Litres Baner
Герцогиня Ворона

Олег Ткачёв
Герцогиня Ворона

Часть первая. Запрещенный фамильяр

Глава 1. Без права отказаться

В слабом свете самодельного факела Андрюшка увидел облако тумана, которое быстро сгустилось и превратилось в стройную миловидную девушку примерно его возраста.

– Это ты меня все время звал? – спросила она, вытирая о фартук измазанные мукой руки, шагнула вперед, вскрикнула и недовольно добавила: – Похоже, я ногу подвернула. Мог бы осветить нормально или хотя бы предупредить.

– Тише. Сюда запрещено приходить. И вообще, я не тебя звал, а дракона.

– Гордо парящее в небесах дитя дракона и так далее? – презрительно усмехнулась она. – Тогда отправляй меня назад и побыстрее. Мне нужно завтрак готовить. Да и место это мне совсем не нравится.

– Извини, но это вряд ли возможно, – он прислушался к эху далекого обвала и вдруг перешел на шепот: – Пойдем отсюда, пока нас не поймали.

– Ну и пусть ловят. Я тут ни при чем. Я все равно босиком, да еще с подвернутой ногой, быстро не пойду, – гордо заявила она.

– Накинь мой тулуп, только не застегивай, и садись ко мне на спину. Воротник подними, – он сбросил тулуп, подал девушке и присел, чтобы ей было удобней забраться.

– Спасибо, конечно, но здесь не так уж холодно, – ответила она, но повиновалась.

Парень схватил свой факел, котомку и быстро пошел по известному маршруту. Он несколько раз предупредил девушку, чтобы говорила шепотом, а лучше – вообще молчала, пока он не скажет.

И правда, иногда эхо доносило сюда странные звуки. Глаза еще не привыкли к темноте. Только оказавшись перед узким проходом, девушка сообразила, что они не ночью в горах, а в пещере. Дорога то становилась шире, то сужалась так, что обоим приходилось ползти на четвереньках или протискиваться боком.

В конце парень вообще затушил факел и спрятал в трещине. Из пещеры выбирались почти ползком, ориентируясь на яркий свет впереди. Делать это в платье очень неудобно, но тревога спутника передалась и девушке. Она безропотно следовала за ним.

Наконец они оказались на горном склоне, покрытом редким лесом. Снег здесь почти везде растаял. Парень осторожно закрыл вход в пещеру тяжелым камнем, снова подставил спину и понес девушку вниз. Она успела разглядеть между кронами, что наверху склон переходит в крепостную стену, а внизу до самого горизонта раскинулись поросшие лесом холмы и невысокие горы. «У нас горы покруче, а таких больших лесов я ни разу не видела. Похоже, меня далеко занесло», – подумала она и предпочла повременить с вопросами.

Дойдя до густого заснеженного участка, сделали привал. Девушка продолжала оглядываться по сторонам, пытаясь сообразить, куда попала, и дорогу на всякий случай запомнить. Парень надел припрятанные среди веток кустарника лыжи, снова шепотом велел залезть на спину и поспешил вперед, заметая следы веткой.

Девушка много раз хотела заговорить, но спутник так часто замирал и оглядывался по сторонам, что она предпочла еще подождать. Когда добрались до узкой лесной дороги, он прошел до развилки на лыжах, потом снял их и пошел пешком в обратную сторону. Тут девушка не выдержала и тихо спросила:

– Ты что, заблудился?

– Так надо. Пока они будут лыжника искать, наши следы другие путники затопчут.

Как только вдали послышался бубенчик лошади, Андрюшка отошел на проталину и спрятался за толстым кленом. Мог бы отдохнуть, но девушку на землю не опустил. Когда телега проехала, он снова вышел на дорогу и пошел дальше.

Он долго ее нес. Солнце поднялось довольно высоко, а примерзшие за ночь лужи на дороге снова начали таять. Парень добрался до южного склона большого холма и пошел по проталинам. Отойдя от дороги достаточно далеко, он обогнул могучий дуб, присел и устало сказал:

– Привал. Слезай. Можем поговорить, только тихо. В лесу и крестьян, и охотников полно. Меня зовут Андрюшка.

– Людмила. Можешь называть Люсей. Я простая крестьянка. Примерно в это время года мне часто снилось, что кто-то меня зовет. Сегодня я услышала голос наяву, просто сделала шаг и оказалась тут, – сказала она, осторожно щупая больную ногу.

– Вот оно как? Я охотник. Я в детстве случайно ту пещеру нашел. На горе над ней стоит крепость Гаргади. Там в день весеннего равноденствия, то есть сегодня, дворяне призывают себе разных животных в помощники. Их называют фамильярами. Есть много сказок и легенд на эту тему: о драконах, птицах, зверях и даже рыбах. Но я ни разу не слышал, чтобы в ответ на призыв появился человек.

– Тогда хозяева крепости должны знать, как вернуть меня домой.

– Говорю же, что такого даже в сказках нет. Слухи ходили, что некоторые дворяне, недовольные своим фамильяром, пытались повторить призыв, но старый не исчез, а новый не появился, – уверенно сказал Андрюшка. – Зато саму крепость охраняют очень строго. Бедняка, который подберется слишком близко, сразу в шпионаже обвиняют.

– Теперь хотя бы понятно, почему мы убегаем, – грустно опустила голову девушка. – Осталось выяснить, куда именно.

– Домой. Ко мне домой. Только нужно сначала придумать, откуда ты взялась. Никто не поверит, что заблудилась. Слишком уж ты отличаешься от наших девушек, что лицом, что одеждой.

Вдруг неподалеку застрекотала сорока. Оба замерли, вглядываясь в ту сторону. Там же хрустнула ветка. Немного погодя между стволов промелькнула спина дикого кабана.

– Не бойся, для меня кабан – желанная добыча, но сейчас не до него, – прошептал Андрюшка. – Пусть идет своей дорогой.

– Ты тоже на наших парней непохож. У нас снег еще и не думает таять. Похоже, что я с севера. Так подойдет? – с надеждой посмотрела на него Люся.

– Босиком и в одном платье по снегу? – криво усмехнулся он. – Я в городе бродячих циркачей видел. У них одежда тоже на нашу непохожа. Можно сказать, что ты от цирка отстала.

– Понятия не имею, о чем ты.

Андрюшка принялся увлеченно рассказывать, что такое цирк и какие забавные у циркачей представления. Люся слушала молча, стараясь запомнить как можно больше. Парень рассказал все, что смог вспомнить, и грустно подытожил:

– Сам понимаю, что не подойдет. Народ у нас любопытный. Обязательно попросят показать что-нибудь необычное.

– Я могу сказать, что за животными ухаживала и старшим помогала. В цирке ведь есть лошади и голуби? – спросила Люся.

– Да, две лошади кибитку везут, а голуби в клетке.

– Замечательно. Я и клетки из веток плести умею.

– Эка невидаль. У нас зимой все и корзинки, и лапти, и прочее плетут, – он окинул девушку с ног до головы оценивающим взглядом и добавил: – Думаю, уход за животными подойдет. Договорились, только скажешь, что тебя прогнали, а не просто отстала.

– Ой, а если спросят, откуда я приехала? Названия я могла забыть, но должна знать, через горы или равнины ехала, – забеспокоилась Люся.

Андрюшка рассказал все, что знал об окружающих землях. Не так уж много. Сам он, бывало, на неделю-другую из дома уходил, но по лесам. Остальное пришлось рассказывать по слухам.

Он и ногу девушки осмотрел. Ничего серьезного, хотя ступать больно. Парень мужественно пообещал донести Люсю до своего дома. Очевидный вопрос, что делать потом, никто из них не решился задать. Каждый снова надолго замолчал, пытаясь найти ответ.

Они вышли к небольшой речке, которая уже начала выходить из берегов. Дошли до моста, но не перешли на ту сторону. Затаились, подождали, пока люди не пройдут, а лишь затем быстро перешли и снова ушли с дороги в сторону.

Чем дальше, тем чаще приходилось отдыхать парню, но Люсины предложения пройтись с палкой он не принял. Андрюшка даже на местах привалов следы заметал, чтобы никто не догадался, что он не один. Солнце уже скрылось за далекими горами, когда они добрались до одинокой избушки посреди леса.

* * *

Тем временем голубь, фамильяр одного из офицеров, принес письмо из Гаргади в столицу Шаритании. Король Людвиг лично распечатал письмо, бросил взгляд на текст, опустил голову и молча протянул бумагу советнику. Тот прочел и спокойно сказал:

– Воробей – не так плохо, как могло бы быть. Для разведки и передачи сообщений птицы удобнее других животных.

– Можешь меня не успокаивать, – махнул рукой король. – Я прекрасно знаю своих сыновей. Старший призвал благородного оленя, средний – храброго волка. А от младшего я и не ожидал свирепого хищника.

– Будем надеяться, что войско Кобии, идущее с юга, не посмеет перейти нашу границу. Если же это случится, воробей справится куда лучше экзотических птиц. Если позволите, давайте вернемся к делам, – поклонился советник.

* * *

На одном из привалов Андрюшка рассказал Люсе, что знал о фамильярах.

В королевстве Шаритания, как и во всех соседних, дворяне проходили особый ритуал при достижении восемнадцатилетнего возраста. Они призывали себе помощника из животного царства.

Никто не знал наперед, кто появится. Более важно, что призванный становился не просто домашним питомцем. Он всегда исполнял роль преданного слуги, позволяя хозяину преодолевать трудности и невзгоды многочисленных войн и междоусобиц. Жаль, что фамильяр не мог разговаривать, зато каким-то чудом понимал не только приказы хозяина, а любую человеческую речь.

Началось это не забавы ради, а от безысходности.

Согласно древней легенде, в те времена сильная многочисленная армия готовилась напасть на Шаританию. Своя армия раза в три меньше, а союзников найти не удалось. Тогдашний король Ерема собрал всех своих мудрецов и приказал им придумать средство для победы. Один из них предложил посетить древние развалины. Сложный ритуал, который они там провели, позволил королю призвать настоящего дракона. С его помощью захватчиков удалось разбить. Позже Ерема приказал построить на месте развалин крепость Гаргади.

Трудно сказать, насколько правдива легенда. Уже много столетий никто настоящего дракона не видел. Одно очевидно. Современники Еремы не пересказывали бы эту легенду потомкам, если бы он проиграл.

 

А еще точно известно, что ныне соседние королевства вполне обходились и без древних руин, призывая фамильяров. Животные появлялись настолько разные, что ученые мужи веками ломали головы, написали толстые тома, а разумного объяснения феномену призыва так и не нашли. Даже дни весеннего и осеннего равноденствия для ритуала выбрали просто потому, что древним мудрецам это показалось верным.

Наблюдая за многочисленными битвами, ученые выяснили всего несколько крупиц. Во-первых, фамильяр слушается только хозяина и предан ему, как любимая собака. Он готов отдать за хозяина жизнь, без колебаний бросаясь в опасную битву. Во-вторых, после гибели хозяина он перестает выполнять человеческие команды и ведет себя, как обычное дикое животное. В-третьих, если один фамильяр погиб, второго вызвать не получается.

Шаритания упорно поддерживала таинственность Гаргади. Соседнее королевство Дамува, как бы в насмешку, проводило ритуал на обычном лугу возле столицы. Тоже в день равноденствия. У них ритуал заключался только в том, что дворянин заходил на помост и читал стихи о том, какого фамильяра он хочет призвать.

* * *

Андрюшка немного ошибся. Несмотря на насмешки соседей, шпионом считали не только крестьян, а любого, кто без позволения приближался к Гаргади. Даже дворяне, которым позволили исполнить ритуал, могли ходить только по некоторым улицам и коридорам крепости.

Тем более странным казалось услышать сегодня посторонний шум в зале призыва. Илларион, третий сын короля Людвига, как раз рассказывал в стихах, как он восхищается драконами вообще и обрадуется встрече со своим в частности. Он почти закончил. Тут его отвлек странный шум, похожий на смесь камнепада и человеческого крика. Когда вместо дракона появился воробей, принц разбушевался и приказал искать виновника, который его отвлек.

Крепость небольшая, а стражников много. Комендант крепости быстро выяснил, что шум мог проникнуть только снаружи, через многочисленные трещины и пещеры. С другой стороны, он не мог позволить, чтобы люди, особенно соседние королевства, узнали о такой слабости его крепости:

– Ваше высочество, мы постоянно наблюдаем и за порядком внутри крепости, и за стенами снаружи. Лазутчиков не заметили. Должно быть, талая вода сдвинула камни.

– Пошлите людей проверить все вокруг. От леса до стен далеко. Стража могла не услышать крик, – сердито потребовал принц.

– Разумеется, я уже послал. У них уйдет несколько часов, чтобы обойти крепость и внимательно осмотреть снег. Следы на снегу не скроешь.

Церемонию не остановили. Один за другим молодые дворяне исполнили свои призывы и покинули крепость со своими фамильярами.

Тут коменданту сообщили, что нашли не только следы нескольких недавних обвалов. В лесу есть следы лыжника, заметенные веткой. Разве нужны еще доказательства, что их оставил злоумышленник?

– Я требую объявить награду за его поимку, – заявил принц.

– Прошу простить, но нельзя этого делать, ваше высочество, – поклонился комендант. – Мы всегда доказывали, что наш ритуал лучше, чем у других. Мы не можем показать, что его так легко испортить.

– Тогда я лично схвачу виновника. Хотя бы следопыт у вас найдется? – надменно и сердито спросил принц.

– Я дам того солдата, который нашел следы.

Принц Илларион посадил воробья в клетку, взял двоих стражников и следопыта и пустился в путь. На лошадях по бездорожью они двигались вряд ли быстрее беглеца. Когда вышли на дорогу, след и вовсе потерялся среди множества других.

Принц еще больше рассердился, но сдаваться и не собирался. Он послал стражников в обе стороны расспросить об утреннем лыжнике, а сам остался со следопытом, который медленно исследовал дорогу. Пока снег не сошел, мало кто без лыж ходит. Тут следопыт и сообразил, что лыжник мог сойти с дороги.

Птица, как ни крути, сверху скорее увидит заметенные веткой следы. Илларион показал своему воробью, как выглядят эти следы, приказал найти такие же в лесу и выпустил из клетки.

* * *

Андрюшкин отец еще не вернулся с охоты, а мама в историю беглецов поверила. Ее больше волновало, как бы побыстрее обогреть их и накормить. Она только переспросила:

– Человек ведь важнее голубей. Может, хозяин цирка сгоряча оставил тебя одну на лесной дороге, а позже вернулся? Не мог же он тебя по холоду без тулупа выгнать.

– Я довольно долго шла вслед кибитке. Никто не вернулся, – ответила Люся. – Да и нет у меня своего тулупа. Я ведь в представлениях не участвую, а работаю в чем придется, когда актеры отдыхают.

– Разве нельзя на рынке новых птиц купить?

– Я случайно выпустила дрессированных голубей. Таких обычными не заменишь. Их долго учить нужно, чтобы слушались.

Мама накормила обоих и занялась зайцем, которого Андрей подстрелил по дороге. Она даже согласилась, чтобы Люся пожила у них и помогала по хозяйству, пока половодье не пройдет.

Казалось, что можно успокоиться. Люся быстро уснула, а рано поутру под руководством хозяйки принялась за работу. Она дала животным еды, корову подоила быстро и умело, а затем села прясть. За этим занятием ее и застал отец Андрея.

Он буквально ворвался в избу, бросил добычу в угол и сердито заявил жене:

– Потом поем. Сейчас нужно выяснить, что наш сын вчера натворил.

– Ничего особенного, – замялся Андрей. – Зайца подстрелил и вот девушку, которая заблудилась, к нам привел. Ее зовут Люся.

– Доброго здоровья, – с поклоном сказала она и вернулась к работе.

– Я мог бы поверить, только стражники не девушку ищут, а лыжника, который следы заметает. Хорошо, что ты перестал их заметать, когда на местную тропу вышел. Да и снег за день неплохо подтаял. Но те следы ведут в сторону нашей избушки. Я нашел, другие тоже найдут.

– Ничего я не натворил. Просто возле Гаргади охотился, вот и перестраховался.

– Ты еще скажи, что случайно туда забрел.

– Неслучайно. Вчера там много дворян собралось. Любопытно стало, кого они оттуда повезут.

– Уж лучше бы ты к медведю в гости зашел. Тот хоть не станет нападать без причины, – проворчал охотник, повернулся к Люсе и сказал, пристально ее рассматривая: – Следов девушки я не заметил. Как это она сюда приблудилась?

– Она ногу подвернула. Я на плечах нес, потому и лыжня глубже, – признался сын. – Она не из местных. Ее из цирка выгнали.

– Сам вижу, что не из наших. Стражники наверняка за шпионку примут. Да и ты вряд ли отвертишься. Уходить вам нужно. Обоим и подальше, – грустно заявил хозяин.

– Да как же это? – всплеснула руками его жена. – Реки уже из берегов выходят. Снега все меньше. Тут что пешком, что на лыжах до города тяжело добраться.

– Нельзя им в город. Да и на дорогу нельзя. Если вдвоем заметят, обязательно донесут о чужестранке, – он снова повернулся к девушке и спросил: – Ты из какой страны?

– Мы много где путешествовали. Говорят, что я с севера, но дорогу не знаю, – неуверенно ответила она и вопросительно посмотрела на Андрея.

– Отец, мама, отпустите меня в дальнюю дорогу, – вдруг поклонился парень. – Я давно хотел по дальним землям побродить. Ближе всего граница королевства Дамува. Реку Тахими между льдинами уже можно переплыть, если осторожно. Мы пойдем туда.

В избе наступила тишина, даже прялка остановилась. Охотник долго смотрел на сына, встал, убрал немного мха в углу между бревнами, пошарил там, достал и положил на стол позеленевшую от времени медную монету.

– Неужто время пришло? – заплакала его жена.

– Ветер в руках не удержишь. Андрей, мы воспитали тебя, как сына. Я научил тебя всему, что знал, но ты нам не родной. Я нашел тебя на берегу реки Тахими шестнадцать лет назад. Ты был завернут в обычную тряпку, а на дне корзинки лежала эта копейка из королевства Дамува. Похоже, что твои родители не могли тебя прокормить, вот и доверили корзинку реке.

– С трудом верится, – пробормотал парень. – Я слышал о таких случаях, но вы ведь так меня любили.

– Мы и сейчас тебя любим и не выгоняем. Я могу ее сам за границу переправить, – сказал отец, кивнув в сторону девушки.

– Нет, вы и так для меня много сделали. Скоро не ждите, но и насовсем я не прощаюсь. Я обязательно вернусь.

– Простите, что вмешиваюсь, – вдруг громко сказала девушка. – Если найдется, что накинуть и чем ноги обвернуть, я и сама доберусь.

– Я обещал помочь, значит, обязательно помогу. Это ведь благороднее пустого путешествия, – уверенно заявил Андрей. – Стражникам скажете, что я узнал о шпионе и пытаюсь его выследить. Я скажу то же, если встречу. Тогда никого не удивит, что я иду к границе.

Собрались быстро. Мама то и дело смахивала слезы. Она отдала Люсе свои старые заштопанные сапоги и тулуп не новее. Андрей взял приличный запас стрел и еды. Отец настоял, чтобы он еще и целого зайца взял. В половодье ведь еда куда ценнее денег, а рыбаку за переправу заплатить надо. По поводу лыж немного посомневались и решили, что без них быстрее выйдет и спокойнее. Стража ведь лыжника ищет.

Пара поклонилась, поблагодарила за все и отправилась в путь. Они много петляли, обходя людные и залитые водой места, зато никого не встретили. Ночевать устроились на подсохшем южном склоне холма.

Для охотника такая ночевка не впервой. Он и шалаш соорудил, и костер развел, только уже в темноте, чтобы дым издали не увидели. Люся тоже не привередничала. Она уверенно поспевала за Андреем и ни разу первой о привале не заговорила.

Через три дня они устроили привал у широкой реки, которая уже вышла из берегов. Еще и небольшой туман накрыл все вокруг. Ожидание дало свои плоды. Несмотря множество льдин и такую погоду, мимо проплывал одинокий рыбак. Андрею пришлось залезть повыше и очень постараться, чтобы он заметил его знаки сквозь кроны деревьев.

Рыбалка шла не очень. Рыбак с радостью согласился отвезти пару на чужой берег в обмен на зайца. Тахими разлилась широко. По дороге рыбак часто оглядывался по сторонам, а потом намекнул:

– Не очень-то похоже, что вы из Дамувы, а там чужаков не жалуют.

– Наша стража тоже не дремлет, – ответил Андрей. – Слухи ходят, что снова какого-то шпиона ищут. К счастью, мы просто путешествуем. Если спросят, можешь честно сказать, что нас перевозил.

– Как же, признаешься, – усмехнулся рыбак. – Нам подплывать к чужому берегу запретили, не то что людей перевозить.

– Хорошо, что предупредил. Тогда и мы скажем, что лица не запомнили, – кивнул Андрей.

Снова наступила тишина. Теперь головами вертели все трое. Обошлось. Пара благополучно высадилась на пригорок, поблагодарила рыбака и отправилась в путь по незнакомому туманному лесу.

Опасения отца пока что оказались напрасными. Принц так и не нашел избушку Андрея из-за испорченных таянием снега следов. Зато место, где беглецы сошли с дороги, его воробей все же нашел. Следопыт в первый же день выяснил, что лыжник движется на восток, в сторону границы королевства Дамува. Илларион приказал оставить долгие поиски следов. Он поскакал прямо к пограничной заставе.

На границе всегда служили офицеры с птицами в качестве фамильяров. Они не могли сказать, что именно происходит, зато легко выполняли приказ кружить над теми, кто незаконно переходит границу. Вот и сегодня сокол командира заставы заметил сквозь редкий туман лодку, причалившую к чужому берегу, и начал кружить над тем местом.

Как только Илларион узнал об этом, он со своими тремя солдатами тоже переправился через Тахими. Они плыли открыто, через пограничные посты, только целью поездки с обеих сторон границы назвали поимку крестьянина, оскорбившего принца.

К их сожалению, нарушитель высадился довольно далеко от заставы. Да и дорога поворачивала в другую сторону. Оставалось надеяться только на быстрые ноги лошадей.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32 
Рейтинг@Mail.ru