что простые люди привыкли подчиняться мастерам. Привыкли, даже если мастер ниже по званию и через неделю-другую свалит обратно в свою губернию.

Витус Никвок не стал возражать, когда Туран увёл из Управления полиции всех трёх свободных городовых и фельдшера Дартина из морга. По указанию Турана, лекарь мертвецов прихватил большие деревянные сани, на которых обычно по двору Управления полиции возят колотые дрова. Сам Туран не поленился прихватить довольно тяжёлый саквояж криминалиста. На заднем дворе дома Тучкова к ним присоединился дворник Сван.

Официально дворники домов и частных особняков на службе в городской полиции не состоят. Другое дело, что им прямо предписано по первому свистку помогать городовому. В свою очередь на груди утуса Свана висит свисток, если дворнику дома Тучкова срочно потребуется позвать на помощь стража порядка и коллег по цеху. Впрочем, гораздо больше прямых обязанностей энтузиазм дворника подогревает предвкушение щедрый чаевых. При одном только виде начальника из губернии дворник едва ли не физически ощутил, как в его кармане осядет не меньше двугривенника, а то и сразу целковый. В прошлый раз Туран не стал жадничать и одарил усердного дворника полтинником, монеткой в пятьдесят совиртов.

В свете яркого дня задняя часть дома Тучкова выглядит ещё лучше, чем в потёмках. Снег возле спуска в подвал как и прежде тщательно вычищен. А вот сугроб под окнами спальни убитого чиновника дворник старательно закидал и выровнял. Не поленился, значит, перетаскать снег из-под высокого кирпичного забора, который ограждает задний двор дома Тучкова.

– Ну как, Смаг, готов? – Туран повернулся к молодому помощнику.

Это хорошо, что Ничеево город маленький, а все мало-мальски значимые дома находятся на Вольной улице. Ещё бы пара минут и голова молодого помощника рванула бы от умственного перенапряжения. Всю дорогу до дома Тучкова Смаг напряжённо шевелил мозгами и орудовал логическими приёмами, будто ковырял ломом стылую землю.

– Признаться, мастер, – Смаг отвёл глаза, – я так и не понял, где искать тело Рисана Ювина.

Эмоциональный фон молодого помощника покрылся чёрной траурной вуалью. Смаг буквально печёнкой учуял, что разгадка где-то рядом, буквально под носом, но так и не смог понять, где именно. В противовес помощнику, эмоциональные фоны городовых, фельдшера и дворника светятся от любопытства. Если полицейским сперва крайне не хотелось тащиться бог знает куда, то теперь они чувствуют себя так, будто оказались на цирковом представлении. Вон, Туран скосил глаза, дворник Сван нервно переступает с ноги на ногу. Кажется, будто снег под его серыми валенками трещит от напряжения.

– Хорошо, – Туран переложил саквояж в левую руку, – попробуем по-другому. Как я уже говорил, преступник решил вывезти тело Рисана Ювина. Вынести его из квартиры через дверь и подъезд он не мог, иначе бдительный утус Сван непременно заметил бы его и остановил.

От этих слов эмоциональный фон дворника засветился гордостью и самодовольством. Служитель метлы и лопаты распрямил спину и расправил плечи.

– По этой причине преступник выбросил тело Рисана Ювина в окно в спальне в вот этот сугроб, – Туран махнул рукой в сторону присыпанной и приглаженной горы снега. – Рискну предположить, что преступник решил вывести тело в лес недалеко от города. Скорей всего, он местный житель и хорошо знает Ничеево.

Смаг, – Туран вновь глянул на помощника, – если бы тебе позарез и очень быстро потребовалось бы вывести тело Рисана Ювина в лес именно с этого места, то каким наиболее коротким путём ты бы это сделал?

Траурная пелена в душе молодого помощника тут же развеялась.

– Ах, это, – Смаг расслабленно улыбнулся. – Пусть мы стоим в центре Ничеево, но, – Смаг вытянул шею, – до леса здесь недалеко будет. Если у преступника были ещё и санки, то возможных дорог у него не так уж и много. Я бы на его месте пошёл бы, – Смаг оглянулся по сторонам, – сюда!

Кованые ворота с полукруглым верхом, самый широкий проход в кирпичной стене, закрывает чисто символический засов. Смаг торопливо дёрнул на себя правую створку и выскочил на маленькую боковую улочку. Вдаль от Вольной улицы потянулись деревенские избы.

Словно охотничий пёс Смаг повёл маленький отряд полицейских по улочке. Эмоциональный фон молодого помощника пылает уверенностью в собственных силах и азартом, словно он и в самом деле на настоящей охоте. Мимо пронеслись какие-то заборы, переходы между улицами, опять заборы и опять переходы. По сторонам то и дело гремели собачьи голоса. Один раз Турана обдал аромат свежего хлеба, хотя гораздо чаще его окутывало «благоухание» свежего навоза.

– Это должно быть где-то здесь, – Смаг остановился на очередной улице.

Туран перевёл дух. Идея прихватить тяжёлый саквояж уже не кажется разумной. Дороги на маленьких улочках местные дворники отродясь не чистили. Но, нужно признать, Смаг и в самом деле привёл их на окраину Ничеево, причём довольно быстро. По правую руку серой шеренгой тянутся деревянные заборы, а по левую, буквально в четырёх-пяти метрах стеной возвышается лес.

– Если преступник, – Смаг вновь крутанул головой из стороны в сторону, – и в самом деле хорошо знает Ничеево, то он пойдёт туда! – молодой помощник уверенно показал в правую сторону.

– Почему именно туда, Смаг? – Туран глянул в указанном направлении. – Что помешало бы преступнику прямо здесь углубиться в лес?

– Мастер, там дальше тропинка. Можно даже сказать, дорожка. Я в детстве по ней на рыбалку бегал. Там, где-то через километр, ручей широкий. Рыбы там много. Всё легче, чем прямо через сугробы тащиться.

– И то верно, – Туран кивнул.

Так оно на самом деле или нет – скоро выяснится. В любом случае вал снега на краю едва проторенной дороги выглядит совершенно нетронутым.

Через десяток метров в сторону леса и в самом деле свернула хорошо утоптанная тропинка. Туран слегка нагнулся, через низенький вал снега и в самом деле проходит колея от санок с широкими полозьями. Лёгкий снежок лишь едва-едва присыпал хорошо заметную колею.

– Отлично, – Туран распрямил спину. – Утус Дартин.

Фельдшер тут же шагнул вперёд, словно солдат на плацу.

– Санки оставьте пока здесь. Надеюсь, их не украдут.

– Пусть только попробуют, мастер, – фельдшер Дартин усмехнулся, – на них магическое слова вырезано: «Полиция».

– Хорошо, верю, – Туран улыбнулся. – Делимся на две группы по три человека и прочёсываем лес по обе стороны от тропинки. Далеко друг от друга не отходим, не больше чем на пять-шесть шагов. Пошли! – Туран махнул рукой.

Приказ полицейским и дворнику очень даже не понравился. Пусть каждый их них надел на службу добротные высокие валенки, только и снега вокруг тропинки за долгие зимние месяцы намело не меряно. Но и возражать или отлынивать так никто и не решился. Трое городовых вытянулись в редкую шеренгу по левую сторону тропинки, Смаг, фельдшер Дартин и дворник Сван по правую. Туран, как начальник, не стал нырять в сугроб и остался на хорошо утоптанной тропинке.

Как Туран успел узнать со слов молодого помощника, вокруг Ничеево полно подобных тропинок. Летом горожане ходят по ним за грибами и ягодами, зимой за дровами и на охоту. Пусть палить из ружей вблизи города нельзя, так и до греха недалеко, но никто не запрещает обывателям ставить капканы и силки на мелкого зверя. Вон, Туран вытянул шею, между стволов вековых сосен то и дело петляют заячьи следы.

Первые несколько десятков метров по хорошо утоптанной тропинке остались за спиной. Полицейские с каменными лицами продираются через глубокий снег, хотя каждый сам про себя на чём свет стоит материт залётного начальника из губернии последними словами. Ничего, Туран усмехнулся, пусть городовые хотя бы немного растрясут жирок. Дай бог, глубокий снег мешает не только им. Вряд ли у преступника хватило терпения оттащить труп глубоко в лес.

– Превеликий Создатель!!!

Туран резко повернул голову. Дворник Сван, самый крайний в правой шеренге, бухнулся в снег. Эмоциональный фон служителя метлы и лопаты захлестнул чёрный ужас. Нашёл, не иначе. Туран свернул с тропы, ноги тут же увязли в глубоком снегу.

– Проклятие нишранов, – голос дворника Свана дрожит от волнения.

– Ничего подобного, уважаемый, – Туран подошёл ближе.

В это страшно поверить, но сработало: к шершавому стволу вековой сосны прислонён труп. Совершенно голый мужчина лет тридцати-сорока. Невысокий, но заметно упитанный, живот гладенький, словно пирожок. Ноги по самые колени утопают в снегу. На лице ни усов, ни бороды. И руки, Туран склонил голову, холёные ручки человека, который сознательно сторонится любого физического труда.

Голый покойник застыл в нелепой позе. Левая рука с растопыренными пальцами показывает куда-то в сторону, при этом лицо убитого повёрнуто в другую, а голова чуть откинута назад. Запорошенный снегом затылок упирается в ствол исполинской сосны. В распахнутых глазах застыли кристаллики льда. Правая рука отведена за спину, а колени чуть согнуты.

Зима, собачий мороз. При каждом выдохе изо рта вылетает белесое облачко пара. Обнажённый вид покойника производит угнетающее впечатление. Эдакая злая насмешка над законами природы и обычаями людей. Не удивительно, что дворник Сван в ужасе бухнулся на пятую точку и тут же вспомнил о «проклятии нишранов».

– Вы узнаёте этого человека? – Туран глянул на дворника.

– Да, мастер, – дворник Сван судорожно кивнул, – это витус Ювин, жилец из седьмой квартиры.

Удивительное дело, Туран смерил покойника глазами, Пачар Руднев, болтливый привратник из Конторы, удивительно точно описал Рисана Ювина. У чиновника ноги и впрямь несколько более короче обычного. Между тем, маленький отряд полицейских собрался за спиной Турана. Городовые, суровые дядьки, у каждого за спиной не один десяток лет суровой армейской службы, молча уставились на покойного.

 

– Смаг, иди сюда, – Туран махнул рукой. – Что ты можешь сказать?

Как-то совершенно незаметно работа с молодым помощником стала своеобразным обучением азам уголовного сыска. Смаг моментально сообразил, что перед ним поставили очередную учебно-боевую задачу и пристально уставился на замороженный труп.

– Это убийство, – в эмоциональном фоне Смага сверкнула алмазная уверенность в собственной правоте. – Рисан Ювин убит ударом тяжёлым тупым предметом по голове. Вон, – указательный палец Смага едва не ткнулся в голову чиновника, – след от удара. Квадратный, причём киянкой вдарили, не иначе.

– Не спеши с выводами, – перебил Туран. – В нашем мире полно квадратных тяжёлых предметов. Часто в подобных делах в ход идут статуэтки, канделябры, да и вообще всё, что только под руку попадёт. Ладно, продолжай.

Замечание Турана сбило с молодого помощника былую самоуверенность.

– Рисан Ювин убит тяжёлым тупым предметом квадратной формы по голове, – продолжил Смаг. – Осмелюсь предположить, на затылке жертвы мы найдём следы от падения из окна.

– Верно, – Туран кивнул. – Дальше.

– Сколько именно Рисан Ювин пролежал в сугробе под окном собственной спальни нам неизвестно, – с каждым словом Смаг чувствует себя всё уверенней и уверенней, – однако вполне достаточно, чтобы он замер в такой позе. По этой причине убийца не смог снять с трупа одежду и был вынужден её срезать. Причём делал он это в темноте и в жуткой спешке. По всему телу видны следы порезов.

– Так называемых посмертный порезов, – уточнил Туран. – Видишь, Смаг: кожа рассечена, но следов кровотечения совсем нет. Давай дальше.

– Ещё в момент преступления убийца нанёс Рисану Ювину сильный удар по левой скуле. Вон, – Смаг поднёс указательный палец к лицу жертвы, – на коже отчётливо виден синяк.

– Верно, но не совсем, – вновь возразил Туран. – Синяк есть, но он заметно старый. Кто-то ударил Рисана Ювина задолго до роковой встречи с убийцей. Иначе синяк просто не успел бы проступить на коже. А этот не только успел, но ещё и «зацвёл», то есть, частично прошёл. И это важный момент. Ладно, давай дальше.

– Дальше? – Смаг обернулся. – Это всё, мастер, что я могу сказать.

Действительно всё, эмоциональный фон помощника зияет полной растерянностью.

– Хорошо, – Туран кивнул, – уточню: благодаря чему нам удалось найти труп Рисана Ювина?

В эмоциональном фоне молодого помощника проступила печаль. Того и гляди расплачется. Парень чувствует себя так, будто только что провалил самый важный, самый ответственный экзамен и теперь его поганой метлой выгонят из полиции. Впрочем, все, кто только обступил Турана в лесу возле замёршего трупа, растерянно хлопают глазами.

– Может, это, удача? – неуверенно протянул один из городовых.

– Удача помогает только тем, кто знает, где искать, – Туран оглянулся на городового. – Найти труп Рисана Ювина нам помогло пресловутое «проклятие нишранов».

Всё равно не помогло. Смаг судорожно поглядывает то на Турана, то на труп Рисана Ювина. Шарики и ролики в голове молодого полицейского того и гляди разорвут ему череп. Да-а-а… Придётся сказать прямо.

– Практически каждый убийца стремится замести следы собственного преступления, очень часто и в первую очередь свалить вину на другого, – заговорил Туран. – «Проклятие нишранов» далеко не первый месяц будоражит обывателей Ничеево. На него уже попытались списать собственные преступления Тефан Афрон и убийца Варма Ксижена. Тот, кто проломил Рисану Ювину череп, не придумал ничего более оригинального, как тоже свалить собственную вину на «проклятие». Но для выполнения задуманного преступнику пришлось выполнить несколько условий: вывести труп Рисана Ювина в лес, раздеть его и прислонить к дереву. В данном случае к сосне.

Если бы «проклятия нишранов» не было бы, то преступник мог либо оставить тело Рисана Ювина на месте преступления, либо попытался бы избавиться от него другим способом. Вот тогда труп и в самом деле могли бы закопать, спустить под лёд или сжечь. Но обман не сработал, убийца невольно подсказал нам, где искать тело Рисана Ювина. Ясно тебе?

– Да, мастер, – Смаг кивнул.

На душе у молодого помощника вновь стало легко и весело. Будто строгий преподаватель только что позволил ему вытянуть второй билет и поставил в журнал вожделенную пятёрку. Ничего страшного, со временем Смаг наберётся не только практического опыта, но и теории.

– Утус Дартин, – Туран развернулся на месте, ноги ещё глубже увязли в снегу, – оставляю вас за главного. Тело Рисана Ювина доставить в морг Управления. Там…, вскрытие, протокол. Впрочем, не мне вас учить.

– Будет исполнено, мастер, – фельдшер Дартин кивнул.

– Хотя нет, минуточку.

Из саквояжа криминалиста Туран извлёк лупу и складной метр. Не зря, значит, сумочка всё это время руки оттягивала. Тёплая рукавица легко смахнула с головы Рисана Ювина тонкий слой снега. Тут же во всей красе обнажилась квадратная рана, сквозь порванную кожу и примятые волосы проступили красные подтёки мёрзлой крови.

– Ровно десять сантиметров, – Туран поправил секцию складного метра на голове Рисана Ювина. – Похоже, я знаю, чем именно его убили. Утус Сван, – Туран сложил метр, – мне потребуется ваша помощь. Всем остальным до встречи в Управлении полиции.

Возбуждённые голоса городовых быстро растаяли среди вековых стволов. Можно не сомневаться: полицейские сами доставят тело Рисана Ювина в морг Управления. Самое главное, труп найден. Теперь по факту смерти чиновника Контрольной палаты можно смело возбуждать полноценное уголовное дело. Другое дело, Туран невольно улыбнулся случайному каламбуру, нужно ли брать его на себя?

С формальной точки зрения Турана прислала в Ничеево для расследования убийства Варма Ксижена. Так что с чистой совестью смерть Рисана Ювина можно спихнуть на местную полицию. Только зачем? Ещё вчера днём, когда Туран собирал информацию о бывшем главном инженере, всплыла очень интересная связь между Вармом Ксиженым и Рисаном Ювиным. И то, что второй ненадолго пережил первого, отнюдь не случайное совпадение.

До самого дома Тучкова дворник Сван оставался мрачнее тучи, хотя внешне сама любезность и жгучее желание услужить. Лишь возле подъезда Туран вспомнил, с чего это работник метлы и лопаты такой хмурый. Да, подобных проколов лучше не совершать.

– Уважаемый, – Туран протянул дворнику полтинник, – благодарю за оказанную помощь. А теперь последняя просьба: пригласите, пожалуйста, управляющего Неева с ключами от квартиры Рисана Ювина. Мне нужно кое-что проверить.

– Непременно, мастер, – дворник поспешно убежал.

Чаевые, монетка в пятьдесят совиртов, буквально исцелила дворника Свана от меланхолии. Дворники, а так же официанты, человеки (служители трактиров и ресторанов), горничные и прочие, кто обслуживает богатых и власть имущих, привыкли получать маленькие вознаграждения за свой труд. Впрочем, очень быстро эти самые маленькие подачки складываются в весьма ощутимую добавку к основному жалованью.

А вот мрачное настроение утуса Неева не в силах исцелить даже целковый. Управляющий домом Тучкова ничего не сказал, а молча отпёр дверь. Впрочем, о причинах можно догадаться и так. Через пару недель месяц закончится, наступит не только новый 9257-ой год, но и подойдёт срок оплаты. Только платить за шикарную и дорогую квартиру номер семь больше некому. Даже хуже. Ещё вчера Туран лично распорядился порядок в квартире не наводить, новых жильцов не пускать вплоть до окончания расследования. А для витуса Тучкова, владельца, и для его управляющего это прямые убытки.

Обстановка в гостиной осталось точно такой же, какой и была два дня назад. Впрочем, как и должно быть. Бронзовая статуэтка в виде медведя на задних лапах и канделябр на четыре свечи как и прежде стоят на комоде. Туран остановился рядом в нерешительности. Какой из них? Впрочем, всё равно нужно будет проверить оба. Туран распахнул саквояж.

– Ровно десять сантиметров, – Туран поправил складной метр возле основания бронзовой статуэтки. – А здесь всего восемь и уголки заметно закруглены.

– Мастер, что вы делаете? – прямо из-за спины спросил Смаг.

Молодой помощник словно верная собачка ходит за Тураном по пятам. Любопытство проросло в душе Смага, когда они вернулись к дому Тучкова. Оно набрало силу и засияло ещё больше, когда управляющий распахнул дверь в квартиру Рисана Ювина. И оно же едва не вывернуло Смага на изнанку, когда Туран приложил складной метр к основанию бронзовой статуэтки в виде медведя на задних лапах.

– Мы только что нашли орудие убийства, Смаг, – Туран бросил складной метр обратно в саквояж. – Думаю, именно этой статуэткой убийца проломил Рисану Ювину череп. Хотя преступник и догадался стереть с основания статуэтки кровь и поставить её на место.

– А почему вы уверены, что именно этой статуэткой был убит Рисан Ювин? – в эмоциональном фоне Смага всё ещё мигает неудовлетворённое любопытство.

– Это элементарно, Смаг, – Туран усмехнулся. – Как ты должен знать, убийства бывают предумышленными и неумышленными. В первом случае преступники обычно предпочитают заранее запастись чем-нибудь убойным. Например, пистолетом, ножом, топором. Даже обычным молотком можно легко и просто проломить человеку череп. Ну а неумышленное убийство обычно совершают тем, что первым подвернулось под руку. В этой роли очень часто выступают статуэтки и канделябры. Тем более такие массивные и ухватистые как этот бронзовый медведь. Правда, и это тоже нужно признать, может быть и не этим убили Рисана Ювина.

От такой противоречивой логики Смаг опять растерялся. Казалось бы, очевидная вещь, и в одно мгновенье пошла кувырком.

– Здесь нет никакого противоречия, Смаг, – Туран прочистил горло, а то неуместный смех окончательно доконал бы молодого помощника. – Вполне возможно, что убийца всего лишь оглушил Рисана Ювина этой бронзовой статуэткой. Да, череп проломлен. Да, мозги едва наружу не вылезли. Но, бывало, что люди оставались в живых и при более тяжких ранениях. Может быть, именно падение с третьего этажа и удар головой о кирпичную стену добили Рисана Ювина. На эти вопросы однозначно может ответить только фельдшер Дартин, он же патологоанатом Управления.

– И то, если у него на это хватит знаний и опыта, – закончил Смаг.

– Вот так оно и есть на самом деле. Утус Неев, – Туран подхватил с комода бронзового медведя, – статуэтку я изымаю.

– Как желаете, уважаемый, – тут же отозвался утус Неев.

Управляющему домом Тучкова уже всё равно. Одной статуэткой меньше, одной больше – какая, мягко говоря, разница. Утус Неев находится в таком эмоциональном состоянии, что не будет возражать, даже если Туран решит вынести из квартиры всю мебель, снять все окна и двери и, в придачу, содрать обои.

– Я оформлю акт изъятия, – бронзовый медведь опустился на круглый стол посреди гостиной, Туран потянул на себя саквояж.

– Не стоит, мастер, – утус Неев расслабленно махнул рукой.

– Нет, стоит, уважаемый, – мягко, но твёрдо возразил Туран. – Это важная улика. Вполне возможно, что именно вам придётся опознать эту статуэтку в зале суда. Так что ждите от меня повестку.

Государственная служба давно научила Турана воздавать положенные жертвы всесильной бюрократии. Не прошло и пяти минут, как утус Неев с кислой миной на лице спрятал свёрнутый акт изъятия в карман и вновь запер дверь в квартиру номер семь.

После прохладной и тёмной квартиры свежий воздух на улице кажется тёплым и освежающим. Туран вздохнул полной грудью. Пусть до Управления полиции недалеко совсем, но небольшая прогулка не помешает. Тем более эмоциональный фон Смага опять мигает неудовлетворённым любопытством.

– Спрашивай, – Туран двинулся по тротуару в сторону Казацкой площади.

– Мастер, – тут же заговорил Смаг, – а как вы найдёте убийцу Рисана Ювина? Ведь на статуэтке его имя не написано.

– Ну, давай начнём с того, что статуэтка является очень важной уликой. Этот бронзовый медведь в зале суда произведёт на присяжных заседателей сильное впечатление. Тем легче прокурору будет добиться обвинительного приговора.

– Так вы уже знаете, кто убил Рисана Ювина? – эмоциональный фон Смага взорвался эмоциями.

– Нет, конечно же, пока не знаю. Другое дело, Смаг, что улики и прочие доказательства для суда собирать нужно заранее, а не накануне первого заседания. Ну а что касается твоего вопроса, то сперва нужно найти мотив.

На лице Смага отразилось полное непонимание. Вот как плохо, когда образованный, в принципе, молодой человек не прочитал в своей жизни ни одного детектива, даже самого грубого и далёкого от реальной жизни.

 

– Причина, Смаг. Мотив, это та самая причина, по которой убили Рисана Ювина.

– Ну, мастер, – разочарованно протянул Смаг. – Причин может быть очень много, вы сами говорили.

– Ничего подобного я тебе не говорил. А во вторых, главных причин, как ни странно, всего две.

Пойми главное, Смаг, – Туран резко остановился, рядом, по проезжей части, с шелестом и скрипом пролетели сани, – убийство, это очень серьёзное преступление. Соответственно, и причина решиться на такое должна быть очень и очень серьёзная. А таких в жизни существует всего две: деньги и любовь. Причём мужчины чаще всего убивают из-за первой, а женщины из-за второй.

– А как же Тефан Афрон, который жену свою топором порешил и в лес голой уволок? – тут же возразил Смаг.

– Это была пьяная дурь. Тефан Афрон толком протрезветь не успел, как уже раскаялся в содеянном. По этой же причине он тут же и сознался, едва оказался в обезьяннике. Настоящий убийца, который решился на тяжкое преступление в здравом уме и в твёрдой памяти, заливать собственную советь дешёвым пойлом Чохарихи не будет. Учти это.

Нам придётся проверить обе причины: расспросить ближайшее окружение Рисана Ювина. То есть тех, кто жил с ним рядом, работал, развлекался. О! Кстати! – у крыльца Управления полиции Туран резко остановился. – Как раз с последнего можно начать.

– Я с вами, мастер, – Смаг тут же вытянулся по стойке смирно.

Ни дать ни взять верная охотничья собачка, которая учуяла след.

– Нет, Смаг, – Туран улыбнулся, – на сегодня ты свободен. Занеси статуэтку в кабинет и можешь идти домой.

– Но, мастер, – в душе молодого помощника разгорелось упрямство, – рабочий день ещё не закончился. В конце, концом ещё светло!

Энтузиазм и служебное рвение Смага можно только приветствовать. Пусть небо над головой затянуто серыми тучами, однако и в самом деле ещё светло. Пройдёт не меньше часа, прежде чем улицы Ничеево погрузятся в темноту.

– Иди, иди, Смаг, – Туран махнул рукой, – на этот раз я справлюсь сам и только сам.

– Тогда скажите, куда вы пойдёте и что будете делать?

– Завтра, Смаг, завтра всё узнаешь.

Дразнить молодого помощника не есть хорошо, но уж больно забавно наблюдать за его эмоциями. Парень точно вошёл во вкус уголовного расследования. Можно сказать, первый в его жизни детектив, да ещё самый настоящий.

Если бы бронзовый медведь не стоял бы на задних лапах, то статуэтка, она же орудие убийства, вполне влезла бы в сейф. А так пришлось оставить её на сейфе. Там же, в кабинете, Туран опустил на пол тяжёлый саквояж. Для предстоящего расследования вполне хватит более лёгкой кожаной папки для бумаг и небольшого набора походной канцелярии. Снимать отпечатки пальцев ему точно не придётся, а вот допрашивать свидетелей и оформлять протокол – более чем вероятно. Хотя, Туран вновь вышел на крыльцо Управления полиции, в душе теплится надежа, что работать не придётся вовсе.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
Рейтинг@Mail.ru