Ловцы драконов

Олег Рой
Ловцы драконов

Шел уже второй час заседания внеочередного Совета Старейшин книжного мира. Уже был заслушан отчет Хранителя о чрезвычайном происшествии – похищении Маргариты Лыковой и действиях по ее возвращению в мир людей, во время которого Сан Саныч держался с вызывающими восхищение невозмутимостью и достоинством. Потом заслушали свидетелей – Женю и Олю. Ребята выступили далеко не так эффектно, как дед, смущаясь перед такой огромной аудиторией. Оля от волнения вдруг стала заикаться, а Женька несколько раз сбивался, из-за чего даже пришлось начать рассказ сначала. Но в целом и они оказались на высоте, во всяком случае, сумели не проболтаться ни о чем таком, чего не нужно было знать посторонним, так что история, представленная тремя участниками, выглядела довольно гладко. Им удалось обойти вниманием и сохранить в тайне тот факт, что Женькина мама сама происходит из книжного мира, являясь персонажем неизданного романа Марка Твена, и что коварный Эртоферон каким-то, не известным Хранителю образом узнал об этом. Сан Саныч утверждал, что Рита – самый обычный человек, причем настаивал, что с самой первой минуты своего пребывания в книжном мире и вплоть до освобождения Маргарита находилась в полубессознательном шоковом состоянии и что после лечения в клинике в мире людей она ровным счетом ничего не помнит о происшедшем. Женька и Оля полностью поддерживали деда, старательно добавляя множество мелких подробностей о Ритиной амнезии.

Но теперь началось самое сложное. Старейшины книжного мира и просто любопытные, которым удалось пробраться на внеочередное заседание Совета, забрасывали Хранителя и ребят вопросами, ответить на которые порой было ох как нелегко…

– Быть может, похитив вашу родственницу, преступник намеревался шантажировать этим вас? – спросил невысокий полный человек с очень выразительным взглядом темных глаз, абсолютно лысый, но обладающий великолепными пышными усами. Не только Оля, но даже Женя сразу же догадался, что перед ними знаменитый сыщик Эркюль Пуаро, герой увлекательных книг «королевы детектива» Агаты Кристи.

Сан Саныч был готов к вопросу.

– Не исключаю, что Эртоферон замышлял нечто подобное, – невозмутимо кивнул Хранитель. – Но до моего сведения он своих планов не довел. Возможно, просто не успел, так как мы с моими помощниками обнаружили и разоблачили его намного раньше.

Старейшины понимающе склонили головы, и у ребят отлегло от сердца. Кажется, пронесло…

Но тут снова подал голос противный «чиновник»:

– А может, шантаж все-таки имел место, но вы по каким-то причинам не хотите нам о нем рассказывать? Может быть, вы скрываете от нас какую-то тайну?

Сан Саныч глубоко вздохнул. Оля побелела, Женька почувствовал, как у него похолодело внутри.

Но тут внезапно прозвучал голос Лорда Канцлера – главы Совета Старейшин. Это был человек лет сорока, высокий, стройный, с темными, живыми, пронзительными глазами и черными, как смоль, волосами. Прямая линия носа почти сливалась со лбом, зубы, белые, как жемчуг, в обрамлении черных усов, ослепительно сверкали. Цвет его кожи был светел почти до неестественности, но лицо, несмотря на мертвенную бледность, поражало красотой. «Кто же это такой, из какой он книги? – мучился, поглядывая на него, Женька. – Кто-то очень знакомый… наверняка я должен знать, но, хоть убейте, не могу вспомнить!»

На протяжении всего заседания Лорд Канцлер отмалчивался. Пока Сан Саныч давал разъяснения о ходе дела, он периодически листал какие-то бумаги в лежащей перед ним толстой папке, слушал, полуприкрыв глаза, и вообще вел себя так, будто ничего интересного не происходит, а заседание – пустая формальность. И лишь теперь глава Совета заговорил, произнеся глубоким красивым голосом:

– Я думаю, что сейчас это несущественно. Что бы там ни имел в виду Эртоферон, он исчез, и узнать у него о его планах и намерениях мы не можем. У нас нет никаких причин подвергать сомнению рассказ Хранителя и задавать ему какие бы то ни было личные вопросы, не имеющие отношения к делу.

После неожиданной поддержки со стороны главы Совета все остальные вопросы отпали словно сами собой. Общим голосованием было принято решение, считающее инцидент исчерпанным. Действия Хранителя признали правильными, своевременными и полностью оправданными ситуацией. Также, вплоть до поимки Эртоферона, если таковая когда-либо случится, было постановлено считать упомянутого Эртоферона опасным душевнобольным. На том и завершился экстренный Совет – к большой радости ребят, решивших, что теперь все позади.

Однако Сан Саныч, выходя из зала, был хмур и задумчив. Он предпочел не отвечать на удивленные Женькины и робкие Олины высказывания. «Как-то уж очень легко все прошло, без сучка, без задоринки…» – билась в его мозгу мысль. А Хранитель не верил, что столь сложные дела могут так просто заканчиваться. И оказался прав. Пройдя с ребятами в большой зал на первом этаже здания Совета и уже собираясь покинуть книжный мир и вернуться в Лыково, он вдруг услышал за спиной спокойный голос Лорда Канцлера:

– Извините, Хранитель, но мне нужно поговорить с вами приватно, с глазу на глаз. А так как разговор наш может продлиться достаточно долго, советую отправить ваших юных спутников домой. Сами же возвращайтесь по возможности быстрее. Я не буду отправлять вам еще одно официальное приглашение, так как дело строго секретное, поэтому давайте считать, что приглашение вы уже получили.

Сан Саныч переглянулся с ребятами – Женька и Оля одновременно чуть пожали плечами – и почтительно склонил голову:

– Лорд Канцлер, я прибуду к вам так быстро, как только смогу. Тем более, если речь идет о важном деле!

Сан Саныч хотел сказать еще что-то в том же духе, но последние слова его прозвучали уже вслед главе Совета. Резко развернувшись, тот быстро удалялся, по дороге подхватив под руку какую-то голоногую даму в леопардовой шкуре, но почему-то в большой живописной шляпке с живыми цветами и с потертым ридикюлем в руке. Дама вынимала из ридикюля документ за документом, глава Совета пробегал их глазами и отдавал обратно. Было впечатление, что бумаги в ридикюле странной дамы не кончатся никогда.

Оля и Женька с двух сторон вцепились в рукав Хранителя.

– Дед, че за дела?! – Женька как-то сразу набычился. – Секреты какие-то… Нам что, не доверяют уже?

– Дома поговорим! – Сан Саныч прикоснулся стилусом к порталу, назвал место назначения – «Лыково, библиотека», и на том месте в зале дворца Совета, где они только что стояли, сверкнула голубая вспышка…

* * *

Женька дернул плечами и сердито посмотрел на деда.

– Не, дед, правда, кто такой этот Лорд Канцлер, чтобы так тебе приказывать, а?!

– Правда, Сан Саныч, – поддержала Женьку Оля, – он что, действительно имеет право вот так с вами разговаривать?

Хранитель глубоко вздохнул. Потом сказал ребятам, что его самого сильно озадачило то, как резко глава Совета замял разговор о Рите. Сан Саныч с Лордом Канцлером давно знаком, но не настолько близко, чтобы тот мог вступиться за него из дружеских побуждений. Он был бы рад прекратить обсуждение и спокойно подумать обо всем на досуге, но ребята все мусолили и мусолили тему. Женьке неожиданно словно вожжа под хвост попала.

– Просто, знаешь, дед, кажется, еще немного, и Лорд Канцлер начнет отдавать приказы президентам, а потом требовать отчета об исполнении…

Сан Саныч улыбнулся.

– Не начнет. Хотя… мог бы. Если бы захотел, конечно. Глава книжного мира имеет огромную власть. Люди ведь даже не подозревают, какое сильное влияние имеет на них мир их фантазий, мир, созданный их собственным воображением… – Старый библиотекарь поднялся. – С удовольствием обсудил бы с вами эту тему, но сейчас меня больше всего интересуют планы Лорда Канцлера. А самый хороший способ узнать, что он задумал, – спросить у него самого.

Хранитель вытащил книгу-портал.

– Я рассчитываю вернуться скоро. Без меня не баловаться! Оля, в холодильнике запасов на неделю, если я задержусь, протянете. Если кто меня спросит – отвечайте, что уехал в Москву. Женя, я видел, что Баська спит на лестнице. Присмотри за ней, а то придется еще одну ступеньку менять.

– Дед, ты чего? – удивленно посмотрел Женька. – Ты же уезжаешь в воображаемое путешествие, а не в реальное! Из книжного мира мы всегда возвращаемся почти в тот момент, из которого отбыли, так что какая неделя, какие продукты?

– И верно! – хлопнул себя по лбу Хранитель. – Я не подумал. Видимо, старею, начинаю все путать.

– Что вы, Сан Саныч, вы совсем не… – заговорила было Оля, но тот, к кому она обращалась, уже исчез.

Тогда девочка обернулась к Женьке.

– Что-то я хотела у тебя спросить… Ах да! Про Баську и лестницу…

– Ой, я же вам так и не рассказал! Тут такое.

– Что – «такое»?

– Ты не поверишь! – И Женька рассказал, как Баська залезла к нему на чердак.

* * *

Между тем Хранитель удобно расположился в широком кресле с чашкой чая в руках. Он уже некоторое время сидел в небольшой светлой комнате позади официального кабинета Лорда Канцлера в одной из самых высоких башен дворца Совета. Эту комнату с сужающимися кверху витражными окнами из цветного стекла, со стенами, обтянутыми золотисто-бежевым шелком и удобной светло-коричневой мебелью, Канцлер использовал для отдыха. Здесь он мог без помех выпить свой любимый кофе по-турецки, перекусить фруктами и просто посидеть с закрытыми глазами, позволив себе краткий перерыв в своей столь важной работе. Когда Хранитель точно в назначенное время появился в приемной, где за столом секретаря сидела очаровательная юная девушка в восточном наряде, Лорд Канцлер лично вышел к нему, но проводил не в кабинет, а в эту самую комнату отдыха. Затем собственноручно налил ему чаю и попросил некоторое время подождать. Так что теперь библиотекарь пил ароматный индийский чай, явно из лучших сортов, и дожидался, когда глава Совета решит вопрос последнего на сегодня посетителя.

 

Чашка Сан Саныча уже почти опустела, когда вернулся Лорд Канцлер. Он принес с собой толстую кожаную папку, ту самую, которая лежала перед ним во время отчета Хранителя на заседании Совета. Канцлер положил ее на стол, сел во второе кресло и тоже налил себе чаю. Сан Саныч молчал, предоставляя главе Совета возможность заговорить первым.

– Признаюсь, господин главный Хранитель, мне до сих пор кое-что непонятно в вашем деле… В частности, какое отношение ко всему этому, – Канцлер постучал пальцем по папке, – имеет Маргарита Лыкова. Воля ваша, я не верю в такие случайности… Более того, похищая вашу родственницу, Эртоферон наверняка понимал, что вы отправитесь ей на помощь и просто так не отступитесь. Ведь я прав? Впрочем, сейчас некогда разбираться с деталями, оставим их пока в стороне. Если понадобится, вернемся к ним позже. Или совсем не вернемся, как получится… В любом случае ваша безупречная деятельность на посту главного Хранителя и шесть ромбов говорят сами за себя и не требуют дополнительных подтверждений. Именно поэтому я вас и вызвал. Прошу сюда!

Лорд Канцлер встал, подошел к столу у окна, вынул из папки и разложил большой тяжелый пергамент.

Пока он говорил, Хранитель лихорадочно обдумывал, как ответить на предъявленные, пусть и в скрытой форме, обвинения. Но Лорд Канцлер не требовал ответа, и Сан Саныч решил пока промолчать. И потому молча отставил пустую чашку и поднялся.

Тем временем глава Совета вынул из кармана маленькую книжечку в золоченом переплете с тремя перекрещивающимися кольцами на обложке, вытащил из-за корешка стилус, а саму книжку спрятал обратно в карман. Канцлер дотронулся стилусом до пергамента, и на нем проявилась трехмерная карта книжного мира. Кое-где на ней ярко светились странные значки, похожие на буквы или символы. Видимо, то был шифр, поскольку даже Хранитель не смог понять, к какому языку они относятся, а уж такие вещи Сан Саныч схватывал сразу.

Взмахнув стилусом, словно дирижерской палочкой, Лорд Канцлер уменьшил масштаб карты. Стало видно, что большая часть непонятных значков находится на «обитаемой» части страны, хотя несколько светились и из непроницаемого тумана Темных миров.

– Можно попросить тебя на минуту подойти сюда, Натаниэль?

Судя по изменению формы обращения и резкому переходу на «ты», официальная часть беседы была закончена. Хранитель понял, что сейчас начинается именно тот разговор, для которого Лорд Канцлер его сюда и вызвал. А вступление лишь давало понять, что глава Совета владеет какой-то информацией и от исхода беседы напрямую зависело будущее Хранителя. И не только его будущее. Ну, что же, Сан Саныч принял игру…

– Конечно, Эдмон, – ответил он своему старому знакомому, персонажу одного из самых известных романов Александра Дюма, бывшему моряку Эдмону Дантесу, который впоследствии превратился в графа Монте-Кристо.

– Посмотри внимательно, Нат, и скажи – тебе это что-нибудь напоминает?

Хранитель обошел вокруг стола. Всмотревшись в пергамент, он достал собственный навигатор, положил его сверху и раскрыл. На нем тоже отобразилась карта книжного мира. Проделав несколько манипуляций со стилусом, Сан Саныч получил у себя карту, очень похожую на ту, что продемонстрировал Лорд Канцлер.

– Кажется, я понимаю, Эдмон! Это, – библиотекарь указал на светящиеся значки, – древние порталы, которые я обнаружил во время своего последнего путешествия по Темным мирам.

Канцлер кивнул и отошел от стола. Хранитель последовал за ним.

– В твоем отчете черным по белому написано, что при определенных условиях забытые древние порталы представляют опасность. Так? – И, не дожидаясь ответа, глава Совета продолжил: – А раз так, значит, нам необходимо выявить все заброшенные забытые или полузабытые порталы и проверить, можно ли ими воспользоваться. И если хоть малейшая такая возможность существует, порталы следует уничтожить. Вот этим ты и займешься. И как можно скорее!

Хранитель молча опустился в кресло и задумался. Канцлер сел в свое кресло и так же молча стал ждать ответа Хранителя.

Сан Саныч понимал, что задача, поставленная перед ним, крайне важна для сохранения стабильности между миром людей и книжным миром. С другой стороны, даже один выявленный и уничтоженный портал можно преподнести как значительную заслугу. Особенно если его кто-то пытается тайно использовать, как произошло в случае с Эртофероном. Что же, разумно! Хранитель кивнул.

– Эдмон, ты прав, это необходимо сделать. Странно, что такая мысль не пришла мне в голову раньше. Однако ты понимаешь, что решение задачи – дело не одного дня?

Легкая улыбка тронула лицо Лорда Канцлера.

– Конечно, понимаю! Как и то, что в одиночку тебе не справиться. Я уже назначил тебе помощника, еще одного хранителя. Билли Бонс, персонаж книги «Остров сокровищ», как и ты, живет в мире людей. Собственно, вы ведь знакомы. Сейчас он работает в библиотеке Совета и собирает сведения обо всех возможных местах, где могут находиться скрытые порталы.

– Что? Билли Бонс будет моим помощником в столь ответственном деле? Пират?

Уж на что Хранитель умел владеть собой, а все равно чуть было не открыл рот от удивления. Канцлер, разумеется, заметил его реакцию.

– Тебя смущает мой выбор, Нат? Что ж, твое удивление понятно. Постараюсь объяснить тебе, почему именно Билли. Дело в том, что твой доклад об использовании незарегистрированного портала наделал шуму. И я задумался, а может, еще кому-то приходила в голову подобная мысль? Я решил навести справки в нашей информационной службе, кто из бывших или действующих хранителей интересовался порталами до истории с Эртофероном… Признаюсь, результат меня ошеломил. Как ты думаешь, сколько хранителей делали подобные запросы? Треть? Четверть? Половина?

Сан Саныч пожал плечами:

– Думаю, гораздо меньше…

– И ошибаешься! Ты не поверишь, Нат, но этим вопросом в разное время интересовались ВСЕ! За исключением одного-единственного хранителя Билли Бонса. Выходит, все твои коллеги под подозрением… Кроме, как ты выразился, этого пирата. Должен тебе сказать, ты зря так настроен против него. Билли, в сущности, неплохой малый. И в действительности совсем не тот пьяница, каким его изобразил Роберт Льюис Стивенсон. После месяца, проведенного на острове «Сундук мертвеца», он здорово изменился и теперь заведует библиотекой на небольшом острове в Карибском море. Является подлинным знатоком истории пиратства и очень не любит наведываться в свою книгу. Кстати сказать, я его хорошо понимаю!..

Хранитель грустно улыбнулся. Неудивительно, что Эдмона Дантеса с собственной книгой связывает не слишком много хороших воспоминаний. Ведь он в двадцать лет потерял всех близких ему людей, долгие годы провел в одиночной камере тюрьмы, находящейся на скале посреди моря, откуда бежал и неожиданно обрел богатство – тоже на крохотном островке. Так что его сочувствие пирату, сумевшему выжить в столь суровых условиях, вполне объяснимо.

А Лорд Канцлер между тем продолжал:

– К тому же он замечательный штурман, и никогда не терял курс даже в самом густом тумане. В путешествии по Темным мирам он станет тебе незаменимым помощником. Сейчас он в библиотеке Совета, прокладывает вам курс.

Сан Саныч слушал его молча. Да и что было говорить? В конце концов, он действительно не знал Билли Бонса. Может, тот и впрямь неплохой человек? В книжном мире иногда случается так, что тот, кто является положительным героем в своем произведении, на деле оказывается не такой уж симпатичной личностью. И наоборот – отрицательному персонажу так надоедает быть злодеем, что в обыденной жизни он становится вполне себе приятным человеком. И кому, как не главному Хранителю, было об этом знать?

– И вот еще что, господин Хранитель! – Тон Лорда Канцлера опять стал официальным. – Об этом задании никто не должен знать. Даже ваши юные помощники. О местах обнаружения порталов докладывайте мне лично. Никаких отметок в своем навигаторе не делайте. Ваш напарник, Билли Бонс, по данному вопросу также проинструктирован!

Лорд Канцлер подошел к небольшой этажерке, уставленной различными безделушками, и с усилием повернул один из деревянных цветков, составляющих часть замысловатой резьбы, украшавшей каждую полку. Этажерка отъехала в сторону, и Хранитель невольно подумал, что, по-видимому, страсть к тайникам, потайным ходам и прочей атрибутике авантюрного романа так прочно въелась в сознание графа Монте-Кристо, что, даже будучи Лордом Канцлером, он не мог от нее избавиться. А тот тем временем достал из образовавшейся ниши шкатулку с кнопочками и рычажками на крышке и вернулся к столу. Сложив пергаментную карту, спрятал ее в шкатулку, потом вынул свою книгу-портал, тоже аккуратно положил поверх карты и обернулся к Хранителю:

– Дайте мне ваш портал!

Хранитель молча протянул Канцлеру свою книгу. Тот положил ее в шкатулку, закрыл крышку и совершил несколько манипуляций с кнопками и рычажками на крышке. Вокруг шкатулки образовалось голубое сияние, которое через несколько мгновений погасло. Затем Канцлер вернул портал Сан Санычу.

– Теперь, господин главный Хранитель, наши порталы связаны напрямую. Кроме вас и меня, никто не сможет воспользоваться вашим порталом и определить места, где вы побывали. О своем помощнике Билли Бонсе не беспокойтесь – в его портале эта опция также отключена. Кроме того, сведения о его изысканиях в библиотеке Совета будут удалены из всех возможных источников.

Сан Саныч положил свою книгу-портал во внутренний карман плаща и посмотрел прямо в глаза главы Совета.

– Скажите, уважаемый Лорд Канцлер, к чему подобная секретность? Если со мной и моим помощником что-то случится, вы останетесь единственным, кто будет в курсе дела. А если что-то случится с вами? Ведь тогда Совету книжного мира придется всю работу делать заново! Или я что-то не понимаю?

Вместо ответа Лорд Канцлер положил ладонь на толстую кожаную папку, лежащую на столе.

– Господин главный Хранитель! Давайте каждый из нас будет оставаться в пределах своей компетенции. Выполняйте задачу, поставленную перед вами, а об остальном я позабочусь сам.

И поднялся, давая понять, что аудиенция окончена.

– Что ж, я все понял. Честь имею.

Главный Хранитель встал и, не оборачиваясь, вышел из комнаты.

Глава вторая,
в которой Хранитель путешествует по Темным мирам и сражается с чудовищами

В закутке на втором этаже, который Женька уже привык называть своей комнатой, пахло горячей канифолью и жженой изоляцией. Баська, лежа у двери, принюхивалась к незнакомым запахам, изредка поглядывая на паяльник. Мальчик, со всех сторон обложившись схемами, сидел за столом, заваленным различной электроникой и всевозможными ее деталями. Разобранный сотовый лежал чуть в стороне, на экране ноутбука бежали столбцы цифр, строились какие-то графики. Включенный паяльник Женька предусмотрительно отодвинул подальше.

После разговора с Лордом Канцлером Сан Саныч вернулся хмурый. На расспросы ребят отвечал односложно, надолго уходил из библиотеки гулять. Оля вздыхала, но относилась к его прогулкам философски, а вот Женька искренне не мог понять прелести пешей ходьбы по раскисшему снегу. Дед возвращался, наскоро что-то перекусывал и снова уходил. Он мог часами стоять на высоком берегу реки и смотреть вдаль ничего не видящими глазами или бродить по дороге вдоль деревни. Каждый раз, когда с ним здоровались, библиотекарь кивал, но в разговоры не вступал или отвечал невпопад. Однажды вечером, после ужина, Сан Саныч опять собрался на улицу. И тут Женька не выдержал.

– Дед, ты еще долго будешь в молчанку играть? Может, расскажешь, что случилось? А то вон у Ольки руки уже опускаются, второй день еда пригорает! А вчера она хотела Баськину миску вместо книги на полку поставить. Еле отговорил!

Оля возмущенно посмотрела на Женьку, показала кулак и уже собралась уличить во лжи, но мальчик подмигнул ей, и она, поняв, что за его словами что-то кроется, промолчала.

Совсем уже было одевшийся Сан Саныч снял пальто, повесил его на вешалку и вернулся в комнату. Подсел к столу, сильно потер лицо ладонями и начал рассказывать…

Когда он закончил, на некоторое время в комнате повисла тишина. Потом Оля сказала:

– Если Монте-Кристо знает про Женину маму, то откуда? Мистер Марк Твен ему сказать не мог, вы – тоже. Остаются Эртоферон и Снежная Королева. Кто-то еще мог узнать про ваш секрет?

Сан Саныч вздохнул.

– Не знаю, Оля. С одной стороны, надо бы во всем разобраться, но сейчас мне просто не до этого. Скоро я отправлюсь искать порталы, а вы остаетесь здесь. Женя, это не обсуждается!

Дед поднял руку, останавливая собравшегося было заспорить внука.

– Я вот все время думаю, как сделать так, чтобы у меня все-таки оставалась информация о местонахождении тех самых порталов… – продолжал библиотекарь после паузы. – Не знаю, зачем, но чувствую, что она может очень пригодиться. Записывать на бумаге – не выход, координаты книжного мира сильно отличаются от географических координат нашего мира. Там требуются не только широта и долгота, но еще и имя автора, год выпуска книги, издание, язык оригинала или автор перевода и много чего еще… Да и записать их мне вряд ли удастся, ведь рядом со мной постоянно будет находиться отставной пират.

 

Сан Саныч опять замолчал. Оля умоляюще посмотрела на Женьку. Тот задумался, а потом поднял голову.

– Дед, мне нужен полный доступ к твоему компьютеру. База данных библиотеки, все, что найдешь по устройству книги-портала… С этим поторопись! – Неожиданно увлекшись, Женька принялся командовать, и, что самое интересное, дед принял условия игры и согласно кивнул. – И еще мне твой портал понадобится. Оль, а тебе придется съездить в город. Я напишу список, совершишь набег на магазины, ладно?

Оля тоже не стала возражать, хотя толком ничего не поняла.

И вот теперь Женька мудрил над своим телефоном. Ему удалось составить программу, которая, используя библиотечную базу данных, могла привязаться к местности в книжном мире. Правда, трехмерных карт, как дедовский навигатор, она не рисовала, а лишь записывала координаты цифрами, но так было даже лучше. Попадись телефон кому-то в руки в книжном мире, никто не сможет разобраться в такой массе цифр. Женька умышленно оставил программу расшифровки на своем ноутбуке, чтобы дед по возвращении мог перенести координаты порталов к себе. А еще мальчик пытался добавить телефону памяти. Вроде пока удавалось.

Оля по Женькиному заказу изготовила из картона и обрезков кожи почти точную копию книги-портала – очень похожая обложка и несколько страниц спереди и сзади, а внутри пусто. Женька планировал поместить туда телефон, чтобы, когда дед станет записывать координаты, со стороны было непонятно, пишет он их себе или в навигатор для Лорда Канцлера. Сейчас Оля заканчивала свою работу, тщательно вырисовывая краской трещинки и потертости на обложке, чтобы придать копии вид старой книги.

Сан Саныч тоже не сидел без дела. Не полагаясь на своего нового помощника, он лазил по библиотечному архиву и выписывал места, ориентиры, где могли оказаться древние порталы. Пользуясь правами главного Хранителя, часто исчезал в книжном мире, советуясь со старыми и давно отошедшими от дел хранителями, словом, собирал свою базу данных. Возвращаясь, он вместе с Женькой заносил координаты в ноутбук и брался за следующий портал.

И вот настал день, точнее, утро, когда сообщение от Лорда Канцлера позвало его в дорогу. Это произошло довольно рано, около половины десятого.

Оставшись одни, ребята даже растерялись. Они так привыкли, что Сан Саныч всегда рядом, что поначалу сидели молча, прислушивались к тишине и ожидая, не раздадутся ли шаги вернувшегося деда. Но Хранитель что-то не спешил возвращаться. Тогда Оля поставила чайник, и они сели в опустевшей библиотеке пить чай с конфетами. Баська мощным толчком снаружи открыла дверь, но внутрь не пошла, а улеглась рядом с лестницей и положила голову на «свою» ступеньку. Уши ее стояли торчком, словно собака боялась пропустить хоть слово.

Чай пили вначале молча. Потом Оля тихо сказала:

– А я так хотела с тобой в Москву на каникулы съездить… Теперь, похоже, ничего не получится.

Женька так и подскочил на месте:

– А ты откуда знаешь, что я собирался…

И не договорил. Переглянувшись, ребята расхохотались, и на душе у обоих стало чуточку веселее.

* * *

Хранитель встретил Билли Бонса на границе Темных миров, у указателя, который он смастерил в прошлое свое путешествие сюда. Женькины болотные сапоги так и лежали под пирамидкой из трех скрепленных шестов. Да и кто, собственно, мог здесь на них позариться? Вокруг дымился все тот же туман, в котором на расстоянии в двадцать шагов ничего не было видно, те же валуны в беспорядке разбросаны вокруг, и то же болото… Женькины сапоги и пирамидка из шестов были единственными реальными предметами в мире теней и тумана, и лишь благодаря им книга-портал смогла обнаружить нужное место и перенести сюда своего владельца.

Билли Бонс оказался здоровенным, грузным и по виду очень сильным мужчиной непонятного возраста с темным лицом, словно выдубленным солнцем и всеми ветрами. Просмоленная косичка, которую в его времена носили моряки, торчала над воротом его засаленного синего кафтана. Похоже было, что, даже став хранителем, пират не утратил старых привычек и появлялся в книжном мире в том облике, каким его описал Роберт Льюис Стивенсон. Руки у него были шершавые, в рубцах и шрамах, привычные и к оружию, и к корабельному инструменту. Лицо также «украшал» пересекавший всю щеку сабельный шрам – грязновато-белого цвета, со свинцовым оттенком. Чувствовалось, что Билли привык давать волю кулакам, и, похоже, он пускал их в ход без особых раздумий. На боку у него висела абордажная сабля, а за поясом торчали два пистолета. У его ног лежал весьма тяжелый с виду мешок.

Увидев своего напарника, Сан Саныч даже удивился, что человек с такой внешностью не только умеет читать, но и заведует библиотекой. И, похоже, мысли его отразились на лице, потому что Билли Бонс расхохотался:

– Что, Нат, не похож я на хранителя и тем более на библиотекаря, да? Ничего, как говорят, внешность обманчива.

Крепко пожав Хранителю руку, Билли сказал:

– Приветствую вас, мистер Нат! Простите, что буду называть вас настоящим именем, вашего имени из мира людей мне не выговорить. – Старый моряк отпустил руку Хранителя и продолжил: – Вы удивлены, увидев меня таким же, как в книге мистера Стивенсона? Увы! После того, как я поднял мятеж на корабле капитана Тича по прозвищу Черная Борода и мой мятеж провалился, меня и еще двадцать одного матроса капитан высадил на остров под названием «Сундук мертвеца»…

Сан Саныч кивнул:

– Я уже слышал.

– Так вот, – не смутившись, продолжал Билли Бонс, – пока я подыхал там, у меня было время подумать, и я решил, что прежняя жизнь не по мне. Мистер Стивенсон дал мне время немного пожить в романе «Остров сокровищ», и я не только гулял и пьянствовал, но еще и читал. Много читал! А когда мистер Стивенсон расправился со мной, стал читать еще больше, увлекся историей пиратов, таких же бедолаг, как и я в молодости. И вот сейчас обитаю на прелестном острове в Карибском море, где активно занимаюсь просвещением. Благодаря моим стараниям, местные жители все поголовно умеют читать, многие – на нескольких языках, и каждую неделю приходят ко мне за новой книгой. Я спрашиваю у каждого о содержании той, что мне возвращают, и если оказывается, что всю неделю книжка пролежала на полке, он, видите ли, прочесть ее не удосужился, то – во!..

Билли Бонс сжал свой огромный кулачище и потряс им в воздухе.

– Я не для того держу библиотеку на богом забытом острове, чтобы эти макаки прохлаждались в баре и тянули местное пойло! – разгорячился бывший пират. – И школа у нас что надо! Я сам преподаю языки – английский, французский и испанский. Невесть каким ветром занесенный к нам китаец учит их разбирать свою мудреную грамоту, а я, при случае, достаю ему книги на китайском. Сам я, правда, в тех закорючках не разбираюсь, но очень люблю слушать, как читают другие, а потом толково переводят. У них, я вам скажу, такие стихи – что твое пение соловья, даже красивее! Я очень прошу, – тут Билли Бонс опять помахал огромным кулаком, – чтобы китаец читал и переводил мне понравившиеся книги, даже даю ему свой компьютер, чтобы ему было удобно печатать. Потом делаю две или три копии и через месяц-другой уже слушаю пересказ от местных.

Билли Бонс расхвастался не на шутку. Он мог бы еще долго рассказывать о своем вкладе в культуру отдельно взятого острова, но Сан Саныч, поняв, что монолог пирата может никогда не закончиться, тактично остановил его:

– Билли, то, что вы делаете, безусловно замечательно и очень важно. Но у нас слишком мало времени. Давайте посмотрим, куда нам отсюда отправляться.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 
Рейтинг@Mail.ru